Ушки

Вилл вертелась на кровати, пытаясь найти удобную позу для сна. На боку? Нет, млеют руки. На живот? Вообще не засыпается, да и голове неудобно. Может, на втором боку попробовать? Или на спине?.. Последний вариант оказался наиболее комфортным. Распахнутые глаза, упорно не закрывающиеся уже добрых часа два, разглядывали витиеватые узоры на потолке. Вилл положила руки на грудь и сжала одеяло. Почему сон совсем не шёл? Может, дело было в чужой кровати? Чужой комнате и чужом доме? Вилл думала об этом. Думала обо всём, что случилось днём. И совсем не хотела предполагать, что может произойти завтра. За окном шумел ветер и не прекращал идти дождь. Казалось бы, в такую погоду глаза должны закрыться сами по себе. И у Вилл тоже всегда закрывались, но только не сейчас. Сейчас всё тело и разум были в напряжении, словно невидимый инструктор заставлял Олдорн нарезать круги по старому школьному стадиону, а невидимый учитель математики — доказывать сложные теоремы. Вилл искусала губы до крови, хмурясь и впиваясь ногтями себе же в кожу. Она не могла понять, почему так волнуется. Не могла самой себе объяснить, почему так напряжена и почему не может заснуть уже который час. Хотя один ответ в голове всё же был. И имя ему — Дейл. Вилл зажмурилась. Едва впустив это имя в свой разум, события уже вчерашнего дня атаковали сознание, и нехотя она начала прокручивать этот злосчастный понедельник…

***

— Ни одной ошибки. Ты делаешь успехи. Олдорн ухмыльнулась, мол, конечно, кто бы сомневался. Хотя она сомневалась. В самом начале. Но на седьмой день работы, пускай иногда прерываемой личными делами и переживаниями, Вилл втянулась в процесс и даже начала получать от него удовольствие. Она ни за что бы не подумала, что оборотни настолько интересные существа! В их жизни крылось столько мелочей, недоступных взору обычного человека, столько интересных фактов и метаморфоз, что Вилл начала питать к ним откровенную симпатию. Чисто на теоретическом уровне. Дейлу она, конечно же, об этом не сказала. Но говорить было и не нужно: он прекрасно видел изменения в поведении напарницы и без душещипательных разговоров. — А вот ты напортачил, — заметила Вилл, подчёркивая карандашом пару строчек в его работе. — Люди живут не от ста лет, а до ста. — Ничего я не напортачил, — улыбнулся Дейл. — Люди могут жить даже больше двухсот лет. — Как же это, интересно? — Если свяжут свою жизнь с кем-то, кто живёт под четыреста. — Ты про обряды таинств? — сделала догадку Вилл. — Смотрю, к изучению моего вида ты подошла серьёзно, удивить даже нечем. — Дейл состроил расстроенную гримасу. — Есть, чем, — Олдорн хищно сузила глаза. — Расскажи, как это происходит. Оборотень отрицательно покачал головой. — В смысле «нет»? — разозлилась Вилл, упирая руки в бока. — Договаривай, раз начал! Дейл дёрнул левым ухом и смерил напарницу добродушным взглядом. — Как женюсь на человеке, так обязательно расскажу. А пока, увы, светловолосые поганцы всё держат в секрете. Вилл враз изменилась в лице и придвинула свой стул чуть ближе к Дейлу. Он поднял интересную для неё тему: вечная вражда оборотней и эльфов. — Дейл, а почему вы друг друга недолюбливаете? — Не вожу дружбы с гордыми блондинами, — сморщил нос оборотень, недовольно виляя хвостом. — Впрочем, как и они не желают принимать нас за полноправных жителей Эльнара. — В каком смысле? — Олдорн, ты как с Луны свалилась, — хмыкнул Дейл, откидываясь на спинку стула. — Новости хоть иногда смотришь, а? Вилл отрицательно покачала головой. Оборотень выгнул бровь и устроил подбородок на лежащих на столе руках. Теперь его взгляд, и без того внимательный, стал ещё более пристальным. Голубизна его глаз оказалась неожиданно притягательной. Похоже, первому впечатлению “красивый” нужно было приписать ещё и “глаз оторвать невозможно”. Вилл усмехнулась своим мыслям. Не знай она себя, точно сказала бы, что влюбилась. — Что же, будем тебя просвещать. Эльфы, занимающие вышестоящие в стране должности, не желают, чтобы кто-то из оборотней занимал те же посты, так как «животным в Верховной палате не место». Разумеется, наши лидеры в долгу не остались и собрали кучу компромата о незаконном использовании магии. Там чуть война не назрела, благо, всё уладили. Вся страна переполошилась, а кто-то и не знал, смотрю, — съехидничал Дейл, поворачивая голову вбок. Вилл лишь фыркнула. — Подумаешь, не лезу в политику. Зачем мне это? Я что, будущий посол? Или верховный представитель? Пусть в политике разбираются мужчины. У женщин есть и другие дела. — Например? — Прямой взгляд любопытных голубых глаз не заставил себя ждать. — Семья, например, — выдала Вилл первое, что пришло в голову. — Дети. — И ты готова пойти и рожать завтра же? — ехидно спросил оборотень. Чёрный хвост сзади вилял из стороны в сторону. Вилл, отчего-то смущённая этим разговором, закинула непослушные волосы назад, избегая взгляда напарника. Однако он находил её повсюду. — Для того, чтобы завтра родить, надо было девять месяцев назад забеременеть, — саркастично ответила она, задирая подбородок. — Если забеременеешь от оборотня, ждать нужно будет полгода. Вилл почувствовала, как кровь приливает к щекам. — К чему это было? — спросила она, замечая резкие нотки в своём тоне. Дейл же невозмутимо пододвинул к себе тетрадь и снова погрузился в работу. — Пригодится. «Пригодится, — повторила про себя Олдорн и не заметила, как сжала кулаки. — Как мне это пригодится?» Глаза, до этого хаотично бегающие по столу, наткнулись на план работы. Следующей темой было описание беременности. Вилл состроила недовольную гримасу, притягивая к себе учебник. Вот и пригодилось.

***

Стрелка настенных часов медленно подползала к восьми часам вечера. За окном потемнело, подул сильный, наверняка холодный ветер. Отблески заката всё ещё пробирались в светлую комнату, где уже который час, не отрываясь от учебников и листов бумаги, покрытых планами работы, сидели темноволосый оборотень и рыжеволосая девушка. Последняя настолько увлечённо, размашистым почерком писала что-то в тетради, что не замечала внимательного взгляда голубых глаз, который не отрывался от неё уже десять минут. Дейл, подперев ладонью щеку, рассматривал усердно работающую напарницу, и лёгкая улыбка постепенно появлялась на его бледном лице. Вилл, разбирающая периоды превращения, внезапно поняла, что кто-то прожигает её взглядом. А так как кроме Дейла в комнате никого не было, она, смутившись, лишь насупилась, продолжая и дальше делать вид, что работает. — Так, ладно, хватит. — Внезапно рука Дейла промелькнула прямо перед лицом Олдорн и отодвинула в сторону её тетрадь. — Мы так сидим уже больше четырёх часов. Предлагаю чайную паузу. Вилл, как бы ни хотела закончить побыстрее, всё же утвердительно кивнула. Оборотень скрылся в стенах дома, а Вилл откинулась на спинку стула и прикрыла глаза. Всё же, она устала. Очень устала. В голове смешались в кучу период полового созревания, круги кровообращения, расположение внутренних органов и предпочтительный возраст для создания семьи. И уже через минуту Олдорн начало казаться, что уши должны расти на спине, а дети рождаться на исходе жизни своих родителей. — Вилл, ты там уснула? — усмехнулся Дейл, жестом приглашая открывшую глаза напарницу переместиться на диван. — Нет, просто… в голове каша, — честно призналась она, опускаясь на мягкие подушки. — Надеюсь, профессор не заставит всё это рассказывать, иначе я точно что-нибудь напутаю. — Всё будет в порядке, не переживай. — Дейл протянул ей чашку с горячим чаем и кивнул на тарелку с бутербродами и пиалу с печеньем. — Поешь, а то скоро упадёшь тут в голодный обморок. Вилл сдавленно улыбнулась, принимаясь за трапезу. Она не чувствовала голода, однако, как только начала есть, аппетит нахлынул сразу же. Она разделалась со своими бутербродами с ветчиной и огурцом и почти со всем злаковым печеньем в шоколадной глазури. И, когда уже допивала мятный чай, на улице прозвучали тяжёлые раскаты грома. Дейл любопытно выглянул в окно, дёргая чёрными ушами и привлекая тем самым внимание своей напарницы. — Ух ты, а небо-то чернее чёрного, — заметил он, закрывая форточку. — Так может, мне домой прямо сейчас пойти? — Вилл обеспокоенно накрутила прядь волос на палец, кусая губу. — Не успеешь, — покачал головой оборотень. — Подожди здесь. Обычно гроза долгой не бывает. Но он ошибся. На землю обрушился ливень, сопровождаемый громом и молнией, периодически рассекающей тёмное небо. Ещё час Вилл и Дейл пытались работать, однако потом все лампочки в доме одновременно погасли. — Отключили электричество, — недовольно буркнул Дейл. Вилл напряжённо посмотрела в окно. Ветер гнул к земле кустарники и деревья, срывал рекламные объявления со столбов и разносил их по влажному, тяжёлому от дождя воздуху. Чёрным тучам, казалось бы, не было конца. Похоже, гроза затянется на долгое время. Рука Дейла легла на спинку дивана возле её плеча, и Вилл невольно дёрнулась. — Олдорн, расслабься, — улыбнулся оборотень. — Это всего лишь я. «Всего лишь ты, — подумала Олдорн. — Да, всего лишь ты. Со своими чёрными ушами и вечно виляющим хвостом». Дейл, будто прочитав её мысли, подвинулся ближе. Ушки приветливо сдвинулись вперёд, и Вилл автоматически провела рукой по тёплой шерсти. Взгляд голубых глаз смягчился, и Дейл опустил голову ей на плечо, как-то тяжело вздыхая. — Ненавижу дожди. Вилл улыбнулась, продолжая гладить периодически дёргающиеся чёрные уши. В доме воцарился неожиданный и приятный покой. Вилл словила себя на мысли, что похожа на старую, брошенную всеми деву, а Дейл на её чёрного кота. Единственного верного спутника жизни, который всегда, хоть и молчаливо, всё выслушает и непременно поймёт. А потом сладко заурчит и пристроится на коленях, согревая своим теплом. Пожалуй, оборотень её и правда грел, но не столько физически, сколько душевно. Вилл уже успела забыть (да что там, напрочь вычеркнуть из памяти), когда последний раз вот так вот близко сидела с кем-то из парней-не-совсем-людей приблизительно своего возраста, могла спокойно общаться, высказывать своё мнение и просто быть собой. Вилл не замечала то, что Дейл позволял ей полную свободу действий: она говорила и делала то, что хотела. Он не упрекал её в излишней импульсивности или эмоциональности, и, возможно, именно поэтому оборотню удалось заслужить её расположение в считанные дни. А Дейл думал о том, что мог сделать это куда раньше… Последние два дня в его голове настойчиво крутилась одна и та же мысль: Вилл нужно узнать правду. Однако Дейл не знал, какой будет её реакция. Не знал и опасался того, что всё её доверие уйдёт в очередной страх и неприязнь. Хотя, по сути, Дейл совсем не был виноват в том, что так получилось. Вот только поймёт ли его она… Он поднял голову с её плеча, сам не понимая, зачем. Всё-таки рассказать? Или дождаться подходящего момента? «Да, подходящего, — про себя фыркнул оборотень, — того момента, когда всё это закончится, и выбора не останется». Мысль о том, что Вилл не будет ждать вечно (хотя она даже и не догадывается о том, какое грандиозное её ждёт объявление), стала причиной того, что Дейл набрал в грудь побольше воздуха и собрался начать… Но остановился. Внезапные действия Вилл вызвали в нём интерес, а прервать это… нет уж. Куда интересней узнать, чем это закончится. Когда Дейл поднялся с её плеча, Вилл собиралась убрать руку — но вдруг поняла, что тело больше ей не подчиняется. Она с колотящимся в груди сердцем наблюдала за тем, как её ладонь медленно двигалась вниз, к его шее, нежно поглаживая чёрные волосы. Вилл была напугана своими же действиями, но в то же время ей казалось, что она так давно хотела это сделать… Запутавшись в своих мыслях, она не сразу заметила, что Дейл не сводит с неё глаз. А когда заметила, то впала в ещё больший ступор. Её пальцы, как оказалось, перебирали густые длинноватые волосы оборотня на затылке. Сам же он, опираясь рукой о спинку дивана возле плеча Вилл, был совсем рядом с ней. У Вилл дыхание перехватило. А в голубых глазах блестели странные огоньки. Вилл, не прерывая зрительного контакта с Дейлом, вернула руку на чёртово кошачье ухо. Пальцы вновь коснулись блестящей чёрной шерсти. Олдорн почти не дышала. Ей хотелось поставить всё это на “стоп”, встать с дивана, избегая взгляда Дейла, и попросить режиссёра объяснить ей, что происходит. Но не было никакого режиссёра. И кнопки “стоп” тоже не было. Была только она и её напарник по исследовательской работе. Напарник, который внезапно подался вперёд и поцеловал её. В первую секунду Вилл растерялась. Внутри что-то кричало о том, что он оборотень, да и вообще, они знакомы всего неделю. Но Вилл заставила этот голос замолчать. Потому что отказаться от поцелуя с Дейлом она просто не могла и, что более важно, не хотела. Возле её правого плеча рука Дейла уцепилась за край дивана, и он теперь возвышался над ней, что, вопреки её ожиданиям, совсем не пугало. Даже наоборот: давало чувство защищённости, безопасности. Вилл потянулась обеими руками к мягким ушам, но Дейл аккуратно перехватил их возле запястья. — Вилл, не надо, — хрипло попросил он. — Не трогай уши… Я и так с ума схожу… Вилл закусила губу, бросая осторожный взгляд на Дейла. Он выглядел каким-то замученным, будто только что пробежал кросс. Тяжёлое дыхание словно подтверждало это, мол, да, только-только с пробежки. Но это ведь было неправдой. Только-только он поцеловал Вилл. И всё ещё держал её руки в своих. — Почему? — осмелилась на вопрос она. Оборотень вымученно улыбнулся, отпуская её руки, которые она тут же положила ему на плечи. — Потому что держаться всё это время было невообразимо сложно. Не успев спросить что-либо, Вилл снова была втянута в нежный поцелуй. И она признала себе, что это было приятно. Что ей хотелось этого. Щекочущее тепло распространялось по всему телу, и Вилл льнула к Дейлу, стараясь быть как можно ближе. Она не понимала, что с ней происходит и почему она так делает, но зато точно знала, что не хочет останавливаться. Однако пришлось: тишину дома прорезал дверной звонок. Шевельнув ушами, Дейл оторвался от неё, заглядывая ей в глаза. — Побудь здесь, хорошо? Из-за грозы я не слышу, кто это. Вилл легонько кивнула, и оборотень, соскочив с дивана, направился в прихожую. Едва его фигура скрылась за стеной, как до Олдорн дошло, что она только что делала. «Ты. Целовалась. С оборотнем!» Вилл будто током ударило. Она стала судорожно глотать воздух и мять лежащую рядом подушку, пытаясь понять, что ей делать дальше. Убежать? Нет, нельзя. Может, спрятаться? Вилл нервно усмехнулась. Дейл всё равно найдёт её, а в своём доме тем более. Тогда… просто поговорить? Но как объяснить словами тот ураган эмоций, который поднялся в её душе? — Я чую человека! Ох, какая девушка! Возникшая в зале дама была Олдорн незнакома, однако ярко-голубые глаза не могли ввести в заблуждения: эта женщина явно была родственницей Дейла. А чёрные уши и хвост позади лишь подтверждали это. — Тётя, это Вилл, — вошедший в комнату вслед за незваной гостьей Дейл подтвердил догадку. — Вилл, это миссис Трамп, моя тётя. — Дейл, к чему такие формальности? — дама широко улыбнулась. — Милая, зови меня просто Женевьев. Женевьев была полной женщиной с каштановыми волосами и загорелой кожей. Лицо её, с пухлыми щёчками, было идеально гладким, без каких-либо морщин, весёлым и смеющимся. Яркий цвет глаз ещё более выделялся на фоне голубых бридж и свободной рубашки. Вилл дала бы ей около сорока человеческих лет. Добродушная и явно чем-то довольная миссис Трамп тут же впорхнула на кухню, набрала воду в железный чайник и зажгла плиту. — Молодые люди, у меня есть для вас немного вымокший торт и вкуснейший чай Эльнара! Вилл и Дейл обменялись многозначительными взглядами. Олдорн видела, что он хочет сказать ей что-то, однако внезапный визит родственницы уже точно не позволит им остаться наедине. Вилл вздохнула и направилась на кухню. Что же, она сама в это ввязалась. — Гроза застала меня по дороге домой, — рассказывала Женевьев, периодически отправляя в рот кусочек торта и запивая его чаем. — Я живу в семидесяти километрах отсюда, но дождь пошёл такой, что мама не горюй. А потом и град замолотил… так что я решила остановиться у племянника и спрятать свою машину в гараже. Родители в отъезде? Дейл, который стоял чуть поодаль и зажигал свечи, утвердительно кивнул. Он не сводил глаз с Вилл, и в его взгляде читалась просьба подождать. Подождать, пока он выпроводит на голову свалившуюся родственницу. А потом они поговорят. Однако та самая родственница, видимо, не торопилась покидать тёплый дом. — Вилл, дорогая, а сколько тебе лет? — Девятнадцать. — Ух ты, так у вас с Дейлом разница три года, получается? — Два с половиной. Олдорн бросила удивлённый взгляд на напарника. Он что, дату рождения её знает? Откуда? — Что же, неплохо, неплохо… — Миссис Трамп постучала ложечкой по тарелке. — Давно вы вместе? Вилл, которая в этот момент пила чай, поперхнулась и закашлялась, опалив внутреннюю поверхность горла. Дейл напряжённо улыбнулся и уселся за стол. — Тётя, Вилл — моя напарница по исследовательской работе. — Ах, боже, прошу прощения! — Женевьев положила руку на грудь, виновато оглядывая раскрасневшуюся от кашля девушку. — Вилл, извини, пожалуйста! Я, право, думала, что ты та, другая Вилл… В этот момент Вилл кашлять перестала. Дейл замер, стеклянными глазами смотря на свою тётю. А Женевьев, в свою очередь, поджала губы, судорожно бегая взглядом по сторонам. — Право, что это я разболталась… — забормотала она, складывая бумажную салфетку пополам. — Я, наверное, по… — Что за другая Вилл? — Олдорн смотрела то на будто застывшего во времени оборотня, то на сконфуженную Женевьев; тем временем на улице прогремел гром. — Есть ещё кто… — Вилл, мы поговорим об этом позже, — сдавленно сказал Дейл. — Тётя, так как вам понравилась северная часть Эльнара? Это был тот самый вопрос, которого ждала миссис Трамп, возвращающаяся из своего путешествия. Тот самый вопрос, ответ на который растянулся на долгих три часа и спас Дейла от объяснений. Объяснений, в которых так нуждалась сидящая напротив него Вилл.

***

Ночь, как показалось Вилл, настала слишком быстро. Она уже клевала носом, слушая про тёплое северное море Эльнара, в то время как здесь, в восточной части, за окном который час лил дождь и иногда постукивал град. Её напарник по исследовательской работе внимательно слушал тётю, рассказывающую о больших, полупрозрачных морских змеях и маленьких жёлтых птичках, день и ночь прыгающих по пляжу. — А потом я заметила большую, нет, огромную ядовито-красную ящерицу, представляете? Я, право, подумала сначала, что она опасна, но оказалось, весьма безобидна… Вилл засыпала на ходу. Она уже забыла и про поцелуй с Дейлом, и про существование какой-то второй Вилл. В её голове теперь жёлтые полупрозрачные птицы летели на север страны… — Кто-то сейчас уснёт, как я погляжу, — заботливо озвучила миссис Трамп, вильнув хвостом. — Дейл, принеси постельное. Я отведу твою напарницу в гостевую комнату. — Нет, что вы, не нужно, — запротестовала Вилл. — Я дождусь, пока дождь прекратится, и пойду домой. В тот момент за окном что-то громыхнуло, и дождь стал ещё сильнее. Прямо как в плохом кино. «Везение, Вилл, — думала про себя Олдорн, поднимаясь на второй этаж за Женевьев. — Просто везение». Комната оказалась небольшой, но очень чистой. Вилл неловко замерла посередине, пока миссис Трамп зачем-то переставляла стул от стола к кровати. Дейл постелил ей сам. Вилл, запинаясь, попыталась его остановить, но он только бросил на неё быстрый взгляд и попросил подать подушку. В его глазах она всё ещё видела желание поговорить, однако Женевьев ни на секунду не оставляла их одних. — Отлично! — воскликнула она, когда Дейл закончил с одеялом. — А то в такую непогоду на улицу соваться… бр! — Мне очень неловко, — снова повторила Вилл, но Женевьев с готовностью её перебила. — Не за что тут переживать, дорогая! Устраивайся поудобнее — и сладких тебе снов! Она отошла к двери, явно ожидая племянника. Дейл вздохнул и тихо, почти умоляюще произнёс: — Поговорим обо всём позже, хорошо? — Дейл, я не… — начала Вилл. — Вилл, пожалуйста. Я всё объясню после. А сейчас спокойной ночи.

***

Она так и не смогла уснуть. Едва Дейл и его тётя покинули комнату, сон как рукой сняло. Прокрутив в голове весь день, Вилл потянулась пальцами к своим губам. Она целовалась с Дейлом. Внутри всё защемило от какого-то непонятного чувства, и Вилл перевернулась на бок, сжимая одеяло возле своей груди. А что, интересно, сам Дейл об этом думает? Почему он поцеловал её? И что за другая Вилл? «А вдруг у него есть девушка? — пронеслось в голове у Олдорн. — Которую тоже зовут Вилл. И, получается, именно о ней говорила Женевьев?» Может, так оно и есть. Может, всё это время у него была другая, а она… она так, для развлечения. Чтобы было не скучно. Вилл всхлипнула, натягивая одеяло до носа. Нет, не может быть. Он бы не поступил так. Неправда… Эти мысли, беспорядочные и хаотичные, и уже накатившие переживания добили уставшую и растерянную девушку. Вилл незаметно для самой себя погрузилась в сон, иногда снова всхлипывая и ворочаясь с боку на бок.