Когда начинаем?

— У меня есть план. — Локи, сейчас не время. Тор поудобнее перехватил молот, но его грозный вид ничуть не отпугнул окруживших их врагов. Повинуясь безмолвному приказу владычицы Хельхейма, мертвецы обнажили полураскрошившиеся зубы, и по рядам бесчисленного войска восставших прокатился единый злобный рык. — Хороший план, — уточнил Локи, придерживая Фригг за талию. Царица, едва сбросившая оковы смерти, тяжело привалилась к его груди. — Уверен? Напомни-ка мне, чьей идеей было подсунуть Хель поддельный Каскет? — сцепив зубы, Тор замахнулся и послал Мьёльнир в самую гущу армии мертвых. Громовержец победно ухмыльнулся, но торжество его было недолгим: едва образовавшийся просвет сразу сомкнулся, а на место попадавших тел встали новые слуги Хель. — А то б мы, конечно, ушли с миром, — съязвил Локи. — Асгард разрушен, асы сломлены и рассеяны по Девяти мирам, а ты умудряешься оставаться всё таким же наивным. Просто блестящая способность. — Чем языком трепать, помог бы, братец, — вовремя увернувшись от зазубренного лезвия, Тор обрушил молот на мертвеца, сумевшего подобраться так близко. — Им конца нет. Я не давлю, но, может, пора воспользоваться Каскетом? От него есть польза? — Больше, чем ты можешь представить, братец. И я предпочитаю приберечь его до того момента, когда он действительно будет полезен. — То есть сейчас момент недостаточно подходящий? Не обращая внимания на ворчание Тора, Локи помог Фригг присесть на ребристый уступ скальной породы; прикоснувшись к её щеке, он с тревогой вгляделся в лицо царицы. — Как ты себя чувствуешь? — Чувствую себя ужасной матерью, — Фригг слабо прикрыла глаза, накрывая его руку своей, — которая подвергла собственных детей смертельной опасности. — Всё в порядке, — заботливо заверил её Локи. — Ты ни в чём не виновата, подвергать нас опасностям — это любимое занятие Тора, — последние слова он, повернувшись к Громовержцу, произнес с неприкрытым сарказмом. — Ведь все знают, что самый лучший выход из сложной ситуации, проломить кому-нибудь голову Мьёльниром. И главное, всегда помогает. — Локи, еще хоть слово… — процедил Тор, сосредоточенно вдалбливая драугров в жесткую землю Хельхейма. — Я немного занят, если ты не заметил. — Какие-то проблемы? — удивился Локи. — Теперь-то всего лишь нужно размахивать молотом, совсем не сложно для тебя. — Сейчас бы с удовольствием по тебе ударил. Намекаю еще раз: помочь нет желания? Локи наградил Тора торжествующим взглядом, но всё-таки достал пару кинжалов и встал плечом к плечу с братом. — И осквернить твой взор своими жалкими фокусами? Как можно… Разве что, ты предложишь взамен что-нибудь достаточно ценное для меня. Потрескивающий искорками молний, молот врезался в самого высокого драугра, и тот, издав хриплый полувздох, повалился ничком. Все остальные мертвецы, лишенные предводителя, тут же приостановили шествие. На изуродованных гниением лицах отразилась растерянность. — Не устал торговаться? — тяжело выдохнул Тор. — Ты уже потребовал Мьёльнир. Что еще тебе нужно? — Каскет остается у меня, — быстро ответил Локи. — И это не обсуждается. Он — моё наследие, как твоё — трон Одина, на который, оцени моё великодушие, я больше не стану заявлять свои законные права. Но больше я не отдам ничего из того, что принадлежит мне по праву. — Заберешь его, чтобы — что? Чтобы потом не оставить от Асгарда и камня на камне? — Думаешь, будет хуже, чем сейчас? — весело отозвался Локи. Их перепалку прервал взволнованный голос Фригг. — Мальчики, не хочу вас отвлекать, но сейчас у нас есть проблемы посерьезнее. Они оба обратили взгляды к матери, которая, выпрямившись, держалась за стенку пещеры и с беспокойством смотрела куда-то за их спины. Тор и Локи одновременно обернулись. — Достойный противник для тебя, — заметил Локи после паузы. — Пожалуй, не будем вам мешать. Гигантский Волк, выбравшийся из соседнего тоннеля, доставал своим загривком до самых сводов пещеры. Даже Тор невольно сделал шаг назад. Спутавшаяся черная шерсть зверя темнела в подземном сумраке, а над раскрытой алой пастью злобными искрами сверкали зрачки. От монстра исходила какая-то подавляющая аура, от которой сердце у всех троих сжалось в страхе. Зверь раскатисто зарычал, обдавая их своим смрадным дыханием. — Так… что за план? — уже более примирительным тоном спросил Тор, раскручивая молот. — Уже неактуален, — Локи быстро загородил собой Фригг. Его взгляд лихорадочно забегал по пещере, словно трикстер пытался выискать какое-то решение. — Если бы только кое-кто был чуть проворнее, нам бы не пришлось… — Лучше думай, а не болтай. — Может, это станет новостью для тебя, но я владею искусством думать и говорить одновременно. Невероятно, правда? — не отрывая взгляда от Волка, Локи обратился к Фригг. — Возьми это, — он настойчиво протянул ей один из своих кинжалов. — И, пожалуйста, держись подальше от Тора — в прошлый раз это плохо кончилось. Будет неловко возвращаться сюда снова, кажется, свой лимит доверия мы уже исчерпали. — Времени мало! — предупреждающе рыкнул Тор, пятясь назад. Пущенный в Волка Мьёльнир лишь заставил его чуть качнуться на месте, но едва ли причинил какой-то вред — только еще больше разъярил зверя. — Локи! — Каскет, — Локи впился пальцами в плечо брата. — Просто скажи это. Скажи, что он принадлежит мне. Раздался грохот: они чудом успели прижаться к стене подземного хода, когда исполинская лапа, покрытая жгуче-темным мехом, опустилась в нескольких метрах от них. Безмозглые драугры, попавшие под раздачу, рассыпались грудой костей и доспехов. — Не думаю, что это худшее, что ты можешь пообещать ему, — осторожно заметила Фригг. — Тор, ведь он твой брат. — Твой брат, — эхом повторил Локи, искривив тонкие губы в усмешке. — Конечно. Подумай хорошенько. По-твоему, довериться мне — это хуже, чем погибнуть в пасти обезумевшего зверя? Лукавство, плескавшееся в глазах брата, отчетливо несло в себе какой-то скрытый намек. Тор зарычал от безысходности. Пространство снова задрожало, словно от землетрясения, и сверху беспорядочно посыпались камни. Тор закрыл собой Фригг и, дождавшись затишья, мягко подтолкнул её в тень узкой скалистой выемки. — Он не причинит нам вреда, — успела она сказать так, чтобы услышал только Тор. — Никогда не хотел причинить. Тор только кивнул, подумав про себя, сколько раз он считал так же. Может, он бы засомневался и сейчас, если бы Фригг не сжала так нежно его пальцы — словно через её любовь они с Локи на мгновение вернулись в прошлое. Снова стали детьми, разделившими совместные шалости. Он обернулся к брату. Тот ловко манипулировал иллюзиями, которые отвлекали внимание Волка; ужасно странно, но всё действительно выглядело так, будто он пытался о них позаботиться. — Да будет так, — выдавил из себя Тор. — Я согласен. — Скажи это, — прошипел Локи. Одна из иллюзий пошла рябью, и обманутый питомец Хель издал почти обиженный рёв. — Даешь ли ты мне клятву, как царь Асгарда, что Каскет является моим по праву? Тор раздул ноздри. — Даю, — наконец сказал он. — Как царь Асгарда, я возвращаю Каскет — артефакт Ётунхейма — тебе, Локи… — Тор помедлил. — Локи, сын Лафея. Каскет твой по праву рождения. Это было странное ощущение. Впервые признав происхождение Локи, Тор словно бы прочертил между ними линию: ничто уже не будет прежним. Когда трикстер обернулся к нему, привычная белизна его кожи сменилась глубокой синевой; темные узоры проступили на скулах и шее, теряясь за воротом доспехов. Тор не мог заставить себя не пялиться. Превращение было ошеломляющим: кроваво-алые белки, чернота чужих глаз — тёмная, пробуждающая воспоминания о тысячелетнем противостоянии между ётунами и асами. Тор сжал челюсти. Этот незнакомец перед ним был его врагом, его братом. И кем он станет для него в будущем? Локи рассмеялся, наблюдая за замешательством Тора. — Значит, всё правильно, — небрежным движением рук он материализовал ларец. — Наконец-то всё правильно. Драугры снова двинулись вперед. Иллюзии исчезли, и Волк обратил ищущий взгляд на свою добычу. С его загнутых клыков закапала слюна. Локи улыбался. — Мы — царь Ётунхейма. — Локи… — Мы являемся законным владельцем Каскета. — Что ты собираешься делать?.. Из всех концов пещеры к ним побежали морозные узоры. — Локи! Трикстер только сильнее сжал ручки ларца. Воздух вдруг стал по-зимнему морозным. Локи поднял артефакт повыше, закрыл глаза. «И мы начинаем».