Tale Souls

       Я лежал на холодном полу, посреди разрушенного битвой коридора, в крови и каменной пыли, чувствуя как из меня медленно уходит жизнь. Дышать было невыносимо больно и трудно. Уверен, что задохнусь раньше, чем умру от потери крови. У меня более нет сил сопротивляться смерти. Хотя, чего мне беспокоиться? Я уже встретился лицом к лицу со своими грехами и одолел их, не позволил чудовищу вырваться в этот мир.        Однако, опасность не миновала — оно будет жить, покуда жив я. Но, монстр сам помог мне в этом, нанеся смертельную рану. И теперь я могу со спокойной совестью уйти, оставив это мир. Всё будет хорошо, им уже ничего не угрожает. Король заберёт душу с моего мёртвого тела, освободит всех. Азгор сильный, он сможет защитить их. Сможет защитить Ториэль.        Нет. Остался ещё цветок. Если он успеет раньше, мир, спасённый от одного чудовища окажется во власти другого. Рано мне ещё подыхать, нужно добраться до Азгора. Риск слишком велик.        Пытаюсь задействовать восстановление, но ничего не происходит. Да и на что я рассчитывал? У меня больше нет сил, их жалкие крохи ушли на борьбу с чудовищем. Но… нельзя сдаваться, ещё ничего не кончено. Такая смерть будет очередным предательством, а я уже и так насовершал всякого. В ранце осталось несколько упаковок зачарованного бинта, надо добраться до них, это поможет мне продержаться.        Превозмогая боль, слыша как воздух выходит из сквозной дыры в груди, я пытаюсь ползти помогая уцелевшей рукой. Коридор казался мне бесконечным, но надо двигаться. Столько раз я готов был умереть, но сейчас, когда я обязан выжить, моя позорная слабость мешает мне. Слишком долго, чёрт слишком долго. Надо вставать.        Собрав все силы в кулак, я медленно поднимаюсь на ноги, задыхаясь и харкая кровью. Поврежденная рука висит тряпкой, я её почти не чувствую и не могу управлять — видимо кинжал повредил какой-то нерв. Хех, «мизерикорд» кинжал милосердия, какая мать его ирония… У чудовища было отменное чувство юмора, раз уж оно пыталось убить меня таким оружием.        Закрывая рану рукой, пусть это и не поможет мне против сквозного ранения, медленно бреду в другой конец коридора. Кто же знал, что мне потребуется выжить лишь для того чтобы умереть в нужный момент. Очередная шутка судьбы. И если бы не боль в груди, я бы засмеялся.        Наконец дополз до рюкзака. Покопавшись в нём нахожу бинт. Стаскиваю разодранную куртку и начинаю заниматься раной в груди. Врач из меня как из говна пуля, да и выжить после такого ранения затруднительно, но мне и не нужно. Достаточно доползти до короля, а там уже можно со спокойной душой отъехать.        Оторвав несколько клочков, складываю их и перекрываю рану спереди. С трудом дотягиваюсь до спины и закрыв вторую, начинаю вязаться. Чёрт сложно-то как. Обвязав торс пару раз занимаюсь рукой, повторяя процедуру. Решил просто примотать её к телу, чтобы не мешалась, благо бинта вроде как хватает — из-за восстановления я им практически не пользовался.        Спасибо Ториэль, она очень хорошо снарядила меня в дорогу. Столько уже раз я был ей обязан, столько раз был перед ней в долгу и вот так отплатил… Но надеюсь, что свобода, её свобода, будет стоить той боли, что я причинил ей. Закончив с перевязкой я бессильно прислонился к стене, выпив зелья исцеления болезней — местный аналог антибиотика и антисептика в одном лице. Правда заражение это меньшее, о чём нужно беспокоиться смертнику.        Постепенно боль ушла, пусть легче дышать не стало всё равно, есть какая-то надежда что до короля я доползу. Однако, раны не затянулись мгновенно, как было раньше, рука по прежнему не ощущалась, а бинт на ней был пропитан кровью, которая похоже всё ещё текла из раны. Кажется оружие чудовища было не простым, исцеляющая магия бинтов почти не действовала. Но по крайней мере мне было уже легче, чем до этого, значит они таки работают.        Схватив куртку я принялся рыться в карманах в поисках сигарет. Эх какой же я всё-таки идиот, вздумал курить с пробитым лёгким. Хотя, если бинт не подействует, какая в сущности разница? Зато выглядеть будет красиво. Как герой боевика, закуривает последнюю сигарету в жизни и умирает. Правда в жизни это отнюдь не круто и не пафосно.        Найдя заветную пачку я обнаружил что в ней осталось всего две сигареты. Ладно мне хватит. Как говориться, если есть в кармане пачка сигарет, значит всё не так уж плохо на сегодняшний день. К тому же стоит ли отказывать себе в маленьком удовольствии, когда ты уже гарантированно покойник? Жалко, что на том свете покурить уже не выйдет. Пусть я не верю в Бога и не ношу креста, мне всё же интересно куда я попаду после. Хех, может в Рай? Потому что сдаётся мне в аду я уже был. Впрочем, даже если буду жариться на сковородке в преисподней это мало что изменит. Как-то привык я уже к вечным мукам.        Хотя, как говорят если ты съедешь с катушек окончательно, на боль будет как-то уже насрать, даже может удовольствие получишь. Может ад это такой рай для мазохистов? По крайне мере в нём я точно буду к месту, ведь лучшего обиталища для чудовищ ещё не придумали.        Или может быть Вальгалла? Место куда уходят храбрые воины, павшие в битве? Не знаю, какой я воин, да и смерть от руки короля вряд ли походит под описание. Впрочем, с трудом затягиваясь сигаретой, я понимал что мне всё равно. Куда бы я ни попал это уже не имеет значение. Главное, что в мире, который я оставлю, всё будет в порядке. Мои друзья будут жить на свободе, в мире и процветании, а я сделав своё дело, уйду.        И всё же… есть на душе какой-то осадок. Я оставлю всех их позади, отдав жизнь ради их счастья. Но… вот только будут ли они и вправду счастливы? Ториэль, Андайн, Папирус… да даже и Санс, считали меня другом. И когда умирает друг, пусть и ради благородной цели, тебе плохо. Я знаю каково это, терять тех кто был тебе дорог. И даже понимая, что ничего нельзя сделать, даже осознавая что жертва действительно стоила того, на твоей душе будет незаживающая рана. Словно часть тебя умерла вместе с твоим другом. Ториэль говорила мне что такая свобода ей не нужна, что моя жертва не стоит этого, не хотела меня отпускать…        Тори… это ведь она вытащила меня из тьмы собственной души. Я постоянно твердил себе, что отправился в это путешествие для того чтобы искупить грехи… но на самом деле я хотел искупить вину за её убийство. Это она сподвигла меня отправиться в мой крестовый поход, всё мои обещания и клятвы я давал ей. Её образ был всегда рядом со мной и даже когда у меня не было сил идти дальше, сражаться со своим безумием, она давала мне причину не сдаваться. Всё что я делал было ради неё.        Она… была для меня кем-то большим, чем просто близкий друг. Раньше я не понимал этого, но теперь… теперь понимаю. Никогда не считал себя романтичной натурой. Все эти истории о трагичной любви рыцарей и королев меня скорее смешили. Ровно до тех пор пока такая история не случилась со мной. Хотя я нисколько не благородный рыцарь, да и доспехов у меня нет. Скорее мне бы подошла роль побитого жизнью циника, который вправляет мозги таким «героям». Впрочем… даже если доспехи рыцаря проржавели и развалились, меч затупился, а сам он уже не верит в идеалы, он всё равно остаётся рыцарем, неисправимым романтиком, пусть и глубоко в душе.        Господи, я безнадёжен… Взрослый мужик влюбился в королеву монстров как мальчишка и побежал в припрыжку совершать подвиги ради неё. Она ведь даже другого вида… впрочем я полюбил её не за внешность. Глупо звучит, но Ториэль оказалась именно той, что была нужна мне в жизни, пусть я и понял это только в самом её конце.        Вот только как оказалось любовь зла. Не будет никого поцелуя в лучах заходящего солнца, и нам не жить счастливо вместе. Судьба безжалостно разлучила нас, в лучших традициях Шекспира. «Нет повести печальнее на свете.» и всё в таком духе. Да и сам я не прекрасный принц на белом коне, скорее обычный дурак. Дурак, полюбивший монстрицу. Вот уж действительно сердцу не прикажешь.        Хотя, ведь нет судьбы, кроме той, что мы творим сами? Вот и сотворил, на свою голову. Но как бы то ни было, в свой последний час я буду думать о ней. И о том, что она скорее всего никогда не узнает о моих чувствах. Даже если она бы ни за что не ответила на них, я бы признался всё равно. Но…        Так уж вышло, только когда ничего уже нельзя изменить, понял сколь многое я оставлю позади. Однако же, ведь оно того стоило? Преступно ставить собственные желания выше счастья Ториэль. К тому же Санс был прав — я уже стал тем кто никогда не будет удовлетворён жизнью, какой бы она ни была. Или может быть я просто ищу оправдание своему эгоизму? Теперь уже не важно.        Выкурив сигарету, я медленно поднимаюсь и иду в тронный зал. Скоро всё кончится. Прости, Моя Королева, твой оловянный солдатик не справился, растаял в огне. Но надеюсь ты поймёшь, что это было ради тебя. Поймёшь, что ради тебя ухожу, чтобы больше не вернуться. Я тебя никогда не увижу и никогда не забуду. Поддержи меня в этот трудный час, ведь мне так тяжело. Вдохни в меня жизнь, в последний раз, чтобы я смог оставить этот мир сегодня. Что бы я мог оставить тебя, потому что не могу отпустить. Но и быть с тобой я не могу тоже.        И вот сейчас, шагая в бездну, я раненый и разбитый, верил что несмотря на всё произошедшее Ториэль будет счастливой. Ведь у неё будет любящий муж и свобода. Им пришлось пройти через столько боли и страданий, разве они этого не заслуживают? Вот он счастливый конец этой истории. Я ни о чём не жалею. Прожил недолгую, но насыщенную жизнь, обрёл настоящих друзей и… возможно настоящую любовь, пусть она даже не узнает об этом. Смерть стоит того чтобы жить. А любовь стоит того чтобы ждать.        Король был в саду, как обычно ухаживая за своими цветами. Ведь эти цветы — всё что у него осталось, единственное напоминание о семье которую он потерял. О сыне который рассыпался прахом в этом саду на руках матери. О любимой жене, которая оставила его, когда он в гневе объявил войну человечеству, отнявшему у него самое дорогое. Отнявшему у него всё.        Азгор много раз думал над этим. Неоднократно жалел о своём решении, но уже не мог ничего изменить. Выбрав свой путь, приходится идти по нему до конца и он как король, как лидер всех монстров прекрасно понимал это. Такова тяжёлая ноша всех лидеров, цена короны. Такова его судьба.        Мог бы он тогда отступиться от своего решения? Наверное мог. Но не отступил, встав на путь смерти и разрушения. Тем не менее, он подарил надежду отчаявшимся подданным. Пусть ему уже надежду никто не подарит.        Он злился на Ториэль поначалу, считал что она забыла своего сына, предала всё ради чего они сражались на войне, ради чего он погиб. Но потом понял что он предал это точно так же. И заслуживает её презрения. Но Азгор принял тяжелую ношу, не желая развязывать новую войну, пусть и его народу было об этом неизвестно. Никому не известно кроме него самого.        Эти люди… они тоже выбрали свой путь, спустившись сюда. Был ли у них шанс уйти? Да. Но… кто-то пал жертвой случайности, кто-то решил бросить вызов королю и его страже. А кто-то… пожертвовал жизнью ради их свободы. Они шли к своей цели до конца, все они. Не отступил никто. И Азгору тоже было нельзя отступать. Потому что иначе все эти жертвы, людей и его сына, были бы напрасны. Иногда чтобы сотворить благо, надо сотворить зло. Вот только от осознания этой, казалось бы, простой истины легче не становилось.        Никто не видел слёз короля, даже Андайн его воспитанница, не видела их. Лишь его семья могла. Теперь только цветы видят, как Азгор плачет. Но они, в отличие от семьи не могли утешить его. Может он уже недостоин утешения и прощения. Это была часть его выбора, последствия которые было необходимо принять. И от которых нельзя было уйти.        Снаружи был отличный день, прекрасная погода для игры в салки — любимого занятия его детей. Он всегда радовался, что может проводить больше времени с семьёй, когда рутинные дела по управлению королевством взяла на себя автоматика. А ведь когда-то давно люди были друзьями, они вместе с ними жили в мире, вместе сражались на войне и обустраивали Подземелье, их вечную тюрьму. Даже Ядро, величайшее техническое достижение королевства построил человек, его друг и брат Гастер. И он сгинул как и остальные, был погублен собственным творением. И более среди людей друзей у короля не стало.        Жестокая судьба забрала всех, королевство и надежду подданных, их свободу, друзей короля и в конечном итоге добралась до семьи. Если бы кто-то из тех людей убил бы его в бою, он бы не расстроился. Ему уже нечего было терять, кроме жизни, больше похожей на существование. Если бы не его долг и жертвы, Азгор бы давно ушёл из жизни. Только цель поддерживала короля, наполняла решимостью идти к ней. Даже если она не более чем призрак. Будет ли стоить эта свобода своей цены или это лишь пустая мечта? Он не знал. Но кроме этой иллюзии у него не было ничего.        И сейчас, поливая цветы, напевая какую-то знакомую мелодию из прошлого, Азгор пытался отрешиться от всего, хоть на секунду забыть, но не получалось. И не получалось уже очень давно. Хуже всего было то, что от стражи поступил отчёт — в Подземелье снова объявился человек.        Он часто гадал, что тянет их сюда. В этом не было никакого смысла или выгоды. Была ли это храбрость или банальная глупость? Или просто случайность? Никто не знает ответ. Но они приходили, через года, по каким-то своим причинам, но они приходили сюда встретить свою судьбу. Какой бы она не была.        Ему бы хватило и одной души, чтобы пересечь Барьер и забрать остальные. Но… тогда война была бы неизбежна. Да, по началу он так и хотел поступить, но потом, когда похоронил того ребёнка по древнему обычаю, он понял, что этот путь был ошибкой. В этот раз у них бы не было союзников среди людей, и война была бы скоротечной, даже души бы не помогли. Людей всегда было больше, они всегда были сильнее их. В конце монстры были бы истреблены. Лучше пусть его заклеймят трусом, чем он позволит своему народу сгинуть от глупой гордости. Жаль, что его жена это не поняла. Да и сам он понял это когда было слишком поздно.        Но теперь всё решится. Этот человек станет последней душой, необходимой для разрушения Барьера. Что будет после и выживет ли он в битве, король не представлял. Азгор устал от всего, от своего долга, от своей вины и от ответственности. Он давно, ещё до того как к ним попал первый человек, хотел уйти, передав власть новому лидеру. Однако, как оказалось, тогда замены ему не было, да и народ не захотел менять того, кто провёл их через самые тяжёлые годы. Наследник был шансом, но он был убит людьми. Будущее обратилось в пыль вместе с ним, словно песок высыпаясь из пальцев. Что будет теперь неизвестно.        Услышав шаги за спиной, Азгор напрягся. «Новое донесение о человеке? Или может быть что-то ещё случилось и потребовалось моё вмешательство?» — подумал король, продолжая поливать цветы. Груз ответственности снова пригибал его к земле и Азгор чувствовал, что скоро он уже не сможет нести его. «Может передать власть Андайн? Она была хорошей ученицей, стала мне как дочь. Из неё выйдет вполне достойный лидер. Но нет, нельзя. Когда я соберу души, меня будет уже некому заменить. Я сам закрыл себе путь назад очень давно. Отступать некуда,» — пронеслась мысль в сознании короля. — Сейчас, я почти закончил. — произнёс он, вытряхивая последние капли влаги из металлической лейки в руке. «Может предложить чашечку чая моему гостю, если дело не слишком срочное? Мне не хватает наших бесед с Андайн, она единственная кто у меня остался,» — подумал Азгор, оборачиваясь. — Приветик! Могу я предложить тебе… — дружелюбная улыбка исчезает с лица короля, лейка с грохотом падает на землю. Гость был тем, кого он меньше всего ожидал здесь увидеть.        Перед ним стоял человек. Молодой черноволосый парень, в изодранной и грязной одежде. Похоже он лишился руки — один рукав застёгнутой чёрной куртки безвольно свисал пробитый чем-то на сквозь. В этот момент король заметил что на одежде гостя была вовсе не грязь, а кровь, запах которой удар ему в нос, вместе с запахом табака и алкоголя. " Он явно через многое прошёл, чтобы добраться сюда,» — мысленно прокомментировал король внешний вид незнакомца. — Приветик! Отличный денек, не правда ли? — незнакомец добродушно улыбнулся, смотря на Азгора усталым взглядом выцветших глаз. — Вы кажется хотели что-то мне предложить? — Я просто… я хотел предложить вам чашечку чая… — волнение сковало короля. Вовсе не так он представлял встречу с человеком и не представлял, что он будет выглядеть вот так. — Ну, я бы не отказался от стаканчика крепкого чая. — незнакомец усмехнулся, но тут же скривился от боли. Азгор заметил дыру в куртке в районе груди — похоже человек был тяжело ранен. — Извините меня, мне немного тяжело говорить. Но надеюсь дыры в моём теле не помешают нашему чаепитию. — всё ещё улыбаясь проговорил он. Несмотря на ранение и предстоящую схватку он шутил. И Азгор поневоле улыбнулся, хотя ситуация к этому не располагала. — Я Азгор Дриммур, король монстров. — представился король. В этом не было особого смысла, но Азгор пытался всеми силами оттянуть неизбежное. Он не был готов к бою. Особенно с таким противником. «Сможет ли он вообще сражаться с такими ранами? Или… неужели он добровольно идёт на смерть?» — мелькнула мысль в голове Азгора. Отчеты, которые он получал, говорили ему что человек за всё своё путешествие, не причинил вреда никому. Альфис, королевский ученый, наблюдала за его действиями. Правда она снова куда-то пропала. «Тогда откуда эти раны? С кем он сражался, если никому не причинял вреда? Или может быть я ошибаюсь?» — настороженно думал король. Человек не тянул на убийцу и врага, но внешность обманчива. Может быть он только ждал подходящего момента? Вопросы мучили Азгора, он понимал что должен убить этого парня в любом случае, но… было в нём что-то, это видно в его глазах. Он не желал королю зла. Однако, сам Азгор был не в силах ничего изменить. — Очень приятно, царь! — снова засмеявшись и скривившись от боли, человек протянул ему уцелевшую руку. Азгор неуверенно пожал её, произнеся. — Э… Приятно познакомиться… Я даже не представлял что сам лидер людей придёт сюда. — его удивил тот странный факт, что король людей был столь молод. «Хотя, его взгляд… и то как он держится несмотря на раны… Это внушает уважение,» — подумал он, вглядываясь в лицо человека. Вполне возможно он был достойным лидером, раз люди доверили ему власть. — Хех, лидер… — отпустив руку, незнакомец вновь усмехнулся, но уже не так весело. — Никакой я не царь, так обычный дурак, которому дома не сиделось. Извините, Ваше Величество, это я пошутил так неудачно. — сказав это, он закашлялся и сплюнул кровь. Его слова были лишь очередной шуткой. Король поневоле вспомнил жену, так же любившую глупо шутить. Он никогда не понимал её шуток, но всё равно всегда смеялся вместе с ней. Теперь в его жизни было мало весёлого. — Это ничего… — засмеялся Азгор, но вспомнив о грядущем, прекратил. Незнакомец, поняв это тоже прекратил улыбаться. — Ты ведь знаешь что будет дальше, не так ли? Уверен что ты слышал о душах и Барьере. — Да. Я понимаю что вы должны сделать. Я готов. — человек смотрел в глаза королю и груз ответственности Азгора становился невыносимым. Он вспомнил ту женщину, которая так же глядела на него, когда он наносил смертельный удар. Азгор не знал, где человек получил свои раны, его взгляд точно не принадлежал убийце. Может кто-то из его подданных атаковал его и он был вынужден защищаться? Может быть он злится на монстров сейчас? В руках человека не было никакого оружия, как он будет сражаться с ним?        Снова вопросы и снова нет ответов. Азгор был готов к любому противнику но только не к такому. Похоже он правда пришёл чтобы умереть. Король хотел спросить почему, но не стал. Наверняка причина была веской. Человек был даже в чём-то похож на него самого. Было видно что он тоже очень устал, но всё равно идёт к цели. В таком состоянии он не сможет биться, а значит ему придётся умереть. — Так сразу… признаться я не очень готов к этому. — сказал король, оглянувшись на проход к Барьеру. — Бывает. Мы не всегда властны на своей судьбой. Особенно когда выбор уже сделан. Нельзя быть выше последствий. — слова человека только подтвердили мысли Азгора. У них действительно было много общего. Вполне возможно, в прошлом у человека случилось нечто, заставившее его придти в это проклятое место. Быть может он так же как и Азгор потерял всё и теперь хочет таким образом уйти из жизни. — Я понимаю. Настаёт момент, когда отступать уже поздно. — ответил король и направился к Барьеру. Человек медленно следовал за ним, видимо силы уже покидали его.        Проход привёл их в небольшой зал, справа от которого находилась большая каменная арка. Именно за ней был Барьер, то что веками удерживало монстров под землей. Человек молчал и эта тишина, прерываемая лишь воем ветра с поверхности угнетала Азгора. Да что можно было сказать сейчас? Никакие слова не изменят неизбежного.        Войдя в арку король увидел сияющую белую стену. Наблюдая как она переливается, Азгор проклинал всё — человечество, судьбу, души и саму эту ненавистную стену. Человек по прежнему молчал. «Я даже не спросил его имени. Впрочем, если он не желает представляться, это его право,» — подумал король, обернувшись к незнакомцу. — Человек… мне было приятно познакомиться с тобой. Прощай. Обещаю, что тебя запомнят как героя всего народа монстров. — обратился с прощальной речью к человеку Азгор. Ему было действительно жаль его, но ничего нельзя сделать. Таков был их выбор. Они оба понимали это. — Знаете, Ваше Величество… даже не будь я ранен, я бы не стал с вами сражаться. Хотя наверное стоило бы. Я заслуживаю чтобы вы запомнили меня не как героя, а как врага. — произнёс человек.        Азгор был очень удивлён его словами, он не понимал почему он так говорит. — Что? Почему это? — спросил король, не решаясь нанести последний удар. Не только любопытство вело его, но и желание оттянуть смерть человека насколько это возможно. Он не хотел его убивать, но не мог пойти против долга. — Потому что я убийца, Ваше Величество. Жестокий и беспощадный убийца. Я… предал и убил вашу жену. — ответ незнакомца был для короля ударом. «Как? Тори… нет… не может быть… " — мысли метались в разуме Азгора. Он снова ошибся и снова заплатил самым дорогим за свою ошибку. — Т-тори… почему ты сотворил это? Что она тебе сделала?! — в короле проснулся давно забытый гнев. Сначала он жалел этого человека, но теперь начинал ненавидеть. Но… почему он признался ему? В этом не было для него никакой выгоды. Приглушив ярость, Азгор ждал. Человеку было некуда бежать, и убить его он всегда успеет. — Просто потому что мог. Она не ожидала от меня подлости, поэтому лишить её жизни было легко. Я вонзил ей нож в спину и продолжал наносить удары, слушая её крики и наслаждаясь её страданиями. Я упивался своей властью и её болью. — спокойным голосом отвечал человек. Король хотел уже кинуться на него, пригвоздить трезубцем к стене и удавить его же собственными кишками.        Но сдерживался. Его заинтересовало почему незнакомец всё это говорил. Признаться в подобном в лицо Азгору можно было или от невероятной наглости или от невероятной глупости. — Но после, когда она уже обратилась в пыль и её душа рассеялась передо мной, я увидев её кровь на своих руках, обезумел. Понял, что сотворил, предав и убив ту, которая спасла мне жизнь. Я чудовище… мне нет прощения за содеянное, я не могу больше жить с этим… — продолжая говорить, человек рухнул на колени. Он плакал, но королю не было жаль его. Убийца его жены не заслуживал жалости. — Убей меня. Я больше не могу вынести тяжесть моего греха. И не хочу снова видеть чужую кровь на своих руках. Уничтожь чудовище, чтобы оно более никому не причинило вреда. — человек замолк покорно ожидая своей участи.        Азгор молчал, прожигая убийцу ненавидящим взглядом. «Похоже именно это и сподвигло его желать смерти,» — подумал он. Но в этот момент, он вспомнил лицо королевы, когда убил ребенка, ставшего первой из семи душ. Она также смотрела на него полным ненависти и презрения взглядом. Тоже видела в нём безжалостное чудовище. В этот момент ненависть короля приугасла. Ведь он тоже убийца, тоже предательски убил человека, не желавшего ему зла. Может произошедшее с его женой было наказанием ему за содеянное?        Теперь Азгору действительно было нечего терять. Он не мог простить преступника перед ним, но понять его он мог. И видя искренне его раскаяние понимал что в итоге общего у них оказалось больше, чем он предлагал. Именно сотворённый грех привёл его сюда, чувство вины не позволило ему причинить вред кому-то ещё. «Что же… я дам ему искупления, которого он так жаждет,» — подумал король и в его руке возник трезубец из пламени. Человек улыбнулся всё той же доброй улыбкой, осознавая что сейчас произойдёт. Возможно, он и никогда не был плохим. А может и был. Азгору теперь уже всё равно.        Трезубец пронзает человека насквозь. Он смотрит в глаза короля и продолжает улыбаться. Этот парень счастлив, он наконец смог искупить свой грех и обрести покой. Покой, которого так жаждал убивший его король. — Alles… für… die Königin… — на последнем издыхании произносит человек и умирает с улыбкой. Азгор вынимает трезубец из тела врага, глядя на мертвого человека. Может быть он действительно заслуживает остаться в его памяти врагом, но король сделает его героем. Своей смертью он это также заслужил. А вот королю так легко свой грех уже не искупить. Он должен освободить свой народ и защитить его. Более никто не умрёт. Он не позволит этому случиться. И может когда-нибудь, он так же заслужит себе покой. И их разлучённая судьбой семья наконец сможет воссоединиться.