Глава 4. Уранометрия
5 марта 2016 г., 23:16
— Небесного равенства откройтесь, Врата! Весы! — громко воскликнула Юкино Агрия, вскинув к небу светящийся ключ. Одеяние волшебницы, сошедшее со страниц книги легенд, словно взметнуло порывом яростного ветра. Всё же Юкино удалось построить образ маленькой и отважной девушки, вышедшей на опасный бой. Она выглядела так, что, будь Люси зрительницей, то сама бы болела за неё всей душой.
— Белого ягнёнка откройтесь, Врата! Овен! — отчеканила Люси, сбрасывая наваждение. Не время расслабляться. С ней ветер волшебной энергии тоже подшутил, разбросав по плечам светлые волосы.
На трибунах бушевали болельщики. Среди них было мало тех, кто сидел неподвижно, напряжённо наблюдая за творящимся на арене. Одним из таких людей оказался Нацу. Он свесился через каменную перегородку, заинтересованно прищурившись. Даже его острому драконьему взгляду было трудно рассмотреть мелкие детали проходящей на арене схватки, а экраны показывали только лица заклинательниц да изредка общую картину, что Драгнилу не очень нравилось. Ему хотелось бы не упустить ни секунды боя. Он был довольно интересен, и не только необычной магией противниц.
Нацу хмыкнул, увидев, как Хэппи разочарованно улёгся на каменное ограждение балкона, где собрались все маги «Хвоста Феи», не участвующие в Играх. Кот так возбудился при виде двух гигантских рыбин! От того, чтобы вцепится в лакомую добычу, его удерживал только Ромео. Но теперь такие соблазнительные духи пропали, и Хэппи это совсем не нравилось.
На призыв явились двое: смуглая брюнетка в летящих одеждах, чьё лицо прикрывала вуаль, и милая девушка в белом закрытом костюме. Среди копны похожих на розовую сладкую вату волос торчали два сильно загнутых рога. Весы пахли солнцем и песком, это Драгнил хорошо почувствовал, а вот от Овна веяло чем-то молочно-клубничным и сладким, как карамель. Боеспособность такого милого духа оставалась под большим вопросом, но Нацу решил, что ему было бы очень интересно посмотреть на магию Овна. Наверняка это будет что-то милое, мягкое и, возможно, сладкое.
Драгнил ещё не решил, как ему относиться к заклинательницам. Юкино ему нравилась своей решительностью и внутренней силой. Она сражалась за честь своей гильдии. А Люси почему-то казалась ему неприятной личностью. Этому не было логического обоснования: просто Хартфилия ему не нравилась, вот и всё. Хотя для неприязни не было даже малейшего повода. Ведь нельзя плохо относиться к человеку просто за то, что он сражается в полную силу? Эрза такая же, как и Люси: прямая и чуточку жестокая. Но Эрзу Нацу уважал, а вот Хартфилию почему-то нет. А ещё она казалась ему смутно знакомой, и потому смотреть на девушку было неприятно. При малейшем её упоминании где-то в затылке зудело пробивающееся наружу воспоминание. Слишком медленно пробивающееся.
Весы, как оказалось, управляли гравитацией.
***
Люси постаралась не кричать — а когда паришь над землёй на высоте тридцати метров, это довольно проблематично — и успокаивала заходящееся в истерике подсознание мыслью: «Всё идёт по плану». Конечно. Потому что если бы всё шло не по плану, она давно бы плюнула на все свои заморочки и перекочевала за спину Лахара, визжа что есть сил. Сила притяжения резко сменила направление, и Люси с Овном с бешеной скоростью полетели вниз. Дух вовремя покрыла арену двухметровым слоем ваты, и потому падение оказалось не таким болезненным, каким бы оно могло быть. От нового полёта Хартфилию не удержали ни пластины-«липучки» в сапогах, ни вышитая руна на изнанке майки, которая должна была притягивать хозяйку к земле. Магия духа оказалась сильнее волшебства вымоченных в зелье заговорённых ниток. Люси поджала губы. Пока Овен успевает подставлять подушки из ваты, но она может попросту устать или не успеть вовремя. Да и вестибулярный аппарат давно протестовал против такого жестокого обращения, а желать того, чтобы тебя стошнило на виду у семи тысяч зрителей, не станет любой адекватный человек. Нужный момент появился вовремя: Весы перешли на новый уровень и, изменяя силу притяжения на отдельных участках, буквально выдрали кусок многострадальной кирпичной стены, отправив смертельно опасный снаряд в сторону парящих в воздухе духа и заклинательницы. Незаметно сместившись с траектории полёта, Люси дождалась, пока Овна придавит плитой, и изобразила на лице отчаяние и глубокое горе. На самом деле Хартфилия переживала только за то, что сейчас Весы могут опять вернуть в норму силу притяжения, а спасительной розовой подушки из ваты уже не будет. Многие бы назвали Люси бессердечной, но… Овен бессмертна, и ей плевать на мнение людей, потому что в их мире она появляется максимум на час. В отличие от самой Люси. Да и Овен не такая бесхребетная простушка, как кажется: после печального случая с одной заклинательницей она чётко оговаривала все условия контракта. Конечно, в нём не было пункта «если меня придавит куском стены от арены Домус Флау, то…», но зато имелась часть, в которой говорилось о случае, если Ариес получит тяжкие повреждения. После того, как Овен уйдёт в мир звёздных духов, Люси не сможет призывать её ровно три месяца — а столько длится день в мире Короля Звёздных Духов, — чтобы дать пострадавшей маленький выходной. Ещё три года назад Люси бы не решилась на такой фокус, но опыт ясно показывал, что болевой порог духов позволял им терять конечности и реагировать на это, как на царапины. Люси привыкла к этому. Весы всё же вернули гравитацию на место, но без резких рывков, что заставило Хартфилию медленно спланировать на песок. Видимо, Весам тоже было жаль Овна, как и большинству зрителей. Пока Юкино пыталась заставить Весы вновь атаковать, Люси подбежала к куску стены, превратившемуся в камни, кое-как вытащила притворяющуюся бессознательной Овна из-под обломков и, вцепившись в мягкую грязную шерсть, склонила голову так, чтобы волосы заслоняли лицо. Отлично. Наверняка её сейчас показывают крупным планом. Итак, какое болезненное воспоминание можно выбрать? «Такому ничтожеству как ты, не место в нашей гильдии. „Хвост Феи“ не приемлет слабаков в своих рядах. Возвращайся в свой замок, принцесска. Здесь тебе нечего ловить». Люси закусила губу по-настоящему и почувствовала, как стекает по покрытой пылью щеке горячая слеза. Даже спустя долгие восемь лет она не понимала, не могла понять, хотя и пыталась. Почему? Зачем так грубо? Ей ведь не дали даже продемонстрировать, на что она способна! Даже слова сказать не дали, сразу от ворот поворот! Хватит. Спокойно. Всё в порядке. Сопли и всхлипы — это явно лишнее. Это ведь совсем не так красиво, как молчаливые страдания. Хах, надо было ей всё же идти в актрисы. И не пришлось бы быть мразью. Лёгким касанием Люси дала Овну знак, что она может возвращаться в мир звёздных духов. Ариес поспешила последовать давней договорённости. Со стороны, наверное, это выглядело красиво: две страдающие раненные девушки, одна из которых внезапно рассыпается золотой пыльцой от прикосновения. Люси, не показывая лица, встала с колен. Главное — отыграть роль, привести к завершению все приложенные усилия. Потом, в горячке боя, она уж точно сможет показать холодную ярость. А этот старательно отыгранный концерт заставит людей воспринимать её даже с неким сочувствием. Люси резко выкинула руку с вновь активированной звёздной рекой, вышибая из рук Юкино уже второй ключ. Показав летающей неподалёку камере заплаканное лицо, Хартфилия в полнейшей тишине проследовала к лежащему на песке ключу. Никто и не подумал ей помешать. Видимо, на маленькую Юкино подействовала тщательно тренируемая «аура смерти», а натренированный для приказов дух оставался безразличен к потерявшей ключ хозяйке. Медленно шурша, словно змея, волочился за Люси волшебный хлыст, оставляя после себя тонкий след. Люси подняла ключ, выпрямилась, присоединила его к своим ключам и убрала звёздную реку. И всё это в полнейшей тишине, из-за чего её слова были как гром среди ясного неба. — Златого быка откройтесь, Врата. Телец. После последнего слова Люси невозмутимо воткнула себе в грудь — так это выглядело со стороны — сияющий ключ Тельца. Раздался звон, тело охватил привычный жар, сменившийся тяжёлым холодом доспехов. С глухим стуком руку оттянул материализовавшийся топор… Агрии конец.***
Нацу даже не представлял, что когда-нибудь будет восторженно прыгать и кричать подбадривающие речи, бешено махая кулаками, когда на арене будет сражаться кто-нибудь не из «Хвоста Феи». И уж тем более он не предполагал, что тоже самое будут делать Эрза и Грей. Даже Фрид пару раз хлопнул в ладоши, чего уж говорить об Эльфмане, который в момент возвёл обоих заклинательниц в ранг настоящих мужиков. Юкино Агрия раз за разом с нечеловеческой скоростью призывала духов серебряных ключей. Кого там только не было! Робот-Медведица, Чёрный Лебедь, который оказался великолепным мастером рукопашного боя, ещё парочка духов, выглядящих устрашающе и владеющих интересной магией… но все они были попросту рассечены пополам гигантским топором-секирой, после чего рассыпались золотистым светом. Хартфилия выглядела… внушительно. Самым серьёзным препятствием для ударов и магических атак был металлический нагрудник. Впечатления не портили даже какие-то детские хвостики: на такие мелочи не обращаешь внимания, когда перед твоим носом, то и дело выдыхая с молодецким «хек», не самая сильная на вид женщина разрезает на части звёздных духов своим топором. Топор, кстати, был тяжёлым даже на вид, а ещё был длиннее самой Люси. Если бы Нацу хоть раз видел вблизи ключ Тельца, то он бы понял: оружие Люси было точной копией ключа Зодиака, только увеличенной и слегка видоизменённой в районе рукояти. Топором, кстати, Хартфилия орудовала весьма неплохо, с невозмутимым лицом пробираясь к Агрии сквозь заслон духов. Юкино испуганной вовсе не выглядела. Видимо, ещё был у заклинательницы козырь в рукаве. И, пока Люси медленно, но верно шагала к ней, пошатываясь и следуя иногда за чересчур тяжёлой секирой, волшебница «Саблезубого Тигра» о чём-то напряжённо размышляла. Наконец, Агрия решилась и, странно сложив руки, выставила к небу ещё один ключ. Острое зрение убийцы драконов тут же разглядело золотое тонкое основание, будто бы обвитое застывшей угольно-чёрной змеёй. — Я хотела приберечь его для кого-нибудь посильнее, но… Усмирителя змей откройтесь, Врата! Змееносец! Воистину громадная чёрно-фиолетовая магическая печать накрыла собой арену, принося ужас и боль. Дыхание у Драгнила сбилось, как от резкого удара в солнечное сплетение, и он согнулся пополам, тяжело дыша. Раздался уже знакомый зрителям звон, и на арене появился новый дух, принеся с собой затхлый запах гибели и чёрные тучи явно магического происхождения. Змееносец оказался высохшей, но сильной на вид чёрной змеёй, чьё тело было покрыто копиями смутно знакомой Нацу руны. Блеснули красные глаза, дух с шипением продемонстрировал внушительные клыки и, не дожидаясь приказа, кинулся в атаку. Змееносец был один, верно. Но он был быстрее, проворнее, а главное умнее Рыб. Он умело загонял еле успевавшую уклоняться Хартфилию в ловушку, которую сам же и создал. У Люси было два варианта: попасться на зуб враждебно настроенному духу или отступать в явную западню из стены арены и хвоста духа. Люси уклонилась от очередного удара, ловко метнула топор прямо в широко раскрытый рот Змееносца, что, впрочем, на него не подействовало, и щелчком пальцев сняла с себя доспехи Тельца. Чудом извернувшись, заклинательница перекатом по песку ушла от широкого маха чёрного хвоста с наверняка ядовитым жалом на конце и прижалась к стене. — Не только ты приберегла кое-что для финала битвы! — крикнула Хартфилия, стараясь не показывать своего страха. Юкино, чувствующая себя хозяйкой положения, жестом госпожи-аристократки заставила Змееносца остановиться. На её кукольном личике было нарисовано настолько наигранное приторно-вежливое внимание, что у Люси сводило зубы от отвращения. Ну что же, самоуверенность молодой нахалки сыграет ей на руку. Смело шагнув вперёд, заклинательница хитро прищурилась, пробормотала что-то еле слышное и достала сразу два ключа. — Небесной двойни откройтесь, Врата! Близнецы! Придворной дамы откройтесь, Врата! Дева! Близнецы тут же приняли облик Люси и тоже достали два ключа. — Небесного жала откройтесь, Врата! Скорпион! Златого быка откройтесь, Врата! Телец! С арены будто бы сняли Полог неслышимости: если прежде все броски и атаки Змееносца сопровождались гробовой тишиной, то теперь Домус Флау словно бы стал филиалом зоопарка. А ещё в голове у Нацу будто бы за мгновение провели генеральную уборку, и всё стало на свои места. Он вспомнил, где уже видел Люси Хартфилию, заклинательницу звёздных духов. Она часто давала «Хвосту Феи» заказы на поиск золотых ключей, и духа «Придворная дама» Нацу отдал ей лично в руки. А ведь началось всё с того, что Эрза просто посоветовала ему поговорить насчёт добытого на задании артефакта с настоящим специалистом. — Кто?! Горничная-орангутанг? — Ну, она носит платье горничной, а ещё здорово дерётся, и настолько толстая, что своим весом может пробивать стены… извини, но она довольно уродливый дух. Ещё и волосы… розовые! Не как у меня, а ро-о-озовые, да ещё и в хвостики заплетены! Хотя Эверли считал её красоткой. У неё ещё голос, как у Эльфмана — тот смуглый, который постоянно кричит «Мужик!». Как-то так. Честно говоря, я забыл её имя. — Даже не представляю, что это за дух. Описание… нестандартное, и весьма. Я могу взглянуть на ключ? — Конечно… вот он. Она сама его мне отдала. После того, как я очнулся… ой. — Ух ты! Это же золотой зодиакальный ключ! А вот этот розовый знак говорит о том, что это дух созвездия Девы! — Ты определила это по странной загогулине?! — Да, это же знак её созвездия. Слушай… Нацу, верно? Ты можешь мне его продать? Если честно, я мечтаю собрать все двенадцать ключей Зодиака, и это — один из них. Можешь выбрать любую цену, я заплачу.***
Как уже упоминалось, с появлением звёздных духов на арене воцарился зоопарк. Мычание Тельца перебивалось противным ворчанием Скорпиона, которое было просто ужасно: как по ржавому железу ножом водят. И всё это на фоне: «Накажете, Принцесса?» и грозного рычания взбешенной Люси, которая пыталась отговорить пищащих что-то радостное Близнецов от попытки побежать здороваться с людьми на трибунах. На всё это в полном шоке взирал Змееносец, который, видимо, привык следовать малейшему приказу хозяйки. Юкино же демонстрировала полнейшее насмешливое превосходство над заклинательницей, которую даже собственные духи не слушаются. — Равняйсь! Смирно! — гаркнула Люси по-военному, копируя злого Лахара на учениях. Она этого не видела, но Лахар усмехнулся, благосклонно приняв пародию на самого себя. Ему вспомнилась встрёпанная злая Люси в форме и бессонные ночи в патруле. — Дева, Скорпион, Телец! Отвлекайте Змееносца! Мы с Близнецами подготовим… — Прости, куколка, но у меня свидание с Водолеем… — Люси, пока меня не поцелуешь, с места не сдвинусь! — Накажите меня, Принцесса, и может быть тогда я подумаю насчёт атаки. — Йу-ху! Веселимся! — Близнецы, мать вашу! Пока наскоро выстроенные иллюзорные проекции (пригодилась-таки лента в волосах!) устраивали форменный балаган и всячески привлекали внимание всех присутствующих, Люси, кое-как удерживающая простую иллюзию на себе и ещё четырёх духах, подпитывая своей силой артефакт, медленно заходила за спину Юкино и Змееносцу. Драгнил подозрительно принюхался, о чём-то посовещался с Титанией, и… показал Хартфилии большой палец, мол, умница, молодец. «Идиот!» — мысленно взвыла Люси. Но такого явного указания на местонахождение заходящих в тыл противника диверсантов почему-то никто не заметил, и мигом взмокшая от напряжения женщина вздохнула с облегчением. Заняв максимально удобную позицию, Люси попросила Близнецов пока не изображать её, чтобы не тратить время (образ одного человека Близнецы могли поддерживать ровно шесть минут двадцать три секунды), предварительно, пыхтя и ругаясь самой нецензурной бранью, перетащила на себя каналы, по которым шла магия, дающая духам силу для присутствия в этом мире. На призыв тратилось гораздо больше магии, чем на его поддержание, потому что при вызове духа заклинатель разрывал ткань двух миров, открывая Врата. Фактически, Люси разрывала ткань мироздания, а потом «зашивала» её ровно настолько, чтобы духи могли вернуться назад по нити связи. Близнецы приняли вид Руфуса Лора из «Саблезубого Тигра» и, встав на место своей проекции, развеяли и её, и иллюзию, после чего устроили самый настоящий стриптиз, постепенно снимая сначала шляпу, потом маску… Люси косила глазом на неожиданное шоу, пока все зрители женского (и не только) пола пускали слюни, и даже призвала Лиру, чтобы медленный танец пребывающих в эйфории из-за всеобщего внимания Близнецов шёл под музыку. Когда дело дошло до трусов, положенное время истекло, но Близнецы не растерялись, снова приняли вид одетого мага созидания памяти и стали раздеваться гораздо быстрее, чем в предыдущий раз, чтобы дойти до самого интересного. Лира заиграла более громкую и ритмичную мелодию. Сам Руфус, кстати, пытался было помешать танцу Близнецов каким-то огненным заклинанием, но оно срикошетило от выставленного после призыва Юкино Змееносца барьера высшего класса, защищающего зрителей. Лор угрожал проекции Люси, приказывал ей убрать духов и прекратить непотребство, на что иллюзия послала ему воздушный поцелуй и подмигнула. Казалось, волшебник вот-вот спрыгнет на арену и пойдёт раздавать тумаки. Не думать о скорой смерти, не думать о скорой смерти… Происходящее было настоящим дурдомом и могло случится только на Великих Магических Играх, где противника было запрещено убивать, и всё делалось на потеху зрителя. Люси чувствовала себя неловко: она могла прямо сейчас победить Юкино только потому, что та, как самая благочестивая девица, покраснела и зажмурилась, отвернувшись от Близнецов. Хартфилия не превзошла противника, как тактик, стратег и маг, не победила в схватке ума и магии, а просто заставила отвернуться стриптизом неуправляемого духа. Было даже как-то обидно за себя. — Дева, прокопай яму… такую, чтобы была как можно шире, но чтобы стены арены не обрушились, — командовала Люси. Близнецы снимали трусы, оригинальный Руфус хрипел от ярости, проекции Девы, Люси и Лиры свистели и хлопали, причём первая предлагала «наказать» Близнецов. Что самое ужасное — они согласились. Проекция Тельца же строила глазки Дженни Реалайт. Мир точно сошёл с ума, потому что Дженни строила ему глазки в ответ. Корове в синих шортах, чёрт бы её побрал! — Скорпион, Телец, займите позиции, как при расстановке В-54! — постаралась Люси говорить как можно быстрее. Пора было заканчивать представление, потому что Лор с маниакальным упорством ломал щит, а Близнецы, дразня его, слишком медленно снимали трусы. — Близнецы… мне нужны Близнецы… Духи бросились выполнять приказы, Хартфилия выдернула Близнецов сначала в мир звёздных духов (обратным призывом), а потом к себе, под всё ещё поддерживаемую иллюзию, чем вызвала разочарованные вздохи болельщиц. Руфус вроде бы успокоился, но всё ещё сидел красный, как рак. Люси поёжилась. Ему же не расскажешь, что Близнецы немного свихнулись после того, как Люси нечаянно чуть не пришибла их незаконченной уранометрией и чудили ещё сильнее, чем раньше. Не поверит же. Близнецы приняли вид Люси и спросили, понравился ли ей танец. Люси ответила, что понравился, но если они ещё раз сделают нечто подобное, то она призовёт их и разорвёт нить, связующую их с миром звёздных духов. Близнецы прониклись и стали подозрительно послушными. Дженни уже договаривалась с Тельцом о свидании, когда и иллюзии, и проекции развеялись, явив миру настоящее местоположение духов и Люси. Змееносец было дёрнулся в сторону внезапно обнаружившегося совсем не там где ожидалось врага и успешно провалился под землю, после чего Скорпион принялся поливать его особым блокирующим магию тяжёлым железным песком. Люси в который раз пожалела, что у неё нет духа со стихией огня (получилась бы неплохая стеклянная ловушка) и, дождавшись, пока Телец соизволит всадить свой топор в голову Змееносцу, что заставило чёрную змею в прямом смысле взлететь, взялась с Близнецами за руки. — Небесный предел, звездам откройся. Все звезды небесные, свет свой даруйте мне. С ярчайшим блеском… Четверокнижие… — Люси запнулась, увидев, как Дева обмотала Змееносца своими цепями и залезла наполовину в землю, чтобы хоть как-то удержать разъярённого духа на месте. Испуганная Юкино жмурилась от яркого света и разглядывала появляющиеся силуэты планет. Близнецы сжали руку Люси крепче, чем следовало бы, и Хартфилия, поняв намёк, продолжила плести вязь древнего заклинания, чётко выговаривая слова синхронно с Близнецами. Со стороны это, наверное, выглядело жутковато. — Я, Звездный Владыка… «Наглая ложь». — Явите себя и откройтесь… Врата карающие… О восемьдесят восемь звёзд небесных… Сияйте! «Господи, что за пафосная формулировка?! Переработаю, ей богу». — Уранометрия! Несколько шаров света собирались вокруг Юкино и поникшего Змееносца, предвидящего болезненный переход обратно за грань мира звёздных духов. Заклинание уже начало действовать, и помешать ему даже такой могучий дух не мог. Сейчас на Юкино ложилась иллюзия, которая пугала и дезориентировала заклинательницу. Она видела себя в мире звёздных духов, таким, каким она его представляла. Огни сошлись с огромной силой, выпуская мощный поток магии на цель. Растворился чернильным пятном Змееносец, напоследок подарив миру болезненный рёв, закричала спасённая из эпицентра удара Девой Юкино. Люси знала, что она сейчас чувствует и видит: вокруг только свет, и больше ничего, только сплошной слепящий обжигающий комок солнца, стремящийся прожечь плоть до самых костей. Хорошо, что Лор был в сильном душевном потрясении. Иначе бы не упустил возможности скопировать столь мощную магию. Растворились в золотистом сиянии духи. Последней ушла Дева, картинно бросившая под ноги Хартфилии поверженную Юкино. На арене остались сплошные руины; только Люси стояла на эдаком «целом островке». — Охренеть, — выразился Чапати Лола, про которого все забыли.
