Понедельник семнадцатого

«Да, я знал, что он придет. Быть иначе не могло. Но он опоздал на жизнь — Нам опять не повезло». ¹ Д. Арбенина.

На следующий день Нарочинская уже вышла на работу. Оставив машину на стоянке, женщина направилась ко входу в больницу. Легкий и теплый апрельский ветер играл с ее локонами и обдувал лицо. На небе не было ни облачка, ни намека на это. Цвет его был голубым-голубым, что очень напоминал цвет женских глаз. «Доброе утро,» — скрывая небольшое волнение и, возможно, робость, поздоровалась она со всеми. — Нина, не знаю, как Вас по отчеству, извините, подскажите, пожалуйста, где можно расписаться, — подойдя к регистратурной стойке, обратилась Марина. — Дмитриевна, — подсказала женщина, подавая журнал. Дубровская пока не решила быть с новенькой на «ты». — Спасибо, — нешироко улыбнулась расписывающаяся. Выводя тонкой кистью красивые буквы в словах «Нарочинская М. В.» и отмечая время прихода «7. 30», женщина почувствовала, что кто-то сзади подошел, и она искренне надеялась, что им окажется не тот вчерашний знакомый врач. — О, здравствуйте! — поздоровался молодой человек. — Это Вы наша новая коллега? — Доброе утро. Да, я, — кивнула Марина, положив ручку на корешок тетрадки, чтобы она никуда не укатилась. — Лазарев Константин Германович, — протянул руку молодой парень. — Марина Владимировна Нарочинская, — делая акцент на фамилию, пожала нейрохирург его руку. — А Вы случаем не родств… — Дочь, — перебила она его, предугадывая вопрос и задавая свой, — не подскажите, где врачи переодеваются? Мед. сестры понятно, что в сестринской, а мы… — А мы в ординаторской, — сообщил он, указывая на комнату. — А, спасибо, — поблагодарила Марина и удалилась. Зайдя в комнату, она все также мысленно молилась на отсутствие этого хирурга. Но законы подлости никто не отменял. — Доброе утро! — снова поздоровалась. — Доброе, — повторил Брагин. — Видимо судьба снова сводит нас вновь, Марина Владимировна. Давайте теперь представлюсь я — Брагин Олег Михайлович. Прошу любить и жаловать, — с широкой улыбкой в тридцать два зуба он так же, как и Лазарев, протянул руку. Его имя с отчеством и фамилией заставили вздрогнуть ее: столько лет она избегала того, чтобы они, хоть и ненароком, не падали с ее губ. Любимый папин ученик и ее друг. — Да, Вы правы, судьба и вправду сводит нас вместе вновь и вновь, — с легкой иронией подметила она и пожала руку, ощутив, что Олег немного сжал ее.