Sweet dreams

Усталый, задумчивый взгляд светловолосого парня в джинсовой рубашке, совершенно непрезентабельной на фоне отглаженных и сшитых по индивидуальным меркам костюмов, скользил по разбросанным перед ним листам. С них на него смотрели улыбающиеся девушки: блондинки, брюнетки, рыжие, маленькие, высокие, худые и спортивные. Ничего нового и ничего интересного. Кунцит незаметно вздохнул, бросив взгляд на отца, что внимательно слушал доклад какого-то работяги из отдела связи с общественностью. С запальчивостью тот говорил о своих идеях традиционного календаря. Что изданию нужно что-то такое, что заставит людей улыбаться, поверить в чудо. Каждый год на протяжении уже многих лет ко дню Земли их семейное издание создает спец выпуск: журнал с ответами на вопросы читателей, с самыми злободневными темами, и дополняет все это огромный календарь на новый год. Мелованная бумага, множество ярких иллюстраций, интервью со знаменитостями со всего мира и все самое интересное за прошедший год в своеобразной статистике. Которую последние пару лет вместе с Жадеитом делал Кунцит. - Пообещать жителям Нового Токио, что объемы производства снизятся и дым рассеется? Что по утрам их будет будить не будильник, а солнце? – словно пробуя на вкус каждое слово, повторил глава издательства и стрельнул глазами в сторону отца Такито. Тот бесстрастно с должным вниманием слушал все предложения. - Да, - кивнул трудяга, смутившись. – Подарить надежду… - Что ж… - протянул глава издательства. – Мы подумаем над этой идеей. Когда слово взял очередной лидер инициативной группы, Такито вновь вернул свой взгляд к раскинутым фотографиям. На нем, как на будущем наследнике всего бизнеса, лежало новое ответственное задание – выбрать главную модель или модели для съемок календаря, идею которого они пока определить еще не могут. От отсутствия интереса к происходящему, Кунцит вновь и вновь перекладывал карточки, делая вид, что крайне заинтересован и что-то прикидывает. Но на самом деле никто из улыбающихся с фото девушек не могли заинтересовать парня. Все эти пустые лица и наигранные улыбки его совершенно не привлекали: и не было сомнений, что и простым читателям эти фальшивые счастье и радость набили оскомину. Ни одного свежего лица, ни новой модели, словно девочки расхотели быть фотомоделями. Кунцит тяжко вздохнул, вновь сложив карточки в стопку перед собой, и скрестил руки в замок. Во все предыдущие тридцать лет этим занимался его отец, и проблем с этим не было: вкусы владельца издательства были известны и просты. Темненькие и невысокие. Такие, какой была их с братом мать. - Давайте на миг представим, что еще не все пляжи в Новом Токио закрыты. Есть один, называемый Райским местом, - предложил новый соискатель награды за лучшую идею календаря. – Светит солнце, и люди с улиц города стекаются туда… Такито прикрыл глаза, пытаясь представить одну из картин мечтаний большинства жителей. Он и сам был бы не против понежится на песочке под солнечными лучами. После трудного рабочего дня идти по улицам Нового Токио, следуя за лучами солнца… Серые здания преображаются, лица людей наполняются небывалыми эмоциями и чувствами. Все вокруг светлеет и становится совершенно другим с появлением в Новом Токио солнца… Мысль проворной рекой тут же унеслась прочь от того, что рассказывалось для совета: он шел по улицам, среди серых людей и, подняв голову от грязных дорог, увидел солнце… Но не на небе, как было предложено рассказчиком, нет. Оно брело впереди, в толпе таких же, как он, прохожих… Неспешно, он двигался за ним, за своим солнцем, боясь обогнать и потерять из вида. Яркое желтое платье… длинные волосы цвета солнечных лучей, подхваченные сзади бантом, и стройная фигурка… Или нет: вся маленькая девочка была спрятана в большой мешковатый свитер, и кажется еще меньше и тоньше. Или укутана в яркий дождевик… Такито потряс головой, прогоняя наполнившие его голову воспоминания. Нет, определенно, сегодня ему не удастся поработать и подумать о журнале. Дата выхода специального издания все ближе, но сил и желания от этого парню не добавлялось. Его взгляд вновь обратился к фотографиям. Но лиц девушек он не видел, сколько бы не пытался всмотреться в фотокарточки. Эта странная девочка, школьница, не выходит из его головы. Почему она брела в каком-то сомнамбулистическом состоянии по улицам во время школьных занятий? Почему она не обратила внимания на приближающийся автомобиль, на крики людей? Почему она вообще не следила за сигналом светофора? И почему так огорчилась испачканному дождевику? Слишком много вопросов, на которые Такито не может получить ответы. Странное ощущение, что он ее знает, что где-то видел ранее, заставляло его мозг вновь и вновь возвращаться к ее солнечному лику, огромным голубым глазам и такому странному поведению. А этот аккуратный носик, чуть вздернутый, но такой милый… Кунцит заскрежетал зубами. Не хватало только ему, будущему главе издательства, выпускнику университета и сталкеру увлечься девчонкой, школьницей! Только этого не хватало, - пронеслось в его голове, расталкивая все другие мысли о девчонке в желтом дождевике. – У Энда все начиналось точно так же! И это была правда: поначалу Мамору в Рей интересовало только ее странное хобби, если можно так назвать. Школьница разговаривала с огнем, и часто пламя преподносило ей совершенно точные и верные ответы. На контрольные или лотереи. Как она это делала и откуда у нее такой талант – до сих пор загадка, а интерес Эндимиона быстро перерос в нечто большее, чем просто любопытство. Воспоминания о Рей на мгновение отбросили свежие кадры памяти сегодняшнего дня. В голове взметнулись из потайных уголков все короткие и случайные встречи с прогуливающимися Эндом с брюнеткой, его рассказы о ней и совместные, дружеские шпильки. Ему припомнилась самая последняя встреча с подругой Эндимиона, когда он приметил из окна своей машины длинноволосую красавицу на перекрестке. Конечно, юная мико была красива, но все же она оставалась ученицей первой средней школы Нового Токио, и ей даже не шестнадцать. …А после к Рей присоединилась ее подруга. С копной золотых волос, собранных бантом. Такито еле слышно простонал. Ошибиться он не мог: солнце, что утром чуть не погибло под колесами его авто – и есть та самая веселая хохотушка-подружка Рей. Только вот сегодня она не смеялась. Все те же вопросы вновь осиным роем зажужжали в его голове. И что делать в подобной ситуации, он не имел ни малейшего представления. Он мог бы обратиться за помощью к Нефриту. Их друг имел опыт в общении с противоположным полом разного возраста. Для Котэо это было сродни игре: он заводил огромное количество знакомств, словно стремясь в записной книжке своего смартфона отобразить номера если не всех жителей Нового Токио, то хотя бы всей женской половины. Впрочем, дальше знакомства заходило очень редко. Котэо крайне избирателен в том, с какими людьми общаться и проводить время. Ему не нужен был пустой треп, смазливое личико или желанное тело. Он был в поиске своего человека. Они вдвоем с Мамору были самыми нормальными среди друзей, если не считать маленьких увлечений звездами и цветами. Но кто в Новом Токио был без странностей?! - А какие мысли у вас, мистер Такито? Кунцит не сразу сообразил, что обратились к нему, с трудом возвращаясь к реальности. Брови помимо его воли сошлись на переносице, пока взглядом он оценивал обстановку. Все участники собрания сидели на своих местах, и больше не звучало ни одного дивного рассказа новой концепции для календаря. - Я думаю, - произнес блондин и откашлялся, прочищая горло. – Нам нужна какая-нибудь свежая идея. Что-нибудь приближенное к реальности. Присутствующие молчали, смотря на него. Ни на одном лице не отразилось удивления, и парень чуть расслабился. - Например? – поинтересовался его отец. Идей как таковых в голове Такито не было. Его сложно было назвать креативным, он был скорее гарантом спокойствия и не любил перемен. Вот если бы здесь был Цоизит, что частенько спасал его своей буйной фантазией… - Представьте привычные серые улицы Нового Токио. Спальный район. Дождь. Толпа пешеходов стоит у перехода через магистраль, дожидаясь зеленого сигнала. И вот он загорается, рассеивая серость. Толпа движется вперед, вы идете за ней, торопясь успеть перейти через воздушное шоссе. Как вдруг среди серых спин появляется девочка-солнце в ярком желтом дождевике…