Полюби меня

– Хен, ты переигрываешь, – нервно хихикает Чимин, наблюдая за тем, как Юнги тушит сигарету носком кроссовка и медленно поднимается, направляясь к омеге. – Хе-ен? – Мне кажется, ты начал забывать, кому принадлежишь, – хрипит Мин, хватая младшего за плечо и больно сжимая его. Чимин шипит и дергается, но хватка у Юнги сильная. – Так я напомню. – П-подожди, – испуганно тараторит Чимин, а после вскрикивает и стонет от боли, когда альфа бьет точно в живот, не жалея силы. Ким сгибается пополам, хватаясь за место ушиба и оседает на асфальт, морщась и дрожа то ли от страха, то ли от холода. Юнги сжимает волосы омеги в руке и дергает, заставляя Чимина поднять лицо и наклоняясь к уху младшего. – От тебя неприятно пахнет, но этот запах всяко лучше твоего, – усмехается альфа и заглядывает в глаза, замечая слезы. – Чтобы я больше не видел тебя с ним. Ты ведь знаешь, что я могу сделать. – Н-не надо, – хрипит Чимин, после чего Юнги отпускает его, оставляя сидеть на холодном асфальте. Старший недовольно хмыкает, направляясь в подъезд и даже не смотрит в сторону всхлипывающего Чимина. Ким прекрасно знает, что лучше не будить Мин Шугу в Юнги. Этот парень опасен так же, как серийный маньяк, только Шуга в разы страшнее. Чимин не раз видел, как альфа расправляется с недоброжелателями. И теперь омеге по-настоящему страшно. Страшно именно за Чонгука. Всю ночь Мин прижимается к омеге, из-за чего Чимину неприятно и непривычно. Ким отвык делить свою постель с кем-либо еще, поэтому его раздражает тепло альфы, его дыхание в шею и тяжелые руки на талии. Чимин готов выпнуть Мина, но собственная жизнь дороже хорошего сна, поэтому младший недовольно сопит в подушку и старается вообще не двигаться. Если честно, Чимин заигрался. И он в этом даже не виноват, потому что это все омежья натура и потребность в любви. Киму понравилось, когда все до блевоты романтично и нежно – с Чонгуком именно так. Чон словно видит омегу насквозь и предугадывает его желания и настроение. Как Гуку это удается, Ким понять не может, потому что ну странно это все, такого ведь не бывает. С Юнги все по-другому. Мин ни капли не нежный, да и романтикой от него не пахнет. Старшему подавай только ласку в нужный момент и обнимашки по ночам. Альфа любит получать, а не отдавать, и Чимин оправдывал этот эгоизм тем, что Юнги просто не умеет выражать свои чувства. Чимин не знает, что ему теперь делать, потому что за Чонгука очень страшно, а с Юнги уже невыносимо. Только вот Чона омега знает всего ничего, а с Мином у них долгие отношения и, вроде как, привязанность. По крайней мере, Чимин привык к табачному запаху и грубым ладоням. Но к Чонгуку тянет больше, и этого внутреннего порыва Чимин объяснить не может. Ким выбирается из объятий альфы, когда слышит шорохи в коридоре. На часах уже раннее утро, и Чимина немного удивляет тот факт, что Джун уже на ногах, и, более того, в приличном виде. – Ты куда? – тихо шепчет Чим, прижимаясь плечом к косяку и наблюдая за собирающимся братом. – Только не говори, что… – Да, – просто кивает Намджун, стараясь не смотреть на брата. – И долго ты за ним бегать будешь? – хмурится Чимин, подходя ближе и поправляя жесткие волосы блондина. Джун переводит взгляд на младшего и смотрит крайне отчаянно, словно и сам уже не верит в свои силы. – Пока он не примет меня, как своего альфу, – старший целует Чимина в лоб и тихо добавляет. – Иди в мою комнату, там теплее. Чимину плакать хочется, потому что Джун вложил слишком много смысла и подтекста в последние слова, перед тем, как уйти. Омега ежится и топает в комнату брата, зарываясь в его постели. Чимин не чувствует запаха, но прекрасно знает, что подушка пахнет цитрусами, потому что помнит аромат брата еще с детства. И под его пуховым одеялом действительно теплее, чем в объятиях Юнги. Намджун неловко мнется у кабинета директора академии, которую закончил совсем недавно, и не может найти в себе силы, чтобы войти внутрь. Альфа прекрасно знает, что мужчина за дверью уже догадался о его приходе, потому что у старшего нюх хорошо развит и бурная реакция на цитрусы. – Десять минут, – усмехается брюнет, не отрывая взгляда от бумаг, когда Джун заходит в кабинет. – Сегодня ты побил свой рекорд. – Просто с молоденьким омежкой пересекся, – усмехается Джун, пытаясь унять дрожь от волнения. – Показал ему, где аудитория. – Ты сегодня без цветов, – подмечает омега, поднимая взгляд на младшего. Намджун неловко улыбается и присаживается за стол, пытаясь расслабиться. Если честно, Джун всегда нервничает и волнуется рядом с этим мужчиной. Альфа чувствует ужасное давление из-за разницы в возрасте, поэтому старается выглядеть на несколько лет старше, чтобы соответствовать. – В прошлый раз ты прекрасно дал понять, что не любишь эти веники, – пожимает плечами Ким, обводя кабинет взглядом. Он знает здесь все до мелочей, но сейчас пытается уловить любую новую деталь. – Царапины на лице долго заживали. – Зачем явился? – от резкой смены разговора и тона, Джун невольно ерзает и несколько минут молчит, наблюдая за работающим омегой. Парень выглядит уставшим, а мешки под глазами тому доказательство. Темный пиджак идеально сидит на широких плечах, и Джун невольно усмехается уголками губ, вспомнив, что это именно он отговорил хена покупать светлую одежду, чтобы не казаться слишком широким. Бальзам на полных губах поблескивает на свету – старший всегда ухаживает за собой. Легкая тень от густых ресниц падает на бархатную кожу, а мягкие волосы, как всегда, идеально уложены. В лучах утреннего солнца омега кажется еще прекраснее, хотя, вроде бы, больше некуда. Но Джун влюбляется в него каждый раз, как только встречается взглядом с карими глазами. – Соскучился, – с придыханием выдает Джун, заставляя омегу вздрогнуть и вновь посмотреть на молодого альфу. – Очень. – Ты опять за свое, – хмурится мужчина, недовольно поджимая губы. Джун на это лишь мягко улыбается и отворачивает лицо. – Я продал еще три песни, – альфа меняет тему разговора, чувствуя накалившуюся атмосферу. – Платят не так много, но для жизни хватает. Правда, сейчас с этим начнутся проблемы… – Что, на наркоту подсел? Или выпивать начал? – хмыкает старший, невольно рассматривая альфу. Джун не был первым красавцем, да и ухаживать не умел совсем, но почему-то мужчина чувствует, что если оттолкнет его, то потом сильно пожалеет. Поэтому альфу держит на расстоянии и на свидания не соглашается. Это аморально – встречаться с парнем на десяток лет младше. – Брат приехал, в твою академию поступил, – довольно улыбается Джун, сразу видно – гордится. – Тогда найди себе нормальную работу, – пожимает плечами старший, вновь переводя взгляд на документы. С началом нового учебного года навалилось слишком много документации, но сидящий напротив альфа нисколько не мешает, наоборот. Омега не хочет, чтобы он уходил именно сейчас. – Я ведь обещал, что скоро открою собственную музыкальную компанию, – хмуро отвечает Джун, смотря на свои туфли. – Забудь об этом, – морщится мужчина, чувствуя легкую дрожь в теле. Это из-за него альфа убивается по ночам, пытаясь написать хоть строчку для новой песни. Из-за него Джун не может сменить работу, потому что там, где он сейчас работает, есть хороший шанс начать свое дело. – Два года назад ты сказал мне, что согласишься со мной встречаться, если я добьюсь продюсерского кресла и собственной студии, – напоминает Джун, смотря отрешенным взглядом в стену. – Я буду идти до конца, даже если на это уйдет полжизни. – Не забывай, что у меня этого времени нет, – усмехается омега, откидываясь на спинку стула. – Мне тридцать пять, у меня ребенок и академия. Я не могу ждать вечность. Поэтому завязывай с этим. Альфа недовольно фыркает, сжимая кулаки до побеления костяшек. Этого омегу ничем не исправить, он все такой же вредный и упрямый, как и пять лет назад, когда Джун впервые встретил его. – Я все равно не отступлю, – твердо произносит альфа и поднимается с места, поправляя свой пиджак. – Я обязательно стану знаменитым, и тогда вернусь уже не просто для разговора, а с предложением. Надеюсь, что Вы мне не откажете, Ким Сокджин. Джун кланяется и покидает кабинет омеги, тихо закрывая за собой дверь. Злость охватывает с головой, отчего аж зубы скрипят. Джин поджимает губы, ударяя кулаком по столу от собственного бессилия. Ему бы, по-хорошему, найти себе уже нормального взрослого альфу, а он продолжает играть в игры с этим незрелым парнем. Омега никогда не считал себя везучим, поэтому даже не удивился, встретившись с истинным в коридоре академии – Джун тогда только поступил на первый курс, а Джин работал заместителем директора. Жизнь идет вперед: Намджун возмужал и нашел цель в жизни, а Сокджин добился всего, чего хотел. Он бы давно согласился на отношения с младшим, несмотря на большой возраст. По альфе видно, что он влюблен до безумия, и его ничто не остановит. А вот у Джина есть причина, по которой он не может позволить себе такой рискованный шаг. У него сын растет и Джуна на дух не переносит. Потому что Намджун всего на пять лет старше его сыночка и годится ему в братья. Сокджин не знает, кого винить в этом – природу или себя. Но без Намджуна уже не может. Омега привык, что Джун бегает за ним хвостиком и пытается угодить, потакая любым тупым желаниям. Джин играет с ним, как может, иногда требуя невозможного. Старшему стыдно очень, но по-другому он не хочет. Потому что Джун и правда готов ради него на все. Намджун любит, но, кажется, не взаимно.