Sweet dreams

Яркий свет, выдаваемый за естественный дневной, заливал оранжерею, не обделяя своим вниманием ни одно растеньице, ни одного посетителя. Тоши устало потер глаза, вновь сооружая из ладошки козырек. Здесь было слишком светло, слишком ярко для коренного жителя Нового Токио. Мамору покинул его уже минут двадцать назад, оставив сидеть в небольшом закутке со столиком, стулом и древним электрическим чайником, в котором он разогревает свою еду. В небольшой кружке из керамики с небольшими сколами дымился травяной чай: Мамору всегда носил с собой в оранжерею большой термос с ароматным напитком из выращенных своими руками растений. Ни для кого из друзей и знакомых брюнета не секрет, что, если бы не учеба и их совместные прогулки на пораженные земли, Мамору вряд ли бы удалось выманить из этого «райского уголка». Так он сам называл отведенную ему, как одному из подающих надежды студентов ботанического факультета, маленькую оранжерею. Здесь, среди пахучих кустов и кустиков, чахленьких стволов фруктовых деревец, выращиваемых для дипломной работы, под белым светом и стоя ногами на грунте, с легкостью терялась связь со временем и ситуацией вне. Было в этом маленьком мирке что-то такое, неуловимо прекрасное: рокот каких-то жучков, принесенных Эндимионом с пораженных земель, ароматы зелени и распустившихся бутонов, витавшие в воздухе, не теплый, но такой приятный всенаполняющий свет… Цоизит прикрыл глаза, откидываясь на спинку стула. Впереди, уже совсем скоро ему самому придется определиться с тем, чем заниматься дальше по жизни. И выбор этот будет далек от радостного: отделения в университете, где бы изучали музыку, древнюю, классическую и современную, давно уже не существовало. А, значит, рыжеволосый парень будет вынужден искать что-то другое, что придется ему по душе. Например, идти по стопам брата и ударится в точные науки. Проводить вечера и ночи за расчетами, за сведением данных в таблицы и выведением формул. Или податься в издательство Кунцита – он-то точно не откажет и возьмет его к себе на работу. Да и какой-никакой опыт у него уже есть: Тоши часто пропадает в летние каникулы у Такито, помогая разобраться с бумагами и звонками. Или поддаться неуловимому, воздушному желанию и заняться земледелием, как Эндимион. Хотя, конечно, у меня так не получится, - подумал парень, приоткрывая один глаз. – Здесь нужен дар. А у Мамору этот дар был: темноволосый парень, словно на каком-то космическом уровне, чувствовал природу, землю, растения, умел с ними говорить и понимать их потребности. Когда полить, когда укрыть от света, когда подкормить, а когда увеличить температуру. Все это было для Эндимиона на интуитивном уровне, словно он все прошлые жизни этим занимался. Только у него, ботаника-самоучки, в оранжереи распустились около двадцати видов разных цветов. Тюльпаны, нарциссы, лилии, астры, пионы, ромашки и еще много чего, красивого и удивительного, и все благодаря их прогулкам на землю Металлии. Он мог бы выращивать их на продажу, мог бы за счет них безбедно жить. Но Мамору часто давал своим друзьям, знакомым и сокурсникам прекрасные цветы просто так, лелея в душе мечту вырастить лишь один вид, один сорт, который никак не поддавался его власти. Они повстречали те дивные цветы в одну из первых вылазок за стены города. На одной из могил заросшего кладбища, через которое они пробирались, внимание парней привлекли яркие красные головки. Нежные лепестки были собраны в необычные соцветия. Все пятеро единодушно окрестили эти цветы самыми красивыми из тех, что были ими виданы. Большой куст был словно усыпан этими бутонами, но сорвать их было не так просто – под яркой зеленой листвой скрывались длинные колючие шипы. Но их исключительная красота стоит того, чтобы пытаться вновь и вновь. Раздавшиеся рядом шаги заставили Тоши открыть глаза. - Спишь? – хмыкнул появившейся в рабочей одежде Эндимион. В руках, спрятанных под плотной тканью рукавиц, он держал ветку белоснежной лилии. - Неа, - лениво отозвался рыжик и сощурил глаза. – Это мне? И стрельнул взглядом на цветы. - Ну вообще я думал, что для Нару, - хмыкнул Мамору, усмехаясь. – Но если ты хочешь… - То ты принесешь еще веточку для моей мамы? – не растерялся юноша и в притворном удивлении раскрыл свои зеленые глаза, прикрывая вновь их ладошкой-козырьком. - Давай не все в один день, хорошо? – отдавая веточку, отозвался Мамору. На его лицо падала тень от потрепанной и местами порванной панамки, что защищала его глаза от этого света. - Оки, - хмыкнул Тоши и тут же понюхал цветок. Нет, определенно стоит задуматься о ботаническом факультете.