BSG. Прочь из моего тела!

Даже если бы Крис не оказалось внутри, Валери все равно собиралась узнать, что представляет из себя Палеон. Она желала боя с королевой. Хоть теперь ее окружали друзья, ради которых стоило себя поберечь, она никому не могла рассказать о том, что ее тревожило. Стоило остаться наедине, как жажда самоуничтожения возвращалась. Спуск в подземный храм Теней завалило снегом. Валери чуть не окоченела, пока искала его среди леса из оледенелых каменных зубьев. А когда нашла, очень удивилась: стены и своды выглядели обновленными. Сколы и трещины затянулись, запах сырости исчез, по стенам больше не расползался мох. “Неужели их дряхлый храм тоже умеет трансформироваться или же это сила королевы? Харон говорил о двух способностях: “Подавление” и “ОО”, при этом не объяснил, что они из себя представляют, будто по одному названию это было очевидно. Ведь подавление тоже бывает разным”. Валери попробовала активировать пояс, но связь с храмом так и не наладилась. Из-за сбоев она чувствовала то холод и тяжесть, то тепло и легкость. Резкая смена ощущений создавала дикую дисгармонию, и в итоге О’Гайо отказалась от использования пояса. Она могла надеяться на посох, который все еще работал автономно и генерировал самые простые защитные и атакующие сферы. Правда, более сложные забирали энергию напрямую из виталла. О том, чтобы применять “Тлен”, Валери не хотела и думать. Иногда он проявлялся сам: в минуты потери самоконтроля или когда казалось уже ничто не могло помочь. Она едва не задела им брата, но пугало то, насколько отключались в этот момент эмоции и родственные связи. “Тлен” словно съедал ее личность, делая невосприимчивой к жалости и состраданию. Если Кристина там, она не сможет его использовать. О'Гайо спускалась по витой лестнице, когда виски пронзила тупая боль, но будто не ее. Мильгертон была здесь. Немой крик жрицы сотрясал своды, пробивая каменную кладку ожившими ростками. Кристина орала у нее в голове, пока тишина подземелья шептала о ее боли маленькими трещинками, осыпавшейся гранитно-базальтовой крошкой и легким подрагиванием стен. Завитки плюша с шелестом заструились сквозь пальцы Валери, двигаясь к лестнице и указывая дорогу, и вдруг резко остановились, ссохлись и умерли, опадая на пол горсткой пыли. "Ей вырвали виталл..." Валери сорвалась вниз, преодолевая бесконечные ряды ступеней в несколько прыжков. Наплевав на осторожность, она влетела в зал. Женщина в веридиановом платье с резкими чертами лица, словно оживший образ из книги, склонилась над алтарем. Над ее чересчур тонкой переносицей пролегли две вертикальные морщины. Помутневший взгляд Крис, прикованный к пылающему зеленому шарику в руках Тени, был пронизан страхом. Но вырванный виталл вряд ли смог напугать ее. То, что заставило кричать Крис, было намного хуже. Королева изящно уклонилась от прямого удара, и языки черного огня расползлись по стене, уничтожив один из факелов. Виталл остался висеть в воздухе. К нему из груди жрицы тянулись высохшие надломленные прутики, словно пытаясь вернуть его обратно. – Настолько самоуверенна, что идешь против высшего адерона в облике смертной? Мне импонирует твое сумасбродство, уходи, пока позволяю. Видимо, отсутствие облачения жрицы позволило королеве думать о Валери с предвзятостью. Что ж, может это и выглядит несерьезно, но никто не станет объяснять, что форма – не показатель силы, а лишь постыдный способ Повелителей обезопасить себя. – Я уйду только вместе с Крис. – Валери рассекла пространство горячим потоком, отправляя в Палеон сферу и подкрепляя ее оставшейся энергией хризолита. Камни на шее, лбу и поясе обожгли кожу. Подпитки от храма нет, пара использований – и они распадутся. Королева приняла удар. Сфера долетела до нее и остановилась, словно завязшая в незримом болоте. Барьер Палеон растворял ее. – Жрица останется у меня, – настойчиво произнесла Палеон, украдкой наблюдая за рождением новой сферы. – Неумелое обращение с посохом, неактивная форма. Мои Тени сжалились над вами. Не хотелось бы тратить энергию на мелочи, но похоже, ты не собираешься останавливаться. Валери почти не слушала ее, мучения Крис отзывались болью в ней самой. Седые пасмы редким пушком скрывали голую сморщенную кожу черепа ее подруги. Сквозь дыру в щеке проглядывали зубы. Крис была важна ее внешность. Крис любила купаться в отражениях кристальных тронов. Она любовалась собой и делала это так естественно, что хотелось поддаться искушению и также увидеть нечто удивительное в зеркале. Если спиральный коридор не заработает, сможет ли она жить без того, что ей так дорого? Плиты пола избороздили раскаленные широкие канавы, из них клубами поднимался дым, хризолит на шее рассыпался. Валери пошла на хитрость, ударяя посохом об пол. Сфера должна была расколоть алтарь, атаковав снизу, но видимо барьер простирался и под ним. Почти неслышно королева произносила два слова и, доходя до нее, сферы будто во что-то упирались, рассасывались, а канавы начинали затягиваться. “Обратный отсчет”. Валери разобрала слова, но еще до этого поняла принцип действия умения. Редкий дар – манипуляции временем, который превратил Крис в уродливую старуху. Сколько королева может им пользоваться? Всему же есть предел. Свой Валери почувствовала, когда хризолит в диадеме растрескался и почерневшим скатился ей в ладонь. “Проклятье, еще один камень, и посох тоже станет бесполезным!” Валери даже не задела ее, не пробилась за барьер, не облегчила страдания Кристины. “Сдаваться рано”. Она вспомнила о Николь и Хелен. Смогли бы они хоть что-то предпринять? Если она не может, они тем более. Палеон встала за алтарь, вернув виталл жрице. Кристина повернулась к Валери, ее худая шея казалось разломится от этого движения. Она прошептала одними губами: “Беги… О’Гайо”. Но в помутневшем взгляде плескались безмолвные муки и мольбы всё прекратить. – Предлагаю равноценный обмен, – вдруг заговорила королева, – жизнь жрицы на жизнь любого из Теней, и ты убираешься. Я не в духе воспитывать отчаявшуюся девчонку. Волна раздражения прокатилась внутри Валери, отзываясь покалыванием по всему позвоночнику. – Ты не вправе распоряжаться жизнями ни Теней, ни моей подруги, ни чей бы то ни было. – Ошибаешься, – улыбнулась Палеон, перемещаясь вплотную к Валери и отодвигая наставленный на нее посох. Холодные кольца, скрепляющие темно-зеленые волосы, коснулись запястья Валери и она едва сдержалась, чтобы не дернуться. – Любое существо определяет выгода, которую с него можно получить. Смотри на Нереиду, как на инструмент, который положит конец нашей вражде на данном этапе. Казалось злость поглощает О’Гайо целиком, ускоряя сердечный ритм. Она придавала сил, но мешала холодному анализу. Валери глубоко вздохнула, возвращая внутреннее равновесие. От королевы пахло сыростью и прогнившим мировоззрением. Ничего иного Валери и не ждала. Что тут говорить, вся империя О’Гайо строилась на принципе взаимовыгоды, и если ты недостаточно полезен – тобой пренебрегут. Но что-то здесь не сходилось. Предлагать сделку, находясь в выигрыше? Ведь это Валери чувствовала тяжесть посоха. А Палеон осталась неприкосновенной. Но так ли она неуязвима? Что если она использует силу, чтобы скрыть следы усталости? Легкое головокружение, и Валери качнулась назад, едва не оступившись. Будто что-то монолитное вторглось в ее ментальный план и стиснуло горло. Королева же лишь изучающе рассматривала ее, но, кажется, это изучение не было настолько безобидным, как показалось вначале. – Ты не та Рэя. С ее даром считались сами Повелители, а твое неумелое обращение с ее источником омрачает божественный статус. Давление расползлось с горла на голову, пронеслось по груди холодным прикосновением и словно в одно мгновение отняло руки. Пальцы разжались, и с долгим звоном посох покатился по полу. Ментальная атака. Длинным ногтем Палеон сорвала повязку с лица О'Гайо. – Зачем мне считаться с тем, кто не может залечить собственных увечий? Примешь неверное решение, и я прикажу Теням выпотрошить вас. Хоть они и просили сохранить нейтралитет, но приказы отдаю я, а Тени сделают то, что я захочу. Вспышка ярости врезалась в сознание Валери ржавым лезвием воспоминаний. “Ты будешь делать то, что я сказала. Ты – товар, а товар должен выглядеть и действовать безупречно. Ты будешь жить, как я решу, – нашептывал голос матери. – У тебя нет выбора”. – Отпусти Крис, и я сохраню тебе жизнь, – в состоянии Валери угроза для королевы выглядела смешно, но она говорила серьезно. “Лучше уж так, чем бездействовать. Что будет с Крис, когда она останется без тела и виталла. Куда попадет ее воплощение, если тлен не остановится?” Худые пальцы Палеон легко коснулись плеча Валери, и незримая сила прижала ее к полу. Вокруг верховной Тени вспыхнул изумрудный ореол, переходящий на О’Гайо. Она попробовала подняться, но давление оказалось невыносимым. Сознание медленно отлетало и клонило в сон. Королева вернулась к алтарю и даже не смотрела в ее сторону, продолжив издеваться над Нереидой. Она лишила ее конечностей. Под воздействием "Обратного отсчета" ткани старели и разрушались, пока не превращались в прах. Легкий сквозняк разносил его по залу, оголяя белые кости – все что осталось от рук жрицы. Кристина кричала, пока из плит пробивались ростки и ползли к алтарю, пытаясь спасти хозяйку. Барьер королевы глушил звук, но поддавался атакам растений. Как только их становилось много, королева вновь вырывала виталл, и они гибли. "Продержись еще немного, Крис... Что я за рохля, немного повредили виталл и вот, уже сдаюсь какой-то твари. Поднимайся, О'Гайо!". Валери дотянулась до посоха. У нее был один шанс создать для Крис защиту. Вокруг пояса словно обмотали электрического угря. Сфера долго не хотела формироваться, хризолит сходил с ума, оставляя ожоги и разъедая ткань. Она почти закончила, как вдруг кто-то легко похлопал ее по спине, сбивая концентрацию. – Тихо-тихо, мисс О'Гайо, лучше вам пока поберечь себя. Не хорошо заставлять старика носиться за вами по всему городу. – Мистер Фишер, вы словно лучик с небес, – не удержалась Валери от комментария в адрес педагога. Он действительно светился! Странно, что этот свет не замечала Палеон. – Пришли подкормиться виталлами жриц или посмотреть местные достопримечательности? – Прекратите язвить, вы не в том положении! – возмутился Фишер, доставая из кармана пиджака кусок хризолита и прикладывая к поясу жрицы. – На некоторое время должно хватить. Только не злоупотребляйте. Палеон – неприятный оппонент. Я отвлеку ее, чтобы вы с Мильгертон убрались. – А что за читерское умение, королева вас не видит? Научите меня такому же? – Как и в школе! Вы начисто игнорируете все, что вам говорят! – раздраженно прокряхтел Фишер. – Простая химия, мисс О'Гайо, не надо было спать на уроках. – Не знаю для чего вы здесь, мистер Фишер, но, если решили встать на сторону Повелителей, заберите Крис, завалите вход, так чтобы даже воздух не вышел за пределы храма и уходите как можно дальше, я не уверена, что вас не заденет. – Молодежь... Вечно думаете, что свернете горы. Я помогу, но многого не ожидайте. Не хочу иметь ничего общего с этим агросовым балаганом. – Мистер Фишер, сделайте, как прошу, и я не буду вспоминать про карандаш. Педагог покачал головой и не спеша направился к алтарю, бурча под нос жалобы, что за это ему не увеличат пенсию. Учитель развеял маскировку, во всей красе представ перед королевой. – Доброго времени суток, Ваше Величество. Изумрудный ореол понесся на учителя прежде, чем он закончил обращение. Иниер с несвойственной проворностью избежал лобовой атаки и даже полностью отразил ее, вернув королеве. Он смел Кристину с алтаря и, отсалютовав, испарился. "Если бы можно было увидеть след, который он оставил. У меня к нему столько вопросов". Валери перехватила руку Палеон, не давая последовать за Фишером. Все же переместиться в точку, которую видишь прямо перед собой, можно и без калибровки пояса.

* * *

Палеон попыталась вырваться, но аура жрицы, едва заметная изначально, вдруг ненормально увеличилась. В глазах наследницы Рэи промелькнул злой оттенок и та до боли сжала ее руку. – “Тлен”… – отчетливо услышала Палеон и оторопела. Вихрь песчинок взмыл над ними. “Чудовищное умение, доставшееся ребенку! Если его не контролировать, оно разойдется по Амальтее. Его никто не сдержит!” Какая-то девчонка заставляет тратить на себя огромные запасы энергии. Что это за проклятые сферы?! Там не только была сила Рэи но и что-то еще, чего Палеон раньше не ощущала от жрецов. Черные песчинки покрыли барьер, просачиваясь сквозь него, поражая королеву. Разрушение было таким мощным, что регенерация не успевала охватывать все тело. Кожа трескалась и кровоточила. Палеон рванула руку, но жрица вцепилась мертвой хваткой. “Подавление!” – ментальная атака должна была сжать голову жрицы точно металлический обруч, но та будто ничего не чувствовала. – Сумасшедшая! “Тлен” нельзя использовать на Амальтее! Само его существование нарушает равновесие. Ты хоть знаешь для чего он использовался?! Он очищает планету от любых организмов! – шипела от боли Тень, пытаясь вырваться. Палеон сосредоточилась на ментальной атаке, усиливая воздействие, пока из уголков глаз и носа жрицы не заструилась кровь. Тщетно. Ей будто было все равно и на это, и на предупреждения, что сила поглотит их обоих. – Нереида на свободе, остановись! – Как только закончу. Королева поразилась спокойствию, с которым жрица собиралась с ней расправиться. – Я нужна вам для борьбы с герцогом. – Мне нет. “Тлен” множился до тех пор, пока вокруг не потемнело. Он пожирал свод и стены, не затрагивал лишь трон и алтарь. Массивные каменные плиты разрушались. В прошлый раз умение поглотило небольшую комнату, но видимо его мощность автоматически возрастала наряду с другими умениями. О'Гайо стало ужасно плохо. Атака королевы выворачивала ее наизнанку. На несколько секунд она провалилась во тьму, перестав понимать где находится. Тело действовало автоматически, удерживая Тень на одних рефлексах. Валери не желала останавливаться. И дело было уже не в мести за Крис. Она хотела видеть, как “Тлен” поглотит королеву. Смешает с землей гнилые останки. Хотела вернуть ощущения того вечера в загородном клубе, когда демоны, изводившие ее, нашли покой в объятиях распада. Палеон не отличалась от них. Валери не сдержала улыбку, видя на лице королевы отчаяние. Кровоточащие трещины Палеон больше не затягивались. Плоть превращалась в прах, смешиваясь с роем голодного зверя по имени “Тлен”. Ее поражение совсем близко. И вдруг Тень обрела уверенность. Преобразилась. Напряженные складки ненависти разгладились. – Я сжалилась над тобой, дала право выбора, но мое милосердие исчерпано. Позади Валери вырос темный силуэт, раскрывая над ней ореол проклятой мантии. – Уничтожь ее, – удовлетворенно скомандовала королева. – Цветочек разбушевался. Не оставляй меня так внезапно. – Лион обвил талию Валери, целуя плечо и прижимаясь щекой к волосам, а затем перевел взгляд на Палеон. О'Гайо отпустила руку королевы, и в зале посветлело. Песчинки смертоносного умения полностью развеялись. Королева онемела в лице, пошатнулась и, нащупав позади трон, едва ли не упала в него. Он смотрел на жрицу с таким трепетным обожанием. Касался ее, будто все сокровища мира находились в его объятиях. Палеон наклонила голову, скрывая лицо в ладони. – В конечном счете, все кто мне дорог, разочаровывают. Он посмел проделывать все это в ее присутствии. – Что ты себе позволяешь?! Зачем остановил? Она пытала Крис! – вскрикнула жрица, но Лион повернул ее к себе, коснувшись губами виска. – Я не дам навредить ей. Я люблю ее... По-другому, не так, как тебя. Унижение. Вот что испытала Палеон. Пес, посмевший укусить хозяина. Она наблюдала за их непринужденным разговором. В их пространстве для нее словно не осталось места. Не Нереида была причиной холодности Лиона, а эта малолетняя дрянь, которой она сегодня проиграла. Ненависть сдавила грудь, пусть и обессиленная, Палеон считала долгом предупредить о своих намерениях: – За твое предательство, Лион, ответит не только Нереида. Я сделаю это с каждой, кого ты выберешь. – Не сделаешь. Эта жрица потеряла часть виталла, чтобы спасти меня. Моя жизнь больше тебе не принадлежит. – Невозможно… – Королева хмуро осмотрела разрушенный зал. – Она совершила все это без части виталла? Без формы жрицы. Без полноценного использования посоха? Невероятно, но я никогда не признаю твой выбор. Валери чувствовала себя идиоткой, которая не может вникнуть в ситуацию. Все, что она поняла, Крис пострадала из-за обыкновенной ревности. – Какое же ты говно, Лион... – с презрением бросила О’Гайо, отталкивая приспешника. – Держи ее на привязи. Она открыла портал и убралась из этого агросова балагана, как выразился Фишер. Поддержать Крис важнее, чем пинать полумертвого дракана. Пусть королева и огрызалась, она не осмелится мстить. За секунду до появления Лиона, ее исступленный страх был красноречивее любых угроз. Приспешник занял алтарь, присаживаясь напротив Палеон. Сбросив на него остатки хитона, он остался в облегающей безрукавке и черных брюках. Вмешательство в умение Рэи оставило следы и на нем, но Лион не обращал на них внимания. Королева залечивала свои раны, поглядывая на состояние приспешника. Раньше она исцелила бы его в первую очередь, но сейчас была растоптана его наглостью. – Ты любишь меня? Но тогда почему не пробудил? – Королева хотела услышать ответ немедленно. Лион скрестил руки на груди, чуть откидываясь назад. – Я благодарен за всё, что ты сделала для меня. Но после твоего заточения, я узнал кто ты, Палеон. И как вы создали элитный отряд. – Мы набирали лишь тех, кто ненавидел жрецов, кто жил местью за погибших. Тех, кому было нечего терять. – В том, что им стало нечего терять, жрецы не имели никакого отношения. То, что делали вы с Дионом – преступление против своего народа, – усмехнулся Лион. – Без тебя мы умирали, но с тобой, мы бы умирали в два раза чаще, думая, что совершаем подвиг. С каждым возвращением власть Агроса над нами слабела, поэтому будут ли тебя и дальше слушать Тени, зависит только от твоего поведения. Ты не королева Амальтеи, любовь моя. – Мерзавец, думаешь, сможешь мной манипулировать? – нервно выдохнула королева, не в силах отвести глаз от его отточенной фигуры. Поврежденная “Тленом” кожа и шрамы придавали его телу необычайную привлекательность. Глядя на него, в ней просыпалось неудержимое желание. Палеон в мгновение перенеслась к Тени, разрывая на нем безрукавку. Надменное выражение и холодность лишь раззадоривали ее. Она хотела обладать им полностью. Стащив Лиона с алтаря, она властно притянула его лицо к себе, кусая зубами за нижнюю губу. Лион застонал, пытаясь отстраниться, но ногти королевы впились ему в спину, избавляя от порванной одежды. – Ты только мой. И если позволишь кому-то встать между нами, уничтожу, а затем заберу тебя с собой в могилу. Ее прикосновения были ему неприятны. "Она не успокоится, пока я не дам то, чего она хочет..." Лион подавил неприязнь, без желания отвечая на ее грубые ласки.

* * *

Валери вошла к Мильгертон в комнату, переступая через живые стебли, заполонившие свободное пространство. Комната преобразилась и напоминала оранжерею. Островок с молодыми деревьями, травой, цветущим плющом на стенах и роскошной рассадой табака на подоконнике. Кристина лежала на кровати и вертела оголенными костяшками перед включенной настольной лампой, разглядывая игру теней на стене. Вероятно, она нашла способ как-то управлять пальцами через ментальное тело. Выглядело крайне жутко. – Самое время надеть мантию, взять напрокат косу и навестить своего бывшего, чтоб бежал, роняя сопли на залитый солнцем тротуар. – Справляешься? – Валери полегчало. Крис не замкнулась в себе и не отгородилась. Подругу это как бы и не тревожило. Оказывается, Крис сильнее ее... – Конечно. Если не отрастет, то чего волноваться, не придется делать маникюр, – Кристина пошутила, но уж очень грустной вышла интонация. – Страшно выглядит, да? – Мы подберем тебе изысканные черные перчатки, будешь на празднике самой стильной. – Валери испытала чувство вины, что не успела прийти раньше. По Крис нельзя было сказать, что она думает также. Мильгертон имела удобную черту характера ничем не заморачиваться. – Занятно так, будто смену за шахтера отпахала, а они все равно тут ползают и плодятся. Заботятся! – Отдыхай лучше, чтобы на праздник попасть. – Дело пропащее, Вэл. Пояс разрядился, регенерации вообще нет. Сомневаюсь, что на праздник попаду, если ты не собираешься эту тушку на себе тащить. Хлебни красного крепленого за Крис. – Что-нибудь придумаю. – Валери подмигнула подруге и уже хотела выходить, как вдруг боковым зрением уловила слабое мерцание в районе окна. Еле заметная окружность висела в воздухе и плавно сужалась. "След от телепорта Фишера..."