Маленькая Вселенная моих работ.

– Шерлок, к тебе посетители, – Миссис Хадсон, неслышно войдя в комнату, боязливо оглянулась на темнеющий дверной проём, за которым раздавались незнакомые приглушённые голоса, – очень солидные, я бы даже сказала, упитанные. – Физическое превосходство – это ещё не признак материального благосостояния, – ворчливо отозвался застывший возле камина детектив. Он, не отрывая взгляда от черепа, посеревшего благодаря неисчезающей, неизменной в этой комнате пыли, тяжело вздохнул. Скука. Катастрофическая, чрезвычайная, давящая на мозг чем-то невыносимо липким и плотным. Ни одного громкого дела – весь мир благоразумно заснул, убаюканный золотистыми лучами весеннего солнца, которое внезапно, спустя солидное опоздание и целые недели гроз и дождей, наконец, соизволило показаться Лондону во всей своей красе. – Они ждут, Шерлок! – расширив глаза, укоризненно зашептала Миссис Хадсон. – Они очень настойчивые. Мне кажется, их стоит принять. И потом: они ведь вооружены. – Вооружены? – Холмс резко развернулся: так резко, что подол его халата, накинутого поверх элегантного и весьма удобного костюма, с шуршанием скользнул по стенке камина. Впервые за этот месяц на лице мужчины отразились хоть какие-то отблески эмоций: интерес, разбавленный удивлением и даже азартом. – Вы уверены? – Разумеется, ведь это благодаря вам с Джоном я научилась отличать настоящее оружие от зажигалок! – возмутилась женщина. Детектив, сложив руки домиком, задумчиво прошествовал к окну. Улица переливалась серебристым металлическим блеском после прошедшего дождя. На дорогах маячили круглые лужицы, с каждым часом неумолимо уменьшающиеся в размерах из-за безжалостных лучей солнца. – Шерлок? – Миссис Хадсон в очередной раз оглянулась. На лестнице послышались шаги: посетители и правда оказались настойчивыми. И слегка нетерпеливыми. – Что ж… – сцепив руки в замок за спиной, Холмс пружинисто качнулся с пятки на носок. – Шерлок! – уже слегка истерично позвала домохозяйка. Шаги стали совершенно отчётливы: топот ног и скрипы досок звучали слажено и дерзко. Детектив страдальчески закатил глаза. Ему, видимо, не оставляли выбора. – Я приму их. – Ты мог бы сказать это чуть раньше, – тут же успокоилась Миссис Хадсон. Встав рядом с дверью, она тихо замерла, практически растворяясь на фоне бледной стены. – Я бы могла заставить их снять ботинки и надеть тапки… Теперь уже поздно. В следующую секунду в комнату вошли двое мужчин в безупречно сидящих дорогих костюмах: их можно было бы принять за людей Майкрофта, – только он неукоснительно соблюдал столь явную вычурность в одежде, чего требовал и от своего персонала, – если бы не пистолеты в руках посетителей, которые были недвусмысленно направлены на Холмса. Шерлок медленно развернулся к посетителям лицом, оставляя за блестящим стеклом ленивый, умиротворённый пейзаж города. Грянул взрыв, мгновенно заглушивший и лай собаки, бегущей рядом с хозяйкой по улице, и визг покрышек довольно неопрятного автомобиля. Казалось, в самом центре дома 221В разорвалось само ядро планеты. Холмс успел вскрикнуть, но не успел среагировать. Выстрел угодил прямо в плечо.

◊ ◊ ◊

Очнулся Шерлок в каком-то тёмном помещении. Небольших размеров комната имела лишь одно окно, которое пропускало сквозь запылённое и покрытое разводами стекло неясный лунный свет, падающий на пол искажённым прямоугольником. Сумрак, что окутывал это место, болезненно давил на глаза и виски, въедался в слабое тело с какой-то животной ожесточённостью. Пахло побелкой, дымом и сырыми дровами. Холмс, сдавив виски ладонями, резко сел на постели, которая составляла весь интерьер комнаты. Стараясь совладать с дрожью во всём теле, мужчина попытался встать на ноги. Бережно подложенное кем-то заштопанное покрывало ревниво обвило его лодыжки, не давая детективу возможности подняться. – Лучше приляг. Организму нужно время, чтобы совладать со столь большой дозой снотворного. От дальней стены отделилась тень, бесшумно направившаяся к Шерлоку. – Ты ведь уже понял, что пистолет был заряжен далеко не пулями? Я надеюсь, что ты отойдёшь от такого сюрприза чуточку быстрее, чем остальные люди. Тебе не впервой, верно? Говоривший вышел на скудный лунный свет. Засунув руки в карманы, он насмешливо уставился на ошарашенного детектива. Чёрные глаза его были похожи на осколки забытой и покинутой всем живым планетой – в их пульсирующих зрачках отражалась вековая пропасть. Луна осторожно серебрила его волосы и касалась сиянием скул, которые особенно резко выделялись на слегка заострённом лице. Красивая фигура с истинно мужскими плечами и крепким торсом, неукоснительно стройная и гибкая в полумраке походила на призрачный силуэт, кратковременную иллюзию. Шерлок вздрогнул: глаза похитителя были ему слишком знакомы. Их взгляд словно вызвал в сердце Холмса непроизвольную химическую реакцию, пустившую по венам холодный ток. – Что тебе нужно? Мориарти, не сдержавшись, усмехнулся. – Давай без этих глупых вопросов. Ты знаешь сам. – Исчезновение не пройдёт бесследно. – Только не вздумай объяснять мне столь простые истины. Ты же не думаешь, будто я упустил из виду такие важные детали? Змеиный шёпот, сорвавшийся с губ преступника, оглушил Холмса. Стало трудно дышать, будто вместе с этими словами брюнет набросил на его горло стальную проволоку. На секунду прикрыв глаза, Шерлок попытался сконцентрироваться. Думать – всё, что ему требовалось в данный момент. Однако мысли его, спугнутые жаром, что полыхал в груди и кончиках пальцев, неистово метались, ускользали, лавировали и надоедливо взвизгивали. Мориарти с прищуром наблюдал за детективом. И когда тот, раздражённо выдохнув, запустил руки в волосы, Джим с довольной ухмылкой склонил голову набок. Шерлок Холмс не может быть собой в его присутствии. Идеальная ловушка для того, кто постоянно и неизбежно ускользает. А Джим Мориарти не любит ждать. Джим Мориарти добивается своего любой ценой. Он знает, что произойдёт сегодня. Ровно как и Шерлок. – Завтра тебя обнаружат. – А мне нужна только ночь, – прошептал Джим, медленно подходя к кровати Холмса. Теперь в его глазах плескалось безумие: оно лилось из глубины его трепыхающихся зрачков, топя искры насмешки и азарта своей неумолимой волной. – Одна ночь. – Устроить видимость похищения ради одной ночи? – голос Шерлока охрип, когда Мориарти, застыв перед ним, положил ладонь ему на грудь. – Довольно оригинально, верно? – Глупо. – О, не лги себе! – Джим с силой толкнул Холмса: тот упал на спину, глядя на похитителя снизу вверх – распластанная, опьянённая страхом и волнением жертва. Брюнет усмехнулся. – Ты в восторге. – Ты… плохо меня знаешь. Мориарти, резко втянув носом воздух, схватил детектива за шею, не давая тому возможности ни привстать, ни отвести взгляд. Напряжение стало физически ощутимым: оно постукивало крохотными молоточками по коже. – Я прекрасно тебя знаю. Мне хватило времени, чтобы тебя изучить. Ведь ты этого ждал. – Ошибаешься. – Ошибки из нас двоих совершаешь только ты, непобедимый и довольно жалкий Шерлок Холмс. Как забавно наблюдать за тобой, зная все твои желания и страхи. Преступник, склонившись над детективом, медленно сел на кровати. Ему понадобилась секунда, чтобы подмять не сопротивляющегося Холмса под себя. Схватив Шерлока за запястья, Мориарти резким движением завёл их за голову оцепеневшего гения. – Ты не можешь… – еле слышно, срывающимся на хрип голосом прошептал Холмс. – А ты не сопротивляешься. Джим, наклонившись к самому лицу Шерлока, вгляделся в его серо-голубые глаза: они соглашались. Рука похитителя сначала медленно, осторожно двинулась вниз: по скулам, шее и ключицам детектива. Чуть задержавшись на его тяжело вздымающейся груди, поиграв с пуговицами идеально выглаженной рубашки, ладонь преступника заскользила по твёрдому, рельефному животу. Достигнув бёдер, она резко легла на область паха. Чувствуя напряжение и твёрдость под своими пальцами, Мориарти сквозь зубы зашипел. Когда рука похитителя принялась нетерпеливо разрывать застёжки кожаного ремня, Шерлок задрожал. – Ты ждал этого? – Джим, расстегнув молнию чёрных брюк детектива, дотронулся пальцем до вздувшейся вены внизу его живота. – Отвечай! Холмс молчал. Закрыв глаза, он плотно сжал челюсти, но когда Мориарти, чертыхнувшись, надавил ладонью на его член, Шерлок не смог сдержать стона. Брюнет удовлетворённо улыбнулся. – Твои стоны – самые лучшие признания. – Ты не сделаешь этого… Джим, распрямившись и не отводя взгляда от бледного лица детектива, начал снимать с себя рубашку. Когда ненужная ткань полетела вниз, на грязный пол, Мориарти резко подался вперёд: схватив Шерлока за волосы, он впился в его губы вожделенным поцелуем. – Ты же хотел этого? – лаская дыханием вену на шее Холмса, прошептал Джим. – Признай. Ты ждал меня. – Этого не должно быть… – Но это уже есть, – облизав налившиеся кровью губы, Мориарти сжал ладонями бёдра Шерлока, оставляя на коже красные, болезненно синеющие отпечатки. Холмс, чувствуя удары своего сердца где-то в горле, прикрыл глаза. Собственное прерывистое дыхание казалось ему невыносимо громким. Джим опускался ниже. – Это уже есть. Смирись, Шерлок. Холмс глухо застонал, выгибаясь в спине, когда губы Мориарти обхватили головку его члена. Кажется, он вновь проиграл себя своим желаниям.