Треск

Сдавшийся самовольно. Заледеневший в заснежье. «Обнищал, поседел. Жизнь свою зря прожил…». Капрал подкидывает в огонь поленья. Слушает их бесконечный треск. «…и вот теперь, умирая, разговаривает с мёртвым мной!». Мужчина надевает сапоги и верхнюю одежду, стремясь убежать. Морозный штиль поглощает звучный скрип двери. Капрал щурится в кислотно-белое небо. Солнце в его бесконечном сне матово-чёрное, окаймлённое серым сиянием, не греет, затемняёт и вообще — не нужное. «Ты сдался». Военная выправка не позволяет ему думать в этом направлении. Дно воздуха*. Он опустился на самое дно, а кислород всегда внизу, он тяжелый, его очень хочется ПОДЖЕЧЬ! Рой мотает головой. Это не его мысли, что с ним происходит. Его солнце не светит, но глазу больно смотреть. В бликах на зеркальных небесах алхимические круги. Хватит, Рой. Поджечь. Кислород. Поленья. Треск. Круги. ТРЕСК! Солнце слепит. Мустанг несколько раз моргает. Сложно всматриваться в снежные дали, когда так ярко светит солнце… На горизонте маячит что-то красное, остатки ума подсказывают: Альфонс. — Полковник! — Капрал, — прикрывая глаза, бесцветно поправляет Рой. Младший Элрик приветливо улыбается. — Сколько Вы здесь уже стоите? Давайте зайдём внутрь. Мустанг мотает головой. — Давай поговорим здесь. На лице Альфонса стынет удивление. — Что же, ну… — ореховые глаза блуждают по сугробам. — Вы обдумали моё предложение? — Какое из? — сухо спрашивает. Элрик кутается в тёплый красный плащ, зарываясь в него носом. — Пожалуйста, давайте зайдём внутрь. Поколебавшись, Рой уступает. Память Альфонса вернулась внезапно — тот проснулся одним днём и осознал, что помнит. Поездка в Бриггс не заставила себя ждать. — Вы вернё… — Нет. — Но почему?! — Я не буду больше использовать алхимию. Ониксовый мех на капюшоне, как лепестки подсолнуха круг семечкового ядра. Лицо младшего Элрика, который уткнулся взглядом в пол, напоминает фарфоровую аккуратную куклу. Забыл, какого это — использовать мимику? Мальчик-доспехи. И рыжий свет, излучаемый огнём, сеется в пространстве комнаты. — Вы верите мне? — сжимает кулаки Альфонс, в глазах его — твердь. — Хотел бы верить. Но у тебя нет никаких доказательств. — Возвращение моей памяти — лучшее доказательство! — Это слишком непостижимо, чтобы мы могли говорить о чём-то конкретном. — Это самое настоящее доказательство! Мы должны найти его! Рой кривится. Слышит хриплый голос в голове, говорящий: «Найди меня». Трескает дерево в огне, и Мустанг подскакивает. — Тебе пора. — Но, полковник!.. — Капрал. — Вы не можете… «Помоги Алу. Будь рядом с ним». Чувства взрываются в полумёртвой душе и требуют выхода. — Я здесь, — твердь во взгляде, движениях, голосе, — неопытный мальчишка, Альфонс Элрик, нуждаюсь в Вашей помощи, — взывает фигура в красном плаще; пространство кривится круг ореховых глаз, — …помогите же мне и себе! «…нет меня здесь и сейчас, значит я там и тогда…». Треск. Рой хватает свой нож и выскакивает на улицу. — Полковник? Режет на тылу ладони, прямо по коже, полумёртвый алхимический круг. Щёлкает пальцами, смотря на выступившую кровь с неверием. И высекает долгожданную искру. Треск! Что чувствуешь, Рой, смотря сейчас в ореховые глаза мальчишки? Не возомни себя Прометеем. …снежными хлопьями кружит в воздухе пепел… Не подавай ложных надежд. …пожар оборачивает всё в угли… Ты не всемогущ. Не дай мальчишке подумать обратное. …кровь, алая, красная, ощутимо циркулирует по телу… Но ты, поддавшись силе, что смог вернуть, говоришь: — Я тебе верю. Мы найдём его. Поддавшись молитве из иного мира, что наконец достигла адресата.