BSG. Прочь из моего тела!

После напряженного диалога на пороге, Сэдгар совсем перестал блистать гостеприимством, но, увидев сообщение на телефоне О'Гайо, смягчился и позвал ранних гостей войти. Внутри были настоящие хоромы: стены в успокаивающих горных и лесных пейзажах, подобранный в тон интерьер и... ружье на стене. – Красотааа... – восхитилась Тианна. – Глухая каморка, которую мы снимаем с соседкой, просто кубло с домашними насекомыми... – Ты присаживайся. Пока это днище вернет себе человеческий облик, пройдет не один час, – язвительно уведомил Сэдгар, указывая Тианне на небольшое кресло возле чайного столика. Стоя под контрастным душем, Кейн вспомнил, как частенько сбегал к Сэду домой. Они подолгу проводили время в гараже, репетируя новые песни. Группа “BDD” родилась в том укромном месте, пропитанном хардкорными произведениями неудержимой юности. Еще пять лет назад, когда Кейн и Сэд оканчивали школу, их мечтой было покорить верхушки чартов и поднять музыкальную культуру на новый уровень. Но дети семьи О'Гайо имели размытое право на личное пространство. Кейн знал, как хочет прожить жизнь и ему были чужды терзания родителей. Он с легкостью поступил в указанный ему университет и так же легко оттуда вылетел спустя всего два семестра. Тогда “BDD” уже успели пробиться на национальный уровень и колесить по всей Амальтее с концертами. Надежда на старшего сына увяла в навозной куче его скандальных поступков. О’Гайо вплотную взялись за Валери. Кейну пообещали разморозить наследство при условии, что он убедит ее сдать тест на квалификацию. Ведь из всех окружающих Валери больше всего прислушивалась к нему, но в силу некоторых причин Кейн избегал сестру. Родители подарили ей призрачную свободу, дали право выбрать школу. Но о том, что это временно, умолчали. Но почему она резко сменила Фростхил на Фебермейн в том проклятом городе?! Твестел вызывал у Кейна тихую истерику. Валери без зазрения совести соврала ему, что едет поступать в Дормаунд, после того, как он в штыки принял новость о том, где она провела каникулы. Правду узнал Сэд, получив сообщение от Вэл, когда Кейн уже предавался распущенности нравов и был лишен возможности мыслить адекватно последующие сутки. Оживленный контрастным душем, в серой майке Сэда, висевшей на нем, как на вешалке, Кейн сидел в гостиной и попивал чай с домашними коржиками, пока гитарист его отчитывал. Мама Сэда, услышав, что Тианна учительница музыки, нашла в ней родственную душу, ведь когда-то в молодости она сама играла на контрабасе. Забрав девушку на кухню, она делилась с ней своими творческими успехами. Кейн чувствовал уют и заботу. Хоть миссис Фокстер и высказала все, что думала о его непристойно раннем визите, используя самые сказочные идиомы ненормативной лексики, но все же поспешила готовить противопохмельный завтрак. – А теперь поведай мне, что тебя выдернуло из койки в такую рань и заставило подползти под эти двери после всех моих предупреждений. Я за мотель для чего платил? Чтобы ты меня до утра не трогал! Так ты где-то еще и шл… гкхмх... подцепил, которой должен остался! Ты скоро задолжаешь всему миру! Притормози, – Сэдгар едва себя сдерживал. – Если б ты не забрал мой гонорар, ничего этого бы не произошло. – Если б я его не забрал, ты бы привел не только учителя музыки, но и остальной преподавательский состав, оккупировавший дороги в темное время суток. И тебе бы все равно не хватило... Слова Сэда звучали так, что лучше было не перечить. Никогда. Поэтому Кейн сидел смирно, решив подождать, пока приятель выскажется. – А помнишь, что ты в элитном отеле закатил? Зачем ты голым залез в аквариум? – Ну не во фраке же туда… – Зачем ты вообще туда залез? У тебя аристократическая семья. Почему ты такой придурок? – Ну я... – Это был риторический вопрос. А зачем охрану, администратора и портье избил? – Они пытались меня вытащить... – Кей, мне нужны подробные объяснения, чтобы понять следует ли и дальше помогать позору всей группы или стереть тебя на месте. – На его висках вздулись синие вены, а рот искривился в таком яростном оскале, что еще немного и оттуда вырвалось бы пламя. – Зачем ты поубивал всех розовых рыбок? Ты будешь выплачивать долг до старости. Кейн осунулся. – Одна из зубастых тварей съела кулон. – Подарок Вэл? – Угу, – тихо произнес Кейн, чувствуя, что его будут бить. Возможно долго и ногами. Сэ'Джей выглядел очень свирепо, особенно когда злился.– Ну почему? Почему ты его "Так" не вытащил?! Зачем было все это делать?! – Если бы кто-то заметил, у нас могли возникнуть проблемы. – То есть ты считаешь, что твой поступок проблем не вызвал... – Сэд уже хотел разразиться яркими ругательствами, но из кухни вышли дамы с самым странным завтраком. Большая гора манной каши, залитая подозрительно булькающей жидкостью и крупными кусками перемолотой рыбы, что будто билась в агонии во всей этой дьявольской субстанции. Домашняя еда мамы Фокстера была еще тем деликатесом. Но Кейн уже ни на что не жаловался. После ночных похождений его желудок выдержал бы даже ядерную смесь. Закончив с трапезой, ребята послушно отправились мыть тарелки. А мама Сэда, громко прочистив горло, озвучила новость, которая окончательно испортила Сэду день. – Эта милая девочка теперь будет жить с нами. Тианна состроила невинную мордочку. Кейн подавился воздухом. – Так ведь она шлюха! Полуметровая скалка для переговоров сорвалась со своей полки и достигла подбородка лидера “BDD”. Описав живописное сальто, он временно упокоился под столом. Фаталити хозяйки внушало первобытный страх. В этом доме с ней считались. Еще вчера с Кейном не могли справиться двадцать два человека из обслуживания гостиницы, а сегодня он уже обильно орошал пушистый оранжевый коврик слюной от заботливого прикосновения этой женщины. Сэд меланхолично взглянул на бездыханное тело, протирая тарелку сухим полотенцем, и осторожно обратился к матери: – Мам, Тери не понравится, что со мной вместе будет жить эта шл... шлавная девушка. – После твоего дружка все девочки шлюхами становятся! Она остается здесь в качестве горничной. Нечего с музыкальным образованием по улицам шастать! Мне нужна помощь по дому, пока твой отец в разъездах, а ты вечно шляешься со своим корсетом. – Козетта, и это бас-гитара, – снисходительно поправил Сэд, начиная энергичнее вытирать тарелку. – И вообще, я всегда хотела девочку. Несчастная посудинка в руках Сэда треснула. – Мама! – Купишь новую. О! Вот и первое поручение для Тианночки. Только сходи переоденься. На втором этаже в моей комнате, открой дверцу слева – это гардеробная. Там внизу под стенкой стоит сундук. Выбери себе что-нибудь. – Но я ведь… – замялась Тианна, как бы намекая, что предлагаемая одежда будет не по размеру из-за внушительных габаритов миссис Фокстер. – О, не беспокойся, это Сэдди. В тринадцать лет он был таким тоненьким и хорошеньким, что я часто заставляла его... – МАМА! – страшно заорал Сэд, ударяя кулаком по столу, под которым валялся Кейн, и отбивая у стола все четыре ножки. Чайный сервиз и тарелки фонтаном взметнулись вверх и крошкой распределились по кухне. Едва очнувшийся Кейн получил контрольный удар в голову, отправивший его в новое забвение. Фокстер фыркнула, елейно улыбаясь Тианне и прицельно запуская чугунную сковородку в сына. Сковородка была успешно поймана. – Это сейчас у него мужланские замашки и эти, как его, бицепсы. А раньше он был милашкой. "Она похуже любого сутенера", – натянуто улыбнулась новоиспеченная горничная, поклявшись себе, что никогда не станет злить эту заботливую женщину. – Поднимайтесь, лоботрясы, и приберитесь за собой, – закомандовала хозяйка дома. – А мы с Тианночкой пройдемся по круглосуточным, пока вы тут батрачите. Удостоверившись, что дверной замок щелкнул и бесы покинули дом, Кейн выбрался из-под обломков. – Когда, говоришь, засекли электромагнитный всплеск? – спросил Сэд, доставая из тумбочки веники с мусорными пакетами и начиная уборку. – Вечером второго ноября. – В этот день я потерял связь с Тери. Совпадение? – Не верю я в них.Те, кто сейчас в Твестеле, в опасности. – Кейн, – бас-гитарист удрученно взглянул на ходячий источник проблем, – если герцог воспользовался порталом... О’Гайо ободряюще похлопал Сэ'Джея по плечу. – Разберемся.

* * *

Приспешник побледнел. Сомнений нет – это Рэя. Благодаря ее усилиям армия Теней в первом сражении сократилась втрое. Голос истинной жрицы заставил дрожать его, как щенка. – Во имя Рэи, верни виталл немедленно, иначе ты не покинешь этот храм! – глаза богини налились серебром. Приспешник осторожно положил виталл на ладонь жрицы. – Можешь идти, – приказала она, и в подтверждение слов защитное поле вокруг храма исчезло. Темная мантия полыхнула, унося Тень из храма. Рэя развернулась к Николь. – Когда я выйду из ее тела, верни виталл. – Она опустилась на пол и лиловый туман вышел из груди, оставляя изувеченную оболочку. Николь поспешно вернула виталл. Валери очнулась и неожиданно подозвала перепуганную Крис. Из разжатой ладони на плиту выпала злополучная записка. – Крис, какого черта?! – тело Валери становилось прозрачным, а затем полностью исчезло в языках обсидианового пламени. Николь шокировано осматривала свои окровавленные руки, не в силах выдавить хоть слово. – Вы видели?! У нее пол бока не хватало и пару внутренностей!!! Это Тень! Тень! Они нас всех убьют! Мы умрем так же мучительно! – вопила младшая жрица, пока Крис не отвесила ей здоровенную пощечину. – Не сей панику, пока никого не закопали. По храму разнесся бесцветный голос оракула: – Это царапины по сравнению с побоями ваших предшественниц. Рэя в спиральном коридоре, состояние стабилизировалось. Время регенерации – 19 часов 42 минуты. Крис уничтожающе взглянула на оракула. Искусственный интеллект такой искусственный. – Спиральный коридор восстановит только тело. А что насчет самой Валери? Такие страшные раны. Как она вообще смогла двигаться? – создав ледяную лестницу, Николь забралась на трон и поджала под себя ноги. Так она чувствовала себя безопаснее. С высоты пространство храма было как на ладони. Кровавые лужи постепенно таяли, будто храм впитывал их, оставив лишь легкий розоватый оттенок. Теперь это место вселяло в нее страх. Заваленная контрольная по физике уже не казалась столь страшной. – Первый день, а нас уже трое. Зачем я только согласилась в этом участвовать, – взвыла Хелен, роняя голову на ладони. – Да хватит ныть, думаем, что дальше делать. Пожаловаться-то никому не можем, – низкий голос Крис прозвучал очень убедительно. – А если попробовать все объяснить шерифу, – Николь придерживалась антинасильственных взглядов. Она верила, что кто-то должен быть на стороне мирных граждан. – Твоя идея, Николь, словно вызов суицидальному безрассудству. Я еще толком и из образа жрицы не научилась выходить, думаю, вы тоже, а про спонтанные выбросы энергии вообще промолчу. Вот представь, приходим мы к шерифу и такие говорим: "На нас тут Тени напали, не подсобите своим доисторичненьким дробовичком?" Знаете, что он сделает? Правильно. Достанет этот свой дробовичок и подсобит – вылететь нам задами вперед из его кабинета через окно. Может костюм и защитит нас, а может, и нет. Короче, дамы, выход один – оставаться тут и хорошенько напрячь свои филейные части, чтобы раз и навсегда пресечь неоправданную агрессию со стороны любых неприятелей. Если б не история со жрецами, Кристине суждено было бы стать отменным оратором. Но не на всех подействовала вдохновляющая речь. Хелен спрыгнула со своего трона и направилась к телепорту. – Вы оставайтесь здесь сколько хотите, а у меня вечерний рейд с командой в “Реинкарнации”, да и завтра в школе нужно отметиться. Родителям не понравится, если я прогуляю. Крис не могла понять, почему после истерики Хелен переключилась на игры и учебу. Кажется, для Хелен кровавая расправа Тени была уже не так страшна, как страх не угодить родителям. Пока подруга не стала следующим куском мяса, Кристина последовала за ней и, обхватив за шею, оттащила от телепорта. – Пока ты из себя не выдавишь что-то кроме анализов, останешься тут. Твои игровые друзья не защитят тебя, и родители тоже, это реальность, деточка, тут ты обязана уметь себя защитить. Резкое отношение Кристины потрясло Ватер настолько, что она разрыдалась во весь голос. От воплей Хелен изображение оракула пошло рябью, а стены опасно покачнулись. Николь перенеслась к подруге и прижала к себе, пока ее плечи не перестали вздрагивать. – Хотя бы так… – Кристина нахмурилась. Вечно он забывала, что Хелен легко ранить. “Чувствую, намучаемся мы еще с ней...” Кристина все думала, что же они упустили. Вопрос крутился на языке, но оракул весь день словно специально грузил их бесконечной информацией, чтобы они не могли сосредоточиться на чем-то еще. Остаток вечера Харон объяснял как попасть в пространственную комнату, где, по его словам, было безопасно. Принцип как и у телепорта: правильная команду, мысленно заданные координаты. Благодаря энергии хризолита, технологии Дионы облегчали любые перемещения, но жрицы так и не могли воспользоваться самыми элементарными вещами. Для них получить новые знания было, как вызубрить дословно учебник по квантовой механике и ни черта не понять. Оракул относился к амальтийской тупости с убийственным терпением, по сто раз объясняя разными способами теорию перемещения. В глубине "души" искусственного интеллекта еще теплилась надежда, что они не угробят оболочки. Но сколько бы они ни практиковались, девчонки переносились то снова под купол храма, то в город, откуда их тут же забирал оракул. – Так, пробуем еще раз. Представляем себе тайную комнату! У нас все получится! – воодушевилась Николь, ее оптимизм уже граничил с безумием. Спенсер продолжала упорно стараться, чем заразила подруг. – Теперь мы точно попадем куда нужно! Девушки одновременно исчезли из круга, появляясь в скрытой комнате. – Вам прямая дорога в Ад, – мрачно прокомментировал Харон. – Тормоза прогресса. Двести две попытки – это коллапс.

* * *

Храм Теней Собравшись у алтаря, Тени ожидали лидера. И он появился: прожженный хитон, окровавленный посох, шальное выражение лица. Он на секунду замер, задерживая взгляд на присутствующих, а затем заразительно расхохотался. Тени начали перешептываться. – Он достал виталл? Или его так отдубасили, что отшибло последние крохи разума? – удивилась Атланта. – Да он всегда был того, – заверил Аривер. – Внемлите. Удача на нашей стороне. Жрецы – беспомощные смертные, получившие в дар силы Повелителей. Обычные амальтийцы, не умеющие ставить даже защитное поле. Сегодня я нанес им визит! Заставил упасть перед собой на колени и вымаливать отсрочку смерти. И я был мягок. Любезно предоставив им еще один день. Завтра мы получим все виталлы. Гастон с подозрением смотрел на лидера. Ему не нравилось поведение Лиона, он не верил в его слова, особенно после того, как сам ощутил удар Амальтеи. Либо он что-то не договаривает, либо планирует сделать нечто ужасное, раз так уверен в победе. И следующий приказ Лиона убедил его в этом. Тошнотворный комок подкатил к горлу Гаса. Он впервые задумался о перевороте.

* * *

Подключенная к системе жизнеобеспечения, она лежала в операционной, вдыхая воздух через интубационную трубку. В ней копались несколько врачей в целлофановых шапочках и медицинских масках. "Эгей, чего вы все... мне же не так плохо на самом деле, как вы думаете, вот смотрите", – Келли подняла руку с катетером, хватая медсестру за край халата, вызывая ее дикий ужас. – Анестезия не подействовала! Вколите еще два кубика тримекаина... затяните ремни... кровотечение усиливается! – выплывали обрывки фраз, теряясь в режущем свете бактерицидных ламп. Прислушиваясь к ощущениям, Келибрайт испытала дискомфорт в грудной клетке. "Не пойдет! Мы не договаривались, что вы станете меня резать". "Темные люди, разве так надо ставить опыты?" Темные лучи зашевелились в груди и словно змеи вырвались на поверхность. Келли выдернула катетер и освободилась от трубки. Потрошители в разных позах расположились некрасивой горкой под операционным столом. Лишенные виталлов и возможности экспериментирования с ее ускоренной регенерацией. "Всего-то и требовалось попросить, а вы сразу со скальпелями. Еще и заштопали криво", – шелковая нитка со скрипом вытягивалась из затянувшегося шрама, где ее отметил посох Рэи. Келли с удовольствием вдохнула лекарственные пары, наполняющие прохладную комнату. Пребывания Влэган в ее теле оставило скверное послевкусие. "Как же тяжело было удерживать ее в себе, выпуская резвиться по плану. Еще немного, и она бы догадалась".