Ну и кто ты после этого?..

Лекса злилась. На Костию, которая полгода назад бросила ее. На девушек, которые изменили ее отношение к сексу, легко даря утешение каждый раз, когда она в нем нуждалась (хотя и понимала, что в этом их винить довольно глупо). На дверь в ванной, которая так не вовремя открылась. На Кларк, которая делала вид, что ничего не произошло… Но больше всего Лекса злилась на себя. В первую очередь, за то, что побоялась признаться себе в том, что Кларк ей на самом деле нравится. Не как очередная симпатичная девочка, не как хороший друг, а как человек, с которым очень хочется быть рядом. Хотя, что уж лукавить, они были рядом. Утром просыпались друг за другом, шли на занятия одной дорогой, сидели в одном здании, а иногда и в одном классе. Но Кларк обращала на Лексу ровно столько же внимания, сколько на остальных, едва знакомых ей людей. Нет, она не устраивала бойкоты или сцены обиды, не игнорировала Лексу напоказ. Она просто была спокойна и равнодушна — и это было невыносимо. Лекса пыталась поговорить. Она затевала разговоры утром, в комнате, неуклюже шутила днем в столовой и на переменах, агрессивно провоцировала вечером на футбольных тренировках — все было тщетно. Кларк была пуленепробиваемой. Размышляя над тем, насколько жалко она выглядит в своих попытках, Лекса лежала в тени своего любимого дуба, подстелив под голову пиджак. Прошло чуть больше недели с тех пор, как Гриффин приехала сюда. Это просто смешно! — Хэдмэн, нельзя так себя изводить. Ты же на призрака похожа. Ты вообще питаешься? Спишь хоть иногда? — на траву рядом рухнула Рэйес. — Рэйес, мы с тобой вместе в столовую ходим, — устало ответила девушка. Вопрос о сне она проигнорировала. — Может, яблочко? — Рэйвен достала из сумки ароматный красный плод и впилась в него зубами. Лекса машинально проследила за тем, как сок потек по подбородку подруги. — Хошешь? У меня ышшо есть, — прошамкала Рэй с набитым ртом. — Спасибо, не хочется, — Лекса вернула взгляд наверх и стала наблюдать, как лучи солнца в ожидании вечера заплетаются в дубовых листьях. Рэйвен вздохнула и отложила в сторону недоеденный огрызок. Демонстрация провалилась. Подопытный не проявляет признаков жизни. — Тебе ничего не хочется, — недовольно буркнула Рэйес. — Может, хватит себя мучить? — Она меня ненавидит, Рэй, — тихо сказала Хэдмэн. — Да брось, Лекса, — она кинула в подругу отломанным яблочным черенком. — Она просто такая же упрямая задница, как ты. *** Кларк отрешенно запихивала в себя слойку с марципаном, всецело поглощенная чтением. Так как в библиотеку брать еду не разрешалось, Гриффин отмечала своего очередного бумажного «магомеда» в читательском билете и тащила его к «горе» — то есть, в столовую. — Как делишки? Как детишки? — на соседний стул опустилась Октавия. Кларк нехотя оторвала взгляд от мопассановского «Милого друга» и ответила взбудораженной Блейк: — Привет, все живы. Сегодня тренировка будет? — Нет, мистер L взял отгул, разве Лекса тебе не сказала? — невинно спросила Октавия. — Нет, она, к сожалению, забывает посвящать меня в некоторые детали, — беззлобно ответила Кларк, сгребая крошки от булочки со стола на салфетку. — Ну вот, опять! Кларк, перестань на нее злиться. Мне кажется, это ее убивает. Ты не можешь просто повесить на Лексу ярлык непригодности из-за того, что она хотела с тобой переспать. Хотя бы поговори с ней! — не выдержала Блейк. «И… Мы подошли к настоящей цели этого разговора», — хмыкнула про себя Кларк и пожала плечами: — Никаких ярлыков.  — Знаешь, сколько людей хотят со мной секса? — продолжала гнуть свою линию девушка. — Пусть хотят, мне не жалко! — Я действительно рада за тебя, — терпеливо ответила Гриффин. — Но они не пытаются при этом делать вид, что хотят стать твоими друзьями, верно? Хотя… Подожди, — Кларк оглянулась вокруг, — нет, не вижу никого с плакатом «Горячая Октавия — мой лучший друг». — Мы в женском колледже, — Октавия изящно рассекла ладонью воздух, пародируя фею. — Пуф! Никаких парней. — Ну, почему, никаких? — хмыкнула Кларк. — Мистер L — чем тебе не парень? Глаза Блейк резко потемнели. — Он не парень, он преподаватель. Тренер. Может быть, мужчина. Но не парень! Кларк удивленно подняла бровь. Она не ожидала такой реакции от Блейк. «Подозрительно», — подумала Гриффин. — «Ну, тем лучше для меня. Больше не будет капать на мозги по поводу Лексы…» — Ладно-ладно, я просто пошутила, — фыркнула Кларк и уткнулась в книгу. Октавия помрачнела и ретировалась. Однако мало-помалу ему удалось привести свои мысли в порядок, и, силясь подавить душевную боль, он подумал: «Все женщины — потаскушки, надо пользоваться их услугами, но нельзя тратить на них душевные силы…» Кларк шумно выдохнула и прикрыла глаза. Еще в самом начале она поняла, что выбрала не самое лучшее время, чтобы читать о самом эгоистичном французе всех времен, но не могла бросить книгу. Ей был глубоко противен Дюруа, но страница за страницей она давилась его похождениями, чтобы узнать, к чему приведет карьериста путь, который он выбрал. Она ни за что не призналась бы себе, что постоянно сравнивает главного героя романа с Лексой. Или что думает о том, как она пополняла свой «список». Презирала ли Хэдмэн девушек, которые в него попадали?.. И, конечно же, Кларк убеждала себя, что ей не доставляет никакого удовольствия чтение эротических сцен, описанных в книге. Чертовы французы с их покосившимися ценностями… Гриффин, когда ты стала такой ханжой? *** Лекса была вынуждена сбежать из-под опеки родного дуба, чтобы отвязаться от Рэйвен. Но та была настроена решительно — поэтому преследовала Лексу до самого общежития. — Тебе не стыдно быть размазней? — кипятилась девушка, торопясь за подругой. — Где та суровая Лекса, которую я знаю? Встряхнись, успокойся! — Я пытаюсь, — прошипела Хэдмэн. — Ты совсем не правильно пытаешься. Своими попытками помириться ты делаешь только хуже, — убежденно заявила Рэйес и сложила руки на груди. — Отыщи хоть каплю достоинства в своем поведении на этой неделе! Хэдмэн хмуро молчала. — Перестань пресмыкаться и покажи ей, какая ты крутая. Покажи ей, что ты прекрасно без нее обойдешься. Найди себе другой объект для охоты, посмотри, как твоей блондиночке это понравится! Девушки поднялись на третий этаж и расположились в пустой гостиной. Лекса легла на диван, отмечая про себя, что лежать на траве ей нравилось больше. Рэйвен заняла одно из кресел. — Рэй, это нелогично. Ты предлагаешь мне делать то, что она больше всего во мне не выносит. — От ненависти до любви… — Рэйес развела ладони в стороны, рисуя в воздухе радугу. Хэдмэн вздохнула. — Мне кажется, тебе не хватает телика. Может, тогда ты бы оставила меня в покое и стала бы переживать за отношения Росса и Рейчел… — Мне всегда больше нравились Моника и Чендлер… — задумчиво отозвалась Рэй. — А впрочем, не важно. Ты ведь понимаешь, что я имею в виду. Лекса сползла головой с подлокотника. — Если я немного посплю и пообещаю тебе подумать об этом позже, ты отстанешь от меня? Рэйес великодушно кивнула и, ощущая себя феей-крестной, упорхнула в свою комнату. Лекса закрыла глаза и стала прокручивать прошедшую неделю в своей голове — только теперь под другим ракурсом. — Кларк! Гриффин собирается выходить из комнаты, но Лекса перегораживает ей дорогу. — Нам нужно поговорить. — Нет, мы уже поговорили, — девушка сдержанно улыбается, отодвигает соседку в сторону и уходит. ------------------ — Черт побери, Гриффин, да я рукой лучше пинаю мяч, чем ты навешиваешь… — вызывающе кричит Хэдмэн. — Я уверена, что ты успела накачать свои руки, Лекса, — кивает Гриффин и возвращается к защите ворот. «Что бы там ни было, Рэйвен права, пора прекращать этот цирк…» — подумала Хэдмэн и провалилась в сон. *** Кларк надоели неудобные стулья столовой и она направилась в гостиную общежития, чтобы устроиться на мягком диване и почитать в тишине. Обычно там никого не было в это время — студентки проводили время на улице, наслаждаясь весенним солнцем. Поднявшись на третий этаж, Кларк поняла, что ее место уже было занято. Лекса спала, забавно обнимая руками поджатые ноги. Если бы Гриффин захотела, то смогла бы даже втиснуться на противоположный край дивана или занять кресло… Но она не хотела. Девушка приблизилась к дивану и посмотрела на соседку. Она не злилась, она была разочарована и ничего не могла с собой поделать. Конечно, Гриффин понимала, что Лекса хочет помириться, но это казалось ей неправильным, нелогичным действием. Что они теперь могут дать друг другу? У Лексы есть друзья — Октавия и Рэйвен, зачем ей еще один? «Кларк, перестань на нее злиться. Мне кажется, это ее убивает…» — крикнул голос Октавии в голове Гриффин. «Да нет, выглядит вполне живой. Разве что мерзнет», — подумала Гриффин, подмечая позу, в которой уснула соседка. И, не осознавая, что делает, Кларк машинально сдернула с кресла покрывало и набросила его на спящую девушку. «Потом заболеет, а мне ее микробами дышать», — оправдала свои действия Кларк и развернулась, чтобы пойти в комнату. У лестницы, облокотившись на стену, задумчиво стояла Октавия и наблюдала. Встретившись глазами с Кларк, она едва заметно улыбнулась. Гриффин вспыхнула и прошептала: — Если ты хоть слово скажешь, я тебя прикончу, Октавия.