Доктор

      Возвращение в Японию прошло как-то буднично, просто в один момент исчезли Шимон, Энма поклялся выполнять все предписания, а Адельхейд, без каких-либо сомнений, сказала, что проследит за этим. Потом были краткие сборы, и вот они вместе с Мукуро в Японии.       Наги осталась в Италии, для помощи Рокурото, впрочем, Рокудо пообещал тренировать её на расстоянии. Тсунаеши быстро умотала в Академию, тренировать малолетних азиатов. Остальные разбрелись по своим домам, и никто даже не догадывался, что одновременно с ними в Японию вернулся Иемицу Савада, Внешний Советник Вонголы, с половинками колец.       А дальше все было как и до инцидента. Тсунаеши занималась с Хибари, Хаято взял на себя Рехея, а Такеши уговорил своего отца. Периодически к ним приходило Десятое поколение. Иногда Киоко приходила к Кисе и Кену за консультацией, но её натаскивал Реборн и Шамал, под чутким надзором Бьянки. Два раза в неделю Тсуна ездила в Академию, преподавала. И всё было очень даже радужно.       Пока Верде не позвонил и не проинформировал Еши о странном интересе Реборна к её скромной персоне. В его голосе отчего-то звучало раздражение. Тогда же Мукуро рассказал о странном преследователе в черной шляпе с желтой лентой.       Спустя некоторое время после того разговора, Тсунаеши заметила киллера неподалеку когда возвращалась в компании Мукуро с операции в Токио. И решила прояснить ситуацию.       — И чего вы добиваетесь, синьор Реборн?       — Молодая красивая девушка бродит одна в темный вечер. Как джентльмен я не могу не проводить вас.       — Девушка идет не одна, ку-фу-фу.       — Не стоит.       — Вы меня боитесь?       — Отнюдь.       — Тогда почему?       — Когда молодую красивую девушку темным вечером сопровождает не жених и не член семьи, это может испортить её репутацию, — скопировав интонации Реборна, произнесла шатенка, лукаво усмехнувшись.       — О, поверьте, этого не было в моих мыслях! Прошу прощения. У кого мне просить вашей руки? — Немного шутливо и чуть серьёзно.       — Я еще не дала согласия, даже на ваши ухаживания. — Последний вопрос был опасен, а еще, она понимала, просто уйти от ответа нельзя, в его голосе была та самая капля уверенности, что давала возможность на реализацию одного из вариантов будущего, самого ей симпатичного. — А теперь извините, мне пора.       Девушка кивнула и ушла вниз по улице, делая вид, что не замечает взгляда черных глаз.

***

      — Итак, собрание объявляется открытым!       Иллюзии фанфар издали очень правдоподобный звук и японцы немного подскочили.       — И зачем мы здесь собрались? — Без привычного «травоядное» спросил Кея, оглядывая помещение. Здесь не было только Тсунаеши.       — Реборн подкатывает к нашей, — выделив голосом это слово и куфуфукнув, произнес Мукуро, — принцессе!       — Брат Кирито?       — Аркобалено?       — Да.       — Наши действия?       — А надо ли вообще что-либо делать, это же её личная жизнь.       — А еще ей всего четырнадцать лет, из которых восемь прошли в лаборатории и лишь последние четыре года она свободна! А сейчас о ней узнал её папаша, и нет никакой гарантии, что её не выдадут за этого же аркобалено для укрепления связей!       — Мукуро, успокойся, — резко, жестко и очень непривычно произнес Кисе.       — Лаборатории? — Вычленив самое главное, переспросил Кея.       — Вы не говорили?       — Не самая приятная тема, не находишь? — Хаято тоже не стоял в стороне. — Да и Тсу…       — Что с ней?       — Она мыслит иначе. Пусть это и не заметно.       — Значит, в возрасте двух лет её похитили, восемь лет её держали как лабораторную крысу, потом вы сбежали, так? — Не дождавшись ответа, вновь привлек внимание к интересующему его вопросу Хибари.       — Быстро соображаешь! — Театрально похлопал Хаято.       — Реборн опасен для неё? — Ямамото, без привычной веселости, серьёзно посмотрел на тройку мафиози.       — Так сразу и не скажу…       — Сам по себе нет, — прервал Эспозито Гокудера. — А вот если увидят его интерес к ней, то на нашу Семью обрушится часть мощи Альянса. В лучшем случае станем союзниками, в худшем нами будут шантажировать.       — Что мы можем сделать?       — ЭКСТРЕМАЛЬНО отшить Реборна!       — Как, мы всего лишь кучка подростков.       — Вария. Араки. Шимон, — резко, решительно отчеканил Гокудера внимательно смотря на что-то в своем блокноте.       — А они-то что сделают? — Детский, немного раздраженный голос стал для японцев шоком. Про Ламбо забыли все. — Тогда уж лучше Бьякуран.       — И его, ку-фу-фу, найдем.       — Значит так. Вы — тренируетесь до потери пульса. Одновременно с этим Хибари — контролируешь, насколько это возможно прибытие мафиози в город. Ямамото, Рехей будете запасными. Ламбо, Мукуро на вас безопасность Еши. Кисе — на тебе дом. А я проедусь по миру.       — Логично. Вот только, как мы всё объясним Тсунаеши?       — Словами, Такеши, словами.

***

      Когда Инганноморте покидала территорию Академии её окликнули. Со стороны входа к ней бежал молодой человек, один из секретарей при ректорате.       — Инганноморте-сан, подождите!       — Слушаю, Санада-сан, что-то случилось?       — Нет, что вы! Просто ректор забыл передать вам это, — небольшой сверток сместил свое пристанище на тонкие аристократичные руки молодой девушки. — Вы ведь к нам в последний раз пришли, да?       — Не бывает последнего раза, молодой человек, пока мы живы, но так да, я более здесь не нужна.       — Ясно. Спасибо, Тсунаеши-сан!       Девушка спокойно развернулась и пошла дальше, подняв руку в прощальном жесте. Через несколько минут девушка уже исчезла из виду, воспользовавшись силой Тумана Аркобалено.       В этом маленьком японском городе было несколько магазинчиков, в которые Тсунаеши заходила, когда приезжала сюда.       Это крохотная кондитерская в переплетении улиц, здесь никогда не было много покупателей, но была замечательная выпечка. Это обычное кафе, где готовили великолепную пасту и пиццу, то что никак не выходило у самой Инганноморте, сколько бы она не пыталась. И не большой продуктовый магазин на окраине города, что держала овдовевшая женщина, как это не было странно, но здесь можно было найти много интересного, если знать, что искать. Например, свежие маракуйя по вполне приемлемой цене или редкие специи, которые хорошо подходят к столь любимому ею яблочному морсу.       Потому сейчас Тсунаеши стояла внутри магазина и спокойно беседовала с продавщицей, рассуждая о новых поступлениях и рецептах. Оплатив покупки и попрощавшись, девушка спокойно покинула гостеприимный магазинчик, краем сознания отмечая отсутствие Мукуро в зоне ближнего доступа. Видимо уже оправился, или просто хорошо себя контролирует.       Идя домой по вечерним улицам, рассуждая обо всём и в тоже время ни о чем, молодая Донна Инганнаморте никак не рассчитывала столкнуться с Внешним Советником Вонголы, своим биологическим отцом, Савадой Иемицу. Он сидел на лавочке, раскинув руки в стороны и полуприкрыв глаза, расслабленный и такой чужой.       Немного сбившись с шага, больше Тсунаеши никак не продемонстрировала свое удивление, робость, грусть, ярость, спокойствие и многие другие эмоции, что обуревали её. Не так она себе представляла их встречу. Впрочем, она её вообще никак не представляла, даже когда познакомилась с братом, про родителей она старалась не думать.       — Привет, — смотря на подошедшую девушку, спокойно проговорил Иемицу, пододвигаясь и убирая руки.       — Ну здравствуй, — ответила, присаживаясь Тсунаеши, заправляя локон за уши и так же спокойно начала наблюдать за тем как последние лучи солнца стираются с неба, пропадают в тенях бесчисленных улиц.       — Что делать будем? — Как только на небе стали видны звезды тихо спросил Савада. Почему-то эта девушка, несмотря на свой возраст, казалась ему ровесницей. Может из-за испытаний, свалившихся ей на голову, может из-за дара, что пробудился в чуть большей степени, нежели ожидалось, а может из-за взгляда, скрытым за чуть затемненными стеклами.       — А какие есть варианты? — Ехидно, немного весело и чуть потягиваясь, спросила Инганноморте, смотря глаза в глаза, но не снимая очки.       — Тц, сама ведь знаешь! — Раздраженно, но так же весело, как со старой знакомой, отзеркаливая легкую улыбку воскликнул мужчина.       Весело приподняв бровь, девушка спокойно кивнула, а потом заметила:       — Знаю, потому предлагаю оставить всё как есть.       — Как-то так я и думал, — вновь переведя взгляд на небо, незадачливый отец тихо выдохнул и попросил. — Можешь принять свой истинный облик, тут никого нет.       Девушка на это лишь откинула голову, прикрыла глаза, а потом на лавочке сидела уже другая девушка.       Темно-русые волосы до лопаток, заплетенные в две свободные косы, обрамляли аккуратное лицо с широко открытыми глазами цвета жженой карамели и легкой лукавой улыбкой на чуть розоватых губах. Уже сейчас, в неполные пятнадцать лет, она может покорять мужские умы.       Не вовремя проснувшийся отцовский инстинкт шепчет что-то о том, что женихи будут проходить самую суровую проверку. И никаких мафиози, фанатиков, сумасшедших! Только умный, красивый, любящий её до одури обычный гражданский, обязательно с черным поясом по боевому искусству и умеющий стрелять из любого оружия, но не военный!       О том, что такого человека скорее всего не существует, Иемицу как-то не особенно задумывался, равно как и о том что это их первая личная встреча. Он — отец! И точка.       Устав сидеть на холодной лавочке, да и почувствовав скорое приближение Мукуро, Тсунаеши попрощалась с отцом и пошла дальше, вновь приняв привычный облик семнадцатилетнего гения.       Проводив дочь долгим взглядом Иемицу тяжело выдохнул. Такая как она не станет подчиняться или идти на поводу, его дочь перегрызет любой поводок, что будет пытаться ограничить её свободу. А значит, действительно, придется оставить всё как есть.       Пусть Вария прикрывает её, Кирито не оставит её в одиночестве, да и остальные члены Альянса уже прониклись к ней уважением. Он слышал слухи, что гуляли по их «клубу». Молодая, самостоятельная Семья из одних гениев, под опекой бывшего аркобалено Грозы. Да и вообще, все бывшие аркобалено как-то по особенному относились к этой Семье. Что давало им небольшой иммунитет. А если что-то пойдет не так, то и он может помочь.       Ощущая на своей спине взгляд отца, Тсунаеши чувствовала головокружительную радость от того, что целая ветка событий растворяется в небытие. Теперь осталось отстоять свою независимость у Альянса Вигано и доказать прочим что они способны жить не прогибаясь и они будут свободны!       Насколько это возможно, конечно. Впрочем, всё это будет только через месяц. А сейчас, пора вернуться домой, пока её Хранители не разобрали его на камушки или не придумали способ для уничтожения мира. Они могут.

***

      Кирито и его хранители стояли напротив старшего офицерского состава Варии и явно не испытывали никаких сомнений в том, что будет веселая заварушка. Занзас смотрел на детей как на мусор, а остальные как на сумасшедших. Один Реборн прятал схожие смешинки под полами верной шляпы.       Пока Червелло зачитывали правила, всё было нормально, а вот потом, когда дошли до судий, стало понятно, что это будет не совсем обычный конфликт колец. Потому что судить в случае спорных ситуаций будет Хранительница Равновесия.       После этой фразы наступила тишина. Впрочем, прервавшаяся пофигистичной фразой Занзаса о том, что они правила нарушать не собирались.       На том и разошлись.       Тсунаеши, стоящая под иллюзией Мукуро так чтобы все слышать, кивнула Червелло и ушла.       Тренировочная неделя перед поединками была забита рутиной, операциями и встречами с разными людьми.       А потом начался Конфликт Колец.       Бой Солнц прошел без нареканий, за исключением того, что против убийцы выставили будущего врача. Но Киоко показала себя достойно, сумев разрезать противнику сухожилия и крайне деликатно вырубить с удара в пах, однако сохранить кольцо это не помогло. Выиграл Луссурия.       Бой Гроз тоже был спокойным. Леви-А-Тан продемонстрировал не убиваемые зонтики, цепочки и причину вечно стоящих дыбом волос, а Герра просто отвлек внимание и, используя его атаки как прикрытие, сорвал кольцо с шеи. Пострадал только Гроза Варии.       Бой Ураганов должен был быть наиболее захватывающим. Но, не получилось. Рэй Табана прекрасно понимал, что против профессионального убийцы, он практически ничего не стоит, а потому действовал хитростью. Сначала убегал, проводя странные контратаки, а потом, когда до взрыва остались считанные секунды, двумя выстрелами прошиб запястья киллера и одним быстрым движением сорвал кольца. Обоим Хранителям потребовалась госпитализация. Счет был два-один в пользу Савады.       Бой Дождя был мокрым. Яо, в отличие от Скуало использующий многочисленные стилеты, пистолеты и прочее оружие дальнего боя, не стремился подходить к нему близко. Но сокрытый водой пол заставлял ноги скользить, да и Супербия слишком привык противостоять именно таким противникам. Вот и получилось, что победа осталась за Варией.       Бой Туманов был фееричным и окончился поражением Жугдэрдэмидийна, однако он смог достать Мармона и тот был тоже изрядно потрепанным.       Бой Облака был отчасти решающим. Если Алехандро сможет сровнять счет, то исход конфликта будет зависеть только от боя Небес, а вот если нет, то тогда в следующем туре им всем придется попотеть. Однако он справился. Гола Моска был повержен за несчастные тринадцать секунд одним выстрелом.       Бой Небес проходил на равных условиях. У обоих было только личное оружие, навыки и группа поддержки на трибунах. Отсутствие нарушений с обеих сторон позволило избавить уставших Хранителей от последнего сражения под угрозой смерти. Кирито выложился на полную и смог таки прижать Занзаса буквально вырвав у того победу, сыграв на страхе перед Колыбелью.       После этого всё вновь вернулось на свои круги. Спокойные тренировки, тихие вечера с Хранителями. Однако где-то в душе закручивалась тоска по тому выматывающему образу жизни. И почувствовав толчок интуиции, Тсунаеши однажды исчезла, оставив лишь записку и ряд указаний. Благо это были её последние часы в Японии.