BSG. Прочь из моего тела!

Он помнил, что вокруг все пылало. На земли Дионы, подобно всадникам апокалипсиса, ворвались Повелители планет, освобожденные от гнета тирана. Дым сожженных домов простирался до самого горизонта. Отравленные реки, заполненные гниющей плотью животных, растений и адеронов, слившихся в однородную массу, льющуюся из устья тщеславия покойного правителя, перерастали в моря. Отравленный воздух, пронизанный криками, тленом и копотью. Знал ли он, что произойдет после его гибели? Дион не сумел удержать их. Жрецы восстали, как только цепь, удерживающая их подле него, раскололась. Смерть Диона была лишь началом. Предлогом, оправдывающим тьму, которую они принесли вслед за собой. – Презираю магов. Эволюция позволила вам развить в себе пару способностей, и вот вы уже причислили себя к богам. – Амальтея склонилась над ним, ласково погладив по темно-пепельным волосам. – Власть должна принадлежать тем, кто о ней и не мыслит. Как тебя зовут, парень? Он покосился назад, где, жавшись друг к другу, сидели младшие сестры и мать. Женщина осторожно кивнула, как бы подталкивая его к ответу. – Лион... Амальтея улыбнулась его неуверенности. – Какой послушный мальчик, ждешь разрешения мамы. А я-то подумала, что ты сам ринулся вперед. Скажи, Лион, тебя воспитали так, что ты обязан защищать их? И теперь ты готов жертвовать собой? Ведь они ждут этого, ждут, что ты умрешь за них. Не слишком ли эгоистично? Ты должен оберегать их только потому, что родился самым сильным. Они сделали тебя зависимым, не дав выбора. Он вновь не удержался, посмотрев на мать. Амальтея усмехнулась. – Ты веришь в Богов, Лион? – Я... я не знаю... – прозвучали неуверенные слова. Он боялся не угадать и ответил нейтрально, еще не зная, что правильных вариантов не существовало. Но он хватался за эту протянутую соломинку, слепо веря в милость Повелителей. Все, что ему нужно было сделать, это бежать. Без оглядки. Чтобы его спину пронзило ледяными кристаллами, и больше не подниматься. И все кончилось бы по-другому. Но он решил, что способен победить. Амальтея чувствовала с кем ей будет интересно. Милая светловолосая жрица, выглядевшая как ребенок, сбивала с толку внешней чистотой и невинностью, но делала вещи, коварству которых позавидовал бы сам правитель темного мира. Ио стоял позади, разглядывая почерневшие огарки, оставшиеся от детских качелей. Ему не нравилось. Но он не вмешивался. Жрец был поглощен Амальтеей без остатка. Тогда Лион еще ничего не знал о Повелителях планет. В слабой человеческой оболочке они не казались могущественными. – В тебе скрыта сила, подобная богам. И я могу освободить ее. Ты согласен? Она называла это инверсией и предлагала только тому, кого хотела изуродовать. Из слабых духом получались самые страшные чудовища. Лион неуверенно кивнул. На лице Амальтеи расцвела сладкая гримаса наслаждения. – Ио, приступай. – Я не могу. Удивленный взгляд вонзился в жреца. Она выглядела так, будто собиралась разорвать его на части. – Делай, что я тебе сказала. – Неоправданная жестокость. Могу ли я попросить тебя остановиться? – Мы не обсуждаем это, помнишь? Я говорю – ты делаешь. Начинай. Жрец посмотрел на Лиона с дрянным состраданием. – Сожалею... Он сожалел. Но он ничего не сделал. Ничего, чтобы прекратить тот кошмар. Ио разговаривал с ним, но Лион не запомнил слов. Его плечи ощутили холодное прикосновение. Амальтея развернула его к родным и удовлетворенно произнесла: – Если ты Бог, спаси их. Ледяная дорожка выстроилась подле ног, провожая к цели. – Мальти, он… он не убьет себя как другие... он же слаб! Ты рехнулась? Это худшее из всего, что ты делала... Когда Лион начал, то больше не мог остановиться. Ему внушили, что он поступает правильно. Жрица весело хлопала в ладоши, наблюдая за восхитительным, на ее взгляд, перерождением. – Отлично! Отлично! Ты превзошел все мои ожидания! Умница. У нас принято есть дичь, пойманную на охоте. Ио, прикажи ему отведать свою добычу. Каждый призыв Лион возвращался с мыслью о мести. Жрецы должны умирать так же мучительно и долго, как умирал он. Они лишили его всего, а теперь и возможности отомстить, проиграв новому поколению. Он наблюдал, как низший демон пожирает виталл Рэи, и не вмешивался. "Если виталл будет поглощен, я смогу убедить королеву сделать из нее Тень. Я же достаточно причинил тебе боли, Вэл, чтобы ты пожелала остаться со мной?" Ему стало тошно от этих мыслей. "Скорее всего это сделает ее несчастной и еще более одинокой, чем сейчас. Как жаль, что это не Амальтея". Атланта метнулась к О’Гайо, отрывая и отбрасывая бестелесное существо. Кинжал Тени прочертил полосу, рассекая его напополам. Валери лежала на снегу, широко раскинув руки и втягивая морозный воздух через бандану. Существо растворялось. Маленькое и скользкое, оно пробралось к виталлу так быстро, что Валери ничего бы не успела сделать. Промедление Лиона показалось подозрительным. Он будто желал, чтобы ее сожрали. Вот он и подвох. Лион не мог убить ее собственными руками из-за каких-то изуродованных принципов, но не был против, чтобы это сделали другие. Атланта рывком подняла ее, осторожно смахивая с куртки налипший снег. Даже от этих легких хлопков О'Гайо показалось, что ей отбили органы. Реалии ограниченных человеческих возможностей и зависимость от пояса во всей красе. – Не вздумай отдаваться низшему, пока я не попробовала тебя на вкус, – рассмеялась Тень, заставляя ее испытать касание безнадежности. Даже после извлечения существа, О’Гайо тошнило и водило из стороны в сторону. Так унизительно было опираться на ту, кто со всей искренностью желал сотворить с ней всякие непотребства. Она хотела спросить, что за низший, но Лион так зло взглянул на Атланту, что вопрос буквально застрял в горле. – Зачем вмешалась? Она могла бы стать одной из нас! В ответ ему пригрозили тонким указательным пальцем. – Валил бы к Палеон, пока из-за твоей полигамности не появились проблемы. Лион огрызнулся, чтобы она не указывала, что ему делать. А Валери подумала, что смена в иерархии изменила приоритеты бывшего лидера. Лион, который издевался над ней в первую встречу, и Лион, которого видела сейчас, разительно отличались. Она чувствовала, как под кожу пробралось нечто грязное. Она не питала иллюзий на счет приспешника, и все же он сумел ее использовать. Сначала развлекался, причиняя боль, затем навязывался и изнурял невыносимыми приставаниями. А теперь с пугающей серьезностью заявил о ее возможности стать одной из них. Что это означает? И эта Палеон. – Палеон? – Валери опомнилась, узнавая имя королевы. – Так ее все же пробудили. Я была п… – она покачнулась, беспомощно обвисая на руках Атланты. Валери ощутила под собой бархатистую теплую ткань незнакомого дивана, увидела его высокую дымно-зеленую спинку. Она лежала на животе и силилась повернуться. Тело будто налилось металлом. Медленно повернув голову, она увидела на столике у дивана зеленую чашку с чем-то травяным и ароматным. Либо она здесь и стояла, либо Валери успела отключиться на целое приготовление чая. “Неудачники всей Амальтеи, обзавидуйтесь. Это коттедж Теней… Чертов пояс, работай, гад!” В кресле кто-то сидел, заслонившись развернутой газетой. Белые брюки со стрелками и кожаные лакированные туфли на шнуровке с острыми носками наводили на мысль об Аривере Торне. Потому что Лион предпочитал черный цвет в одежде, Гастон одевался по моде, ведомой одному ему, а вот Аривер на всех проекциях оракула выглядел будто вышел из дорогого бутика. – Вообще-то я кофе заказывал, а вы ЭТО притащили. Да... Это был Аривер. Заносчивый, манерный тон с легкой укоризной резанул по нервам. Никто и никогда не смел называть Валери “Этим” с таким пренебрежением. “Встать и нагнуть. Попозже. Чертов пояс”. Увидев, что она очнулась, Аривер отложил газету и пересел на стол, оказываясь перед Валери. Он смотрел с презрением, пока она лежала преодолевая усталость. Уголки его губ слегка наклонились вниз, изображая кривую улыбку. – А ведь я могу заставить их сделать с тобой, все, что мне захочется. Видно память Рэи не передалась полностью, раз ты не знала, кого стоит по-настоящему бояться. Передай привет Келли. Только из-за нее я позволил тебе поставить себя на колени. О’Гайо пробрал озноб. Не от угроз метросексуального приспешника, нет. Он упомянул Келли. Где-то существовала совершенно иная жизнь подруги, о которой Валери не имела ни малейшего представления. Теперь выясняется, что Келли и с ним пересекалась. Трупы, предательство. Давление, которое она всегда от нее ощущала. “Кто наш истинный враг? Келибрайт, Тени, эфемерный Агрос?!” – Только лишь из-за нее? Из-за нее ты трусился в храме как лист бериллиса, уронив свою честь, когда запахло жареным? А сейчас угрожаешь мне, потому, что уверен в моей беспомощности. Хорошо же жрецы тебя выдрессировали. Норовишь укусить, лишь когда жертва уже не брыкается. Аривер прикусил губу, сложив руки на груди. – Вот это мой цветочек. Уйди, ты ей свет загораживаешь, – Лион бесцеремонно согнал Аривера, ставя на стол ажурную пиалу. – Печенье? – невзначай поинтересовался он, будто бы только что никто не посягал на ее жизнь. – Ненавижу сладкое... – О’Гайо огорченно уткнулась в подушку, прислушиваясь к каждому шороху. Она встряла в неприятности по самое горло. Кристины тут точно не было. Только враги. – Что-нибудь болит? – Навязчивая заботливость Лиона раздражала и выглядела гнусным издевательством, Валери не видела в ней ни грамма искренности. Он сел на быльце у изголовья, и Валери ощутила, как его рука скользит по шее, касается спины и раскладывает влажные волосы на пряди. Ей ни в коем случае не должно было это нравиться! – Она вся должна болеть после низшего-то, – раздалось совсем близко. Атланта сидела в ногах, попивая из такой же зеленой чашки. – Уже забыл, как этот милый зверек жрал твой виталл? Небось королева пожалела тебя, если ничего не почувствовал. Валери приподнялась, дергая плечом и сбрасывая прикосновение Лиона. В конце концов она уже могла сидеть. Восстановление ее, как жрицы, было все еще связано с источником планеты Рэи, а значит, не полностью зависело от храма. Но вот если бы и ее не стало… Она отогнала идею с разрушением планеты и ее последствиями, поспешив вернуться к интересующей теме: – Королеву вернул тот парень, что напал на Николь? Зачем, известно? – Герцог, – нехотя подтвердил Лион. – Все, что в нас есть ценного – часть силы Агроса, у Палеон – редкий дар. Зачем он ему, пока неизвестно, но и Палеон не из тех, кто станет помогать кому-то вроде него. – А эта тварь, там на улице, его рук дело? – Может и его, – задумалась Атланта, – но насколько известно, у него не было мотива освобождать брата. Раян или что-то другое нарушило баланс, и материя пространства начала расходиться. Скоро эти твари полезут из темного мира в поиске удобных человеческих тел. А там гляди и Агрос прорвется. Но мы поможем с разрывами в обмен на небольшую услугу. – Вы и себе помочь не можете. Гарантий нет, что королева не потребует наши виталлы, и вы, забыв о всех договоренностях, помчитесь выполнять ее волю. Они не имеют смысла пока есть тот, кто на вас влияет. Вы поможете, если скажите как найти герцога. Атланта широко улыбнулась. Она подвинулась ближе, склонилась к ее уху и довольно прошептала: – Я чувствую твою силу, Вэл. Ты сейчас слаба, как мышка. Даже шрамы не зажили. А уже ищешь встречи с братом самого правителя Дионы? Мне нравится твое самоубийственное рвение, продолжай, это меня заводит. Валери нагнулась, прибирая к рукам чашку и млея от ее тепла. Еще горячая. Проверить, есть ли у Атланты тактильные ощущения или нет, выплеснув на нее кипяток? Увидев, что дистанция сократилась, Лион немедленно оттащил Тень за горлышко водолазки. – Цветочку лучше не искать с ним встречи, – кривляя манеру Лиона произнес Аривер. От него за километр несло предвзятым отношением и злопамятностью. По поведению он напоминал ленивого кота, считающего себя хозяином в доме и метившего тапки каждого гостя. Дискомфорт в его присутствии возрастал. Еще ее бесило, как он периодически почесывает подбородок и разглаживает несуществующие складки на пиджаке, бросая исподлобья проницательный взгляд то на нее, то на Лиона. – Мы не знаем где он, – вполне искренне ответила Атланта. – После сражения у храма энергетический след больше не ощущался. Валери все же отхлебнула чай, закрывая повязкой лицо, которую пришлось ненадолго снять. Но среди Теней она больше не чувствовала дискомфорта. Гораздо важнее было подозрение, что они ей что-то недоговаривали. – Ясно. Не стану вас больше обременять. Перенесешь меня домой? – спросила она Лиона, делая тон как можно более отрешенным. Будто бы и не нуждалась в его помощи. – Как прикажете, моя госпожа, – обрадованно согласился Лион. – Рот закрой, – прорычала Валери. Его свободное поведение при посторонних вгоняло в краску. Валери покидала коттедж Теней с мыслями, что она никогда не расскажет девочкам, как провела эту ночь.

* * *

Целомудрия Гастона хватило лишь на несколько минут пребывания с объектом своих желаний. Он честно пытался совладать с собой и не дать эмоциям выбраться на волю. Но когда ослабевшая жрица прижалась к его телу, в голове словно высветился блок с предупреждением: "Ваше здравомыслие выполнило недопустимую ошибку и будет закрыто". В системе ценностей произошел фатальный сбой. Он аккуратно перевернул ее на спину, нависая сверху. Николь обдало горячим дыханием. Прежде чем она вспомнила и осознала, как оказалась в таком положении, ее уже трусило не от холода. – Еще не согрелась? – Он поправил спадающее с ее плеча одеяло, а затем неожиданно спросил: – А ты бы опоздала на свидание? Николь будто слышала уже этот вопрос. – Конечно! Ты хоть представляешь, сколько девушке надо собираться... Подожди, а откуда ты... – Николь не успела договорить, как влажные губы коснулись ее губ. Сначала это было легкое прикосновение, но затем оно стало более настойчивым и властным. Он с жадностью поглощал ее, скользя пальцами по тонкой ткани, проникая под нее и заставляя Николь стонать от удовольствия. Поцелуи становились глубже, дыхание учащалось. Николь казалось, что она начинает задыхаться от волнения, когда он лишил ее оставшейся одежды, но при этом продолжая смотреть с таким обожанием, что у Николь не хватало сил попросить его остановиться. – Хорошего понемножку, – фыркнул Лион, без всяких предупреждений вытягивая рыжего за хвост из кровати. Тот только и успел облачиться в мантию. Гастон добродушно помахал Николь на прощание и с садисткой улыбкой обратился к Лиону: – Пойдем поговорим раз уж зашел. – Лиона схватили за грудки и небрежно выкинули в телепорт, выплевывая на втором этаже их коттеджа. – Ты так дерзок со мной, будто мучительная смерть для тебя ничего не значит. Золотой посох вонзился рядом с шеей бывшего лидера. – Так и есть, Лион, я подумал и решил отправить тебя обратно. Хорошая такая причина "случайно наткнулся на посох много раз". – Не торопись, я пришел сказать тебе кое-что интересное. Порталы снова открываются. – Лион обескуражено взглянул на Гастона, будто не понимая почему такая важная новость не вызвала у рыжего никаких эмоций. – Я знаю. Мне довелось сегодня закрыть один. – Зачем? Между ними возникла небольшая пауза. Лион не понимал, зачем Гастону тратить силы, спасая людей от вселения демонов. Гастон не понимал, почему их не надо спасать. Хотя он мог немного войти в положение Лиона и понять ход его мыслей. В морали приспешника было столько черных дыр, что Гастон невольно рассмеялся, отстраняясь от него. – Забудь, хотел проверить, способен ли золотой посох закрывать разрывы. – Ты просто неравнодушен к людишкам. Я давно тебя знаю, любитель всего живого. Небось хотел произвести впечатление на мелкую Спенсер и добился своего. Гастону не нравилось куда заходит этот разговор. –... Что ты все время докапываешься? Может точно ко мне неровно дышишь? – Рыжий специально провоцировал Лиона. Когда приспешник злился, становился не таким уверенным и меньше действовал на нервы, но главное, он всем естеством старался доказать, что Гас ему не интересен. – А что если и так? – Лион схватился за другой конец посоха и пришиб Гастона к стене. Издав глухой стон и не удержавшись на ногах, Гастон свесился через благодарно подставленную руку Лиона. "Не прокатило..." – О да! Я догадывалась! Вы наконец признали свои пылкие чувства. О, Гас, теперь мне ясно, ты используешь девушек как прикрытие для истинных увлечений. Это я отправлю Вэл, а это Спенсер. Пусть порадуются. – Тери, видимо слышавшая разговор из холла, определила их слабые места. – Ну всё, не отвлекаю. Примите мое благословение! – мстительно повторила она слова Аривера, сказанные когда-то в адрес ее и Гастона. – О чем она? – Лион брезгливо сбросил Гастона. – Ты на двух фронтах позиции держишь? И это меня полигамным обозвали? Фу, Гас, не ожидал. – Дура престарелая! – заорал Гастон, запуская заряд в закрытую входную дверь. Лион слегка расстроился. Оставив рыжего в покое, он вернулся в коттедж к жрицам, рассчитывая увидеть Валери, но никого не застал. – И где же это мой цветочек?

* * *

Валери застряла на ступеньках храма Теней, до последнего надеясь, что Крис там нет.