Ушки

Вилл готова была провалиться сквозь землю от взгляда этих строгих глаз. Профессор разочарованно покачал головой, выводя что-то наверняка не очень хорошее в её зачётке. На преподавательском столе лежала так и не законченная исследовательская работа. — Мисс Олдорн, честно сказать, я ожидал от вас большего, — вздохнул профессор, возвращая ей зачётку. — А вы не дошли даже до самого интересного — особенностей создания семьи и обрядов таинств… Конечно, это Вилл уже давно написала. Но когда в голове опять всплыл этот до дрожи пугающий сон, она ещё яростней стала листать учебник в поисках исторических справок. Подскочив в семь утра от, мягко говоря, не самого приятного сновидения, Олдорн уснуть больше не смогла. Вернее, не захотела, поэтому в мгновение ока оделась, пулей спустилась вниз, чуть не упав на лестнице, и принялась за работу. Сейчас маленькая часовая стрелка показывала восемь с половиной утра. И все полтора часа бодрствования Вилл упорно работала: дописывала генетическую совместимость оборотней с другими видами разумных существ и просчитывала потомство. Итак, если оборотень создаёт семью с эльфом (безумно, конечно, но всё же), то потомство может быть самым непредсказуемым. Из-за частых связей ушастых с феями на свет может родиться хоть крылатый эльфёнок. Но, так как оборотни и эльфы давным-давно стали чуть ли не заклятыми врагами, то крылатых эльфов в природе пока что не появилось. Куда интересней вопрос обстоял с феями. Рождение малыша-оборотня, если феей была мама, в таком случае было очень редким — по неясным причинам. Этот феномен исследовали и которое десятилетие бились над ответами, но природа связи оборотней и фей пока не поддавалась пониманию. А вот если мама была оборотнем, то бывало и так, и так. С людьми всё было куда проще. Зачастую соотношение обычных детей и детей-оборотней составляло 3:1, то есть, на каждых трёх чистых малышей приходился один оборотень. Разумеется, папашу-оборотня такое развитие событий не всегда устраивало, поэтому нашли способ дать стопроцентную гарантию того, что их партнёрка произведёт на свет ребёнка их вида. Вилл пересмотрела уже несколько книг в поисках этого таинственного способа, но ничего не нашла. Она помнила, что об этом ей говорил ещё Дейл, но и тогда подробности остались скрытыми. Может, это что-то болезненное? Или как-то связано с магией? Вилл грызло любопытство, поэтому, когда ещё сонный Дейл спустился на первый этаж, она чуть ли не выпрыгнула ему навстречу, пытливо смотря в полузакрытые голубые глаза. — Дейл, есть разговор. Казалось, пантера только что понял, кого видит перед собой. Бросив озадаченный взгляд на часы, он только приподнял уши, пытаясь угадать, что подняло Олдорн с постели так рано. — Что за способ такой, чтобы у человека и оборотня точно родился маленький зверёныш? Дейл отрицательно покачал головой и направился на кухню. Вилл недовольно хмыкнула и последовала за ним, скрестив руки на груди. — Я не отстану! В книгах этого нет, ты ничего не рассказываешь. Меня же просто погубит любопытство! И будешь тут жить один, потихоньку доедая мой труп! От таких слов Дейл замер на полпути и широко распахнул глаза. Обернулся, грозно рыкнул на Вилл за подобные мысли и улёгся на полоске солнечного света, прикрыв глаза. — Дейл, я всё ещё здесь! В ответ оборотень лишь фыркнул, мол, хорошо, там и стой. Разозлившаяся Вилл насупилась, не сводя глаз с пантеры, в то время как тот почти уснул, пригревшись на тёплом солнышке, которое наконец выглянуло из-за серых туч. Однако дремота была прервана неожиданно обрушившимся на него потоком воды. Подскочив, как ужаленный, Дейл чуть ли не зарычал на, как он считал, в край обнаглевшую Олдорн, вылившую на него стакан воды. Зло скаля клыки и тщетно пытаясь языком достать до спины, чтобы слизать воду, он крутился на месте, вызывая улыбку у Вилл. Сжалившись, она взяла полотенце, но при попытке приблизиться получила грозное рычание в свою сторону. — Да ладно тебе, — Вилл мягко улыбнулась, смотря в блестящие голубые глаза. — Идём, я тебя вытру. Она опустилась на колени и протянула руку к мокрому Дейлу. Он фыркнул, но подошёл, явно продолжая обижаться, что выдавал недовольно сморщенный нос. — Не дуйся, — добродушно попросила Вилл, проводя полотенцем по чёрной лоснящейся шерсти. — Ты бы знал, как мне интересно. А ты молчишь. Оборотень с явной насмешкой в глазах посмотрел на неё. Вилл вздохнула. — Ну да… как бы ты сказал-то? «Сказать я могу, но тебе лучше и правда этого не знать». От неожиданно прозвучавшего в голове голоса Вилл шарахнулась назад, больно ударяясь затылком о барную стойку. Дейл по-своему улыбнулся, ожидая, пока Олдорн закончит тереть ушибленную голову и вновь обратит на него внимание. Но вместо кучи ожидаемых вопросов он получил всего один, заставивший сжаться внутри. — Как ты это сделал? Разве подобное… хм… общение может происходить без маниакальных связей? Дейл склонил голову вбок, чуть прижав уши к затылку. Мол, получилось и получилось. А как, без понятия. Вилл же поморщилась: головная боль усилилась, и явно не от удара. «Это последствия такого общения. Поэтому я лучше помолчу, а ты оставишь эту тему в покое». — Не идёт, — пересиливая себя, шикнула Вилл. — Я хочу знать. «Обойдёшься». Олдорн вмиг покраснела и сжала кулаки, яростным взглядом прожигая довольного чёрного кота. Стучавшая по вискам боль улетучилась от нахлынувшей злости. Мириться с правилами Дейла она не хотела, пускай и находилась не на своей территории. — Ну и пожалуйста. Возьму, выйду замуж за оборотня и узнаю всё сама, — прошипела она, направляясь в зал. Плюхнувшись на диван, она надулась, словно воздушный шарик, не желая ни видеть, ни слышать Дейла. «Должен же об этом знать кто-то, кроме него», — думала Вилл, прокручивая в голове своих знакомых. Едва перед глазами встал образ Зака, Олдорн поёжилась, словно её обдало холодным ветром. Уж лучше она посидит обиженной, но рядом с Дейлом, чем будет спрашивать что-то у Зака. Однако долго сидеть, пускай и с театрально надутыми щеками, ей не удалось. Пантера грозился испортить покрытие двери своими когтями, поэтому Вилл всё же поднялась и отправилась на прогулку вместе с ним. Дейл то разгонялся, то резко сворачивал, поэтому уже после десяти минут Вилл тяжело дышала, чувствуя, как вспотела спина. Оборотень, наконец, приостановился и с навострёнными ушками оглядел окрестности. Но едва Олдорн решила перевести дух, как он тут же рванул в сторону, призывно махнув хвостом. — Ну куда ты? — буквально взвыла Вилл. — Дейл, догонялки — это плохая идея! Слышишь?! «Зато плюс пару кило на весах — явно хорошая». Она окончательно разозлилась и побежала за раззадоренным пантерой, перепрыгивая через лужи. — Я тебе покажу пару кило, котяра несчастный! Дейл легко преодолевал препятствия на пути, вроде обломанных сильным ветром веток или широких луж, а вот Вилл это давалось куда сложнее. Она запыхалась, всё тело ломило, а непослушные ярко-красные волосы постоянно лезли в лицо. Однако в голове всё ещё звучала эта фраза про лишние килограммы — и было обидно. Значит, она толстая? Неловкая? Бегать не умеет? Ну и пускай так думает, или вообще ищет себе фитоняшку! А она, между прочим, в третьем классе соревнование по забегу выиграла! Люди изумлённо оглядывались на чёрную пантеру и гнавшуюся за ним рыжеволосую девушку, притягивая детей поближе к себе. А то мало ли, что у этих ненормальных на уме… Незаметно для самой себя, следуя за пантерой, Олдорн оказалась возле… своего дома. Дейл остановился у порога и кивнул в сторону двери. Красная от бега и злости Вилл лишь удивлённо поморгала глазами. — В гости захотел? А сразу сказать нельзя было? «Ты давно не была дома. И было бы нечестно лишать тебя пробежки». Вилл сжала кулаки, сверля оборотня гневным взглядом. «Отлично, просто отлично. Как только всё это закончится, он никогда меня больше не увидит! — думала она, отпирая двери и пропуская Дейла внутрь. — Ну надо же, сколько наглости! — злилась она, наполняя для него большую миску водой. — Кто он вообще такой, чтобы следить, как давно я была дома и сколько я вешу? Какое ему дело? У него там вообще девушка есть!» Олдорн внезапно вернулась в реальность и посмотрела на мирно лакающего воду пантеру. Она ведь так и не спросила у него о второй Вилл… А надо ли? Вилл прикусила губу и отвела взгляд в сторону. Может, оставить эту тему? Ведь, если спросит, то ей, возможно, придётся… оставить его? Она сожмурилась под натиском этой мысли. Нет. Никаких вопросов, пока Дейл не станет человеком и не расскажет сам. А она просто побудет рядом те пару дней, которые им выделила эта случайность. Ноги сами понесли Вилл на второй этаж, в её маленькую комнату. Ей показалось, что она не была там вечность. На столе раскрытым лежал учебник — и Вилл решила, что можно поработать над одним из последних разделов в исследовательской. Достала пустую тетрадь, села и начала переписывать процесс старения. Но в голове всё мешалось в кучу, и Вилл думала обо всём по чуть-чуть, продолжая выводить косые строчки текста на бумаге. Зашедший в комнату Дейл лишь дёрнул правым ушком, смотря на грустную Вилл. Неужели это из-за какой-то пробежки? Он ведь просто пошутил, а она так серьёзно всё это восприняла. И наверняка разочаровалась в нём. Опять... Вместо того, чтобы подойти, он уселся в двери, печально вздыхая. Может, всё это зря? Может, не нужно было ничего пробовать, и стоит просто отпустить её? Позволить вернуться к обычной жизни и... забыть его? Как странный сон в одну из ночей сентября… Да, он должен это сделать. Ради неё. Чтобы она была счастлива. А пока... пока у него есть ещё два дня, чтобы побыть рядом. Олдорн вынырнула из своих мыслей, услышав шорохи в дверном проёме. Она повернула голову и увидела улёгшегося на пороге пантеру, который как-то грустно смотрел в пол. Собственные чувства для Вилл отошли на второй план, и она поднялась со стула, улыбнувшись. — Кто-то загрустил, а, Дейл? Оборотень поднял на неё голубые глаза, но тут же отвернулся и положил голову на крупные лапы. — Ты что, не разговариваешь со мной? — насупилась Вилл, однако всё равно подошла к нему и присела рядом. — Ну, что случилось? Её рука прошлась по мягким ушам, и Дейл приподнял голову, смотря на неё с ворохом чувств. «Вилл, как только всё это закончится, я уйду. Обещаю тебе». Вилл отдёрнула руку от чёрной макушки. — В смысле? Оборотень посмотрел на неё сожалеющим взглядом. «Я понимаю, как это всё некстати и как тебя это напрягает. Мне очень жаль, Вилл». «Он всё-таки уйдёт». Вилл поднялась и на ватных ногах дошла до подоконника, опускаясь на обтянутую тёмной материей поверхность. Глаза застилала пелена слёз, но она не могла позволить себе расплакаться прямо при Дейле. Она совсем не успела заметить, как он стал ей дорог. Вместе со своими подколами и своевольностью, но неизменной поддержкой, пониманием и мягкостью. С этими постоянно дёргающимися ушами, с виляющим чёрным хвостом, яркими, словно небо жарким летним днём, голубыми глазами, со всем тем, что подразумевалось под его именем... Со всем тем, что она полюбила в нём. Тёплый нос уткнулся ей в плечо. Вилл не обернулась, продолжая смотреть в окно, и почувствовала, как слёзы всё-таки скатились по щекам. Дейл, заметив это, совсем устыдился, хоть и не понял причины. Он провёл носом по её щеке, вытирая мокрые дорожки. — Прости, что-то мне… внезапно грустно стало, — шмыгнула носом Вилл и погладила его за ушком. Оборотень шевельнул ушами и положил голову ей на колени, заглядывая в окно. В соседнем доме невысокая женщина сидела рядом с коренастым мужчиной на диване перед телевизором, обнимая его за талию. Обоим было уже давно за шестьдесят, но выглядели они ужасно счастливыми. «Да, Вилл, — подумал Дейл, вздыхая. — Она счастлива, что сидит рядом с любимым и смотрит хороший фильм. А я счастлив просто потому, что рядом. Но ты, конечно, вряд ли меня понимаешь».