Хорошие дети попадают в Нарнию

      Кругом не было ни души, но расслабляться нельзя ни в коем случае: эта тишина не к добру. Я на всякий случай отошёл подальше от трупа дестра и, спрятавшись за большим камнем, разложил на земле карту. Так-так-так… На ней решётками были обозначены тюрьмы, маленькими кружочками — несколько мелких штабов и одним большим — крупный. Реку Полемос олицетворяла широкая линия, на которой было написано её название, а за ней… впрочем, она располагалась в самом углу карты. Тюрем я насчитал не менее пятнадцати, причём они почему-то были нарисованы разными цветами и разных размеров. Выражение «лучшая тюрьма», употреблённое покойным дестром для обозначения места лишения свободы, где отбывают наказание Каспиан и Эдмунд, не стоит понимать буквально. Условных обозначений, которые указывают на цвета, не предусмотрено. Размеры тоже ни о чём не говорят, ведь «лучшая» тюрьма — не значит большая. Скорее всего, она «лучшая» по наличию пыток. Что мне оставалось делать? Обойти все пятнадцать, сука, темниц? Но это же полнейшее безумие! Хотя, блин, нельзя же стоять столбом. Надо что-то предпринимать, грубо говоря, вытаскивать себя и петушков из задницы, в которую мы влипли. Обратного пути нет.       Я продолжил изучать карту. Судя по всему, это был план города, о котором рассказывал гном. Так или иначе, до него ещё нужно дойти. А этот воин всадника… Заблудился, что ли? Или они тут тоже периодически патрулируют? Я мимоходом бросил взгляд на поверженного «Голиафа». Он лежал в луже уже застывшей крови, его тело ветер слегка припорошил песком. Руки были беспомощно раскинуты в стороны, на лице застыла всё та же чудовищная гримаса муки. Шея была буквально исполосована — видимо, я был в нехилом трансе и не пожалел на неё сил. Ноги были как-то неестественно согнуты и вывернуты «лягушкой» коленями кнаружи. Меня передёрнуло. Вообще-то мне, наверное, сейчас стоило петь себе дифирамбы и чувствовать себя героем, но, на самом деле, я чувствовал себя только хуже. Ответственность за этих мальчишек почему-то не давала покоя. Что за нафиг? Я же к ним в няньки не нанимался. Сами позвали, сами свалили, сами попали в лапы к дестрам. Это их проблемы, но уж никак не мои. Тем более, меня тоже тут чуть не кокнули, но я сумел не просто вырваться, а сразиться и победить… За чем же дело стало? Могу хоть прямо сейчас развернуться и пойти на базу…       Пхахаха, легко сказать. Куда же я пойду, если на карте не обозначено местоположение базы? Если кругом рыщут воины всадника Войны? Остался единственный вариант: взять себя в руки и колесить по ближайшим «местам не столь отдалённым», потом всё дальше и дальше. Интересно, какова вероятность того, что меня не поймают при первой же вылазке? Ладно, если поймают, то пусть хоть бросят туда же, где заключены Каспиан и Эдмунд, в «самую лучшую» тюрьму, а не убьют. Я осторожно подкрался к трупу, который потихоньку начинал смердеть, и, задержав дыхание, ещё раз обшарил все складки и карманы его одежды. Из одного длинного, широкого кармана, больше напоминавшего дыру, вывалилась маленькая записная книжка. Невероятно, но факт: записи были сделаны не на нарнийском языке, а на английском… видимо, я прихлопнул какую-то важную шишку. Но увы, смысл записей был совсем не понятен: — Ликвидировано 100 пленных по приказу S.W. — Закончен вывод войск из Тоттенского ущелья — Задержаны пятеро беглецов из тюрьмы Уэллоу. Расстрел — Расширить границы патрулирования на 4 мили на восток по приказу S.W. Чёрт возьми, кто же такой / кто такая S.W.? Наверняка тоже какой-нибудь босс. — Самая большая тюрьма (Уэллоу) переполнена. Принять меры по сокращению числа пленных — На юге от города обнаружен нелегальный подземный переход для беглецов. Взорван. Пойманные расстреляны — Планирование операции по наступлению на восток Так-так, а это уже интересно! Я весь превратился во внимание. — Планирование взрыва правобережных заброшенных баз вместе с остатками города. — Перед основным проведён пробный взрыв большой юго-восточной базы по приказу S.W. Всё-таки это был взрыв. — В плен захвачено двое сепаратистов, называющих себя беженцами. Обнаружены около скалы Дʼара. Вооружены старинным мечом, кинжалами, щитами. При них оказался лук со стрелами — Оружие поместить на склад S.W. с целью уточнения истории происхождения и расследования дела — После продолжительных пыток рассказали о стремлении тайно выйти из города и добраться до людей, чтобы попросить о помощи. Один из пленных в бессознательном состоянии упомянул о существовании третьего Я весь похолодел. Их там ещё и пытают! Нужно дочитать до конца, вдруг что-то выяснится. — По распоряжению S.W. брошены в тюрьму Хеллс для выяснения дальнейших обстоятельств. Приказ: каждый день допрашивать с применением орудий пыток и воздействия на подсознание — Пытаемся взять след третьего, судя по всему, он где-то рядом — Третий обнаружен, он выжил после взрыва. Направляется к границе города — Приказ от S.W.: если ситуация не прояснится, расстрелять через неделю На этом записи прерывались, но картина начала приобретать ясность. Слава Аслану, петушки (пока ещё) живы, причём они не проболтались про армию, лук Сьюзен в целости и сохранности. Название тюрьмы известно. Карта у меня есть. Правда, на ней не написаны названия, но тут можно попробовать подумать логически. Если исключить Уэллоу… Армейцам нельзя медлить, всадник планирует двигаться дальше. Самое главное — за мной следят. Стоп, а где же Рипичип? Куда он подевался? Как мог оставить нас в беде? Но я попробовал хотя бы пока не париться об этом, строго говоря, бесполезном персонаже и сконцентрировать внимание на королях. Я снова развернул карту. Судя по тому, что название «Хеллс» произошло от слова «ад», она должна быть изображена либо красным, либо чёрным цветом. В памяти всплыла песня, которую Джерард любил петь, и которая мне очень нравилась: «Mama, we all go to hell…» На самом деле, сейчас ситуация для меня обстояла именно так, что в Нарнии, что в США (если вы понимаете, о чём я). Ну всё, хватит. Проблема номер два: на карте были обозначены две совершенно одинакового размера тюрьмы, одна из которых была красной, а другая — чёрной. Начнём, пожалуй с чёрной… — Как насчёт тебя, Майки? — Чертовски готов!       Опять начался противный ветер. Судя по простирающейся вокруг меня пустыне, идти нужно было ещё довольно долго. Я вздохнул. Лучше уж пусть меня сейчас поймает парочка дестров и упечёт в этот проклятый Хеллс, лишь бы не топать туда ещё пару с лишним дней. К сожалению, у «Голиафа» с собой не было никакой еды, а фляжка потерялась при моих отчаянных попытках выкопаться из-под земли. Между тем голод и жажда начали потихоньку штурмовать мой организм. Не знаю, долго ли я шёл, но пейзаж вокруг начал постепенно меняться. Песка становилось всё меньше — его место заменила сухая грязь, ветер носил пепел, поднимая его высоко к небу. Кое-где виднелись остатки того, что когда-то называлось зданиями — куски каменных стен, трубы, просто кучи битого белого камня. Обстановка накалялась, ведь чем ближе к городу, тем сильнее патруль. Но пока я никого не видел. Некоторые руины продолжали дымиться, никакой травы или даже неприхотливых колючих кустиков уже и в помине не было. Но что странно — кое-где виднелись лужи воды, причём они не испарялись. Я на свой страх и риск зачерпнул немного и вылил рядом с лужей — вода с тихим шипением ушла под землю. Странно всё это, очень странно… Кстати, дышать было тоже очень трудно, но мои лёгкие, видимо, уже немного приспособились, да и песчаный плен дал им крепкую затрещину, чтобы слишком много о себе не мнили. Короче говоря, меня окружали небо какого-то нездорово-синего цвета, земля, разрушенный город, пепел, вода и углекислый газ.       Ветер замер. Тревожная тишина переставала мне нравиться. Я сверился с картой — вроде бы всё идёт по плану, но шестое чувство меня ещё никогда не подводило. Вокруг никого не было, но это далеко не факт, что я в безопасности — вдруг дестры умеют телепортироваться или притворяться невидимыми? Вполне возможно, что тут всё заколдовано, и простому смертному никогда в жизни не найти ни тюрем, ни штабов… А вдруг планы противников поменяются, и они решат расстрелять Эдмунда и Каспиана завтра? Эта мысль не давала мне покоя. Я присел передохнуть. Нет, всё-таки не стоило этого делать: меня как будто что-то ударило по голове, оглушило, картинка на сетчатке глаза сначала перевернулась, а потом и вовсе исчезла… Но блин, ведь вокруг совсем никого не было! Значит, дестры умеют телепортироваться…

***

Я пришёл в себя в какой-то комнате, больше напоминавшей медицинский кабинет, настолько чистой и белой, что чуть было не обрадовался, что меня занесло обратно в Штаты, в трентонскую клинику… Хотя в этом тоже приятного мало — я уж начал понемногу забывать о раке, а в реальной жизни он тут как тут, собственной персоной. Нет, всё-таки я в Нарнии: стены были сложены из грубоватых, плохо отёсанных камней, а свет создавался засчёт огромной люстры из свечей и двух больших окон, за которыми, правда, ровным счётом ничего нельзя было рассмотреть из-за ослепительного света; я лежал на каком-то подобии кушетки ногами к двери. Напротив этого нехитрого «ложа» стоял стул с высокой спинкой, больше напоминающий трон. Я попытался вскочить, но не тут-то было: мои конечности были крепко-накрепко прикованы к кушетке железными звенящими цепями.       Как только я создал шум, дверь открылась, и в «кабинет» вошли несколько дестров. Двое из них встали около кушетки, двое — у трона, остальные толпились у двери. Вслед за ними нервно и быстро вошла странноватого вида женщина. Она была очень худой, высокой, в длинном бархатном фиолетовом платье с широкими рукавами и ярким вышитым драконом на груди. За ней по полу струился шлейф. В каждом её движении просматривалась власть, энергия, холодность, жестокость и резкость. На голове у женщины была небольшая диадема, светлые волосы струились по плечам. На ногах обуты сапоги на каблуке, на каждом пальце — по перстню. Жгучий и злой её взгляд словно прострелил меня насквозь. — Не люблю долго болтать, поэтому сразу к делу, — начала она ледяным голосом, — меня зовут Сирона Варр, и я воин всадника Апокалипсиса, предводитель дестров… — Вы воин? — не слишком-то вежливо перебил её я. — Не очень практичная одежда, должен заметить. — Ты должен молчать, щенок, если не хочешь, чтобы я зарезала тебя на месте, — сквозь зубы процедила она, акцентируя букву «р», молниеносным движением выхватывая откуда-то из-за пазухи нож и приставляя его к моему горлу. — Итак… когда тебя нашли, то при обыске изъяли меч, карту и клинок, причём обнаружилось, что клинок и карта в точности такие же, как в комплекте вооружения у большинства дестров. У тебя есть минута, чтобы объяснить мне. — Я нашёл их в пустыне после ужасного завала или бури, хрен знает, что там было. В общем, мне чудом удалось выжить. А какой дурак откажется от оружия и плана местности? — я старался врать правдоподобно. Боже мой, хорошо, что хватило мозгов не брать с собой записную книжку убитого. Глаза женщины сузились. Она медленно, едва ощутимо провела ножом по моей шее, но и этого хватило, чтобы из раны начала сочиться кровь и капать на замызганную, грязнющую майку. — Мда, врать — это не твоё. — А почему вы решили, что я вру? — Следствие обнаружило в пустыне умершего от кровопотери дестра с перерезанным горлом и глубокой раной бедра. Выяснилось, что он безоружен и у него нет карты. Ничего не напоминает? — Мэм, как я могу убить дестра?! Это кто угодно, но не я, клянусь. — Плевать я хотела на все твои клятвы. Если не хочешь признаваться, завтра мы с тобой по-другому поговорим, благо эта система у нас отлично налажена… — она пододвинула ко мне красивое, хоть и искажённое яростью, лицо, и всё же убрала нож от моего горла. — Кстати, сегодня утром «наши люди» поймали двух смазливеньких мальчишек, которые притворялись беженцами, хотя были хорошо вооружены и обучены оказывать сопротивление. В итоге нам удалось их раскусить, и через пару дней они будут казнены. Судя по данным расследования, ты тоже из той же компашки. Так что подумай хорошенько, если жизнь тебе дорога. Повстанцы нам тут ни к чему, пойми, бороться с неизбежным — безумие. По некоторым неподтверждённым данным, на востоке находится крупное вооружённое формирование, которое уже больше недели не решается двинуться с места, хотя их цель всенепременно обозначена. А тут троица каких-то мальчишек, — Сирона Варр презрительно поморщилась и добавила, — так уж суждено. Вы все погибнете, ничтожные людишки. Уведите его и заключите в тюрьму Хеллс. До завтра, красавчик!       Её лицо озарила холодная, искромётная улыбка. Дестры, стоявшие возле кушетки, железными лапищами схватили меня за руки, как пушинку, открепили цепи и потащили куда-то…кровь продолжала капать из раны и стекать по груди тоненькими струйками. Перед глазами всё расплывалось, а последняя фраза Сироны превратилась в один сплошной звук. Мне завязали глаза и потащили дальше, по холодным коридорам, горячей земле, каким-то скрипучим настилам. Ну ладно, теперь я знаю, кто такая S.W., а ещё меня сажают туда же, куда и Эдмунда с Каспианом. Теперь нужно разрабатывать план побега, если хватит сил.