ФриК

      Сначала приоткрылась дверь, из сумрака появился острый нос гостя, затем появился сам Артур.       - Guten Abend, - приветствовал его Шмидт, и удивленный Рокоссовский тот час же велел послать за переводчиком.       Лейтенант прибыл через три минуты.       Рокоссовский предчувствовал тяжелый разговор.       - Вы сказали, что я могу обратиться к Вам, если меня замучают ночные кошмары, - начал Артур.       - Ах это... - Рокоссовский достал из кармана платок и протер им взмокший лоб, - Конечно.       Константин достал из верхнего ящика стола заранее заготовленный пузырек с пилюлями и поставил его на край - знал, что рано или поздно Шмидт придет к нему.       Артур подошел ближе, взял пузырек и поднес его к свету. Содержимое мало было похоже на успокоительное: красно-белые капсулы.       Шмидт хмыкнул, пряча лекарство в карман: - У вас в Советах все красно-белое?       Однако ответа не последовало, но Артуру он был и не нужен. Его психологическое состояние было до такой степени разнузданно, что он был согласен наглотаться таблеток и покончить с этим. На худой конец, Шмидт знал, что живым представляет для Советов большую ценность - остальное его не волновало.        Рокоссовский полагал, что Шмидт зашел за чем-то более важным, чем таблетки от бессонницы, однако, даже если и так, Артур не начинал разговора, а только попрощался в дверях с Константином, и был таков.       - Что это было? - спросил Рокоссовский у переводчика.       Тот недоуменно пожал плечами. Да и не его это дело - думать за немецкого генерала. Перевел треклятую басурманскую речь, и был таков.       - Как думаешь, разнюхивал, может, что? - не унимался Константин.       - Это Вам лучше обсудить с Николай Николаичем, я не больше Вашего знаю, Константин Константинович.       - " И то верно," - решил Рокоссовский. Дождется он на этот раз Воронова и спросит его мнения.       Много чертовщины происходить стало после взятия немца - не порядок.

***

      Фриц Роске сидел за столом, спиной к двери, в отведенной ему и еще нескольким генералам комнате и возился с припрятанной рацией, когда к ним вошел Начальник Штаба.       Он усталым и злым взглядом окинул устремивших на него взор товарищей и кивнул в сторону двери. Те поспешили выйти. Один только Арно фон Ленски нарочно зацепил Шмидта плечом, подарив на прощание начальнику ехидный взгляд.       Артура передернуло. Шмидт скорчил Арно в спину омерзительную гримасу. Он давно догадывался, что эта гнида греет уши на всякие слухи-сплетни со всего фронта и передает их дальше, по сарафанному радио, столь же развитому в мужском обществе, как и в женском.       Однако больше тратить времени начальник штаба не намеревался. Артур крепко закрыл дверь на засов и, понурив плечи, подошел к Роске.       - Как там рация? - с надеждой молвил Начальник Штаба.       - Чиню, - спокойно ответил Роске, - Надо достать кое-какие детали, но я справлюсь. Ночью сделаю вылазку на склад - я там уже успел познакомиться с ребятами. Хорошие люди. Немецкий знают.       - Здесь все немецкий знают, - проворчал Шмидт, падая на стул рядом и опуская голову тому на плечо.       - Устал? - заботливо улыбнулся Роске. Он отложил железку, что вертел в руках, на стол и, протерев о тряпочку руки, обнял Шмидта за плечи, - Ничего. Выберемся. Что-нибудь обязательно придумаем, Артур!       - Твои слова вселяют надежду.       Роске так и не понял, с какой интонацией хотел сказать это Артур - с сарказмом, или же всерьез, но получилось средне. Фриц не стал переспрашивать. Он закрыл глаза и глубоко вздохнул. Долгожданные минуты покоя на острие бритвы.       - А ты знаешь, Золлингер хотят выпустить бритвы с гравировками всех генералов Вермахта и подарить им, - попытался подбодрить Артура Фриц.       - Хороший рекламный ход, - без интереса ответил Шмидт.       Роске понял, что говорит с Начальником сейчас бесполезно, поэтому стал по-отечески поглаживать его плечо.       Тишина погрузила каждого в свои мысли.       - М...можно я тебя поцелую? - вдруг спросил Роске.       Артур открыл один глаз, ревностно смерив наглеца взглядом.       - Один раз. Пожалуйста, - уверенно добавил Фриц.       Артур печально выдохнул - мол, деваться, все равно больше некуда, - сам схватил за волосы мужчину и бегло поцеловал его.       - Один раз, - повторил назидательно Шмидт, накрыв губы товарища пальцем.       Роске опустил глаза.       - Оборона Мамаева Кургана - ключевой высоты - и последняя оборона Штаба выше всяческих похвал, IR-194, - похвалил подопечного Артур, взъерошив его волосы.       IR-194 - позывной Фрица Роске. Артур Шмидт по привычке иногда называл его так, предпочитая использовать Infanterie Regiment-194 как истинное имя молодого генерал-майора.       Фрицу Георгу Роске, а именно таким было полное имя по паспорту IR-194, именуемого Шмидтом в лучшие дни не иначе, как Фричи, за неделю до пленения исполнилось 45. Это был крайне умный и воспитанный молодой человек с женой и двумя прекрасными дочерьми в Тюрингии, откуда он сам был родом. Человек-мастер на все руки, который не только имел инженерное образование, но и золотые руки, способные создать и починить все, что угодно. Однако особый интерес Шмидт питал к нему, потому что, кроме всего, Фричи был прекрасным другом, единственным в штабе шестой армии, способным совладать с апатией и работоспособностью своего начальника.       На фронте очень важна поддержка друзей.       Когда Артур встречал Ласкина в подвале Сталинградского Универмага, Роске был рядом. Одно его присутствие, в первую очередь, как человека близкого, а потом уже - Начальника Южной группировки Войск - поддерживало Шмидта, за всю свою карьеру никак не подготовленного к такому повороту событий. Впрочем, у Артура тоже в этой истории была своя правда, как и у любого другого Генерала, Солдата, Очевидца, Человека.       Артур ведь тоже не был военным по призванию. Как и Роске, его занесло в военную стезю весьма случайно - на Первую Войну он ушел добровольцем, а дальше, как снежный ком, события нанизывались одно на одно. Появился человек, который стал для него настолько дорог, что Шмидт ради него отринул себя и пошел в военную академию, хотя имел большие склонности к искусствоведческому направлению.       Его любовь к искусству, несмотря на погоны, прошла за ним всю жизнь, и, как с удивлением отмечалось Советскими генералами в своих воспоминаниях позднее, Артур Шмидт охотно отзывался и комментировал со знанием дела все ветви искусств, был крайне эрудированным и интересным интеллигентным человеком, не похожим на тот образ примитивного карикатурного нациста, которым наделила его советская пропаганда.       - Когда будет готова рация? - спросил Артур.       Кажется, он задремал на плече у товарища, потому что, проснувшись, осознал, что ему на плечи накинули теплую шинель, а под шинелью его поясницу согревала заботливая рука IR-194.       - Думаю, что к завтрашнему вечеру управлюсь, - ответил Роске.       Он имел крайнюю слабость - быть полезным своему Начальнику. Возможно, именно поэтому последний рубеж обороны штаба был настолько тщательно выверенным, что советские войска двумя армиями не могли захватить этот несчастный финальный квадрат целую неделю!       - Хорошо, - Артур сильнее укутался в шинель Роске.       - Может, приляжешь на моей кровати? - Фриц дотронулся до лба Начальника рукой, - меня в последнее время беспокоит твое самочувствие. Ты заболеваешь.       - Может быть, - Артур рассеянно кивнул и перебрался на кровать - самую ближайшую, справа от рабочего стола Мастера. Это и была сегодняшняя опочивальня генерал-майора.       - Давай я заварю тебе горячий чай, - предложил Роске, вставая со стула.       - Да, давай, - шепотом отозвался Артур.       Он достал из кармана таблетки для сна, которые дал ему Рокоссовский - свою помощь он предложил еще на первом допросе Начальника Штаба Генерал-лейтенанта Артура Шмидта.       Чпок. Две красно-белые капсулы попали в организм Артура. Шмидт запил их водой из кружки Роске, что стояла на столе. На вкус это оказалась не вода. Артур сморщил нос - выплевывать было уже поздно. Сглотнул.       Когда Роске пришел за чашкой, Артур уже спал. Фриц заботливо укрыл его поудобнее шинелью, подоткнув створки под Шмидта.       - Спите, - умилился IR-194, - Вам надо спать. В последнее время Вы слишком беспокойно спите. Может хоть в этот раз получится отдохнуть? - с надеждой спросил Роске, возвращаясь к починке рации.