Графология для начинающих

Спустя неделю после совместной дачи показаний Джон должен был признать, что Шерлока в его жизни стало катастрофически мало. Детектив исправно принимал клиентов, расследовал любые попадавшиеся ему дела, не отвлекал доктора от работы и не терроризировал девушек, которым не посчастливилось оказаться в одном помещении с Джоном. Когда Холмс внезапно (досадная случайность) оказывался дома, он молчал. Это не было в новинку: он однажды не произнес ни одного слова в течение восьми дней, все это время медитативно глядя в потолок. Джон менял пустую чашку с кофе на столике на полную и терпеливо подкладывал бутерброды. Самое интересное было тогда, когда Шерлок внезапно подскакивал и с самым независимым выражением лица несся в туалет. Сейчас все было так же и одновременно по-другому. Тогда Шерлок пренебрегал всем миром, а теперь одним Джоном. И это было… одиноко. Джон не успел переодеться после работы и спуститься вниз, как Шерлок был уже готов выскочить из гостиной и понестись по очередному важному делу. Он как раз смотрелся в зеркало, одетый в свой любимый костюм, крутя между пальцами… плетку? — Шерлок? Ты куда-то собрался? Детектив резко обернулся — будто это не его плавная, хищная походка сводила с ума всех подряд — и взмахнул рукой с этим. Джон определенно собрался игнорировать наличие сего предмета в их квартире вообще, и в обхвате длинных бледных пальцев — в частности. — В Бартс. Эксперимент. Джон подошел ближе к нему и сложил руки на груди. Шерлок недовольно замер на месте, будто презирая саму возможность разговора с соседом. — Насколько я помню, именно этот эксперимент ты проводил в день нашего знакомства. — Результаты были… неопределенными. — Ну раз неопределенными, — с сарказмом повторил Джон, не меняя позы. Холмс кивнул и направился к выходу. Ватсон повернул голову в его сторону. — Шерлок. Детектив замер в шаге от двери. — Что еще? — Просто признай, что ты так пар выпускаешь. Шерлок стоял к нему боком, но Джон все равно смог увидеть расползающуюся по его лицу ухмылку. — Не без этого. Джон засмеялся, покачав головой. Холмс воспользовался паузой и быстро выскользнул из комнаты. — Что ж, — пробормотал Джон и коснулся пальцами черепа. Интересно, как долго Шерлок собирается его избегать? И что должен сделать Джон, чтобы не потерять друга? И обязательно ли это что-то должно включать совместную постель? По крайней мере, сейчас он мог признать, что Шерлока ужасно не хватало. Джон был бы даже не против оказаться подопытным кроликом очередного его дикого эксперимента (без участия плетки, разумеется). Хотя еще пару недель в таком темпе, и этот предмет, возможно, доставшийся ему от этой женщины, не станет причиной для отказа.

***

Все изменилось так же резко, как и началось. Джон, смирившийся с судьбой объекта любви и отчаянного игнорирования Шерлока, жил своей жизнью. Ходил на работу, лечил людей, исправно посещал магазин, готовил ужины и оставлял тарелки с едой в самых странных местах, после забирая пустую посуду и моя ее, не обращал внимания на нестандартные предметы в холодильнике, смотрел телевизор по вечерам и… скучал. Но, как ни странно, даже эта обыденная, до безумия однообразная жизнь ему нравилась. Особенно тогда, когда можно было поверх газеты смотреть на врывающегося в гостиную Шерлока — измазанного, встрепанного, в чужой крови, с гарпуном, или на выходящего из своей комнаты и подходящего к зеркалу — холеного, изящного, благоухающего еле чувствующейся туалетной водой. И все-таки раньше было лучше. Но стоило ему затосковать по Шерлоку с такой силой, что захотелось просто связать неугомонного детектива, как тот вдруг оказался рядом. В первый раз это случилось, когда Джон мыл посуду. Холмс будто невзначай зашел на кухню, осмотрелся — Ватсон спиной почувствовал привычно острый взгляд светло-зеленых глаз — подошел к холодильнику, громко хлопнул его дверцей и, наконец, решил пройти между раковиной и столом обратно. Джон спокойно отмывал засохший томатный соус от сковородки, когда на его плечи легли теплые ладони. — Шерлок? — повернув голову налево, произнес он. — Ты мешаешь пройти. — О. Прости. Можешь обойти с другой стороны. — Джон не сдвинулся с места, только жестче начал тереть губкой керамическое дно. — Я хочу здесь. Подвинься. Теплые ладони нагревались так быстро, будто в них была встроена грелка. Но к стыду Джона, ему нравилось. О, как он соскучился по подобным претензиям и вниманию друга. — И не подумаю. Шерлок вдруг придвинулся вплотную к его спине в диком подобии объятия, не убирая рук с плеч. Джон снова обернулся и вздрогнул, увидев глаза Шерлока в считанных сантиметрах от своих. Он слабо улыбнулся, и детектив почти до боли сжал пальцы. Хорошо знакомый гипнотический взгляд пугающе светлых глаз темнел с каждой секундой, пока наконец Шерлок не сжал губы и не испарился с кухни так же внезапно, как и возник. Джон передернулся от пробежавшей по телу дрожи, когда плечи опалило холодом.

***

Второй раз случился в тот же день спустя пару часов. Ватсон, сидя за столом в гостиной и пялясь в экран ноутбука с открытым блогом, гадал, чем он заслужил столько внимания неуловимого в последние недели детектива. Шерлок оказался рядом внезапно. На самом деле, Джон понял, что тот непозволительно близко, только когда над ухом раздалось недоуменное: — Что ты делаешь? Ватсон подпрыгнул на стуле и живо обернулся. — Шерлок! Какого черта?.. Ты меня до инфаркта доведешь! Детектив, не сдвинувшись с места, продолжал смотреть в экран. Протянув руку, он обхватил мышку и начал быстро проглядывать открытые вкладки в браузере, а потом и вовсе заглянул в историю. Джон сложил руки на груди и спокойно наблюдал за вторжением в свою личную жизнь. Отчасти потому, что ему было приятно думать, что это все задумано только ради того, чтобы оказаться рядом, отчасти потому, что он боялся, что Шерлок снова исключит его из своего мира. — Ну, Шерлок? Что скажешь? — Скучно. И ты удалил все страницы с порно, что странно, раньше тебе было плевать, увижу я это или нет. Ты смотрел что-то настолько извращенное? — Может, я опасался, какие именно фотографии ты расклеишь по квартире в этот раз? — Джон фальшиво улыбнулся. — Или я просто не смотрел порно? — Маловероятно. Ты скучал и сидел с ноутбуком как раз в то время, когда у тебя в браузере пусто. — Откуда ты знаешь, когда я сидел с ноутбуком, если тебя не было дома? — Если я не сижу в гостиной, это не значит, что меня нет. Шерлок резко выпрямился. Вместе с ним исчезло тепло на шее от его дыхания и чертовски приятный, но почти неуловимый запах туалетной воды. — Можешь больше не удалять. Я не ревную к… обезличенным телам на экране. Джон почувствовал, как щеки опалило жаром. — Шерлок, я вовсе не… — детектив смерил его я-и-так-все-знаю-можешь-не-врать взглядом, и Джон вздохнул. — Ну прости, что побеспокоился о… тебе. Холмс раздраженно вздохнул. — Ладно. О твоих чувствах. Прекрати смотреть на меня так, будто я тебе нож в спину воткнул. Это не так. Я волнуюсь о тебе. И забочусь. И… Шерлок смерил его гневным взглядом, развернулся и пошел к себе в комнату. А Джон накрыл глаза ладонью и невесело рассмеялся. Вот и поговорили. Замечательно. Самым примечательным было то, что Шерлок фактически признал, что ревнует его. Просто не к порно.

***

Третий раз закономерно случился спустя пару дней. Закономерно — потому, что Шерлок пригласил Джона вместе задержать преступника. По правде сказать, пригласил — это громко сказано, он выдернул соседа из кровати посреди ночи и то, только потому что ему нужен был профессиональный стрелок, который не будет долго думать, когда понадобится кого-нибудь застрелить, но Ватсон слишком давно не участвовал в делах, чтобы привередничать. Адреналин, бурлящий в крови, звездное небо над головой и звук полицейских сирен, разгоняющий ночную тишину — что может быть романтичней? Восторженный Шерлок, должно быть, думал, что это почти свидание. Джон был счастлив. По-настоящему. Он был полностью сосредоточен на предстоящем задержании, крепко держал взведенный пистолет в руке и думал, как скоро Лестрейд поймет, что первый адрес был фальшивым и приедет сюда спасать их из лап маньяка. По всему выходило, что либо поздно, либо очень поздно. Радовало то, что оправдываться будет один Шерлок — Джона он посвятил в подробности только на месте. Задержание, в целом, прошло… хорошо. Крайне опасно, до абсурдности глупо и потрясающе нелепо. Но хорошо. Маньяк оказался сатанистом, так что устроились они с Шерлоком в кустах на кладбище. Когда в поле зрения ближе к рассвету появился полный, низкорослый мужчина, ведущий на поводке козла, Джон даже сразу не признал в нем человека, убившего уже по меньшей мере шестерых невинных людей. Дальнейшее могло бы стать отличной основой для какого-нибудь юмористического немого кино: Джон бегал по всему кладбищу, неловко перепрыгивая через надгробия и грозя страшной расправой козлу с рогами, обработанными смертельным ядом, который с поистине ослиным упрямством его преследовал. Шерлока в это время душил маньяк, попутно выкладывая все свои сумасшедшие замыслы, а где-то там на другом конце города — Ватсон был в этом уверен — ругался Лестрейд. — Джон, убей его! — Ты… отобрал… мой… фух… — Джон перепрыгнул через очередное надгробие, — пистолет! — Найди его! — Не смейте трогать Абба-гу! — Это его…ккхх…так зовут? — прохрипел Шерлок, пытаясь вырваться из хватки маньяка, сжимающего его горло. — Чертов козел! — взвыл Джон, наворачивая уже пятый круг по кладбищу с огромной скоростью. — Я убью вас! Я разрежу вас на кусочки! И скормлю Абба-гу! — Я… думал… что козлы… травоядные!.. — Джон! — Шерлок отчаянно бился в руках мужчины. — У меня... есть... идея! Джон обогнул маньяка, пытающегося убить его друга, зашел ему за спину и понесся вперед. Абба-гу неотступно следовал за ним и, когда Джон в последний момент резко кинулся в сторону, вонзился своими рогами прямо в задницу не ожидавшему предательства маньяку. — Абба-гу!!! — мужчина взял наивысшую ноту и свалился замертво. Его уже бездыханный труп чуть дергался каждый раз, как козел пытался освободиться. — Это было умно, — признал Шерлок, сидя на земле и растирая горло. Джон валялся неподалеку и тяжело дышал. — Ага. — Бедный козел. — Эта тварь вышла из ада. Шерлок гулко рассмеялся и встал. — Ты ему понравился. — Меня это совершенно не радует, — тихий смех Джон разнесся по ночному кладбищу и был дополнен печальным блеянием козла и приближающимся звуком полицейских сирен. — Лестрейд тебя убьет. — Если поймает. Пошли? — Я не встану, — застонал Джон. — Больше никогда в жизни не встану. Шерлок стряхнул с пальто последние пожухлые листья и, подойдя к другу, протянул руку. Джон с недовольным кряхтеньем принял помощь. Длинные пальцы крепко обхватили его ладонь и резко дернули вверх. Джон, не ожидавший такой прыти, почти упал на Шерлока и удержал равновесие только благодаря ладони на своем плече. — Эм... — Ватсон нервно улыбнулся и сделал осторожный шаг назад. — Спасибо? — Ты спрашиваешь? — Утверждаю. Не знаешь, где мой пистолет? — Я его уже взял. — Ага. Ну хорошо. — Джон для достоверности пару раз кивнул и, чувствуя себя крайне неловко, освободил свою ладонь из отчего-то снова горячих пальцев Шерлока. — Пошли? Тот спрятал руки в карманы и молча пошел в сторону, противоположную выходу. Джон, не раздумывая, последовал за ним, неосознанно сжав пальцы в кулак, чтобы сохранить быстро таявшее тепло.

***

В четвертый раз Шерлока опередил Джон. Он сидел на диване и смотрел «Такси», когда на пороге возник детектив. Он был только после душа, распаренный, с покрасневшими щеками и влажными волосами. Джон редко видел его таким по-домашнему уютным и не смог сдержать мягкой улыбки. Взгляд Холмса, вопреки расслабленности его тела, был серьезным и внимательным. Он сканировал все детали комнаты, будто ища что-то. — Шерлок. — Мм? — Прекрати, — Джон чуть сместился на диване, убавив звук. — Что прекратить? — Это. — Что «это»? Ты не мог бы выражаться более конкретно? — Шерлок наконец перевел взгляд на Джона и удивленно замер. — О. — Ага. Хватит придумывать повод. Просто иди сюда. Сегодня можно. Шерлок, будто не управляя собой, сделал пару шагов вперед и остановился, замотав головой. — Я... я не искал повод. Это просто смешно. Джон склонил голову вбок, как любил делать сам Холмс, и пожал плечами. — Жаль, хотел посмотреть с тобой фильм. Шерлок сделал еще несколько невольных шагов вперед, а потом и вовсе сдался и сел на диван. — Ладно, может, я немного… мм. — Искал повод? Шерлок резко посмотрел на него, но, встретив дразнящий взгляд синих глаз, растерял весь запал и робко улыбнулся. — Да. Ты не злишься? — Нет, конечно. Давай, ложись мне на колени, думаю, так будет удобнее. Ты сегодня устал. Шерлок нахмурился. Внимательный взгляд выискивал любые возможные намеки на шутку или что-нибудь еще, а может, он просто не знал, стоит ли принимать предложение Джона и чем ему это грозит. Но, во всяком случае, спустя почти минуту детектив медленно с таким отчаянным выражением на лице, будто собирался прыгать с крыши, устроил свою голову на бедрах Джона и еле слышно вздохнул. Ватсон прибавил громкость на пульте и расслабленно откинулся на спинку дивана, аккуратно кладя свою руку на спину друга. Шерлок оказался на редкость приятной тяжестью. Он лежал неподвижно, почти не дыша. Джону даже закралось подозрение, что тот боится, что его могут прогнать от какого-нибудь неловкого движения. Но разве гениальный детектив мог додуматься до подобной ерунды? Так что Джон отмел эту теорию как нежизнеспособную. Самым сложным оказалось не поддаться глупому, глупому желанию ласково погладить друга по спине. Ватсону казалось, что тому бы это понравилось, а ему самому отчего-то было сладко от этой мысли. Джону хотелось… доставить Шерлоку удовольствие. Но разве это не было бы лишним? Он сдерживался весь фильм, стараясь вообще не шевелить правой рукой, чтобы не сдаться и не провести ладонью по нежному шелку халата, под которым чувствовалось тепло тела Шерлока. Джон даже не заметил, как просмотр превратился в пытку, от которой почти в самом конце его отвлек тихий голос Холмса: — Джон? — Да? Шерлок ничего не говорил так долго, что Джон понадеялся, что тот промолчит. Ему казалось… он был почти уверен, что ничего хорошего из этого не выйдет, не сейчас, когда полумрак гостиной только усиливал напряженную атмосферу, возникшую из-за их нереализованных желаний. — Только сегодня? — наконец на грани слышимости произнес Холмс. — Что? — Джон непонимающе посмотрел на профиль друга, который казался полностью поглощенным фильмом. — Ты сказал: «Сегодня можно», — не отрывая взгляд от экрана, пояснил тот. До Джона доходило медленно, он мысленно прокрутил весь вечер вплоть до того момента, когда позвал детектива к себе, и с трудом из-за огромной щемящей нежности в груди ответил: — О, боже, Шерлок, нет. Не только сегодня, — и Ватсон, поддавшись порыву, наклонился вперед и коснулся виска друга легким поцелуем. И чудом успел отпрянуть, когда детектив в мгновение ока перетек в сидячее положение в полуобороте к нему. Темные, на самом деле почти черные глаза впились в него внимательным взглядом. Джон чувствовал себя кроликом перед пастью льва, сердце стучало так сильно, что, казалось, скоро взорвется. Боже, что же он наделал? Шерлок наклонился ближе к нему, переводя взгляд на губы, и замер так на долгие, почти бесконечные секунды, пока вдруг не закрыл глаза, не спустил ноги на пол и не засмеялся глухо, пряча лицо в руках. Джон дышал через раз, боялся сглотнуть и своими действиями еще сильнее усугубить ситуацию, когда Холмс встал и неловкой, пьяной походкой направился к себе. За пару шагов до коридора он обернулся и жестко произнес: — Не смей меня целовать, Джон. — Что? Шерлок, это… Ты хоть знаешь, что такое настоящий поцелуй? Джон встал и сделал пару шагов вперед, когда Холмс сократил оставшееся расстояние между ними, снова врываясь в его личное пространство. Ватсон посмотрел на тяжело вздымающуюся грудь детектива, прикрыл на секунду веки, осознавая собственное возбуждение, и перевел взгляд на сияющие первозданной тьмой глаза друга. — Джон, — тихо выдохнул Шерлок. — Сегодня можно? Да? Можно все? Он гипнотизировал взглядом его губы, будто они были всем, о чем он только мог мечтать. В животе Ватсона что-то жарко перевернулось, его дыхание сбилось, когда он подумал просто кивнуть. Но так было нельзя, это было нечестно, в первую очередь, по отношению к Шерлоку. Но, с другой стороны, ему весь вечер хотелось увидеть задыхающегося от стонов друга. Он понятия не имел, что делать. И Шерлок решил за него, сделав первый шаг назад и собравшись убежать, когда Джон поймал его край халата, дернул на себя и, обняв руками лицо, прижался своими губами к его. Боже, они об этом еще пожалеют. Но сейчас Шерлок со стоном подался вперед, вжимаясь в Джона изо всех сил, почти свалив их обоих на пол, но при этом совершенно не отвечая на поцелуй. Ватсон ловил замершие губы своими, мягко оттягивал, целовал, ласкал языком, получая от происходившего такое сумасшедшее удовольствие, что стоило только удивляться, почему он раньше не целовал Шерлока. Его губы были мягкими, нежными, податливыми, совершенными, было дико с такой силой наслаждаться поцелуем с человеком, которого он не любил так. Шерлок бесконтрольно дрожал в его руках и притискивался еще ближе, как будто желая слиться с ним воедино. Вторгнувшись в приоткрытый рот, Джон почти невесомо лизнул язык Шерлока и отстранился, ощутив, как дрожь передается и ему. Поцелуй длился не больше минуты, зато успел перевернуть все. Джону было странно смотреть на зажмурившегося Холмса с почти болезненным выражением на лице, когда на губах все еще оставался его вкус. Шерлок облизнулся и, не открывая глаз, хрипло произнес: — Сегодня Рождество? — Что? — Ватсон от неожиданности фыркнул. — Нет, конечно. — Это хорошо, — Шерлок наконец решился на него посмотреть и неуверенно улыбнулся. — А то появился бы повод его полюбить. Джон рассмеялся и взъерошил черные кудрявые волосы. — Глупости, ничто не заставит тебя любить Рождество. Ты бы сказал, что это просто совпадение. Шерлок неопределенно хмыкнул, и между ними повисла неловкая тишина, только на фоне играла музыка из финальных титров фильма. Джону нравилось держать друга в объятиях, но руки детектива почти безвольно висели по бокам, хотя тот все еще старался стоять как можно ближе. Так что Ватсон пытался решить, как поступить дальше, когда молчание оборвалось. — Значит, только сегодня? Джон покачал головой. — Я не знаю, Шерлок. Понятия не имею. — В любом случае спасибо, — Холмс поджал губы, как делал всегда, когда был смущен или не знал, что делать, и кивнул. Внезапно он нахмурился и, резко наклонившись вперед, коснулся быстрым поцелуем губ Джона. Потом сделал пару шагов назад и, как ни в чем не бывало, поинтересовался: — Чаю?