Темнейший разум.

Сейчас принцесса была рада любому укрытию, в котором будет теплее и безопаснее чем на улице, пусть даже и ценой некоторых неудобств. Вальтер окончательно вышел вперед, раздвигая осоку, которая становилась все ниже и ниже, и принцесса смогла на конец-то разглядеть убежище на эту ночь. Чтож, первое впечатление её не обмануло, могло быть и намного лучше, хотя… Перед ней открывалась продолговатая полянка, почти свободная от вездесущей осоки и рогоза. Эта отнюдь не мелкая растительность потихоньку сходила на нет, превращаясь в обычную траву, на которой уже мерцали холодные капли вечерней росы. Хотя с таким-же успехом это могла быть и вода, проступающая через мочалистую землю. В нескольких метрах впереди полянка превращалась в подозрительно ровный, округлый холм, поросший мелкой растительностью. Боннибель пригляделась, пытаясь определить — природный ли это холм или искусственный — скорее всего это была одна из причуд радиоактивной местности. Ну не могла земля быть столь идеально округлой, должны-же быть хоть какие-то неровности или покатости, но нет, нигде ни единой земляной выщербинки. Вокруг её обступала вода и принцесса с ещё большим удивлением обнаружила что Вальтер провел её по единственному сухому перешейку. Слева и справа действительно была вода, но не бурая как на топи, а подозрительно черная, как чернила или нефть. Но конечно главной достопримечательностью этого аномального луга, было то что сержант назвал небоскребом. На самой вершине этого холма, громоздился продолговатый кусок многоэтажного, блочного дома, хмуро взирающего своими слепыми окнами на окружившую его топь. Если быть точным, то из земли торчали только три верхних этажа, очень знатно потрепанных временем и полуобвалившаяся крыша, украшенная просевшими мансардами. Снизу было видно лишь верхний этаж и крышу, а остальная часть была закрыта от обзора. — Осторожно, не смотри в мансарды. — Тихо предупредил сержант, делая несколько шагов вперед и начиная взбираться на холм. Земля под ногами была пружинящей словно покрыта тонким слоем каучука, и неприятно скользила, оставляя на сапогах какую-то зеленоватую массу, похожую на вазелин.  — Почему? — С опаской спросила принцесса, мельком оглядывая развороченную крышу. Вроде крыша как крыша, когда-то была покрыта декоративной черепицей, которая теперь осталась только с южной части многоэтажки. Сквозь просадки и дыры, выглядывали переплетения из арматуры, на которой висели куски бетона и застывшего гудрона. Принцесса глянула в одно из мансардных окон и вдруг покрылась мурашками — в мансарде мелькнул сгорбленный человеческий силуэт, а сразу за ним оттуда с карканьем вырвались несколько толстых ворон. На фоне темнеющего, свинцового неба, по которому проскакивали бесшумные, крохотные молнии, они были почти не видны, словно миниатюрные тучки. Они сделали пару больших кругов, и сбросив пару перьев, залетели обратно, оседлав обгоревшую раму первой же мансарды. — Вот почему! — Тихо прошипел Вальтер, на секунду останавливаясь и облокотившись об холм левой рукой, поднял „Абакан“, проводя стволом в сторону крыши. — Это какой-то мутант, мы с Финном его „вороном“ назвали, потому-что птички, особенно каркуши, его обожают. И если на него долго смотреть, ну как долго — Вальтер опустил автомат и начал взбираться дальше, цепляясь ладонями за траву чтобы не сползать вниз. — Хватит и пары секунд, а потом на тебя вороны набросятся… Их там под крышей до ебени-фени, даже „молотов“ всех не прибил в прошлый раз.  — А как он выглядит? — Принцесса ещё раз мельком глянула на мансарду, но на этот раз силуэт не заметила.  — Шут его знает… — Вальтер в очередной раз сполз с холма и не выдержав, просто полетел над землей, в полулежачей позе. — Всегда выглядит как человек, вроде перьями покрытый, или просто черный… И не любит всех люто, кроме своих птичек…  — Может он просто расистов не любит… — Прошептала принцесса, слыша как у неё в животе раздается звук голодного кита.  — Это кто тут расист? — Улыбнулся сержант, не отрывая глаз от окон дома, в которых клубилась густая, угольная тьма. За время что тут никого не было, в доме могло поселиться и что-нибудь пострашнее „ворона“, и будет намного лучше если друзья заметят это раньше, чем оно схватит их за жопы. И если может-быть Вальтер был не против раздать кому-нибудь ещё пару смертельных оплеух, то принцесса была категорически против новых негативных впечатлений. — Ты расист… — Продолжила шуточную перепалку принцесса, подходя к холму и тоже пробуя взобраться по нему. - Эге, я же не называю тебя розовозадой! — Пожал плечами сержант, перехватывая оружие поудобнее и приподнимаясь над землей. Трава под ним тихо зашелестела и вампир пнул какую-то неведомую зверушку, отправляя её в затяжной полет. Почему-то принцессе на миг показалось что это было большой кролик, обросший невероятным количеством лап. Понаблюдав за тем как серая тушка подлетает в воздух, а потом с громким шлепком падает где-то рядом с многоэтажкой, принцесса полезла на холм. Но тот был слишком покатый чтобы идти по нему, и слишком скользкий чтобы ползти. Трава просто выскальзывала из пальцев, оставляя на них крохотные розовые царапинки, из которых медленно пошла кровь. — Ну что за хурма… — Разочарованно простонала принцесса, глядя на разодранную ладонь. Как будто ей не хватало всех тех царапин и ссадин которые на ней уже были. Боннибель вытерла кровь и попыталась ещё пару раз, но всякий раз со сдавленной руганью сползала вниз, получая ещё по паре царапин. К тому-же она умудрилась ободрать колени, когда те проехались по кусочку асфальта, торчавшему из земли. Принцесса глянула вокруг, попытавшись найти более удобное место для подъема, мысленно проклиная себя за то что не взяла с собой никаких гаджетов. Были бы здесь антигравитационные сапоги, или перчатки скалолазы, она-бы уже была наверху, просто преодолев любое сопротивление местности. Стоило принцессе размечаться, как вдруг она заметила что сержант, который уже почти долетел до вершины холма, куда-то исчез! Жвачка принялась крутиться на месте, испуганно оглядывая колышущуюся осоку вокруг себя. Вот это было неприятным сюрпризом! Меньше всего она хотела оказаться здесь одна, посреди неведомых ебеней, где-то на окраине топей. В голову закралась неприятная мысль что вампир нарвался на что-то столь опасное, что оно моментально прикончило его! Внутри у принцессы зародился страх, мощный и непреодолимый, словно волны в прилив. «А вдруг это „ворон“, вдруг он спустился и как-то нейтрализовал Вальтера!» — Испуганно подумала жвачка, услышав громкое карканье ворон, которых всполошил сильный порыв ветра. Тот громко засвистел в окнах дома, подражая предсмертному крику множества людей, погибших в нем. Вдруг её кто-то аккуратно похлопал по плечу и принцесса подскочила на месте, громко вскрикнув, и в ужасе оборачиваясь. Однако на неё не набросился таинственный мутант покрытый перьями и вороны не принялись клевать её лицо, это был всего-лишь Вальтер, зависший в воздухе. Он удивленно косился на жвачку, протягивая ей руку. — Хорош дурковать-то. — Сказал он, переворачиваясь в воздухе и автомат повис на его шее, (обычно у Марселин так висела гитара и у принцессы неожиданно проснулось смутное старое воспоминание) тихо хлопая магазином по подсумкам. — Что случилось-то?  — Да ничего… Это наверное от усталости… — Прошептала принцесса, хватая руку вампира и тот подхватив её за пояс, приподнял над землей. Вампир легко поднял её и медленно полетел вверх, крепко прижимая к себе принцессу. Надо сказать это было довольно болезненно, ведь его рука обхватывала её ребра, да так что другой бок врезался в подсумки. Впрочем, она слишком сильно устала и проголодалась, чтобы ругаться на это. К тому-же начало холодать, и изо рта вырывались крупные облачка пара. Оставалось только рассчитывать на то что Вальтер разведет костер, вскипятит чаю и разогреет пару банок с тушенкой. Вальтер взлетел над холмом и принцесса на конец-то смогла разглядеть все здание целиком. Это была совершенно типичная американская многоэтажка, коих в годы президента Рейгана строили тысячами. Старое и измученное здание, из бетонных блоков, покрывшихся трещинами, сквозь которые виднелось пепелище царившее внутри. Неизвестно сколько было этажей в этом доме до войны, скорее всего двадцать или около того, но сейчас как уже говорилось ранее, над землей торчали лишь три верхних этажа. У основания здание было плотно обтянуто грязью и землей, в которой росли маленькие кустики, закрывающие окна восемнадцатого, а ныне первого, этажа. Остальные этажи скрывались глубоко под землей, если они вообще существовали. Вверх от земли тянулись вереницы цепляющихся растений и мха, который уже затянул почти все правое крыло дома полностью закрыв бетон. Из стен выступали неостекленные балкончики, с полуразрушенными бортиками и заваленные горками древнего стекла. Наверняка из них открывался не самый лучший вид, скорее всего на пыльную улицу, запруженную автомобилями, или на другой такой-же дом, стоящий почти в упор. Принцесса до войны жила в почти таком-же доме, за тем-лишь исключением что тот являлся бывшим общежитием рабочих, строивших местный мост. Она отлично помнила что у неё был именно такой вид с балкона… Несколько боковых балкончиков превратились в настоящий сад, обросший маленькими кустиками, лишайниками и прочей растительностью, которую занесло сюда ветром. С самого верхнего свисали целые полотнища из вьюнков, покрытых маленькими иголками. При желании по ним можно было-бы взобраться на второй или даже третий этаж, но естественно такое желание не возникало. Рядышком с этим зеленым канатом, висели остатки пожарной лестницы, разделявшей дом на две равные части. Она была ржавая настолько, что скорее всего держится только на соплях и помете ворон, две которых как раз сидели на её разваливающихся перилах. Они с остервенением поклевывали человеческий череп, зацепившийся глазницей за одну из подпорок этих перил. От здания тянулась тень, падающая на небольшой участок земли, укрытый потрескавшимся цементом, через который уже прорывался папоротник. Чем ближе подлетал сержант, тем меньше принцессе нравилась многоэтажка. Она начала подмечать что весь верхний этаж покрыт черной плесенью, на которой были пятнышки птичьего помета и прилипшие вороньи перья. Из одного из окон свисал металлический лист, покрытый оспинами от пулевых попаданий — похоже эта квартира использовалась как пулеметная точка. В годы третьей мировой можно было часто увидеть что в одном и том-же доме одновременно прячутся гражданские, и одновременно расположены огневые точки. В основном это было из-за того что хваленая „мобильность“ при эвакуации населения, обернулась кошмаром для городских служб и быстро начался коллапс. Тысячи человек так и остались в зоне боевых действий, вынужденные либо прятаться, либо брать в руки оружие и помогать защитникам… Квартиру позади этого импровизированного укрытия, разглядеть было нереально из-за темноты и гари, которой окно было затянуто. В общем дом был столь-же приветлив как старый, горбатый сторож на кладбище где-нибудь в Трансильвании. Вальтер приземлился на площадку прямо перед домом, и жвачка неожиданно поняла, что похоже не только пожарная лестница, а весь дом норовит рассыпаться на отдельные части. Многие блоки сместились образовывая громадные зазоры, а другие треснули пополам, медленно расползаясь в стороны. От полного разрушения их сдерживали лишь растения и внутренние коммуникации, каким-то чудом не истлевшие за столько лет полной жести. При ещё более внимательно взгляде, оказалось что многоэтажка накренилась под опасным углом, явно готовясь упасть вниз и рассыпаться на бетонное крошево. Создавалось именно такое чувство, что хватит буквально одного хлопка в ладони рядом со зданием, хватит чтобы оно рухнуло окончательно. Вальтер казалось совершенно не замечал что дом может рухнуть в любой момент, он лишь осторожно пошел к „первому“ этажу, держа автомат у плеча. Если ты не увидел опасность сразу, это не означает что её здесь нет, вполне возможно она затаилась, ожидая пока ты расслабишься. И ладно если это будет туповатый мутант которому не хватит интеллекта, и фантазии на хорошо организованную засаду, куда хуже если это будет существо разумное, или мина… Пока он осматривал окна, примеряясь через какое лучше войти, принцесса устало присела на корточки и вытащив из рюкзака флягу, сделала пару глотков. Голод немного притух, но вот теплее не стало, напротив стало совсем неприятно. Ледяная сырость опускалась на землю вместе с сумерками — на часах было почти десять… Боннибель поежилась, в очередной раз обводя взглядом окна дома. Если издали они казались просто темными, то теперь они стали абсолютно черными, а обгоревшие, покрытые толстым слоем сажи потолки, ещё больше скрадывали обзор. „Жили люди, никого нет трогали, а тут на тебе…“ — Подумала принцесса, доставая из кармана реквизированные сигареты и раскуривая одну. Она с затянулась и выпустила дым из носа, подмечая что сигареты оперативников ей нравятся куда больше, чем та бурда из карамельного табака, который производили в её империи. Принцесса пронаблюдала как тяжелый, переливающийся бледно-зеленым светом дымок поднимается вокруг неё, причудливо закручиваясь. Курение успокаивало расшатанные нервы жвачки, и перебивало всякие страхи, от страха одиночества, до боязни огня. Вдруг рядом с ней появилась фигура Белль, облаченная в её излюбленный официальный костюм, который был ей мал на пару размеров, а потому дополнительно подчеркивал выдающиеся особенности фигуры. Она поправила очки и тоже закурив, брезгливо огляделась вокруг. — И ты собираешься ночевать в этом склепе? — Поинтересовалась она, тоже присаживаясь на корточки, рядом с принцессой, из-за чего её юбка поднялась несколько выше чем надо и стал виден верхний край чулок. „Будто у меня есть выбор?“ — Подумала принцесса глядя в глаза Белль, которая одним вдохом ополовинила длинную сигарету (Белль курит по харду — красный „Лаки страйк“ с отрезанным фильтром. Однако раком легких не страдает, вместо неё приступами кашля страдает принцесса, от которой ещё и постоянно тянет табаком). - Ну, выбор у тебя определенно был. — Белль тоже выпустила дым сквозь ноздри. — Ты могла остаться в своей „клеточке“ и теперь не шлындаться по омерзительным болотам, и не ютится в выгоревшей многоэтажке. „Ну нет, для меня это не выход!“ — Мысленно огрызнулась принцесса, глядя как сержант доходит до конца дома, тыкая автоматом в окна, и примеряясь где-бы залезть. — „Не хочу сидеть в четырех стенах и чтобы меня насиловали!“  — Никто не обещал что полный комфорт будет бесплатным! За все в этой жизни надо платить, пусть даже и так… — Белль щелчком отправила окурок в сторону принцессы, метя в нос, но промахнулась и угадила в куст за её спиной. — К тому-же, кто сказал что это неприятно? „Здравый смысл!!!“ — Уже завопила принцесса, вставая с земли и направляясь к сержанту. Белль за её спиной тихо фыркнула и пошла за ней, громко цокая длинными каблуками. — Ладно-ладно, допустим… — Сказала она и второй окурок просвистел мимо головы жвачки, обдав её градом мелких искр. — Но теперь прикинь, сколько человек умерли в этом доме? А? Представь сколько ужасных призраков, фантомов и зомби шатается внутри… Представила? Спокойной ночи… Принцесса резко остановилась, слыша как Белль исчезает, оставляя за собой лишь звук смеха. Вот это ей в голову не приходило… „Тварь! Я теперь не усну!!!“ — Подумала она, ощущая как холод ночи, обступающий её вокруг, стал не просто холодом, а могильным… Перспектива спать в таком здании, неожиданно показалась не столь привлекательной как в начале, даже не смотря на жуткую усталость. В душе просыпался страх, схожий скорее с фобией того что за тобой наблюдают. Принцесса не верила в призраков и фантомов, но такие места быстро колебали эту уверенность. Наверняка внутри что-нибудь будет шуршать и скрипеть, как-будто кто-то ходит, а в опустевших квартирах будет выть ветер.  — Вот здесь мы будем ночевать… — Сказал Вальтер, указывая на один из балконов, тщательно прикрытых папоротником и даже с куском целой оконной рамы. — Я уже и забыл какую из квартир мы приспособили! Боннибель медленно подошла к нему, на ходу закуривая вторую сигарету и заглядывая через балкон. На нем стоял ржавый велосипед, со сгоревшими колесами и сидушкой и лежало несколько разбитых стеклянных банок, среди которых красовалась пустая консерва от тушенки. За балконом раньше была пластиковая створка, отгораживающая балкон от комнаты, но сейчас она полностью расплавилась, оставив в качестве воспоминаний пару толстых, черных от гари ниточек пластика. К ним были аккуратно прислонены обгоревшие доски, полные старых ржавых гвоздей. Сквозь них было нельзя увидеть комнату, скрывающуюся дальше, но уже по тому что к ним был прислонен грязный веник, было ясно, Финн и Вальтер тут прибрались. Сержант осторожно раздвинул растущий тут папоротник, в ряды которого каким-то чудом затесалась полынь и одним прыжком запрыгнул на балкон. Под его берцами громко захрустело стекло и угольки, а в воздух поднялось крошечное облачко сажи. Кивнув принцессе, он помог ей перебраться через бортик, который оказался для неё слишком высоким (конечно блин! Принцесса едва достает ему до груди, а бортик для неё почти по самую шею.). Та от усатлости едва переставляла ногами, а потому едва не упала на грязный пол, поцеловав его своим лицом. Зато когда она зашла в комнату вслед за сержантом, то была приятно удивлена. Она ожидала увидеть просто чистую от грязи комнату с костром по середине, но увидела небольшое временное убежище. Конечно не такое основательное как Вольтеровская землянка, но за неимением лучшего вполне сойдет. Стена в которой была балконная дверь была закрыта обгоревшими досками, но между них были большие просветы, которые были почти незаметны снаружи. Однако тот кто сидел внутри гарантированно имел неплохой обзор, разве-что папортник слегка мешал. Рядом с этой стеной стояла пара обгоревших ящиков, выполняющих роль подпорок, не дающих докам развалиться. Напротив балконной двери, был выход из комнаты, но он был тщательно задвинут обгорелым холодильником, для уверенности подпертым тем что осталось от сгоревшего дивана. Под потолком висело непонятное растение, раскинувшее свои корни чуть-ли не на весь бетон вокруг. Оно слегка пульсировало, напрягая свои черные лепестки, от которых исходил приятный мятный запах. — Это мухоловка. — Пояснил Вальтер заваливаясь в комнату. — Насекомых ест, поэтому решили не трогать, знаешь какие тут москиты? Ладно, представь комара в котором крови больше чем в тебе? Вот это тут мелочью считаются… Принцесса шумно сглотнула представив себе такую тварь и пожалела что не взяла с собой репелленты. Сбоку, там где заканчивалась балконное окно, на полу лежала пара рваных матрацев, засаленных до такого состояния, что из них можно варить суп. Рядом с ним стоял армейский цинк из-под боеприпасов, покрытый бурыми пятнами тины. На некотором отдалении от матрасов, было маленькое кострище, окруженное кусками бетона. Неподалеку к стене было прислонено то что раньше было большим книжным шкафом, а теперь просто выполняло роль дров или источника материалов для импровизированной скамейки. Из стены неподалеку выглядывала труба с небольшим и явно самопальным краником, с которого капала вода, стекающая в узкую трещину, ведущую через пол. Рядом с ней стояла пара ведер, на которых остались следы древней эмали, почти полностью исчезшей под слоем ржавчины. Пол кто-то тщательно подмел, видимо сметя весь пепел в ту-же трещину в полу, углей тоже нигде кроме потолка и стен, видно не было. Напротив левой стены лежала гора камешков, покрытая слоем расплавленного пластика, который раньше был телевизором. Его покрывшийся паутиной осколков экран торчал из углей, поблескивая мелкой угольной пылью. — Если основательно обдолбаться. — Сказал сержант указывая на треснутый экран телевизора. — То по нему очень классные мультики показывают… - Ага, я верю… — Ответила принцесса, заранее решая что не будет смотреть никакие мультики, а ведь чем обдолбаться у неё было… Как выяснилось позже, в углу ещё стоял поддон от погрузчика, накрытый тонкой клеенкой. Он использовался как стол и принцесса отметила что на нем остались следы от шипучки, столь обожаемой Финном. Больше тут ничего не было, никакой обстановки, даже обломков мебели не видно, лишь более светлые пятна на обгоревших стенах свидетельствовали о том что раньше тут что-то стояло. — А что, вполне неплохо… — С едва различимым оттенком сарказма сказала Боннибель сгружая рюкзак на щербатый пол и падая на один из матрасов. Тот отозвался тихим скрипом и из одной дыры выглянула острая пружина. Конечно это убежище не соответствовало даже самым скромным стандартам принцессы, но все-же лучше чем сидеть на топком болоте, отмахиваясь от туч летучей мерзости. Сержант тоже скинул свою снарягу, но автомат предусмотрительно оставил на спине. Он присел рядом с кострищем и открыв цинк, достал из него сухие бревнышки, и пару плиток сухого спирта, но потом задумался и положил их обратно. — Костер разжигать не будем… — Сказал он, вместо бревнышек доставая две армейских спиртовки, под завязку заполненных топливом.  — Погоди! Почему? — Вдруг встрепенулась принцесса, обхватывая свои плечи руками и неожиданно замечая что в комнате отнюдь не намного теплее чем на улице. А заявление сержанта казалось ещё больше опустило температуру в комнате, напрочь разбивая все мечты принцессы о том чтобы погреться около трескучего, пахнущего дровами костра.  — Отсюда, до деревни всего километр, ну может чуть больше… — Сказал Вальтер ставя спиртовки рядом с матрасами и разжигая их с помощью спички (Вальтер не очень любит зажигалки, предпочитая старые способы, если они конечно были применимы). — Свет от костра очень хорошо видно, особенно с той стороны откуда мы пришли, и если выяснится что те гибриды были не единственными, то нас станут искать. Как думаешь, куда они пойдут в первую очередь если где-то на горизонте увидят свет?  — Черт, вот почему все так сложно?! — Принцесса начала вновь впадать в раздраженное состояние. Она уже возненавидела свое решение сбежать от Марселин, возненавидела Вальтера за то что тот был столь предусмотрителен что решил сидеть в холоде, ненавидела сам холод просто за то что он есть, и готова была орать матом на болото… Однако все это отошло на второй план, когда одна из спиртовок все-же разгорелась, давая приятный, уютный свет. Как-бы принцесса не боялась пламени, ей пришлось протянуть руки к маленькому, но горячему огоньку. Тот дергался от каждого дуновения ветра, а когда принцесса притянула к нему руки, то он легонько лизнул её пальцы, но почему-то не обжег. Вальтер тихо вздохнул и упал на второй матрас, привалившись спиной к холодной стене и с кряхтением протянул ноги вперед. Он начал неторопливо расстегивать разгрузку, а потом сгрузил её на пол рядом. Боннибель глянула на него и вновь содрогнулась, для неё тут было слишком холодно и даже страшно. А вампир похоже не испытывал неудобства с холодом, просто не чувствуя его, или игнорируя. Сначала он сладко потянулся во весь свой огромный рост, оскалив при этом зубы, а потом принялся рыться в своем рюкзаке. — Сейчас на ужин что-нибудь сварганю… — Прошептал он, доставая из кармашков высокую банку с консервированной тушенкой из рациона оперативников. При взгляде на эту банку, принцесса слегка поморщилась, прекрасно осознавая что речь идет про ужин для неё, ведь сержант будет пить красный цвет, а значит всё что он прихватил с собой, было для неё. Конечно принцесса, как бывшая венценосная особа, не любила тушенку, особенно консервированную, одного вида склизких кусков мяса плавающих в белом или желтоватом жире, хватало чтобы вызвать у неё рвотный позыв. А уж ощутить этот жир на своем языке было для неё хуже пытки, скорее всего её просто вырвет… „Да, уж точно не думала я об этом, отказываясь от тех лакомств, которыми меня хотела пичкать Марселин“ — Подумала принцесса, глядя как сержант осторожно ставит банку на специальные бортики, установленные по бокам от огонька второй спиртовки. Огонек озорно лизнул матовые, рифленые стенки, на которых была нарисована корова, перечерченная лентой Мебиуса. Уже это говорило о том что скорее всего, мясо выращено с нуля в какой-нибудь из пищевых лабораторий корпорации. Принцесса попыталась представить вкус искусственного мяса — скорее всего такое-же как белковые плитки и батончики, безвкусное, и волокнистое, без всякого намека на то что ученые заботились об вкусе. Однако, голод не тетка, и сейчас даже синтетическая тушенка казалась пределом мечтаний… Вальтер тем временем принялся хлопотать над дополнением к этому „обеду туриста“ — он достал из рюкзака два армейских ножа с закосом под швейцарские (то-есть фактически это был туристический мультитул, с ложкой, вилкой, ножом, пилой и всем прочим, разве-что может быть без ковырялки в носу), пару пластиковых тарелок и складных стаканов. Следом появилось то чего жвачка вообще не ожидала увидеть, а именно палка сухой, вяленной колбасы, на которой тоже было клеймо, но уже не лунной корпорации, а новорожденной империи „Тысячи звезд“. За ней на свет явились два сухих пайка, которые вампир мастерски вскрыл ножом и моментально вытряхнул содержимое на стол. А последней стали бутылка продезинфицированной воды, коробка с чайными пакетиками и его собственная фляга с коньяком. Для полного комплекта туриста не хватало только хлебушка, но наверное его могли заменить и галеты. Принцесса повинуясь голоду, моментально подтянул коробку сухого пайка и прочитав на ней что это паек спецназа корпорации, достала пакетик с засушенными овощами. Немного поборовшись с их упаковкой, она на конец-то добралась до содержимого и уже надеялась запустить в него руку, как вдруг вспомнила что руки надо мыть… Однако, уже через секунду она решила что такая условность не подходит под данную ситуацию и принялась с удовольствием хрумкать засушенными колечками болгарского перца, и морковки с горохом. Их вкус оказался на удивление настоящим, чем-то похоже на чипсы или на добавку к лапше из китайского ресторана. — Ты лучше ими не напихивайся. — Посоветовал сержант, глядя как банка с тушенкой слегка раздувается и тут-же снимая её с огня. Саундтрек Kavinsky — Nightcall (только включите на малой громкости, так ламповее)  — Это почему? — Принцесса запустила в рот ещё одну горсть сушеных овощей. — Вроде вкусно и даже кажется питательно… - Ага, только вот я тоже так думал. — Вампир поставил перед принцессой банку с тушенкой и легким нажатием боевого ножа, вскрыл её, глядя как в воздух выстреливает небольшое облачко пара, пахнущего чем-то вкусным. — Ходил себе, хрумкал ими. — Вампир окончательно открыл принцессе банку и пододвинул к её лицу. — А потом понял, эти овощи как слабительное действуют, при-чем такое, что мама не горюй…  — Что ты раньше не сказал-то? — Взбеленилась принцесса, глядя на сержанта, который уже сел по турецки и принялся резать колбасу. Вдруг на его лице расплылась злорадная ухмылка и Боннибель поняла что её опять обманули. Тихо фыркнув она заглянула взяла нож и вытащив из него вилку, заглянула в банку. Тушенка оказалась именно такой как она себе представляла, большие, покрытые жиром куски, плавающие в оранжеватом бульоне, чем-то напоминающем воду из болота. Принцесса потыкала зубьями в мясо и на миг ей показалось что она видит как на дно банки уходит чей-то глаз, пусть это было и невозможно. Взглянув на Вальтера, который уже деловито доставал из рюкзака пакетик с непонятными пластинками, ярко-красного цвета, принцесса воткнула вилку в самый маленький кусочек, плававший у поверхности. Брезгливо осмотрев его, принцесса вдохнула и прикрыв глаза, положила его в рот. Несколько секунд она пыталась понять: нравиться ей вкус, или нет, но вроде пока рвотного рефлекса не было. Принцесса осторожно покатала кусочек языком, чувствуя как жир из него немного обжигает язык, отдавая приятным пряным запахом. В конец убедившись что тушенка не столь отвратительна как кажется на первый взгляд, жвачка принялась девать, отмечая что не так уж все и плохо. А через несколько минут она уже спокойно цепляла горячие кусочки мяса, периодически заедая их галетами, и колечками колбасы. Жирный, немного пряный вкус понравился как самой принцессе так и её желудку, который благодарно принял высококалорийную пищу. Колбаса ей тоже понравилась, как и галеты, как и вообще все… Неожиданно принцесса поняла, что самый вкусный ужин, это ужин которого ты ждал, превозмогая голод и усталость, тогда даже обычный хлеб приобретает невероятный вкус… В целом был очень даже неплохой ужин, если-бы не холод, но и этот вопрос решился довольно быстро. Увидев что принцесса слегка трясется, даже не смотря на горящие спиртовки, Вальтер снял с себя камуфляжную куртку и не взирая на протесты, накинул её на принцессу. Куртка оказалась ей настолько велика, что принцесса смогла закутаться в неё с ногами и ещё осталось место для рук. От неё пахло гарью из деревни, старым порохом и едким потом, запах которого почему-то показался принцессе не таким неприятным как всегда. Теперь все стало просто замечательно, тепло и сыто. Сквозь щели в заграждении из досок шел прохладный воздух, несущий таинственные запахи, а до ушей доносилась вся симфония ночи. Шелест крыльев, ветер в кронах деревьев и прочий приятный эмбиент. Странно, но принцессе было не страшно… Можно было прикрыть глаза, прислушаться к звукам наступающей ночи и представить что ты в походе, в шумной кампании друзей. Сейчас Финн подкинет дров в костер, а Марселин скажет какую-нибудь очень пошлую шутку, от которой принцесса покраснеет, а потом она начнет играть на гитаре. Представляя все это, Боннибель и не заметила, как ушла в объятия усталости и прикрыв глаза, привалилась к стене, тихо сопя носом, и кутаясь в куртку вампира…