Blue and Yellow

Внутри сарая почти всё было в каких-то обломках и развалинах. Похоже, сюда давно никто не приходил и не видел даже в этом никакой необходимости. Повсюду валялась сухая солома, поверх которой лежало два пледа, где Такао и Куроко провели ночь, поочерёдно сторожа друг друга. Такао выслушал историю Аомине и Кисе не без эмоций на лице. Кто бы мог подумать, что в пещере могло оказаться столько необычных вещей, начиная с настоящего леса, заканчивая опасным духом и стаей волков! О чём-то эти двое явно умалчивали, но и Такао, и Куроко давно догадались, что между воинами разных кланов была связь, так как их выдавали смешанные резкие запахи, которые бывают только у пар на первых этапах отношений. Второй уликой служила метка на шее Кисе, которая не просто являлась доказательством связи, но и подтверждала факт того, что Аомине и Кисе являлись истинной парой, что являлось настоящей редкостью для нынешних времён. Никто не хотел затрагивать эту тему. Казунари ни сколько осуждал это, сколько был удивлён подобной смелости. Если другие в кланах прознают об этом, возникнет огромный скандал. — Рад, что вы вернулись в целости и сохранности, — легко улыбнулся Куроко, когда рассказ был закончен, — честно говоря, я поражён, что вы так быстро поладили. Оба воина покраснели, переглядываясь между собой. — Что всё о нас, да о нас… — неловко пожал плечами Кисе, — лучше расскажите, что у вас тут произошло. — Мы влипли, — коротко и ясно высказал Казунари, — та деревушка, куда вы только что чуть не забрели — проклята! — Что? — Аомине недоверчиво на того покосился, — в смысле “проклята”? — Такао-кун говорит правду, — вмешался Куроко, — но мы и сами сразу не заметили… — Позволь мне! — всё же поднял руку Такао, призывая присесть ближе к нему и слушать, — ничего не предвещало беды. Мы просто шли по горным тропам, чётко по карте, оставались на ночёвку в палатках, всё как надо. Связи, правда, почему-то не было, мы уж начали переживать за вас. Но когда мы увидели загадочную деревушку, которой не было на той самой карте, мы немного удивились, Шин-чан сослался на нехватку магической энергии от длинного пути, из-за которой ему якобы и не хватило сил, чтобы отобразить эту деревню на маршруте. Уже тогда я заподозрил что-то неладное, но ни он, ни другие меня не послушали. Лучше бы мы и не шли в ту чёртову деревню… — Только не говори, что… — Нет, Шин-чан и Кагами ещё живы, я думаю, но вернуть их будет очень сложно. Когда мы пришли туда и попросили ночлега, жители были очень дружелюбны, люди как люди. Но лишь на первый взгляд. Мне посчастливилось, что мне нездоровилось из-за грибов, съеденных по дороге, поэтому я так и не отведал их угощений. А вот другие… в общем, я точно ещё не разобрался, как это действует, но всякий, кто попробует еду этой проклятой деревни, не хочет оттуда уходить. Так случилось с Шин-чаном и Кагами… они будто обезумели! Я же в последний момент использовал свой особый дар Ястребиного глаза и увидел истинную сущность этих жителей. Жуткое зрелище... — Все пробовали еду, кроме тебя? — уточнил Аомине, а после перевёл взгляд на Куроко, который продолжал сидеть с невозмутимым выражением лица. — На меня не действует магия, — ответил на невысказанный вопрос Тецу, — так было ещё с самого детства. Не знаю, почему. — Да, Куроко-ччи у нас особенный! — улыбнулся Кисе, но тут же поник, встретившись с мрачным взглядом Дайки. — Значит, попались только Бакагами и задира-Мидорима. Что ж, я не удивлён. — Такао-ччи, ты ведь ученик Мидоримы-ччи, наверняка сможешь разрешить эту проблему! — Я? Но у меня никогда у самого не получалось сотворить собственное заклинание, да и на это времени много нужно, доступ в библиотеку через волшебное облако, которое также требует куча энергии и концентрации… — Другого плана у нас нет, — пожал плечами Аомине. — Ты единственный из нас, кто хоть что-то в этом понимает. — Это правда, Такао-ччи. Тебе стоит поверить в свои силы. Знаю, что Мидорима-ччи в этом плане не очень разговорчив, но уверен, что он верит в тебя! Такао прикусил нижнюю губу. Ему было неловко от одной только мысли, что Мидорима мог бы оценить его умения в магии… нет, это невозможно! С другой стороны, Шинтаро точно бы не одобрил, чтобы его ученик бездействовал в такую трудную минуту. Собрав остатки смелости в кулак, Такао коротко кивнул, давая своё согласие. — Отлично! — улыбнулся Кисе, — тогда поступим подобным образом: Аомине-ччи, Куроко-ччи и я отправимся в эту деревню и добудем немного еды тебе на анализ. Сами же сделаем вид, что поддались чарам и попробуем вывести оттуда Мидориму-ччи и Кагами-ччи. — Думаешь, это сработает? — Иного выбора у нас нет, своих не принято оставлять. Не в наших кланах. Ещё раз хорошенько обдумав это решение, остальные принялись за выполнение этой операции. Такао пожелал всем остальным удачи, оставаясь всё в том же сарае, а после проводил воинов взглядом, пока те не скрылись за ближайшим холмом. Он присел на плед и достал из-за пазухи небольшую книгу, некогда лично врученную Шинтаро. Найдя нужную страницу, он произнёс заклинание, и буквы тут же сошли со своих строк, вращаясь вокруг волшебника хороводом. Сознанием он оказался в королевской библиотеке, где им с Мидоримой разрешалось брать всю информацию о волшебных приспособлениях и историях всё, что могло бы послужить благу клана. Найдя нужную книгу о древних племенах, он уселся в дальнем уголке около огромного витражного окна и принялся за чтение, результат которого и должен был принести ему информацию.

***

Идя по улицам деревушки, Аомине чувствовал на себе пристальный взгляд прохожих. Все, как один, смотрели только на гостей словно зазомбированные. Сама деревня не казалась чем-то зловещим: над головами светило яркое солнце, отовсюду доносилась весёлая музыка и радостный гул, летали птицы, насекомые, играли дети. Но вопреки всей этой умиротворённой атмосфере, шестое чувство всё равно подсказывало уносить отсюда ноги. Вдруг, к гостям подошёл пухленький мужчина средних лет с густой кучерявой бородой, над которой красовалась широкая улыбка ряда зубов. Он окинул компанию взглядом пристальных серых глаз, а после задержал свой взгляд на Куроко: — Ах вот вы где, сэр. Я уж подумал, что вы от нас сбежали! — его улыбка стала шире, — и вы привели двух друзей! — про Такао он так и не вспомнил. — Да. Это Аомине-кун и Кисе-кун, — Куроко ответил на весь этот восторг равнодушным спокойствием, — а это староста деревни, — обратился он к Дайки и Рёте, — в прошлый раз он тоже нас встретил. — Всё верно, я — Такишима Тоэ. Я всегда лично встречаю наших гостей. У нас их не так уж и много, на самом-то деле. Живя в горах, редко можно повстречать чужаков, только волчьи стаи не обегают нас стороной. — Он слегка откашлялся, —что ж, надеюсь, вы надолго у нас задержитесь, — Аомине хмыкнул, воспринимая эти слова за иронию, но Такишима не обратил на это внимания, — и да, Куроко-кун, если ты ищешь своих старых друзей, то они на главной площади. Обязательно отведайте наших фирменных маковых кренделей! — Благодарю, — ответил Куроко, после чего староста деревни удалился. — Думаю, это не иллюзия, — заключил Кисе, — выглядит слишком реальным. — Пойдём добудем уже тот крендель и отдадим нашему волшебнику, — устало пробурчал Аомине, следуя за шумом громкой музыки, уже догадавшись, что само веселье и исходит с площади, о которой говорил староста. Его догадки оказались верны — вскоре они оказались на месте, наблюдая за толпой танцующих людей в странных мешковатых костюмах, музыкантов с гитарами, трубами и барабанами, кучу продавцов с кренделями, которые тут же окружили гостей, вручая каждому угощение абсолютно бесплатно. Из всех только Куроко откусил кусочек, отметив, что на вкус он потрясающий. Спрятав свой крендель в сумку, Аомине заметил в толпе танцоров Кагами, который вовлекал в танец какого-то молодого омегу, а совсем рядом возился и Мидорима, повторяя движения окружающих его веселящихся людей. — Какого чёрта? — стиснул зубы Аомине и тут же направился в толпу, вопреки протестующим Кисе и Куроко, которые безуспешно хватали его за плечи. Он пробрался сквозь толпу, загребая в охапку ошеломлённого Кагами: — Ну, и долго ты собираешься тут прохлаждаться? Совсем со своим весельем обезумел? — Ой, Ахомине, отвали, — отмахнулся тот, силой вырываясь от крепкой хватки, — не видишь, я занят. — Он покосился на омегу, с которым танцевал до этого, но он уже нашёл себе нового партнёра, — ну вот, ты всё испортил, — обиженно пробурчал Тайга. — Ты про миссию не забыл? Спасение клана? Что скажет Король Акаши, когда узнает, что воин его клана развлекается, пока на наши земле налетели беды? — Ещё один день без воды — не проблема, — надменно хмыкнул Кагами, — о, Куроко! — громко воскликнул тот, заметив омегу за спиной Аомине, — давай вместе станцуем! А потом ещё поедим! Тебя долго не было видно, я уж переволновался. — Что тут происходит? — внезапно подошёл Мидорима, имея запыханный вид, но весьма озорной взгляд, — вы, ребята, ещё не пробовали кренделей? Они чудесны! — пролепетал он, откусывая кусочек лакомства в своей руке, — нужно будет подольше тут задержаться, замечательное место! — он буквально выкрикнул, и они с Кагами вновь ринулись танцевать. — Тяжёлый случай, — заключил Кисе, — что ж, пора возвращаться… — У нас нет времени, — зло проговорил Аомине, — я попробую его вразумить. — Аомине-ччи, нет! Но Дайки уже не слышал протестующих криков Кисе. Он вновь подошёл к Кагами и хорошенько врезал ему по челюсти. Тот вскрикнул от боли, ухватившись рукой за место удара. Но просто так стоять он не собирался, и решился дать сдачи. Завязалась драка, веселье прекратилось. На шум сбегалось всё больше и больше народу. Кисе хотел было уже подойти и разнять дерущихся, но его определи — обоих повязали прибежавшие местные служащие, а за спиной послышался уже знакомый вкрадчивый голос старосты деревни: — Только посмотрите, что тут у нас, — он вышел на середину площади, заглядывая в лицо Аомине, — устраиваете беспорядок в нашей деревне? Я ещё с самой первой встречи догадывался, что с вами что-то не так. — Да пошёл ты, — Дайки плюнул тому в лицо, на что Такишима лишь злобно улыбнулся и вытер лицо платком, а затем громко заговорил, — внимание, горный народ! Сегодня, на праздновании годовщины существования деревни мы поймали нашего главного врага — ведьмака, который вот уже столько лет посылал на наши земли столько бед! Послышался возмущённый гул, люди были встревожены, но и в то же время обозлены. Праздничный настрой улетучился. — Нет! Это ошибка! — крикнул Кисе и хотел кинуться спасать Аомине, но его придержал Куроко, призывая сохранять спокойствие. — Ты совсем спятил, идиот? — гаркнул Дайки, — какой ещё ведьмак?! — Я знаю, что это волнующее событие для всех нас. На этой счастливой ноте убедительно прошу вас продолжить празднование, а вечером, во время разведения огромного костра, сожжём врага! Люди синхронно подняли руки вверх и восхищённо закричали. Кисе с ужасом заметил, что среди них были и Мидорима, и уже освобождённый Кагами. Он встретился взглядом с Аомине. Похоже, они действительно влипли. Но Дайки не собирался сдаваться. Он коротко кивнул головой к выходу из деревни, призывая поскорее искать противоядие. Кисе сглотнул ком в горле, но всё же кивнул в ответ и вместе с Куроко ушёл прочь к Такао, дабы наконец положить конец этому безумию. — Я вернусь, Аомине-ччи, — прошептал Кисе, а в его глазах загорелся огонёк надежды. Рёта и Тецуя застали Такао за медитацией. Но стоило им переступить порог сарая, как он раскрыл глаза и приветливо им помахал. — Ну что, принесли мне еду? Подождите, а где этот ваш… — Аомине-чии схватили. Поэтому тебе лучше поторопиться, — Кисе протянул Такао крендель и присел рядом с ним, желая узнать всё, что сейчас могло спасти Дайки и остальных. Казунари взял в руки крендель и внимательно рассмотрел его. Затем, неожиданно для остальных, он откусил кусок, а после и вовсе проглотил угощение. — Уф, замечательно, как раз хотел поесть! — Что ты творишь? — вскипел Рёта, —ты же сейчас тоже поддашься влиянию гипноза! — Не поддамся, — хмыкнул Такао, — я разгадал секрет этой деревушки. Куроко и Кисе, заинтригованные его словами, подсели ближе, давая понять, что готовы слушать. — Я перечитал пару книг в библиотеке и нашёл очень интересную легенду о трагедии одной деревни в горах. Поговаривают, что вражеские войска устроили над ними самосуд и спалили её вместе с её жителями прямо в день основания поселения. — Это ужасно, — взволновано прошептал Куроко. — Но по каким-то причинам души жителей не могут найти покой, именно поэтому, каждый год на годовщину этой трагедии призрачная деревня открывает свои врата для прохожих, а всякого, кто отведал любой еды на её территории, исчезает вместе с ней в назначенный срок. — И когда же наступит это время? — Сегодня в полночь. — Чёрт, у нас мало времени, Такао-ччи, ты узнал способ, как вернуть в сознание наших товарищей? — Да, есть одно заклинание, которое возвращает деревню в затмение раньше срока, а всяких, кто угодил в их ловушку вызволяет. Но оно требует очень много магической энергии, не уверен, что справлюсь… — Мы надеемся на тебя! — Кисе положил руку на его плечо, легко улыбаясь, пытаясь хоть как-то поднять дух волшебника. Такао коротко кивнул и принялся искать всё необходимое в своей сумке. Уже вечером, вооружившись, они вышли, будучи готовым к новому бою. На удивление, в деревне было тихо и туманно. Лишь одинокие фонари, раскиданные по разным уголкам улицы, освещали им путь. Ни души, ни звука. Это не могло не настораживать, и даже немного устрашать. Кисе пытался уловить в воздухе знакомый запах Аомине, но в ответ получал лишь ничего. Неужели, они опоздали? Но вот, вдали, с центральной площади показался яркий свет. Присмотревшись, они увидели толпу людей, собравшихся вокруг огромного выступа, где раньше красовался фонтан. В центре всего находился связанный Аомине, вокруг которого разложили дрова, а рядом с ним сельский староста, который держал в руках факел. Вид у него был просто ужасен, впрочем, как и у всех жителей деревни теперь: обгоревшая кожа, местами выпяченные кости, пустые глазницы, отсутствие щёк, из-за чего были обнажены абсолютно все зубы. Он вещал остальным то же, что и днём: что-то про предательство, про вражеские войска и вечное пламя. Не в силах более этого слушать, Кисе ринулся вперёд, обнажая свой меч. Его благо, что никто из жителей будто не замечал его, и он смог без последствий пробираться ближе. — Такао-ччи, готовь всё к заклинанию. Куроко-ччи, прикрой спину. — Крикнул он напоследок и прыгнул прямиком к выступу. Теперь, его уже заметили и топа защитников порядка кинулось к нему навстречу. — Ещё один предатель, — нахмурился староста, — гореть вам всем! — и с этими словами он поджёг брёвна. Пламя вмиг распространилось, но Кисе не терял времени — он рубанул по верёвки, что обездвиживала кисти Аомине, а после прошёлся по тугому узлу, что стягивал его талию. — Долго возишься, — фыркнул Дайки, на пару с Кисе выпрыгивая из огня и обнажая свой меч. — Ты в порядке? — спросил его Рёта, обеспокоенно рассматривая его мелкие ожоги. — Более чем, давай разнесём тут всё! Они соприкоснулись спинами и стали отбиваться от волны врагов, синхронно повторяя движения друг друга. Где-то вдали дрался и Куроко своим собственным методом — на какой-то момент Дайки показалось, что тот использует телекинез, откидывая агрессивных жителей одной силой мысли, защищая тыл зачитывающего заклинание Такао. Огонь будто вышел из-под контроля, и теперь я в пламени была вся деревня. Прорываясь через весь этот ад, Кисе оставался предельно хладнокровным, ведь с Аомине теперь всё в порядке, он тут, он рядом, он прикрывает его тыл. Что может быть прекраснее командной работы? И тут с ночного неба показалась яркая вспышка света, которая рассекла дымку облаков и пролила нежное сияние на эту землю. Все жители вмиг испарились, а на месте пылающих домов остались лишь обгорелые остатки деревни. Кисе осмотрелся по сторонам, все их сокомандиники остались целы, в том числе и ошеломлённые Кагами и Мидорима, что стояли у самого разваленного фонтана. Казунари устало повалился на пол. Похоже, он не шутил, когда говорил, что всё это требовало немалых усилий. — Такао! — Мидорима подбежал к своему ученику, подхватывая того за плечи, — ты с ума сошёл? Я что, мало тебе лекций вычитал о том, что неопытная растрата всей магической энергии может привести к смерти! — Я должен был… спасти… И тут он громко закашлял и потерял сознание. Шинтаро обеспокоенно поднёс его кисть к своим губам, чувствуя пульс. Жив, засранец. — Эй, вы там всё помните? — обратился к пришедшим в себя Кагами и Мидориме Аомине, — или гипноз совсем мозги прошиб? — Такие заклинания не отнимают памяти, — ответил Шинтаро, — ты осознаёшь, что это безумие, но ничего не можешь поделать со своим желанием остаться тут. Не могу поверить, что влип в это. — Тебе стоит отблагодарить Такао-ччи, когда он придёт в себя. Если бы не он, то вы бы сейчас затерялись где-то в отдалённых уголках безвремени. — Кагами-кун, ты в порядке? — Куроко подхватил ослабшего Тайгу и положил его руку на своё плечо, позволяя опереться на себя, — выглядишь неважно. — Голова немного кружится, в голове каша… не лучшее моё состояние. — Уходим отсюда, — скомандовал Аомине, не желая больше оставаться тут ни секунду. Они остановились в одной из пещер немного поодаль от места происшествия. Начался дождь, вместе с которым смылись грозы этого причудливого вечера. Немного поохотившись, все уселись вокруг костра и принялись ужинать. Кагами всё рассказывал остальным, а в частности Куроко о том, что видел этой деревни. Оказалось, что когда ты загипнотизирован, то видишь истинный облик жителей, а именно тот, какими они были в этот вечер — сгоревшие тела, трупы. Кисе сглотнул ком в горле, услышав подобный ужас. Не хотел бы он оказаться на месте Кагами и Мидоримы. Позже разговор зашёл вообще о чём-то отдалённом, поэтому остальные начали понемногу погружаться в сон. Кисе, более не обращая внимания на любопытные взгляды, прижался к Аомине, удобно устраиваясь на его плече. — Это, Кисе… — начал Дайки, но увидев внимательный взгляд Рёты, на минуту запнулся, — в общем, спасибо, что снова спас мне задницу. Стоило тебя послушать и действовать аккуратнее. Кисе улыбнулся. Он уже давно понял, что любые слова благодарности даются Дайки нелегко, а значит, для него он является этаким исключением, для которого не жалко слов. — И тебе спасибо. — За что это? — За командную работу! Аомине усмехнулся, прикрывая глаза Кисе ладонью: — Спи уже. Тем временем Кагами продолжал беседовать с Куроко, рассказывая тому о своих похождениях в клане Луны. На удивление, тот оказался хорошим слушателем, чего раньше очень не хватало Тайге. Такао наконец-то очнулся и увидел нависшего над ним Мидориму с тряпкой в руке. Тот бережно протёр лоб Казунари, и вновь окунул тряпку в заготовленный целебный отвар из каких-то трав. — Шин-чан… — Молчи, пока энергию не восстановишь, — он вновь приложил кусок ткани ко лбу Такао, так и оставив её. Нависла напряжённая тишина. Каждый хотел выговориться, но у каждого не хватало на это духу. Удивительно, что пережив вместе столько приключений, научившись понимать друг друга, они так и не могут быть искренними. — Помнишь нашу первую встречу? — вдруг спросил Мидорима. — Конечно! Ты ведь тогда спас меня! — Да, а ты ведь, как придурок, на дерево залез. — А что я мог поделать против стаи волков? — И то верно, — усмехнулся Шинтаро, — ты ведь тогда ещё не был моим учеником. Казунари рассмеялся, тут же закашлявшись. — Спокойнее, ты мне ещё живым нужен. Тебе ещё столько познать нужно. — И ты мне в этом поможешь? — ехидно улыбнулся Казунари. — Да. Но я хочу, чтобы ты знал, что любые твои достижения — это чисто твои заслуги. Каким бы я не был могущественным магом, и как бы не преподавал, не будь у тебя своих способностей, ты бы не спас всех нас и эту деревню от проклятия. — Шин-чан, из твоих уст это прозвучало как признание в любви… Судя по покрасневшему лицу Шинтаро, Казунари понял, что угодил в самую цель, а поэтому решил заткнуться, пока не наговорил лишнего. — Когда всё это закончиться ещё вернёмся к этой теме, — неожиданно сказал Мидорима, теперь вгоняя в краску самого Такао. — А теперь спать. Завтра очень важный день. Звёзды предсказывают, что мы наконец-то найдём причину наших бед. Вечерний разговор сменился тихим посапыванием и пением цикад. Похоже, сегодняшним вечером изменилась чья-то судьба.

***

Утром они все вместе двинулись дальше. После пережитого этой ночью любые препятствия не казались уже такими ужасающими и невозможными, как прежде. Мидорима наконец-то починил свой магический прибор и произвёл карту. До места назначения оставалось совсем немного. Аомине чувствовал себя невероятно счастливым, хотя и старался не подавать виду. Они скоро решат все проблемы, он нашёл свою истинную пару, у него теперь есть достойный оппонент. Всё это можно было назвать сказкой со счастливым концом, но в этом-то и была проблема — конец ещё не наступил. Ни клан Луны, ни клан Солнца никогда не допустят связи между воинами разных кровей, вопреки всем меткам и судьбе быть вместе. Он знал, что Кисе беспокоится о том же самом, но ничего не мог с этим поделать. Оставалось лишь наслаждаться беззаботными деньками тут, вдалеке от дома, а потом уже решать этот сложный вопрос. — Кагами-кун, можно тебя на пару слов? — вдруг приостановил воина Тецуя, и они позволили остальным пройти вперёд, а самим обсудить нечто важное. — Что-то случилось? — Не совсем, просто… у меня к тебе очень интересное предложение. — Продолжай. — Не очень многие знают о моих истинных способностях. Некоторые принимают их за телекинез, но на самом деле это не так. Я очень долгое время изучал тела людей, их слабые точки, повредив которые можно знатно навредить врагу. — Это очень занимательно… — Да, но проблема в том, что техника моей борьбы не очень эффективна, когда я борюсь в одиночку. Мои силы рассчитаны не на одиночную работу, а на дуэт. Раньше я пробовал работать с Кисе-куном, но у нас что-то не ладилось, будто, детали паззла не подходили друг другу… — К чему ты клонишь? — изумлённо посмотрел на омегу Тайга. — Будь моим Светом, Кагами-кун. — Светом? — Такая техника борьбы включает в себя Свет и Тень. Свет — это инструмент, тот, на чью силу делается ставка. Тень же подпитывает свет, придаёт силы и направляет в бою. Это самый настоящий дуэт, в руках которого огромные возможности. — Но почему ты решил выбрать меня? — Потому что ты и есть тот самый «подходящий паззл». Кагами вновь окинул Куроко изумлённым взглядом и почему-то покраснел. Перспектива улучшить свои навыки в бою радовала, но как он сможет драться плечом к плечу с кем-то из клана Солнца? — Если ты беспокоишься о том, что мы из разных кланов — не стоит. — Будто прочитав его мысли, заявил Куроко, — скоро что-то произойдёт, и нашим кланам будет не до разбежностей во взглядах. — Почему ты так думаешь? — Ты не слышал о старой легенде? Кагами отрицательно покачал головой. — Перед тем, как покинуть навсегда эти земли, основатели ещё тогда предсказали, что между кланами будет много конфликтов, но также они поведали, что их объединит общая беда, а невидимая стена, что стоит между этими землями, навеки исчезнет. — Вот как… и почему ты думаешь, что этот час настал? — Присмотрись внимательнее: наша команда из разных кланов, но мы всё равно смогли найти общий язык. Мы работаем вместе, и всех нас объединяет общая цель. Такого не было очень давно. Я верю, что вскоре произойдёт то, чего мы все так долго ждали. Кагами слушал, и всё больше вникал во всё это. Почему-то слова Куроко звучали очень убедительно, и ему хотелось верить. Не зная, что им руководило на тот момент, Кагами повернулся к тому лицом и протянул сжатый кулак: — Хорошо, работаем вместе. Их кулаки соприкоснулись, что дала начало чему-то новому, чему-то того, чего ещё не ведал весь мир. — Я что-то вижу впереди! — вдруг подал голос Такао, который смотрел вдаль через свою подзорную трубу. И вправду, впереди показалась повозка с людьми. Все приготовили оружие, на всякий случай готовясь к чему-угодно. Но стоило им приблизиться к этой повозке, как та остановилась, а до этого смирно сидящий кучер, одетый в лёгкую просторную белую футболку и широкие коричневые штаны, спрыгнул со своего места, снимая сломленную шляпу. Теперь хорошо были видно его лицо: каштановые волосы, густые широкие брови, добрые шоколадные глаза и милая улыбка: — Приветствую вас, путники! — его голос звучал мягко и приятно, судя по запаху, это был альфа, — куда направляетесь? — Мы идём к истоку реки Азур, — ответил за всех Мидорима. — Надо же, я и мой компаньон также держим туда путь. Мы живём вдвоём, и на нашей земле больше нет воды, поэтому мы отправились в это путешествие, чтобы… — Что там болтаешь? — из повозки вдруг выпрыгнул также просто разодетый бета, на чьём поясе болтался меч, а перед светлыми глазами строгого взгляда красовались линзы очков, — это ещё кто? — Извините, что сразу не представились, — проигнорировав его вопрос, вмешался альфа, — меня зовут Киёши Теппей, а этот ворчун — Хьюга Дзюнпей. Остальные также представились, оглядывая незнакомцев с ног до головы. — Так значит, у нас общие цели… — заключил Аомине, — мы тоже желаем вернуть Азур к жизни. — Что скажешь, Хьюга, — обратился к бете Теппей, — сам же понимаешь, что если у реки нас будут поджидать враги, нам пригодятся сильные руки. Эти ребята вполне смогут помочь нам! — Даже не знаю, — недоверчиво покосился тот, — а вам точно можно доверять? Откуда вы будете? — Кланы Луны и Солнца. — Не шутите? — изумлённо спросил Киёши, — насколько я знаю, эти кланы враждуют. Остальные переглянулись. — Пока это в прошлом, — покачал головой Мидорима, — так что, поможете нам туда добраться? Без вас мы куда-больше времени потратим. — Хьюга? — Теппей решил оставить последнее слово за своим компаньоном, который явно не был в восторге от этого. — А, чёрт с вами, полезайте. Но учтите, мы тоже не слабаки, если вздумаете предать — живо на куски порубим. — Договорились, — хмыкнул Аомине, — пора наконец вернуть то, что принадлежало нам!