Обратный отсчёт

02 января 55 года. Земля, Северный Атлантис, Ураниум-Сити Глайдер развернулся над посёлком, выискивая место для приземления. Луч прожектора высветил огромные контейнеры, занявшие половину аэродрома. Их выстроили вдоль южного края, оттеснив глайдеры к ремонтному ангару, и последний прибывший «Бьюик» еле нашёл пустой отрезок посадочной полосы. Он скользнул по расчищенному покрытию, едва не ткнувшись носом в крыло нефтевоза, и развернулся, останавливаясь за медчастью, - больше места не было. - Чего сюда натащили? – Иджес, выбравшись из фургона, посветил наручным фонарём на контейнеры. Луч скользнул по синим нашлёпкам «Конли Биотех Индастриз». За ними, накрытые прозрачной плёнкой, громоздились разобранные каркасы строений, выкрашенные в ярко-жёлтый цвет, а ещё дальше Гедимин увидел гусеничные тягачи и подъёмные краны. Он посветил на бронированный люк кабины – его края были опломбированы. Это было совершенно новое оборудование, не наследство «Вайт Рок», - его сделали недавно, и никто ещё на нём не работал. - Макаки собирались строить большие дома, - вспомнил Гедимин. – Возможно, наши бараки снесут. - Делать им нечего, - проворчал Иджес. – Что они хотят – завезти сюда ещё сто тысяч поселенцев? - Говорят, все пленные уже расселены, - пожал плечами Гедимин. – Нас не будет больше, чем есть. Может, они построят клонарий? Он посмотрел на контейнеры «Конли Биотех Индастриз». «Подойти и прочитать, что внутри…» - он покосился на небо – пока там светились только звёзды, ни один глайдер не кружил над посёлком – и шагнул на взлётную полосу. - Стоять! – гаркнули за спиной, и Гедимин почувствовал на своём плече стальную «клешню». Его развернули к ремонтному ангару лицом, и он увидел, что его держит охранник в тяжёлом экзоскелете. Второй, в лёгкой броне, положил «руку» на плечо Иджеса. Из тускло освещённого переулка вышел третий «броненосец», и Гедимин изумлённо мигнул – это был австралийский «Тилацин». Он скользнул считывающим фонарём по лицам сарматов и поднял одну из «конечностей». - Идите за мной. В ваших интересах не сопротивляться. - Чего тебе? – сузил глаза Гедимин. Вырываться он не пытался – уже почувствовал, что под лопатку упирается сопло бластера. - Несколько вопросов, - отозвался «Тилацин». – Надолго вас не задержат. Их привели в медчасть; Гедимин ожидал, что его втолкнут внутрь, но охранник прошёл вместе с ним, не убирая «руку» с его плеча. Внутри под присмотром ещё одного «Шермана» дожидался их угрюмый Хольгер. Пропустив в приёмный покой «Тилацина», охранники вытолкнули наружу нервно ухмыляющегося Кенена. - Можете идти, - сказал ему вслед человек в тёмно-сером комбинезоне. На его нагрудной нашивке была изображена хищная птица. - Иджес Норд? – он повернулся к прибывшим сарматам. – Садитесь. Я задам вам несколько вопросов. Иджес замешкался, настороженно озираясь по сторонам; его втолкнули в кресло силой, и охранник встал за его спиной. Медик-сармат под присмотром одного из людей в серых комбинезонах надел на голову механика широкий обруч с выдвижными креплениями. Гедимин мигнул. «Сканер?! Не видел их с тех пор, как меня вытрясли из автоклава…» - Этот предмет вам знаком? – «макака» указала на цилиндр, поставленный одним из охранников на стол. Гедимин вздрогнул. «Мой реактор! Где они его взя… ну да, разумеется, где же ещё…» - Ну да, - Иджес, морщась, протянул руку к сканеру, но охранник отвёл её в сторону и прижал к поручню. – Эй, уберите эту дрянь! Я ничего не сделал… - Отлично, - человек посмотрел на экран своего смарта. – Устройство для синтеза сивертсенита… Был взрыв, не так ли? Опыты проводил Гедимин, вы только наблюдали из безопасного укрытия. Вам ничего не угрожает. Скажите, вы участвовали в подготовке смеси для синтеза? Вам знакома формула сивертсенита? - Он ничего не знает, - сказал Гедимин, стряхивая «клешню» охранника с плеча. – Вам нужно спрашивать меня. Он не поморщился, когда охранник ткнул его в спину соплом бластера. Человек в сером комбинезоне задумчиво посмотрел на него и перевёл взгляд на экран смарта. Иджес выругался на языке Севера. - Я не видел, что в реакторе! Как вы вообще до этого докопались?! – его глаза потемнели. Гедимин посмотрел на Хольгера – тот молчал, разглядывая носки сапог, и только стискивал зубы, когда слышал чей-нибудь голос. - Отлично, - человек жестом велел медику убрать сканер, и Иджес поднялся на ноги. – Можете идти. Итак, речь пойдёт о ремонтнике по имени Гедимин Кет… Вы, Хольгер Арктус, свидетельствуете, что работу по синтезу выполнял именно он? Девяносто процентов работы над вашим патентом, всю практическую часть, - так вы сказали? - Да, - наклонил голову Хольгер. – Что вы с ним намерены сделать? - Бояться ему нечего, - «Тилацин» подтолкнул Гедимина к креслу. Сканер крепко сжал голову сармата, и тот почувствовал слабые уколы и усиливающееся давление в области висков и лба. - В патенте написано, как устроен генератор Арктуса, - недобро сощурился Гедимин. – Больше я ничего не могу сказать о нём. Что ещё вам от нас нужно? - Ваше изобретение покинуло список Народных патентов, - слегка улыбнулся человек в сером комбинезоне. – Оно слишком важно для Атлантиса. Наше ведомство займётся им. Ваш товарищ уже дал подписку о неразглашении. Вы, как лицо, не являющееся патентодержателем, вообще ничего не должны об этом знать. Откуда вы взяли формулу сивертсенита? «Макаки с их гребучими правилами!» - сузил глаза сармат. Обруч сканера неприятно давил на лоб, и Гедимин чувствовал, как участки мышц в его теле беспорядочно подёргиваются, - прибор копался в мозгу. - Догадался, - буркнул он. - Вы – довольно умный сармат, - растянул губы в улыбке «серый». – И, несомненно, понимаете смысл патентного законодательства. Вы решили обойти его – что же, это одно из проявлений вашего ума. Однако вам не стоило недооценивать людей. Можно было бы взять с вас подписку о неразглашении… «Шерман» странно булькнул и протянул руку к «серому». - Сэр, это не… - Я не давал никому слова, - покосился на него человек. – Ваш друг настаивал на этом. Но в законе говорится иначе. Всё, что связано с засекреченным изобретением - а также украденная вами формула - сегодня будет стёрто из вашей памяти. Было уже слишком поздно и очень глупо – но Гедимин всё-таки рванулся из кресла, перехватывая «клешню» охранника и с силой дёргая на себя. С «Маршаллом» трюк удался бы – но «Шерман» лишь качнулся, а потом в спину сармата вошёл разряд станнера, и ремонтник обмяк, бессильно сползая с кресла. Его втащили обратно, вокруг запястий и пояса сомкнулись широкие пластинчатые ремни. Сканер тихо засвистел, давление на виски на секунду стало болезненным. - Готово, - объявил медик, вытирая капли крови, протёкшие из-под обруча. Гедимин зажмурился. - Не сопротивляйтесь, - сказал кто-то из «макак». – Сканер невозможно обмануть. Чем больше вы дёргаетесь, тем вам будет хуже. «Они сожгут мне мозг,» - ремонтник стиснул зубы. Ничего полезного в голову не приходило – в неё проникли щупы сканера, и потревоженный мозг отказывался думать. Откуда-то со стороны перед глазами выстроилась знакомая картинка – объёмная формула сивертсенита, точно такая же, какую Гедимин видел на экране анализатора. «Ищет… Пусть поищет!» - Гедимин представил себе лёд на озере, засыпанный снегом, - белое сверкающее поле. «Думать только об этом…» - Он сопротивляется, - сказал над ним кто-то из «макак». – Ещё один разряд? - Продолжайте воздействие, - приказал тот, кто допрашивал Гедимина. – Его надолго не хватит. Формула снова всплыла перед глазами, ещё ярче и отчётливее, чем в прошлый раз; замелькали мутные картинки – реактор, взрыв, против своей воли Гедимин вспомнил, как откатывался от ямы, чтобы не попасть под раскалённые осколки. Он стиснул зубы. «Нет, не это! Он не должен найти…» На дне памяти мелькнул нелепый силуэт Джеймса Марци – координатор вещал о дружбе и взаимопомощи. Гедимин криво усмехнулся. «Держи!» - он представил себе командира всех сарматов так ярко, как только мог. Сканер тихо пискнул. В этот момент он, скорее всего, и сработал, разорвав мощным разрядом связи между нейронами. Боли Гедимин не почувствовал – только лёгкая дрожь пробежала по телу, и ход мыслей ненадолго прервался. - Готово, - сказал сармат-медик. Его голос Гедимин слышал, как сквозь толстый матрас. Игла впилась в запястье, обруч наконец сняли; кто-то провёл мокрым холодным клочком по проколотой коже на висках. - Назовите состав сивертсенита, - человек в сером комбинезоне подошёл и склонился над обмякшим сарматом, заглядывая ему в глаза. Гедимин стиснул зубы. Как он ни напрягал память, в голове оставалась гулкая пустота. Он попытался вспомнить картинку на экране анализатора – не так давно она стояла перед глазами, как вчера увиденная. Сейчас её не было. Он помнил, как выглядел сам прибор, как он положил между щупами кристалл сивертсенита, - на этом воспоминания обрывались. - Отлично, - человек, внимательно посмотрев Гедимину в глаза, выпрямился. – Надеюсь, это не последняя наша встреча, и в следующий раз вы лучше поймёте, почему нужно уважать закон. Займитесь им. Он кивнул медику и, жестом поманив к себе охрану, вышел. Гедимин слышал, как глухо лязгнула входная дверь. Только сейчас он почувствовал боль в перенапряжённых мышцах – как он ни выкручивался из ремней, они не поддались, и на руках и животе отпечатались их следы. - Гедимин… - Хольгер уже был рядом, отстёгивал ремни, и его руки дрожали. – Как ты? Ты узнаёшь меня? Ремонтник еле слышно хмыкнул, потёр ноющее запястье. «Прочная конструкция,» - думал он, разглядывая поручень. «Не всегда это хорошо.» - Физически он в полном порядке, - сказал медик, отлепив от шеи ремонтника холодный датчик. – Практически же… Выпей, немного успокоишься. В мензурке была подслащённая вода – глюкозы на неё не пожалели, даже Гедимин почувствовал сладковатый привкус. Он потрогал висок – поверх прокола прилепили жёсткую нашлёпку. - Завтра с утра зайдёшь на осмотр, - сказал медик. – Дырка в коже затянется быстро, но прокол в черепе будет заживать ещё неделю. Береги голову… и не нарывайся. Гедимин покосился на него – можно было бы усмехнуться, но хотелось забиться в какое-нибудь укрытие и никого не видеть. Он выпрямился – обожжённый мозг уже вернулся к своим обязанностям по управлению, и тело полностью ему подчинялось. - Hasulesh, - прошептал он, щурясь на дверь, и наконец повернулся к Хольгеру. – С тобой ничего не сделали? Ты… всё помнишь? Хольгер мигнул. - Только то, что я знал, - тихо ответил он. – Ты сделал девяносто процентов работы… Если бы знать, что так повернётся, я никогда бы не связался с макаками. Ты… остался прежним, Гедимин? Твои умения и навыки… - Руки мне не жгли, - буркнул ремонтник, разглядывая след от ремня на предплечье. Красная полоса быстро белела. В информатории не было пустых мест, и Гедимин от двери хотел развернуться и уйти, но Хольгер удержал его. Один из сарматов, оглянувшись на них, быстро поднялся, за ним зашевелился и второй, но Гедимин, тяжело качнув головой, опустился на пол рядом со стулом. Хольгер занял место сам, встревоженно посмотрел на ремонтника. Тот молчал, разглядывал пол и болезненно щурился. «Вычислили,» - думал он, пытаясь восстановить хоть что-то, относящееся к недавним экспериментам. Бесполезно – память была пуста. «Точная наводка…» - Ты прошёл курсы Химических технологий, - тронул его за плечо Хольгер. – Ты помнишь что-нибудь из них? Сармат вздрогнул. «Точно. Я могу восстановить всё… Рассчитать, как это должно было быть. Все условия, возможный состав… Снова взять анализатор и кристалл…» - он качнул головой. «Нет. В этом нет смысла.» - Тут есть кое-что интересное, Гедимин, - снова зашевелился Хольгер. – Пришлось зайти на северянские сайты – Атлантис об этом предпочёл забыть, но тебе, возможно, будет любопытно. Ты слышал о Льве Ильине? Гедимин мигнул. - Синтезатор Ильина? Би-плазма? – нехотя вспомнил он. - Наш генокод, - Хольгер повернулся к нему. – Он сделал нас. От Би-плазмы до первой пробной партии – это его работа. Сармат поморщился. «Ещё одна макака…» - А, вот кому захотелось создать рабов… - пробормотал он. – Я слышал, это произошло в Атлантисе. - Да, он северянин по происхождению, но перебрался в Атлантис, - кивнул Хольгер. – И ещё одно… Лев Ильин никогда не создавал рабов. Он создавал новую расу, способную к тяжёлым работам и выживанию в сложных условиях, которая должна была на равных правах присоединиться к человечеству. Это его слова, можешь сам прочитать, - «Тёплый Север» разместил его статьи на нескольких сайтах, и Атлантис их ещё не заблокировал. В Атлантисе бесполезно искать что-нибудь о нём, они скорее удавятся, чем рассекретят это. Он мог сделать так, чтобы мы даже подумать не могли о сопротивлении, понимаешь? Это очень просто. Но он сделал то, что сделал. Он пытался закрыть проект, когда узнал, как с нами собираются обойтись. Тогда его убили. В Атлантисе пишут, что это был несчастный случай, - глайдер потерял управление… Гедимин сузил глаза, потянулся к ноющему виску, но вспомнил о нашлёпках. - Свои учёные им нужны так же, как наши, - тихо заметил он. «Было бы интересно поговорить с этим Ильиным. Что он хотел получить на самом деле…» Сидящий рядом сармат обернулся. - Эй! Видели новость из Нитчекуона? Хольгер, вздрогнув, повернулся к экрану. - Что там? – забеспокоился Гедимин. - Под Нитчекуоном сбит глайдер с шахтёрской сменой, никто не выжил, - Хольгер смотрел на экран потемневшими глазами. – Стреляли с земли, на телах следы бластерных разрядов. Преступников ищут. Губернатор Оркус Марци настаивает… Под потолком лязгнул тревожный сигнал, и сармат замолчал. - Внимание! – объявил по громкой связи новый администратор – он прибыл только этим утром, и Гедимин ещё не успел узнать его имя, да ему было и неинтересно. – В связи с трагедией в Нитчекуоне губернатор Оркус Марци распорядился о создании отрядов самообороны. Сарматы, желающие вступить в патруль, пусть подойдут к главным воротам форта! Гедимин встал. - Я пойду, - буркнул он, досадливо щурясь – от резкого подъёма закружилась голова. Чья-то ладонь упёрлась ему в грудь. - Нет, ты не пойдёшь, - на него смотрел Кенен Маккензи. – Пойду я. Для тебя найдётся работа важнее, чем бегать по лесу. Макаки навряд ли дадут нам что-нибудь, кроме шокеров, а это не оружие. Ты поможешь нам, Гедимин? 05 февраля 55 года. Земля, Северный Атлантис, Ураниум-Сити Глайдер скользнул над ярко освещённым аэродромом и снова набрал высоту – все посадочные полосы были заняты, машины теснились по углам. Внизу мелькнула площадь, цепочки огней на фасадах пятиэтажек, прожектора на крышах замигали, подавая сигнал «заблудившемуся» пилоту. Глайдер промчался над главной улицей и, постепенно снижаясь, вывернул на крайнюю северную полосу. Снова он развернулся, уже основательно сбавив скорость; Гедимин досадливо поморщился, ожидая удара и жестяного скрежета, но машина только едва заметно качнулась и замерла. Шум мотора затих. - Опять какой-то лабудой заставили пол-аэродрома, - сузил глаза Иджес, выбираясь на расчищенный тротуар. Этот «участок безопасности» для пешеходов появился недавно, меньше месяца назад, - строители подняли часть дорожного покрытия рядом с медчастью и ремонтным ангаром и выкрасили в зелёный цвет. Гедимин посмотрел на юго-восток – крайняя южная полоса всегда отводилась под резервную технику, но сегодня заняли и соседнюю с ней. Там стояли огромные тёмно-серые контейнеры с круглыми белыми нашлёпками. Внутри каждой нашлёпки темнел слегка сглаженный зигзаг. «Вирм» - гласили буквы на белом поле. - Ещё несколько домов? Откуда они поселенцев берут?! – озадаченно мигнул Иджес. Гедимин качнул головой. - «Вирм» не производит дома, - буркнул он. – Только промышленное оборудование. «Привезли что-то для рудников?» - эта мысль скорее тревожила сармата, чем радовала. «Ещё немного металлолома и неделя на отладку…» - Эй! – Иджес ткнул его кулаком в бок – видимо, Гедимин задумался не вовремя и что-то пропустил. – Я спросил – чем ты сегодня занимаешься? Ремонтник пожал плечами. - На площадку пойдёшь? – Иджес кивнул в сторону оврага. На той стороне уже гремела музыка – кто-то из «макак» повесил над катком динамики, и желающие могли гонять по льду шайбу или друг друга под мелодичный грохот, лязг и брачные призывы «мартышек». Гедимин недовольно сощурился. - Пойду к Кенену, - определился он. – Посмотрим что-нибудь. - Кенен, - фыркнул Иджес, положив руку Гедимину на плечо. – Кенен вчера набрал полный карман фильмов о спаривании. Вы это смотрите? - Это познавательно, - отозвался ремонтник, глядя мимо Иджеса на серые контейнеры. «Устанавливать будет третья смена?» - он покосился на рацию, засунутую в карман, - пока вызовов не было. «Значит, подъём будет ранним.» - Не знаю, как ты не сошёл с ума от скуки, - вздохнул Иджес. – Ладно, пойду на полосу препятствий. А ты смотри – через неделю я тебя обгоню. Гедимин пожал плечами. - Вполне вероятно. - Ур-ран и торий! – Иджес сузил глаза, пристально глядя на ремонтника. – Ты ходишь, как сломанный «джунг». Что насчёт прежнего? Может, поищем что-нибудь на свалке? Тебя там месяц не видели! - Не вижу смысла, - отозвался Гедимин. «Нефтегонка» и опутанная колючей проволокой ограда медчасти остались позади, двое сарматов подошли к ремонтному ангару – отсюда непонятные контейнеры были видны ещё лучше. «Новый дизель?» - Гедимин приглядывался к меткам на их боках. «Ещё один? Значит, ранний подъём будет не только завтра. Если бы макаки хоть раз не хватались за оборудование своими кривыми руками…» Из-за неплотно закрытых ворот ремотного ангара донёсся лязг. - Это… уф-ф… обязательно? – спросил кто-то недовольный – судя по голосу, человек, причём самка. - Смеётесь? – отозвался другой – так звучали голоса охранников из недр тяжёлых экзоскелетов. – С диким гризли работать – и то безопаснее. За пределы форта без них ни шагу! Вы умеете стрелять? - Я сюда не в тир приехала, - первый голос стал ещё более недовольным. – Вы говорили о местных механиках? Насколько они профессиональны? - Очень, - буркнул охранник. – Держите дистанцию. Три метра – ближе не подходить! Да, респиратор наденете сразу, ещё на аэродроме. Дозиметр вам выдадут. Гедимин и Иджес переглянулись, сармат-северянин едва заметно усмехнулся. - Дикий гризли, значит, - протянул он. – Гедимин, а чего мы тут ждём? Ремонтник, оглянувшись на неподвижные глайдеры у медчасти, шагнул на посадочную полосу. «Надо рассмотреть ящики поближе,» - думал он. «Не думаю, что там новый дизель или подъёмник…» В спину ему ударил свет. - Тягач с водителем, и всё равно, сколько у него пальцев, - договорила, выбравшись за ворота, самка в синем комбинезоне поверх бронежилета. – Чёрт! - Наши механики, - хмыкнул из-под лицевого щитка вышедший за ней охранник. – Уже на месте. Самка остановилась, смерила Гедимина удивлённым взглядом, покосилась на Иджеса и покачала головой. - Это – механики?! - Ремонтная база «Жёлтое озеро», - сказал Гедимин, слегка сузив глаза. – Что тебе нужно? - Тихо, теск, - поднял руку охранник. – Стой, где стоишь. Это миссис Кунц из Саскатуна. Это её вещи. А это Гедимин Кет, старший механик «Жёлтого озера», и его напарник Иджес Норд. Дистанция! Самка, вздрогнув, отступила на два шага. - Дагмар Кунц, - она слегка приподняла капюшон и пригладила взъерошенный мех. – Многообещающе… Вы вдвоём контролируете все пять шахт «Жёлтого озера»? Гедимин кивнул. «Эта самка одета как ремонтник,» - думал он. «Зачем прислали ещё одну макаку из Саскатуна? Их тут достаточно…» - Что в контейнерах? – спросил он. - Правильный вопрос, - кивнула Дагмар, включая наручный фонарь. – Две буровые установки… Луч скользнул по двум огромным контейнерам. - Трубопрокладчик и цементатор, - луч сместился к западу. – И сорок жидкостных насосов. Завтра утром всё это отвезут на «Жёлтое озеро – пять». Вы знакомы с буровым оборудованием? - Больше с горизонтальным, - отозвался ремонтник. – «Жёлтое озеро – пять» - затопляемая шахта, половина штреков уже на консервации. Там нельзя бурить. Охранник тяжело переступил с ноги на ногу и что-то буркнул, но Дагмар заговорила раньше, и Гедимин не расслышал его слова. - Совершенно верно. Здесь – установка для выщелачивания, - луч дотянулся до самого крайнего контейнера, длинного и плоского. – Если она заработает, шахту закроют навсегда, и никто уже не будет там бурить. Такое оборудование вам знакомо? Гедимин покачал головой. - Неважно. В первую очередь нам будут нужны буровые установки, - сказала Дагмар, погасив фонарь. – Завтра в семь их начнут монтировать. От вас требуется быть рядом и отслеживать… Гедимин поднял руку. - Нужно проверить их сейчас, пока они здесь, - сказал он, глядя на ящики. – К ним есть инструкция? Самка растерянно усмехнулась, но после секундной заминки расстегнула карман и достала тонкий тубус. - Для такого случая – даже распечатанная, - хмыкнула она, протягивая свёрток Гедимину. - Стой! – крикнул охранник, шагая к ним. Его «клешня» опустилась туда, где долю секунды назад было предплечье сармата, но тот уже убрал руку и теперь, отступив на шаг, вытряхивал из тубуса распечатки. - Уйдите, - приказала Дагмар охраннику. – Вам тут делать нечего. - Приказ мэра Моранси – проследить за вами, пока вы здесь, - отозвался тот, не сдвинувшись ни на шаг. – Осторожнее с грёбаными тесками! Иджес до сих пор молча стоял в стороне, засунув руки в карманы, и в разговор не вступал – но, увидев, как Гедимин изучает чертежи, зашевелился и ткнул его в плечо. - Эй, кануки! Наша смена давно закончилась. Гедимин, идём, нечего тут время терять. Ремонтник положил руку ему на плечо и слегка отодвинул его. - Ты иди, Иджес. Я займусь оборудованием. Северянин изумлённо мигнул. - Что?! В своё свободное время по своей же воле?! - Это наше оборудование, - сузил глаза Гедимин. – Если оно неисправно, нужно устранить неисправности сразу. Я этим займусь, а ты иди. Иджес мигнул ещё раз и пристально посмотрел ремонтнику в глаза. - Вот оно что, - пробормотал он, приглядевшись. – Ты, никак, пришёл в себя? У тебя глаза светятся! Что за дрянь в этих ящиках? Что-то интересное? - Новый способ добычи урана, - понизил голос Гедимин. – Если я не ошибся, то жёлтый кек будут получать прямо на руднике. А это уже интересно… Иджес едва заметно усмехнулся. - Хорошо, что ты опомнился. Ладно, готовь ангар. Я пойду за тягачом. Южная стена ремонтного ангара уползла вверх. Тягач медленно, по сантиметру, втаскивал внутрь огромный контейнер. Гедимин, отойдя к стене, рассматривал чертёж буровой установки и мысленно отмечал уязвимые узлы. - Вы в самом деле не обязаны работать ночью, - вполголоса заметила Дагмар, выглянув из-под его локтя. – Всё можно проверить завтра, уже на месте. - Обычно после проверки половину механизмов приходится ремонтировать, - отозвался сармат. – Незачем возить неисправные установки туда-сюда. …«Исправен,» - Гедимин привычным движением вернул снятую крышку на место и закрутил последний болт. «Это был сорок восьмой… Так. В перечне было только сорок…» Свет ударил по глазам, и ремонтник растерянно замигал. Над ним, направив фонарь ему в лицо, стоял Иджес. Под рукой лежал нагревшийся металлический трос, в воздухе стоял запах свежей смазки. - Гедимин, ты спишь в обнимку с лебёдкой, - сказал северянин, отведя луч фонаря в сторону. В световое пятно попала часть мачты. Гедимин лежал рядом с ней, на платформе из остатков контейнера, и прижимал к себе бухту стального троса. - Всё исправно, - вздохнул ремонтник, закрывая глаза. Вставать ему не хотелось. «Сколько сейчас?» - лениво подумал он. «Темно. Тихо. Я – спать…» - Оно и видно, - хмыкнул Иджес, отодвигая Гедимина от мачты и устраиваясь рядом. – Прозевали отбой. Спи, я тоже отдохну. Э-эх, уран и торий… Он обхватил Гедимина одной рукой и уткнулся лбом ему в плечо. Фонарь погас. Когда свет зажёгся снова, ремонтник, не открывая глаз, пошарил рукой по платформе. Фонарь он нащупал, но свет погас раньше, и кто-то издал смущённый возглас. Существо тихо прошло мимо разобранной буровой установки и встало над дремлющими сарматами, подсветив их фонариком. За приоткрытой дверью тяжело шагали сторожевые «джунги», с аэродрома тянуло холодом и сыростью. Гедимин нехотя зашевелился, но Иджес крепко обхватывал его плечо – только сполз вниз и теперь прижимался лбом к его груди. - Тссс, - прошипел кто-то над головой сармата, и луч фонаря скользнул мимо, а следом послышались удаляющиеся шаги. «Отсюда будет слышна побудка,» - подумал Гедимин, немного отодвинувшись от бухты троса – спать на нём было не слишком удобно. «Уже скоро, через час или полтора. День должен быть интересным…» 03 марта 55 года. Земля, Северный Атлантис, Ураниум-Сити Это был первый день, когда Гедимин не стал надевать капюшон. От снежной толщи тянуло холодом, но солнечные лучи приятно грели макушку. Они отражались в ледяных кристаллах, и подтаявшие сугробы сверкали так, что Гедимин щурился. Из-под них тут и там выглядывали полуметровые пни – их не стали корчевать, предполагалось, что их корни удержат рыхлые местные почвы от окончательного разжижения. Над пнями, перекрещиваясь между собой и оплетая всю вырубку, протянулись ярко-красные трубы, а из снега торчали их массивные основания, и доносился тихий шум сорока насосов. Из-за уцелевших деревьев, если приглядеться, можно было рассмотреть высокие серебристо-серые цистерны, увешанные знаками химической и радиационной опасности. Выщелачиватель работал уже второй день, и Гедимин, обойдя всю вырубку, не нашёл признаков неисправностей. Он вернулся к глайдеру и стоял рядом, по щиколотку в снегу, задумчиво щурясь на рабочее поле. «Ещё месяц, и твёрдая вода станет жидкой,» - думал он, прикидывая массу накопившегося снега. «Интересно, на что станет похожа почва. Трубы не должны перекоситься, но выглядит всё это ненадёжным…» - О чём вы думаете? - Дагмар тронула его за локоть. Снег давно хрустел под её сапогами, но Гедимин не прислушивался – он не ожидал, что человеческая самка подойдёт вплотную. - После таяния почва размокнет, - он посмотрел на красные короба насосов. Они прикрывали трубы, уходящие в скальную породу на десятки метров. Где-то там едкий раствор медленно размывал урановую руду – и сам трубопровод, но на ближайшие пять лет должно было хватить и того, и другого. - Неизвестно, хватит ли остатков растительности, чтобы скрепить её. Если насосы просядут, трубы потрескаются, - сказал Гедимин, прикидывая про себя, какое проседание сеть трубопровода ещё выдержит. Дагмар хмыкнула. - Это всё, что занимает вас сейчас? Трубопровод? Гедимин озадаченно мигнул, покосился на неё – самка разглядывала его снизу вверх, пристально и заинтересованно. - Не только. Ремонтную базу расширяют, - он тяжело качнул головой. – Завтра мне дадут списки нового состава. Тринадцать техников. Не знаю, кто там будет, и насколько они будут полезны. Разговор о списках был ещё позавчера; Гедимин третий день ходил озадаченный и недовольно щурился. «Ангар придётся расширять,» - думал он. «Хорошо, что я больше не ставлю там опыты. Слишком много посторонних.» - Ну-ну, - самка похлопала его по локтю. – Моранси даст вам широкие полномочия. Если они окажутся бесполезными, вы тут же их выставите, и всё. Значит, вас занимает трубопровод и новая бригада? Я вижу, вы всегда думаете о работе, и больше ни о чём. Это настораживает. У вас есть подруга? Сармат изумлённо мигнул. - На сто поселенцев приходится одна самка, - хмуро напомнил он. - Что насчёт людей? – Дагмар с усмешкой заглянула ему в глаза. Это было не слишком удобно – низкорослой самке пришлось запрокинуть голову. Гедимин покачал головой. - Людям не нужны такие слизистые уроды. - Не говорите так, - самка нахмурилась. – У вас отличное тело. Да на одну такую спину девушки должны сбегаться толпами! А ваши скулы и горящие глаза… Она странно причмокнула и протянула руку к Гедимину. - Вы не замёрзнете, если я расстегну вам комбинезон и потрогаю кожу? Сармат мигнул ещё раз, глядя на инженера с нарастающим удивлением, а потом пожал плечами. Секунду спустя холодная ладонь прикоснулась к его животу, осторожно ощупывая мышцы. Самка прикрыла глаза. - Здорово. У вас горячая кровь. Поэтому вы купаетесь в проруби? «Март,» - запоздало вспомнил Гедимин, глядя на руку, нырнувшую под его комбинезон. «Весна. Инстинкты. Сюда бы Домициана – он разъяснил бы лучше.» - Мозгу полезно охлаждение, - сказал он. Дагмар хихикнула. - Значит, кровь согревает мозг? Предполагалось, что она потечёт по другому… руслу, - согревшаяся ладонь опустилась ниже, и Гедимин уловил странное тянущее ощущение в животе; оно продолжалось не более полусекунды, но сармата бросило в жар. – Ошибка в проекте, должно быть. Неверно рассчитали, куда должны течь… жидкости. - Как всегда, - вздохнул ремонтник, возвращаясь мыслями к трубопроводу. Дагмар перехватила его взгляд, закусила губу и, медленно проведя ладонью по его животу, убрала руку. - Присматривайте за выщелачивателем, - сказала она. – Я завтра улетаю, но установки будут строиться – по плану их девять, может, будет больше. Вы не оставите их, нет? На вас можно положиться? - Почему на меня? – озадаченно спросил Гедимин. – Их строят монтажники, на них работают шахтёры. Я вижу одну из девяти, и то, когда она выходит из строя. Дагмар широко усмехнулась – глаза сошлись в щёлочки, и сармат не без труда вспомнил, что у людей это не означает ярость. - Ну-ну. Я знаю вас уже месяц. Когда «Вирм» пришлёт меня на инспекцию – года через два – вы будете главным инженером при этих установках. А сейчас пора на базу. Она забралась на свободное сидение рядом с местом водителя, Гедимин втиснулся между креслом и штурвалом и в последний раз посмотрел на красные трубы и подтаявшие сугробы. «Если сломается – я узнаю,» - он опустил рычаг, поднимая глайдер над уцелевшими соснами. «А в цистерны надо будет заглянуть…» 15 июня 55 года. Земля, Северный Атлантис, Ураниум-Сити Придирчиво осмотрев изделие, Гедимин засунул его под поток тёплого воздуха и бросил мокрую ветошь в мусорный ящик. Очередная цацка была практически готова, бронзовые бока позеленели от искусственной патины, - эксперимент по травлению можно было считать успешным. Убедившись, что цацка высохла, Гедимин снова взял её в руки и осмотрел ещё раз. Внешняя форма нового украшения была предельно проста – металлический бак восьмисантиметровой длины, трёх сантиметров в диаметре, с двумя двухколенчатыми трубами, отходящими от него с двух сторон. К одной из них крепилась миниатюрная шкала манометра с намертво приклеенной стрелкой – декоративная деталь, и не более того; на вторую был помещён маленький вентиль, легко прокручивающийся как пинцетом, так и пальцами. Его диаметр составлял всего полсантиметра, но это была функциональная деталь, часть более сложного механизма – и сейчас Гедимин провернул его до упора. Чан разделился надвое по скрытому шву, открыв внутреннюю полость. Сармат довольно кивнул и вернул крышку на место. - Можно взглянуть? – ремонтник Йорат Ло оторвался от переливания отработанных реактивов в чан для отходов и подошёл к Гедимину. – Надо же… Если ты так заморочился с простой цацкой, что же твоё звено покажет на Летних полётах?! Гедимин хмыкнул. - Это подготовка, Йорат. Разработка мелкой моторики, - он подержал готовую вещицу на ладони и опустился на пол, выдвигая самый нижний ящик под верстаком. То, что его уже не интересовало, лежало там, - опробованные решения, неудачные опыты… - Иджес все локти себе сгрызёт, - усмехнулся Йорат, заглядывая в ящик. – Ты что, и это раздаришь? Сам не будешь носить? - Хочешь – забирай, - равнодушно пожал плечами ремонтник. – Мне хватает цацек для ношения. Ящик, наполненный ячейками с мягкой выстилкой, задвинулся неплотно – что-то мешало, и Гедимин выдвинул его снова. У самой стены лежал комок чистой ветоши – отдельно, не в ячейке, и сармат удивлённо мигнул – ничего подобного он в свой ящик не клал. Бросив тряпку на верстак, он развернул её и хотел отправить в общую кучу чистой ветоши – но что-то мелкое, выкатившись из складок, застучало по полу. У ног Гедимина лежали маленькие тёмно-синие линзы – всего восемь, две большие и шесть маленьких. - Сивертсенит, - заметил Йорат, подбирая кристаллы и складывая их на сложенную тряпку. – Запасные? Похоже, нестандарт по диаметру. Что они у нас делают? Ни одного генератора сейчас в ремонте нет. Гедимин вздрогнул и растерянно мигнул, глядя на линзы. «Нестандартный сивертсенит? Генераторы? Откуда…» Тупая боль сдавила виски, и он, досадливо щурясь, стянул перчатки и потёр кожу тёплыми пальцами. «Это осталось от генератора Арктуса,» - воспоминания возвращались медленно и болезненно. «Наверное, я сделал несколько комплектов и спрятал их… перед тем, как мне стёрли память. Кажется, я сам синтезировал это вещество… A-ah-hasu!» - Это для цацек, - буркнул он, сметая линзы на тряпку и заталкивая её назад в ящик. - Гедимин, ты в порядке? – Йорат смотрел на него встревоженно. – Всё хорошо? Сармат кивнул и задвинул ящик до упора. Для болей в висках не было ни единой физиологической причины – проколы в коже и крошечные отверстия в черепных швах давно затянулись. Тем более нечему было болеть в груди, но рёбра снова стянул невидимый обруч. «Я чего-то хотел, когда взял для генератора нестандартные линзы. Изменить… фокусное расстояние? Растянуть купол на нескольких точках? Надо попробовать снова… может, руки вспомнят, если мозг отказывается…» - досадливо щурясь, Гедимин вышел на порог, под полуденное солнце и ветер с затопленного уранового карьера. День был летний; если бы не прохладный воздух с водоёма, было бы даже жарко. Над столовой трепыхался на ветру флаг Атлантиса, гимн уже отзвучал и умолк до следующей смены; у мусорного бака охранник в экзоскелете, воровато оглядываясь, что-то выкапывал из-под пустых коробок. Гедимин хмыкнул. - Вы победили, - заметил он вполголоса. – Так чего прячетесь? Охранник, прижимающий к груди коробку с непрозрачными бутылями, посмотрел на сармата косо. - Тебе оставить? – спросил он, указав на бутыли. Никого из людей больше не было вокруг аэродрома, бояться было некого. - Не хочу, - качнул головой Гедимин и отвернулся. Рация, подвешенная на ремешок, загудела; «sata» - высветилось на экране. Буквы – всё, что осталось после тщательной маскировки от фразы «sa taikka», «будь внимателен» - обозначали, что происшествие на какой-то шахте, хоть и требует вмешательства ремонтника, к серьёзной аварии не привело. В противном случае на экране зажглось бы слово «fauw» - огрызок «fauwar», «насильственная смерть»… - Ремонтная база на связи. - «Жёлтое озеро – пять», - сармат-диспетчер был немного озадачен, но не напуган, и это, как и сигнал «sata», было хорошим знаком. – Проблема на станции пересыпки. - Что именно? – спросил Гедимин, оглядывая аэродром. Один из двух глайдеров ещё стоял на взлётной полосе, на другом улетел с половиной бригады Иджес; кроме того, остались два миниглайда. - На упаковке заметили расхождение по весу. Повторили – то же самое. В пересыпочном коробе щелей не заметили, но когда его вскрыли, нашли закрытые удлинённые полости. В них одно отверстие, снизу, и при пересыпке они заполняются кеком. Обратно он не высыпается. Видимо, покрытие расслоилось. Сейчас работа стоит. Запасной короб есть, но там та же неисправность. Когда ждать бригаду? - Через пять минут, - ответил Гедимин, досадливо щурясь. «Заметили,» - думал он, направляясь к ближайшему миниглайду. «Придётся снять кековые ловушки. Значит, отток такого объёма выглядит подозрительно. Жаль. Через неделю надо опробовать другую конструкцию…» - Гедимин, кому лететь? – из ангара выглянул Йорат. - Сам посмотрю, - отмахнулся ремонтник. – Небольшая неисправность на пересыпке. Йорат, приняв от него рацию, кивнул и скрылся в ангаре. Гедимин встал на платформу миниглайда, просевшую до земли под его весом, и развернул штурвал горизонтально. Лёгкое летающее приспособление поднялось в воздух. На бок оно больше не кренилось, углубления для ног подходили под ступню сармата, - как и всё, что привозили из Атлантиса, миниглайды пришлось дорабатывать под себя… Ловушки для кека, закреплённые внутри короба, были сняты, вскрыты и опустошены; Гедимин старался не показывать досады, когда отправлял их в короб с опасными отходами. Сами трубки были ценны – сарматы-ремонтники крайне редко выкидывали что-то на свалку, и время, когда можно было пойти в овраг и набрать полные карманы запчастей, давно прошло. Ещё дороже был жёлтый кек, который никуда не выкидывали ни при каких обстоятельствах; в тайнике под ремонтным ангаром уже лежало четыре килограмма, под свалкой – ещё три, и с таким мизерным количеством ни о каких опытах не могло идти и речи. «Ладно, подожду ещё неделю,» - думал Гедимин, выходя с рудника. «Должен быть другой способ, менее заметный…» Миниглайд летел над зарастающей дорогой – теперь, когда в Ураниум-Сити вывозили только бочки с жёлтым кеком на летающих глайдерах, и рудовозы больше по ней не ходили, покрытие с неё содрали, и флора не замедлила вернуться на привычное место. Полоса чёрной взрытой земли уже зазеленела по краям – трава пустила побеги; сармат думал, что в следующем году останется только просека, а через несколько лет о её наличии можно будет только догадываться. Но пока он мог лететь над дорогой, снизившись почти до земли. Лес поредел, расступился, открыв каменистую равнину с невысокими соснами и водоёмом почти правильной квадратной формы. Подходы к нему были перекрыты густым кустарником; это никому не помешало бы, но водоём с отвесными берегами стометровой глубины не годился для купания, и даже люди, как знал Гедимин, сюда не совались. Тем более там нечего было делать сарматам – рудных залежей, достойных освоения, на этом месте пока не нашли. Однако из-за кустов были слышны голоса, и виднелись яркие оранжевые пятна и одно красное. Гедимин услышал лязг металла и увидел в кустах свежую просеку – что-то переломало их, проложив широкую колею к водоёму. Бросив миниглайд под деревом, он пошёл на скрежет и крики. - Убери руки, лысый ублюдок! – пронзительно визжала человеческая самка, невидимая за кустами. – Если вы нас только тронете… - Вас всех перестреляют, уроды! – поддержал её самец в серо-стальном комбинезоне с поддельными знаками отличия Звёздного флота. – Отдал наш флиппер, быстро! Только подойди… А-а-а! Вопли оборвались влажным хрустом и звуком падения. - Has-sulesh, - сплюнул за кустами Кенен – его красный комбинезон виднелся в листве. – Тут в берегу есть углубления? Закопать и придавить камнями. - Мелко, всплывёт, - отозвался другой сармат, пробираясь сквозь кусты к воде. Гедимин видел, как он держит ладонь под окровавленной кувалдой – вязкие капли стекали и падали, сармат не хотел наследить на берегу. - Привязать к валуну и на дно, - предложил третий, отходя от неподвижных серых тел к лежащему на боку флипперу. – Завернём в их одежду. На ста метрах их никто искать не будет. - Железо тоже нужно убрать, - сказал Кенен, обходя флиппер по обломкам веток и ставя ногу на обвалившееся крыло. – Открутить всё нужное и в воду… Эй! Стой! Гедимин остановился – ему в грудь смотрели два самодельных станнера, выжигатель и двуручное гарпунное ружьё. - Джед, твою мать! – Кенен медленно опустил оружие. – Как мы тебя проглядели?! - Увлеклись, - хмыкнул ремонтник, разглядывая обломки глайдера. В мокрой грязи под поломанными кустами лежал маленький флаг Атлантиса. Грязь маслянисто блестела – кровь растеклась по воде. Три трупа в поддельной форме Звёздного флота лежали на берегу, и двое сарматов, увидев, что угрозы нет, убрали оружие и склонились над ними, заталкивая тела внутрь комбинезонов и туго завязывая рукава и горловины. - Прилетели поиграть в австралийских повстанцев, - сузил глаза Кенен, повернувшись к мертвецам. – Доигрались. Мы в своём праве, Джед, таково распоряжение координатора. Что ты на меня смотришь? - Мне всё равно, - пожал плечами Гедимин. – Я смотрю на флиппер. Как вы его сбили? - Гарпун в бак, - сармат с ружьём пнул обломки машины. – Порвало надвое. Эй, да тут генератор целый! - Отойди, - Кенен надавил на его плечо, оттесняя сармата от флиппера, и сам опустился на землю, вытирая обломки от грязи. – Взгляни сюда, Гедимин. Как думаешь, будет работать? Ремонтник поддел кусок корпуса. Треск оплавленных проводов был слышен сразу – расколотый генератор затопило жидкой грязью и закоротило. Вбив между клеммами кусок фрила, Гедимин вынул генератор и поднял на руках, дожидаясь, пока лишняя вода стечёт. - Восстановить можно, - сделал он вывод, заглянув в расколотый корпус. – Линзы целы, излучатель исправен. Мимо протащили тела – скорее, серые мешки в кровавых пятнах. На берегу ждал сармат с подготовленными валунами. Кенен подобрал грязны й флажок и прикрепил к одежде мертвеца. - Всё на дно, - усмехнулся он. – Гедимин, тебе такой «сивертсен» нужен? Забирай. Никто на него не претендует, верно? Он обвёл предостерегающим взглядом сарматов-ополченцев. Они переглянулись. - Щедро, - хмыкнул Гедимин, заворачивая генератор в найденную по карманам ветошь. Чёрной грязи на нём уже не осталось – только озёрная вода. - Мало ли, какой корабль мог разбиться над лесом? – Кенен многозначительно смотрел на небо. – Если поискать в лесу то, что не доели еноты и муравьи… Сармат кивнул. - Ты ничего не видел, и мы тебя не видели! – крикнул ему в спину Кенен, когда Гедимин выбирался из кустарника к оставленному под деревом миниглайду. Ремонтник не обернулся. Он забыл о «повстанцах» в ту же секунду. У него был лишний «сивертсен», в ангаре лежали нестандартные линзы; он знал, чем «арктус» отличался от «сивертсена» по результатам работы. «Длина фокуса… и что-то ещё было с… да, были отдельные концентраторы,» - Гедимин складывал обрывки воспоминаний, заполняя чёрную выжженную пустоту. «Я с ними что-то сделал… Хольгер должен помнить, с чего мы начинали. Два концентратора… их устройство… напряжение? Я повысил напряжение на входе, переключил фазу… проводка сгорела тогда? Нет… что-то другое было… но фаза относится к делу, это я помню. Переключить ещё раз, проверить…» - он тяжело качнул головой. «Я всё восстановлю. Пригодится.» 01 июля 55 года. Земля, Северный Атлантис, Ураниум-Сити Под крылом глайдера мелькнула тёмная вода, и он зашёл на третий круг над ровными рядами пятиэтажных зданий. Было время долгих вечеров и светлых ночей, и предупреждающие огни на крышах больше не зажигали; глайдеры летели высоко, не цепляясь за дома посёлка и трубы горнообогатительного комбината. - Садимся! – Йорат выглянул в иллюминатор и облегчённо вздохнул. Гедимин увидел, как мелькает за стеклом крыша ремотного ангара, а потом глайдер опустился на посадочную полосу и развернулся носом к медчасти, заняв своё место в строю таких же полосатых «Бьюиков». Он был третьим; четвёртый приземлился на две секунды позже. - С тех пор, как грузовики угнали на север, тут хоть место есть, - сказал Иджес, выбираясь из фургона. – Ну надо же! В этот раз мы не последние. Пятый глайдер зашёл на посадку и мягко развернулся, встав бок о бок с четвёртым. Из кабины выглянула Лилит и вскинула руку в приветственном жесте. Гедимин помахал в ответ. - Даже странно, - хмыкнул Йорат, покосившись на Гедимина. – Неужели однажды мы вернёмся первыми? Даже не знаю, что я тогда сделаю. - Хочешь вылететь первым – вылетай, - хмуро отозвался старший механик. – Собрался – и на аэродром. - А тебя оставить в ангаре? – Йорат усмехнулся. – С тебя станется заночевать там. - Это верно! – сказал Иджес, хлопнув Гедимина по плечу. – Ладно, пора на отдых. Ты о Летних полётах не забыл? Время поджимает. - Знаю, - ровным голосом отозвался ремонтник. Протянув рацию дежурному, он огляделся по сторонам – из-за ремонтного ангара уже выглядывал, нетерпеливо переминаясь на месте, Хольгер Арктус. - Восстановил? – тихо спросил он, протянув Гедимину руку. Тот кивнул и крепко сжал его ладонь. - Получил? – спросил он в свою очередь. Хольгер едва заметно усмехнулся и достал из кармана жёсткий серебристо-серый треугольник с красным ободком – значок с изображением наклонённой колбы и дымящихся мензурок. - Хольгер Арктус, инженер-химик, - слегка наклонил голову сармат, прикрепляя значок к груди, рядом с рабочими нашивками. – Тебе, eateske, по справедливости полагается такой же, но законы наших собратьев-приматов… Он развёл руками. Гедимин хмыкнул. - Какой из меня инженер? Таких, как я, к обогащению урана близко не подпускают. Теперь ты работаешь на комбинате? Хольгер смущённо кивнул. - Да – химическая очистка, фильтрация и тому подобное. До обогащения урана дело не доходит, речь всё ещё о руде… Хотя ты это знаешь куда лучше меня. Так что с генератором? Он такой же, как… тот первый? Гедимин пожал плечами. - Я не помню, Хольгер. Работает. Можем взять глайдер и посмотреть – я сегодня не на дежурстве, но за нами давно не следят. - Не рискуй так, - покачал головой инженер. – Торопиться некуда. Ты его восстановил… И что теперь? Есть какие-то идеи? Гедимин огляделся по сторонам – никого в переулке не было, и охранники давно оставили привычку топтаться рядом с ремонтным ангаром и медчастью. - Уран, - тихо сказал он. – Ещё килограмм, и можно будет начать по-настоящему интересные опыты. Могут понадобиться некоторые реактивы… - Сделаю всё, что смогу, - кивнул Хольгер. Вечер был жарким; над южным горизонтом темнела полоса туч, сверкали молнии. «Погода обещает быть нелётной,» - Гедимин недовольно посмотрел на небо. «Этот фронт движется на север и через час будет тут. На месте сестёр Хепри я бы перенёс испытания в ангар…» Сёстры Хепри прошмыгнули перед ним в информаторий, опасливо глядя на ползущие на север тучи. Гедимин вошёл следом и огляделся в поисках свободного места. - А вот и Лиск, - усмехнулся Хольгер, поворачиваясь к окну. - А, вы здесь, - обернулся к ним Линкен, тяжело облокотившись на стол; непрочная столешница под его рукой захрустела. Гедимин увидел на экране открытое почтовое окно – космолётчик переписывался с офицером Звёздного флота по имени Джозеф. «Уже полгода,» - подумал ремонтник, скрывая ухмылку. «Они ещё обругали не всех командиров и политиков?» - Вы, двое, мне и нужны, - пробормотал Линкен, набивая и отсылая новое сообщение. – Хорошо, что пришли. - Если нужно выругаться, то попроси Иджеса, - посоветовал Гедимин. – У него хорошо получается. - Да ну тебя, - шрам на лице Линкена дёрнулся. – Вы знаете, что такое «душа»? Для макак это, кажется, важное понятие, а я как-то упустил его из виду. Гедимин задумчиво сощурился. - Никогда не пробовал это выяснить, но… Некоторые макаки говорят, что если у нас нет этой штуки, нас можно заставлять работать и при желании убивать. А если есть, то нельзя. Но чем это может быть… Линкен хлопнул его по ладони. - Понятно. Очевидно, это какое-то оружие. Вот память у тебя, атомщик! Ладно, спасибо… - благодарно кивнув, он отвернулся к экрану и продолжил переписку. Гедимин сел рядом, за освободившийся телекомп, Хольгер опустился на пол рядом с ним. - Сам не хочешь? – Гедимин кивнул на соседний стул. С тех пор, как с машин общего информатория стёрли все игры, посетителей стало в разы меньше – остались только те, кто переписывался с людьми, и студенты разнообразных курсов. - Дома поиграю, - покачал головой Хольгер. – Почитаешь мне новости? - «Проект «Слияние»: новый шаг к сближению был сделан в Институте Вистара, штат Пенсильвания…», - Гедимин развернул страницу и изумлённо мигнул. – Эй! Хольгер, Линкен! Сюда! Они всё-таки построили клонарий… - Кто, какой клонарий? – Линкен развернулся к нему. Хольгер привстал, внимательно посмотрел на экран и хмыкнул. - Действительно… Жаль, что не для себя. - «Тридцатого июня закончился цикл роста первого сармата, созданного в рамках проекта «Слияние», и полностью сформированный организм покинул автоклав», - прочитал вслух Гедимин. – «Это большое достижение… и залог будущего…» Так, это не имеет смысла. Тут кусок речи Джеймса и ещё какой-то мартышки… - Если мартышка – учёный, то читай, - сказал Хольгер. - Учёного я не назвал бы мартышкой, - сузил глаза Гедимин. – Так, вот дальше… «Как показали тесты, новый искусственнорождённый полностью здоров физически и развит умственно на уровне восемнадцатилетнего подростка… рост шесть футов восемь дюймов, вес двести двенадцать фунтов, внешность и телосложение соответствуют сарматским нормам… Координатор проекта «Слияние» лично присутствовал при первых шагах «новорождённого» и предложил дать ему имя «Эд Вистар». Этот сармат полностью отвечает условиям, выдвинутым координаторами проекта «Слияние». Рассматривается вопрос о скорейшем создании сарматов нового образца и заселении их в пригород Филадельфии, штат Пенсильвания…» Макаки будут рады. Он повернулся к сарматам. Хольгер согласно кивнул и задумчиво сощурился, Линкен потирал шрам на затылке. - Шесть футов восемь дюймов… - взрывник провёл ладонью черту на уровне груди. – Вот здесь будет его макушка, что ли? - Если он сложен пропорционально, то в плечах он будет… - Хольгер пальцами отмерил расстояние по его груди и остановился чуть правее середины. – Хм… Некрупный. Наверное, с такими удобнее будет спаривать мартышечьих самок. Линкена передёрнуло. - На что, кроме спаривания, этот карлик будет годен?! В рудниках он сдохнет, не проработав и одной смены… - Макаки как-то добывали руду, пока не сделали нас, - пожал плечами Гедимин. – И этот справится. Если голова и руки в порядке… Линкен потёр шрам и поморщился. - Откуда они будут в порядке?.. Макаки сделали всё, чтобы нас ослабить. Идиотские законы, отрава в пище… теперь ещё эти опыты! Им удобно видеть нас такими никчёмными недомерками. Их они заставят работать, а нас ликвидируют. - Они думают поселить его в мартышечьем городе, - из-за плеча Хольгера выглянул Кенен и приветственно улыбнулся во весь рот. – Бедный Эд. Мне жалко этого несчастного мутанта. Он ни в чём не провинился, но его разорвут на части. Мартышки будут рады на нём отыграться. К такому сармату, как ты, Джед, или как Линкен, они боятся подходить даже в экзоскелетах. А вот бедный карлик Эд… - Не думаю, что это забавно, - сузил глаза Гедимин, уловив в голосе сармата насмешку. – Если такого сармата привезут сюда, я не трону его. Никто из нормальных сарматов его не тронет. Макаки – жестокие твари. - Это очевидно, друг мой Джед, - кивнул Кенен. – Даже выходцу с ледяного Энцелада. За соседним столом послышался тяжёлый вздох и скрип столешницы – сармат-венерианец, разглядывая экран, навалился на неё всей тяжестью. - Вот мартышка, - пробормотал он, растерянно глядя на монитор. – Что мне с тобой делать?.. Эй, Кенен, не подойдёшь? - Со всем желанием, Алекс, - закивал учётчик, оглядываясь на Гедимина. – Прошу прощения, мои друзья… - Что произошло? – спросил Гедимин, вслед за Кененом подходя к столу Алекса. Линкен и Хольгер, переглянувшись, пошли за ним и встали за его спиной. «Стая,» - мельком подумал ремонтник, удивлённо мигая. «Получается, мы ходим тут стаей…» - Алексей Юнь, - венерианец пожал Гедимину руку. – Ремонтник Джед с Жёлтого озера? Я о тебе слышал. Но тут, наверное, не по твоей части… Кенен, почитай, что она пишет. Чем вообще думает эта мартышка?! - Ты… переписываешься с… человеческой самкой? – Линкен прижал ладонь к затылку – видимо, сегодня шрам болел сильнее обычного. Алексей угрюмо кивнул. - Кого выдали, - буркнул он, протянув взрывнику измятый лист. Скомкать скирлиновую бумагу было непросто, но тут кто-то постарался на совесть, - имя и адрес еле читались среди складок. - Джессика Уотерс, - прочёл с экрана Кенен. – Довольно пушистая самочка… Ну и чему ты удивился, Алекс? Ты интересен ей. Следовало этого ожидать – они-то переписываются с нами по доброй воле, а не по разнарядке. - Интересен… - поморщился венерианец. – Это существо считает, что жить на Венере – это романтично, и мечтает туда слетать. Романтично, плавунец её сожри… Тучи сернистого газа, тысячекилометровые смерчи, кислота со всех сторон, - вот что такое эта их Венера. Ни одна мартышка там не выживет. Романтично… Надо деть её куда-то, Кенен. Чтобы она пошла и нашла себе самца среди макак. - Логично, - пожал плечами Кенен. – Так напиши ей про Венеру – про все ваши климатические прелести и особенности жизни в атмосфере. Про давление на поверхности и добычу всякой дряни из воздуха. Мне тебя, что ли, учить? Алексей скривился. - Пробовал. Не помогло. Ей интересно! Вот глупая мартышка… Гедимин хмыкнул. - Тебе везёт, - сказал он, покосившись на Кенена. – Твои рассказы кому-то интересны. - Ага! – Кенен хлопнул его по плечу. – Вот кто тебе поможет, Алекс. Джед знает, что рассказать, чтобы все слушатели разбежались кто куда. У него это получается одинаково хорошо и с самцами, и с сам… Ох! Он согнулся пополам – Гедимин бил вполсилы, но целился тщательно. Хольгер покачал головой. - Не надо глупых шуток, - тихо сказал он Кенену. – Гедимин, тебя не хотели обидеть. И Алексей так и не получил полезного совета. - Скажи ей, что слизистые тески с мохнатыми макаками не общаются, - буркнул Линкен; шрам на его лице нервно подёргивался. – Что мы не умеем спариваться и не плодимся животным путём. - Она думает, что это неважно, - качнул головой венерианец. – Боюсь, ей будет интересно даже про реактор… или о чём ещё рассказывает всем Гедимин… - А не должно, - прохрипел, выпрямляясь, Кенен. – Ладно, я придумал, что тебе делать. Спасибо Джеду – куда бы он ни бил, прочищаются мозги… Ты был на Венере во время первых восстаний? Расскажи, что вы сделали с макаками на платформах. Как вы захватили всё железо, и куда дели… излишнюю органику. Что происходит с мартышками в атмосфере Венеры. К чему проявляет интерес местная фауна. Расскажи во всех подробностях. Твоя мартышка сама забудет, как тебя зовут. Больше ты о ней не услышишь. Алексей сузил глаза, внимательно посмотрел на учётчика и, пожав плечами, повернулся к экрану. - Если это поможет… - пробормотал он и начал печатать. - Идём, - Линкен положил руку на плечо Гедимина. Ремонтник удивлённо покосился на него и увидел, что шрам на лице космолётчика заметно дёргается. - Сбросить Джеймса на Венеру, - еле слышно пробормотал он. – За все его отвратные бредни… Hasu! 04 июля 55 года. Земля, Северный Атлантис, Ураниум-Сити Над насосной станцией реял по ветру флаг Атлантиса. С востока – из кустов на самом пологом участке берега – тянуло дымом, этиловым спиртом и подгоревшей органикой. Гедимин принюхался и сглотнул слюну – там жарили сосиски, а к ним обычно прилагалась горчица. «Сходить к ним?» - подумал он и смущённо покосился на Хольгера. «Не сейчас…» - О реагентах не беспокойся, - Хольгер провёл пальцем по предплечью Гедимина, вычерчивая очередную формулу. – Всё есть, и до всего можно добраться. Вот этот состав воспламеняется от искры. Толчок будет сильный. Если не ошибёшься с направлением. В противном случае будешь снимать звездолёт с верхушки сосны. Гедимин хмыкнул. «Надо тренировать пилотов,» - думал он. «Много топлива «Гарпия» не поднимет. Надо каждый заряд расходовать с пользой.» - Вот этот состав тоже неплох, - Хольгер вывел на руке сармата ещё одну формулу. – Очень простой, но немного опасный в приготовлении. Ничего, что я пишу на тебе? - Пиши, - отозвался Гедимин. – Я запомню, шпионы не увидят. - Шпионы? – мигнул Хольгер. – Страсти снова накаляются? Даже обидно, что я от всего этого далёк. Столько пропускаю… Он встал, вошёл по щиколотку в воду и остановился, задумчиво глядя на маленьких рыб на мелководье. Гедимин повернулся на другой бок, дотянулся до озера и плеснул воды на горячую макушку. Солнечные лучи успели нагреть воздух, взлётные полосы аэродрома и тёмно-синюю шерсть на голове сармата – но не озеро, и от него тянуло холодом. Гедимин усмехнулся, вспомнив десятисантиметровый слой льда над головой, сияющее окно проруби и вязкую кристаллизующуюся воду. «Очень много изменений,» - думал он, прикрыв глаза. «Трудно всё запомнить.» За спиной что-то громыхнуло, и Гедимин развернулся к источнику звука, но увидел только смущённого Кенена со смартом в руках. - Опять кнопка запала, - пожаловался сармат, поддевая ногтями клавиши. Громыхнуло ещё раз, и Кенен, отключив звук, вынул наушники и недовольно посмотрел на экран. Увидев застывшую там картинку, Гедимин хмыкнул. - Что ты смотришь? – он отнял у Кенена смарт и заглянул под переднюю панель. – Фантастика? Опять про реактор размером с кулак и стабильные трансурановые элементы? Кенен, благодарно кивнув, забрал исправный прибор и развернул голографический экран, укладываясь на спину, затылком к солнцу. - Не на то смотришь, - он задумчиво сощурился. – Дело не в реакторах. Это чистые выдумки, но макаки раскрываются в них до самого дна. Все их мечты, все их страхи, - всё, до капли. Смотри, Джед, и будешь знать о людях всё. Они боятся быть слабыми, но ещё больше, Джед, они боятся стать сильными. И боятся, что кто-то станет сильнее них. Если речь о мышцах, они ещё стерпят… но храни тебя их так называемый бог, если ты станешь умнее них. Тогда они порвут тебя в клочья… Гедимин пожал плечами. - Я не понимаю, - буркнул он. – Как всё это следует из реактора без биологической защиты и охлаждения? Тот, кто это придумал, не стал умнее. Он потерял последние мозги. Кенен с ухмылкой покачал головой и, поймав болтающийся провод, надел наушники. На экране снова замелькали картинки, и Гедимин отвернулся. Хольгер вынырнул у самого берега и вышел на примятую траву, тут же падая и перекатываясь на спину. Гедимин посмотрел на озеро, потом – на дымок над восточными кустами. Пахло сосисками и горчицей. - Пойду за едой, - сказал он, выпрямляясь во весь рост. Его подштанники, завёрнутые в комбинезон, вместе с сапогами лежали там же, где одежда Хольгера и Кенена – в примятой траве подальше от воды и песка. «Пусть и дальше лежит. Тут недалеко,» - подумал сармат, поворачиваясь к дороге. Там, на приподнятой над берегом насыпи, стояли двое патрульных в экзоскелетах и смотрели по сторонам. Увидев Гедимина, они едва заметно вздрогнули и повернулись к нему. - Теск, твою мамашу! Прикройся! – крикнул один из них. Сармат растерянно мигнул. - Что именно я должен прикрыть? – громко спросил он. - Прикройся, тебе говорят! – патрульный поднял станнер и направил на Гедимина. Кенен толкнул его в бок. - С твоими познаниями в местных традициях, Джед, - тяжело вздохнул он, - лучше сиди тут. Я схожу за едой. Хольгер, что тебе принести? «Ничего не понял,» - досадливо сощурился Гедимин, глядя вслед патрулю. «Что их напугало?» Кенен, застегнув комбинезон, нашёл среди чужой одежды сапоги и с широкой улыбкой пошёл к кустам, над которыми тянулся дымок. Гедимин видел, как из веток показался сторожевой «джунг», но отдыхающие охранники тут же отозвали его. «Благонадёжный Кенен,» - хмыкнул ремонтник, вспомнив трупы с расколотыми черепами на берегу бездонного озера. «Сармат, которому можно доверять…» - Гедимин, ты всё-таки с Энцелада, - покачал головой Хольгер; он уже обсушился на солнце и теперь грел спину, растянувшись в траве. Потревоженные насекомые роем кружили над ним, но ни одно не село на его кожу, и Гедимин их интересовал так же мало. Патрульные, возвращаясь от озера, остановились, глядя на них, и рой полетел к ним. «Броненосцы», поспешно опустив лицевые щитки, вполголоса выругались и зашагали прочь. - Почему? – лениво спросил ремонтник. - У жителей Земли не принято выставлять на всеобщее обозрение выделительную систему, - Хольгер перекатился набок, чтобы видеть собеседника. – Смотреть на чужую выделительную систему тоже не принято. Самки не показывают грудь. Самцам – можно. Странно, что ты до сих пор не натыкался на эти правила. - Вот как, - Гедимин задумчиво посмотрел на соседнюю группу купальщиков; там были сёстры Хепри, и когда они входили в воду, то растворялись в ней – тёмно-синяя кожа сливалась с синевато-чёрной озёрной гладью. – Подожди… Тогда как они спариваются? В фильмах, которые смотрит Кенен, и у самок, и у самцов всё открыто. - Кенен смотрит недостоверные фильмы, - хмыкнул Хольгер. – Но, надо признать, они познавательны… Учётчик спустился с насыпи, держа в руках полные тарелки. Из его карманов торчали открытые банки и разнообразные тюбики. - Все разновидности местной пищи, - Кенен поставил тарелки на траву и сам сел рядом, опустошая карманы. – Сосиски, картофельный салат, пирог с яблоками. Что будешь, Джед, - кетчуп или горчицу? - И то, и другое, - Гедимин забрал у него маленькие тюбики, желтовато-зелёный и два красных. – Что в составе кетчупа? - Капсаицин, - Хольгер взял один тюбик себе и выдавил его содержимое на сосиску широкой полосой. – Органические кислоты. Интересно было бы получить такие же вкусовые рецепторы, как у людей. Все эти… вещества отличаются для них не только видом… мне трудно это представить. - Да, капсаицин тут есть, - Гедимин откусил полсосиски, чтобы перебить чрезмерно жгучий вкус. – Я бы тоже хотел такую мутацию. Может, Джеймс ещё пришлёт нам такой мутаген? Кенен усмехнулся. - Мы сегодня пропустили праздничную речь, - заметил он, расстёгивая комбинезон; его грудь уже немного порыжела от солнечных лучей. – Интересно, внесут ли нас за это в красный список. - Список будет длинным, - Гедимин махнул рукой на запад. Между водой и аэродромом расположились десятки сарматов, и многие были тут с самого утра. Сармат в оранжевом комбинезоне спустился к воде, осторожно обходя лежащих. Кенен привстал, недовольно глядя на пришельца, - и заулыбался. - Хороший денёк, Линкен! - Угу, - буркнул взрывник, усаживаясь на траву, и брезгливо посмотрел на «мартышечью» еду. – Чего вы сюда натащили? - Гедимин просил горчицы, - отозвался Кенен, опустошая банку с салатом. – Чтобы он не обжёг внутренности, я принёс то, чем можно её заесть. - Ну и вкусы у тебя, - покосился на ремонтника Линкен. Гедимин пожал плечами и выдавил на язык ещё полтюбика горчицы. «В прошлый раз от этой пищи у меня сработала выделительная система,» - вспомнил он и посмотрел на озеро. «Минут через пятнадцать надо отплыть на запад, чтобы никто не видел…» - Что нового сказал нам наш координатор? – спросил Хольгер. – Я думал, ты давно на озере, - а ты прилежно слушал его… Линкен хмыкнул. Гедимин посмотрел ему в глаза и увидел серебристый блеск радужки – сармат был чем-то очень доволен. - Сегодня обошлось без речи, - сказал взрывник, отодвинув от своего локтя банку, брошенную Кененом. – В сети пишут, что две макаки с бластерами подстерегли его на дороге. Теперь он в больнице, но живой. А жаль. - Покушение прямо в столице? Надо же, - неодобрительно покачал головой Кенен. – Макаки совсем не ценят друзей. И кто выступил вместо него? - Паркс, сразу за да Костой, - Линкен свернул комбинезон и положил рядом с одеждой Гедимина. – На десять секунд показали сармата-недоростка. Не завидую я ему… Говорят, макаки сделали уже двенадцать таких. Трава зашуршала – к сарматам приближался ещё один пришелец. Гедимин удивлённо мигнул, поднял на него взгляд – это был Алексей Юнь, озадаченный и хмурый. Махнув рукой собравшимся, он сел рядом с Линкеном и вздохнул. - Не сработало, - буркнул он, посмотрев на Кенена. – Даже наоборот. Учётчик озадаченно посмотрел на него и снял наушники. - О чём ты? - О мартышке, - слегка поморщился венерианец. – Я написал ей, как ты посоветовал, - про восстания и то, что стало с макаками на Венере. В тот день – и вчера тоже – я в почту не заглядывал. А сегодня там куча писем. - От этой… самки? – уточнил Кенен. – Что пишет? Если тебя назвали кровожадным уродом, то всё сработало как надо. Люди всегда оставляют последнее слово за собой, только не… - Да помолчи ты, - сузил глаза Алексей. – Вот никогда не дослушаешь! Она пишет, что ей нравятся мои рассказы. Что я очень брутальный, и она без ума от меня и от всех сарматов. Что ей очень хотелось бы посмотреть на Венеру, на все эти летучие рудники, стаи плавунцов и тысячемильные грозы. Что от меня давно не было писем, и она беспокоится. И что она сейчас пробивает разрешение на видеосвязь с Ураниум-Сити. Если это называется «сработало как надо», то я – венерианский плавунец. Гедимин мигнул. - Она хочет увидеть тебя? Это странно, - заметил он. – Видимо, не все мартышки думают, что мы уроды. Хольгер ткнул его кулаком в плечо. - Тебе ли жаловаться! Половина местных самочек смотрит на тебя открыв рот, - ухмыльнулся он. – Должно же и Алексу было что-то перепасть. Линкен поморщился и потёр затылок. - Дурная выдумка – все эти общения, - пробормотал он. – Ничего хорошего из этого не выйдет. - Алекс, похоже, ты попал, - широко усмехнулся Кенен. – Она втрескалась. Не знаю, чем ты её зацепил, но теперь она не отстанет. Ну так пользуйся! Может, вам даже разрешат увидеться. Выйдешь с территорий, подышишь воздухом свободы. - Да ну вас всех, - буркнул Алексей. – Никуда я не поеду. Пусть летит на Венеру. Их туда пускают, а нас – нет. А это что? Он отобрал у Кенена банку с недоеденным яблочным пирогом, зачерпнул содержимое и осторожно лизнул. - Правильно, привыкай, - хмыкнул учётчик. – По ту сторону границы не принято есть чистую Би-плазму. Системы выделения и размножения находятся рядом – если одна неисправна, скоро откажет и вторая, так что там следят, чтобы всё работало. - Система выделения? – сармата передёрнуло, и он посмотрел на соседей. – Что, с кем-то уже такое было? Гедимин повернулся к озеру и порадовался про себя, что лица сарматов не так выразительны, как человеческие. Будь он «макакой», сейчас стал бы краснее венерианца…