Товар недели.

У Тэхёна волосы теплого каштанового цвета, с золотистыми прядками. Толи не прокрасились, толи так и задумано, Хосок не очень в этом разбирается, но рассматривает с любопытством щенка, заметившего новую игрушку. Тэхён выглядит теперь старше, даже Сокджина. Это какая-то новая модификация. И две крохотные капельки в ушах. Хосоку хочется спросить что нибудь глупое про бриллианты, но вряд ли нет. Он залипает на это новое, ещё не изведанное. А Тэхён не смотрит на него, обсуждает с Намджуном новый трек, и советы даёт дельные очень. Хосоку страшно от чего-то. А будет ли Тэхёну так же интересно с ним потрепаться? У него же точек соприкосновения с Тэхёном нет вообще. Даже в диалогах. Как так вышло вообще? А ответ-то на поверхности, Хосок ловит его не затратив хоть сколько-нибудь труда: Тэхён всегда был первым. И разговор начинал, и смотрел только на него. А что теперь? Может он для Тэхёна потерял актуальность? У Хосока мороз по коже от этого осознания. Он не хочет вот так. Несправедливо. И, верните уже, когда только мне всё внимание этого, никем непознанного. Хосок тянет Тэхёна за локоть, когда тот вталкивает Намджуну про "клавишные во втором куплете совсем не к месту", Джун бубнит в ответ, что "клавиши всегда к месту", но наушники из рук Тэхёна вынимает, и напяливает, для послушать. - Чего тебе, хён? Я занят вообще-то... - Намджун погружается в биты, пытаясь разобраться, и лицо у него смешное такое, что Тэхён скалится, умиляясь. - ...был. - Поговори со мной, Тэ. - О чём? - Тэхён голову к плечу склоняет, и волосы скользят мягкой волной, следуя за этим движением. - Да хоть о чём. - Хосок стопорится рассудком, не зная как начать разговор. - Ты же поговорить хотел. - Нет. Я хотел, что бы ТЫ со мной поговорил. Улавливаешь разницу, м-мелкий? - На последнем слове Хосок запинается, потому что Тэхён смотрит серьёзно, он всё ещё выглядит старше Джина, а сам Хосок съёживается немного под этим взглядом, и судорожно ищет место для посадки, потому что несолидно как-то когда на него младший, так, сверху вниз смотрит. Тэхён вздыхает обречённо, словно на него груз ответственности давит за неразумного хёна, который пристроился-таки на диванчике, прикрывшись диванной подушечкой цвета заварного крема. Нет, Тэхёну не сложно подойти, рядом присесть, выдавить из себя улыбку, заговорить не трудно тоже, но смотреть в хосоковы глаза невыносимо уже, и от этого 'притяни-оттолкни' старшего вязнет кровь, глубоко, между ключицами, что каждое слово в сторону Хосока даётся ему, кажется, уже с примесью этой самой крови. И, "определись ты уже!" Тэхёну легкие изнутри выжигает не первый месяц. Но на Хосока давить нельзя совсем, он ускользнёт быстрее конгера тогда, забьется в свою норку, и будет глазенками своими оттуда помаргивать. Поэтому Тэхён молчит, застыв монументом за плечом Намджуна, закусив нижнюю губу, сдерживается, и от привкуса крови, теперь не фантомного, солоно на языке. Намджун рявкает "К чёрту всё", срывая наушники, и Тэхён в благодарность готов презентовать ему "Заводной апельсин" в оригинале. - Сейчас наша светлая голова появится, и разберётся. А у меня иммунитет уже выработался на эту дорожку. Мы сегодня в клуб потащимся, или тут засядем? - Намджун обводит взглядом малочисленную компанию. Хосок в кусок синтепона вцепился, будто кто-то претендует на него, а отдавать такую ценность он не намерен. Тэхён так и стоит, памятником своему терпению, но понемногу выходит из оцепенения, и голос у него густой и басовитый. - Подтянутся все, всё равно, к тебе, тогда и решим. У Хосока от голоса Тэхёна за грудиной скребут лапками какие-то насекомые, это ещё не бабочки, но что-то сильно на них похожее. Тэхён Хосоку красивый очень, новый, непонятный, и необходимый уже. Его хочется рядом постоянно, что бы просто был. Говорил, улыбался, прикасался нечаянно, путал пальцами волосы, пах неизменным Creed Aventus, в глаза смотрел. Но Тэхён проходит мимо, отзываясь тихим "Иду", на джиново "Возьмите кто-нибудь пакет" из прихожей. Хосок слышит смех Тэхёна, как тот разговаривает со старшим, и понимает, что ревнует. Глупо, по-детски необоснованно, но ему колет под рёбрами этим чувством. Тэхён появляется на пороге комнаты с Сокджином в одной руке, и бутылкой виски в другой. - Смотри, что тебе хён притащил. Джин опускает голову, и зачем он сделал это, не знает. Просто законы гостеприимства не позволяют ему появится в доме хозяина с пустыми руками. - Ого! Литровый Джек! - Наджун ловко срывается с насиженного стула, и приподнимает лицо Джина за подбородок. Несколько секунд Джун тупо таращится на подрагивающие ресницы, решая, куда можно отблагодарить старшего. Очень хочется в губы, но к показам собственного шоу он не привык, поэтому чмокает Джина в пухлую щёчку, вытаскивая того из объятий Тэхёна, и мягко подталкивая за плечи ведёт к креслу. Тэхён напрочь игнорируя все вопросительные взгляды Хосока, скрывается в коридоре, откуда слышится отборный мат Шуги, запнувшегося о чью-то обувь. Юнги, как всегда один, как всегда пустой, зато с кучей идей для новой песни. Намджун вручает ему наушники, как эстафетную палочку, и очень просит про заценить, когда Тэхён сливается обратно, к входной двери встречать Чимина и Чонгука звенящих стеклом бутылок в пакетах. Хосок зарывается носом в ткань, пытаясь скрыть улыбку от осознания, что всё, их команда в сборе, и Тэхён перестанет срываться с места при звуке захлопывающейся двери. Намджун спорит с Юнги недолго, решая убрать клавишные из второго куплета. Тэхён был прав. И почему этот факт греет душу именно Хосоку, не ясно вообще. - Эй, Тэ, пойди сюда. - Хосок взмахивает рукой, чтобы младший точно уж понял куда. Тэхён смотрит непонимающе, но подходит медленно, и присаживается у ног Хосока, на ковёр, потому что Чимин, развалившийся на плече Чонгука занял слишком много места. - А ты был в Китае? - Хосок наклоняется к Тэхёну, выдыхает в затылок с каждым словом, и у Тэхёна острая необходимость поймать каждый его выдох губами. - Нет. В Японии был, несколько раз в Европе. - А поехали в Китай летом. Вдвоём. У тебя когда отпуск? - Хосок наклоняется ещё ближе, и вибрации от его голоса расходятся волнами по шее Тэхёна, спускаются по телу, концентрируясь немного ниже брючного ремня. - В октябре. - Тэхён сглатывает нервно, и облизывает губы. - А у меня в июле. Но там с Намджуном поговорить можно, он передвинет. - Хосок неуверенно опускает ладонь на спину младшего, медленно сдвигает её вверх, и останавливает, пробуя на ощупь новый цвет волос Тэхёна. - А что мы будем делать в Китае осенью? - Тэхён оборачивается, заглядывая Хосоку в глаза. Хосоку кричать хочется "Целоваться", и "Что тебя не устраивает вообще", но он только прихватив пряди, слегка оттягивает голову Тэхёна, укладывая на своё бедро, и касается пальцами маленького гвоздика в ушке, поглаживая мочку. - Ну, там есть Великая китайская стена. Можем прогуляться по ней. - На этом список достопримечательностей Китая, по версии Хосока, исчерпан, и он замолкает, разглядывая бьющуюся жилку на шее Тэхёна. - Я согласен. - Тэхён закрывает глаза, он чётко видит иллюстрации, в которых всё, что он сделает с Хосоком в Поднебесной.