Вакантное место на смерть

Не успеваем мы занять свои места за столом, как Джаспер, под красноречивый взгляд Кайла, вновь прибавляет громкость для песни Let Me Go (Avril Lavigne ft. Chad Kroeger) и Вик, изображая из себя самого агнца Божьего, улыбаясь Рейвен, протягивает ей руку: — Малыш, наша песня. Пойдем, потанцуем? Подобревшая после трех бокалов коктейля и двух бутылок пива, подруга нежно льнет к парню, и доверчиво позволяет вывести себя на центр танцпола. Но не успевает Аврил Лавин допеть и до первого припева, как на наших глазах происходит одновременно две вещи: Кайл, крепко удерживая Рейв, опускается перед ней на одно колено, а та, в свою очередь, пытается отчаянно вырвать свою ладонь из его рук: — О, мать твою! Кайл Вик, какого хрена ты делаешь?! — Забыв о еде и заинтересованные в дальнейшем развитии событий, мы придвигаемся поближе к парочке. — Даже не смей ничего говорить, иначе я утоплю тебя в этом же бассейне! Мы с Октавией громко прыскаем, пытаясь сдержать смешки, потому, что обе прекрасно знаем — она и правда может это сделать, и поспешно утягиваем Лексу и Линкольна подальше от бассейна, чтобы «если вдруг чего» их случайно не зацепило. И все же, Рейв и колено приклоненный перед ней Кайл, выглядят очень мило. Растроганная романтичностью момента, я нежно кутаю Лексу в свои объятия и, положив подбородок ей на плечо, довольно выдыхаю, чувствуя ее теплые ладони на своих руках. — Рейвен, детка, — пыхтит Кайл, пытаясь справиться со своей воинственно настроенной девушкой. — Подожди, дай мне сказать. — Пфф… — выдает Рейв и затихает, видя его решительный настрой. — Кхм… — Прокашлявшись, он еще крепче вцепился в ее руку. — Милая… — Закатив глаза, Рейвен громко и возмущенно фыркнула. — Да, знаю, я тебя редко так называю, и все же… Мы с тобой уже три года как вместе и это время — самое счастливое в моей жизни. Ты самая потрясающая девушка, которая умеет любить не только меня, но и наших друзей, и свою семью, и мою тоже, а я знаю, что это, не так-то просто и еще ты любишь машины. И разбираешься в них даже круче, чем я. Причем не только в машинах, но и в друзьях и семье. — Задумавшись, он рассеянно провел пятерней по волосам. — Я знаю, что все это время, что мы вместе — у тебя руки чешутся добраться до моей раритетной Alfa Romeo Spider 1972 года, стоящей в гараже. Ноздри Рейв затрепетали, и она скептически приподняла брови: — Ну, не то, что бы… Ухмыльнувшись, Вик оглянулся на нас. — У нее на рабочем компе есть скрытая папка с идеями, как отреставрировать твою тачку. — Тут же сдал подругу Монти. Рэйс бросила в него убийственный взгляд, говорящий о том, что утопленников будет как минимум двое. — Так вот, Рейв, — вновь смотря на девушку, пробормотал Кайл, залезая в левый карман шорт. — Я думаю, что мы уже на той стадии отношений, когда я могу доверить тебе самое ценное — свою машину. Секундное замешательство, отразившись на лице Рейвен, сменилось глупой, счастливой улыбкой: — Ты серьезно? Кивнув, Вик прочистил горло и торжественно произнес: — Рейвен Линдси Луиса Рэйс, ты примешь мою машину? — Да. — Благоговейно выдохнула Рейв, глядя на то, как парень достает из кармана ключ от Alfa Romeo. В легком недоумении мы смотрели на парочку, пока Рэйс счастливо разглядывала заветный ключик. — Я чего-то не догнала… — спустя несколько секунд напряженного ожидания, начала возмущаться стоящая рядом со мной Октавия. Несильно пнув подругу по ноге, заставляю ее замолчать. Тем временем Кайл, перехватив свободную левую руку Рейв, залез в другой карман шорт и, пока подруга отвлеклась, быстро надел на палец заветное колечко. — Вик!!! — Заорала Рейвен, расширившимися от ужаса глазами глядя на платиновое украшение с россыпью бриллиантов. — Забыл сказать, — довольно улыбаясь, он поднялся с колен. — К машине прилагаюсь я, мое сердце, рука, ну и остальные части тела. И ты уже сказала да. — Притянув ее к себе, он заткнул возмущающуюся Рейв поцелуем. — Ура! — Радостно вопя, мы поспешили поздравить обручившихся. — Так! — Деловито крикнул Джаспер, настраивая таймер на фотокамере. — Групповое фото! Все столпились гурьбой вокруг довольного Кайла и все еще ошарашенной Рейвен. — Кричим «миссис Рейвен»! — Я убью вас! — Тут же огрызнулась Рейв и все дружно заржали. Фотоаппарат щелкнул. Темное небо расцветало яркими всполохами разноцветных огней, разрисовывая бархатно-синий холст над нашими головами различными затейливыми фигурами. Задрав головы вверх, с флагами в руках, мы пьяно скакали перед бассейном и пытались петь гимн — получалось фальшиво и совершенно вразнобой. Больше всех это волновало Рейвен, у которой с музыкальным слухом еще с детства были проблемы и поэтому, она требовала, чтобы все подстраивались под нее. Лекса, прижимаясь ко мне со спины, мурлыкала мелодию прямо в ухо. — Давай улизнем. — Шатко выдыхая, хрипло предложила я, утягивая ее подальше от общей компании и проходясь поцелуями вдоль скулы. Перехватив мои губы, Лекса прикусила нижнюю и, улыбнувшись, покачала головой. — Давай еще побудем. Это так… Это как в детстве, Кларк, только еще лучше. — Конечно. Ведь теперь ты еще можешь пить сколько хочешь, и заниматься любовью… тоже столько, сколько хочется. Хихикнув, она вновь поцеловала меня и, чуть отодвинувшись, нежно провела рукой по волосам, подушечками пальцев мягко проскользив от виска по щеке, очертила линию губ, спустившись щекочущим движением по шее. И только когда ее ладонь легла мне на затылок, я вновь поняла, что совсем не дышала все это время. Черт! Мне никогда не привыкнуть к ее неожиданным проявлениям нежности! Рвано выдохнув, шумно втягиваю воздух, пока Лекса медленно притягивает ближе к себе: — Это больше, — шепчет она, опаляя губы горячим дыханием. — Намного больше. И я больше никуда не хочу уходить. На самом деле, если бы она сейчас предложила ограбить с ней банк, полететь колонизировать Марс или переехать жить в Россию, я согласилась бы не раздумывая. Так же, как за еще один до нереальности сладкий, неторопливый поцелуй - соглашаюсь остаться и продолжить вечеринку. В этот раз первыми с праздника исчезают Рейвен и Кайл. Монти отказывается связываться с перепившим Джаспером и нам с Октавией приходится вдвоем уговаривать друга идти спать. Джас со всей серьезностью, на которую способен в данный момент, обдумывает наши увещевания и соглашается при условии крепких, дружеских объятий с Лексой. От столь неожиданного заявления напрягаются все, даже Монти отрывается от своего телефона. — Хренов предатель! — Октавия, не донеся бутылку водки до стопки, с грохотом опускает ее на стол. — Я, значит, тебе тут шоты все ночь мучу, а обниматься — так с Лексой! — Тебя Линк всю ночь обнимает. — Безапелляционно парирует Джаспер заплетающимся языком. — И что? Я, блять, тебя целоваться учила! Где извечная благодарность? — Ты его целоваться учила? — Удивленно вскинув брови, уточняю я. Джас тут же тушуется. — Когда это ты его целоваться учила? — Когда-когда? В средней школе! Когда он был безответно влюблен в Лауру Дарвин и не решался пригласить ее на свидание, потому что не знал, как поцеловать на прощание. А в итоге ты ее так и не пригласил! — Окс, это я его целоваться учила, чтобы он не сплоховал перед Лаурой. В мгновение над столом повисает тишина, пока мы с подругой, в полном недоумении смотрим друг на друга, сопоставляя вскрывшиеся факты. — Ну ты, бро, даешь. — Уважительно присвистнув, бормочет Монти. — Джас, беги. — Усмехаясь и крепче сжимая объятия вокруг талии Октавии, дружески советует Линк. Но он еще не знает, что удержать взбешенную Октавию нереально, да и мне до жути хочется пройтись ногой по некоторым частям тела Джаса. — Ах ты, гамадрил чертов! Стоило Джасперу выскочить из-за стола, как мы бросаемся следом. — Девчонки! Девчонки, вы должны быть польщены, я же тогда был в вас влюблен и никак не мог выбрать… — Джас, лучше заткнись! — Рычу я, подхватывая волейбольный мяч и целясь ему в голову. Мяч не понадобился. Убегающий, под дружный смех сидящих за столом, якобы по прямой; Джаспер, на деле наворачивая живописные круги, в конце концов спотыкается о собственные ноги и приземляется на надувной матрас для бассейна. — Убью гаденыша! — Налетая на парня сверху, зарычала Окс, принимаясь его колотить. Однако мозг друга, получивший отличную дозу обезболивающего, смог обработать только одну информацию — тело достигло горизонтальной поверхности, а потому вслед за вялыми «ой» и «ай», послышался громкий храп. — Все, Окти, дальнейшая экзекуция не интересна. — Я протянула ей руку, помогая подняться. — Продолжим завтра… И Рейвен лучше об этом не говорить. Если он проделал с ней тоже самое, без утопленника в этот уикенд нам не обойтись. — О, Господи Иисусе!! — Тише, малышка. — Хихикнув, я накрыла ее рот ладонью, сквозь улыбку покрывая поцелуями шею. — Ты же не хочешь весь дом перебудить? Очертив острым кончиком языка круг на моей ладони, Лекса, с удовольствием подаваясь мне навстречу, красноречиво хмыкнула, высвобождаясь из хватки: — Я пьяная. И я громкая. — Я это заметила. — На моем лице расплылась довольная ухмылка. — Очень, очень громкая. — Не надо было позволять своим подругам спаивать меня. — Они хотели, чтобы ты расслабилась. — Они перестарались. — Сдавленно простонала она в ответ на неторопливые ласки моих пальцев между ее ног. — И, можно подумать, что они сами сейчас не заняты ничем подобным. — А Монти? — С утра я лично принесу ему свои самые искренние извинения. — Вот уж нет. Перебьется. — Хохотнув, я вернулась к своему излюбленному занятию — изучать поцелуями ее тело. — Рейвен назвала меня твоей девушкой. — Ага. — Я твоя девушка? Мои губы замерли в миллиметре от напряженного соска. Пьяная Лекса — болтливая Лекса. Вздохнув, я вскинула голову, встречаясь с ней взглядом: -Ты моя, я твоя. Смирись с этим. Она вроде как собирается что-то сказать, но передумывает и вместо ответа, приподнимает край простыни, скользя взглядом вдоль наших обнаженных тел. — Что ты делаешь? — Хочу понять, когда тебя разорвет от твоей самоуверенности. — Пфф… Даже не надейся. — Фырчу в ответ, возвращаясь к прерванному занятию. Пьяная я — уверенная я. — Кларк… Что-то в ее голосе заставляет мой желудок скрутиться тугим противным узлом предчувствия. Сердце испуганно ухает в желудок, отбивая там трусливую чечетку. — Что? — Нависая сверху, заглядываю в потемневшую зелень глаз. — Лекс, у тебя странный взгляд, а мы в постели… — Зелень взгляда, задрожав, стала мокрой и в уголках, скопились первые слезинки. Наклонившись, осторожно собираю их губами. — Что такое, милая? — Все это время мне казалось, что я схожу с ума… мне было… я убеждала себя, что это ничто. Что ты и я, все это время, в пентхаусе — это было ничто. Но… — Шумно сглотнув, она прижала теплую ладонь к моей щеке. — Это было самое реальное за долгие годы. Больше не выдержав взгляда этих умоляющих теплых омутов, с тихим стоном, прижимаюсь к мягким, самым восхитительным губам в мире, сминая их в нежном поцелуе. — Я люблю тебя. — Ее резкий вдох и я опять припадаю к губам. — Знаю, малышка, знаю… Моя рука уверенно задвигалась меж наших тел. Прикрыв глаза в удовольствии, она уткнулась лбом в мое плечо. — Будь со мной… — Всегда. — Искренне обещаю я, заполняя ее без остатка. В благодарность в мое плечо впиваются острые зубы … Иисусе! Надеюсь, все действительно дико пьяны и крепко спят, иначе завтра мне будет ужасно, ужасно, ужасно стыдно за свой очень громкий крик! Черт!