Огонь на твоих руках

письмо 1 "Здравствуй, дорогая мама. Как же мне тебя не хватает, ты и представить себе не можешь. Так много нужно тебе рассказать, чтобы это перестало прожигать меня изнутри. Недосказанность раньше не принадлежала к списку моих проблем, но сейчас все в корне изменилось. Может, просто изменился я. В любом случае, если я еще и умею радоваться, то, знай, что все мои остатки радости заключены в возможность поделиться с тобой моим грузом. Не то, чтобы я хотел избавиться от него (и перекинуть на тебя часть этого огромного целого), нет; я просто хочу вынести за пределы своего внутреннего мира эти бесконечные потоки чувств, что размывают границы моего сознания. Я просто хочу хоть кому-нибудь показать: что же со мной происходит. Я загнан в угол самим собой. Совсем недавно я сидел в камере и думал, что вся эта дрянь, вся эта одержимость - это все останется в прошлом. Но, мама, почему же мне никто никогда не говорил, что прошлого НЕТ. Надо мной издевались, но я принимал это как должное, потому что постоянно заставлял себя думать о том, как издеваются над моим отцом. Да, он не был образцовым представителем человечества, но, черт возьми, все равно не заслужил такой смерти. Наш отец умер за свои убеждения, мама. И этим можно было бы гордится, если бы он от этих самых убеждений накануне не отказался. Теперь ты можешь представить мой страх, когда Клавдий требовал от меня клятву отречения. Я не буду врать, мама, я трус. Я не лучше отца, потому что я тоже отрекся. Просто чтобы спастись от пары ударов. Знаешь, я ведь думал, что это - все. Это - конец. Я думал, Клавдий не оставит меня в живых. И я бы сдох как крыса, у которой никогда и не было своих собственных убеждений. Сейчас я понимаю, что это был бы лучший вариант развития событий. Я мог бы гнить в проклятом здании РПЗ (реабилитации политических заключенных), и кто знает, как долго я бы протянул в тамошних условиях. Скорее всего, меня бы просто круглосуточно трахали толстые мерзкие члены обиженных и оскорбленных войной сокамерников. Ручаюсь, от перспективы поиздеваться над сыном Люциуса - отказаться смогли бы единицы. Но и это, мама, не так страшно, как то, что со мной происходит сейчас. Я долго придумывал для этого какое-то название, но так ничего интересного в голову и не пришло. Так что, буду называть вещи своими именами. Поттер. Я не знаю, человек ли он. Возможно, он просто какая-то божественная сила. Он спас меня. Снова. И он не знает, что этим спасением он просто плеснул на мою душу разъедающее зелье. Святой Поттер. Мне стыдно за себя, за свои мысли, за свою чудовищную благодарность ему, которую я никогда не смогу высказать. Я загнан в угол, я перестаю биться. Я не могу думать ни о ком кроме. Я схожу с ума. Поттер вытащил меня из РПЗ на руках. Когда мне было чудовищно больно - он отдал мне свою магию. Он лег рядом со мной и прижался ко мне. В тот день каждый миллиметр моего тела молился на его близость. То есть, я и раньше знал, насколько неравнодушен. Но тогда эти чувства можно было направить и в менее извращенное русло. Может, я смог бы остановится на желании быть другом. Может, тут я вру. Да, я вру. Поттер всегда был для меня фатальным персонажем. А я никогда и думать не смел о любви. Но это все потому что любовь казалось мне светлым чувством, которого я был априори недостоин. Моя личность не могла бы вместить ничего светлого. Но я ошибался. В способности любить нет ничего светлого. Это просто самое черное, самое жалкое, самое выбивающее явление на всем свете. Мне тяжело даже дышать, когда он рядом. А теперь он рядом постоянно, ведь я живу в его доме. Я был не в себе (меня накачали), но все равно относительно смог держать себя под контролем. Правда, я пришел в его комнату. Он подумал, что я ошибся дверью. Я не просил его ни о чем, будь он проклят. Я не просил его. Я прикладываю все усилия, чтобы не показать своей слабости. Хотя знаешь, мама, он ведь и правда святой. Думаю, если я признаюсь - он даже пожалеет меня. И это бесит. Бесит, потому что его доброта ко мне основывается исключительно на жалости. Не знаю, заслужил ли я жалость. Лучше уж ненависть. Его окружение сводит меня с ума. Эти чертовы друзья, эта его рыжая подружка, которая может в любой момент просто взять и поцеловать Поттера, может обнять его… А как она смотрит на меня, мама! Она будто что-то знает, что-то чувствует. А Поттер слеп. Я несу какую-то чушь, но никак не могу остановиться. Он перестает меня ненавидеть, скоро я стану для него НИКЕМ. Куском прошлого. Мне нужно бежать из этого места, бежать от себя, бежать без оглядки. Но с каждым днем это становится все сложнее. Но я наберусь смелости. Мама, что же мне делать. Я ненавижу себя. В детстве ты говорила, что боль проходит. Я продолжаю ждать, но она только усиливается. Я не отправлю тебе это письмо. Я сожгу его, как только допишу последние строчки. Мне стыдно. Твой любящий сын, Драко". (письмо уничтожено, оно сгорает в воздухе) письмо 2 Здравствуй, дорогая мама. За меня не переживай, я держу ситуацию под контролем. Надеюсь, скоро увидимся. Как ты там поживаешь? Как Франция? Твой любящий сын, Драко. (письмо отправлено, оно уже в пути) * * * Утром читаю гневное письмо от Гермионы. По ее словам - я слишком добрый, что чревато страшными последствиями. Кричер украшает дом и готовит разом сотню сомнительных блюд. Телевизор он утащил на ремонт. Малфой спускается и протягивает мне конверт. - Мое пособие. Это за еду и одежду. И комнату. Вряд ли достаточно, остальное верну, когда встану на ноги. Взвешиваю решения и принимаю деньги. Обидится же еще. Но сообщаю: - Ну, если тебе от этого станет легче. У меня нет никаких проблем с финансами. - Я тоже так когда-то думал. Ну, что у моей семьи не может быть проблем с деньгами. Садится и наливает себе кофе. Предлагаю ему почитать утренние новости, не отказывается. - Малфой, у меня завтра вроде как День Рождения, и приедут мои друзья. Просто предупреждаю. - Мне уйти? - Нет, я не это… - Я могу погулять. Это даже к лучшему, не переношу кошачьи сборища. Тупые разговоры, тупые игры, - с отвращением заявляет он. - Вообще-то, ты забываешь, с кем разговариваешь, - пытаюсь говорить спокойно. - Простите, Ваше Высочество, как я посмел забыть… - Не смей начинать… - Не смей говорить со мной таким тоном! - Малфой вскакивает из-за стола, я следую его примеру. - Ты оскорбляешь меня и моих друзей! - Я говорю то, что думаю.! - А лучше бы тебе молчать! - Да иди ты к черту, Поттер. Малфой срывается, выходит из кухни, поднимается наверх. - И куда ты собрался? - стараюсь не отставать. - Не твое дело. - В такую рань даже бордели закрыты. Тебе некуда идти. - И тебе это нравится, да? Поттер. Тебе это очень нравится, - он кричит, подходит ко мне почти вплотную. Почему-то, это меня успокаивает. Я моментально начинаю смотреть на ситуацию как бы со стороны. Я сказал ему, что приедут мои друзья. Он почувствовал себя лишним. Чтобы не входить в положение жертвы - перешел на оскорбления. Всего лишь защитная реакция. Формулирую про себя внятные слова. Медленно, спокойно дотрагиваюсь до плеча Малфоя, он отшатывается, словно я прижег его каленым железом. - Малфой, остынь. Мы неправильно поняли друг друга. Я не прошу тебя никуда уходить. Ни завтра, ни сейчас. Я приглашаю тебя на этот дурацкий праздник и просто предупреждаю, что в доме будет много людей. Вдруг ты голый решишь прогуляться до библиотеки? Вот завтра для этого не самое подходящее время. С замиранием сердца жду реакции Драко. Он растирает пальцами то место на плече, где минуту назад покоилась моя рука. - Голый в библиотеку? - смеется. У меня камень с души падает от этого смеха. - Ты можешь себе представить, что я в твоем доме иду за книгой голым? - Почему нет. Так ты останешься? На мой День Рождения. - У меня нет подарка, - опускает взгляд, раздумывает над чем-то. - Если ты не будешь никого оскорблять весь вечер - это будет самый лучший подарок. Малфой какое-то время молчит. - Договорились, - бодро резюмирует он. До поздней ночи я вожусь с делами, пересматриваю воспоминание, ищу в библиотеке сведения об артефактах династии Малфоев. Список внушительный. Собираюсь отправиться на поиски этих вещей в косой переулок в ближайшее время. Утром спускаюсь к завтраку и обнаруживаю гору писем в коридоре на полу. Поднимаю несколько, открываю их за столом. Как раз спускается Малфой: - Твой День Рождения - это национальный праздник? - Ну, у всего есть свои плюсы, - не поднимая на него взгляд, читаю вслух первое послание. - «Гарри Поттер, я люблю тебя. Мне восемнадцать лет, я живу в Нью-Йорке, но мечтаю переехать к тебе. Скарлетт». К письму прилагалась колдография, с которой на меня смотрела обворожительная блондинка с короткой стрижкой. Девушка посылала мне воздушные поцелуи. Малфой бросил короткий взгляд на Скарлетт и хмыкнул. - Что? - весело спросил я. - Корни волос плохо прокрашены, на лицо наложены чары омоложения. Этой женщине далеко за восемнадцать. - Ты просто завидуешь, - обиженно заявляю я. И, наконец, отрываюсь от фотографии, чтобы нормально взглянуть на Малфоя. Его отросшие волосы идеально уложены. Черная футболка эффектно подчеркивает болезненную стройность. На предплечье проступает слабая тень от когда-то яркой метки. Малфой перехватывает мой взгляд и невзначай прячет руку. - Из-за ограничений на магию эта чертова татуировка сходит очень медленно, - оправдывается он. - Ты… Эээ… Ну… Хорошо выглядишь, - неуверенно сообщаю я. - На футболке был оранжевый орнамент, я его свел, если ты не против. Потом верну, - дружелюбно заявляет Малфой. - Так гораздо лучше. Он пьет кофе из белой кружки и бросает на меня короткие спокойные взгляды. В эту секунду наступает точка невозврата. Я ловлю себя на моменте, в который я не позволяю себе думать о Малфое. Просто запрещаю. Обхожу за милю саму возможность позволить себе. Мне становится стыдно и я успокаиваюсь тем, что умру с этим мимолетным секретом. К обеду приходит Гермиона, вручает мне сверток и принимается помогать Кричеру накрывать на стол. Позже в дом прибывают и остальные: из камина появляется семья Уизли, Невилл, Полумна и другие. Джинни берет на себя проблему изобильной почты. На столике перед диваном скапливается целая гора подарков, раскрывать которые я не спешу. Сначала все немного сторонятся Малфоя, но он молчит, так что о его присутствие быстро забывают. Все, кроме меня. Последним прибывает сильно пьяный Джордж. Он дружелюбно поздравляет меня и спокойно садится напротив Малфоя. Пристально разглядывает его. Столовая комната украшена слишком ярко, так что я чувствую себя крайне нелепо. Джинни сжимает мою руку под столом и шепчет на ухо: - Расслабься, это твой праздник. Ловлю напряженный взгляд Малфоя. Наверное, он думает, что мы шепчемся о нем. Веселье в самом разгаре, все изрядно подвыпили и за столом одновременно ведется сотня оживленных разговоров. Молчат только двое: Джордж и Малфой. И, кажется, молчание второго сильно напрягает пьяного Рона. - Хорек, ты что-то замышляешь? Что ты так на меня уставился? - начинает вдруг мой друг. - Оставь его, Рон, - пытаюсь уйти от конфликта я. - Да нет, Гарри, дружище, это правда чертовски странно. - Все нормально, Рон. В этот момент в столовую влетает старая сова и кидает письмо прямо в корзину с хлебом. - Это Макгонагалл! Гарри! Я прочту вслух, - весело перескакивает на новую тему Рон. - Это письмо для меня, - очень тихо говорит Драко. Рон его не слышит. - Ого, отправитель «Зелья доктора Пеля». Даже они хотят тебя поздравить… - Рон начинает вскрывать конверт. - Это письмо для меня, - гораздо громче говорит Малфой. - Отдай письмо, Рон, - спокойно прошу я. Но Рон уже завелся. Он тяжело дышит, показывает пальцем на Малфоя. - Я говорил, Гарри. Я предупреждал. Эта змея хочет тебя отравить! Я смотрю на нахмурившегося Малфоя, встаю, чтобы забрать у Рона письмо, но он уже бегает взглядом по строчкам. - Хорек, - начинает смеяться мой друг. - Хорек! Рон заливается хохотом, все гости смотрят на него с явным непониманием. Я отбираю у Рона письмо, наспех запаковываю конверт и возвращаю законному владельцу. Малфой сидит спокойно, но это спокойствие меня пугает. - Что ты смеешься, Рон, - не выдерживает Гермиона. - Хорьку отказали! Его не взяли на работу! Чертов Малфой, вот тебе жизнь за все и отплачивает… Джинни прячет улыбку. Я паникую - нужно срочно изменить ситуацию. Малфой не железный. На помощь неожиданно приходит молчавший Джордж. - Гарри, а не пора ли тебе распаковывать подарки? И все радостно берут свои бокалы и переходят в гостиную. Я выдерживаю взгляд Малфоя. - Не злись на него, он… - Все в порядке, Поттер. Мне становится не по себе. Откуда такая сдержанность. Распаковываю подарки и боковым зрением продолжаю наблюдать за спокойно сидящим Малфоем. Он расположился на стуле у рояля (все остальные места были заняты) и вроде мести не замышлял. - Это волшебная игра! Мы с Джорджем ее выпустили, старая разработка. «Твоя очередь», называется. В общем, дружище, играть в нее тебе можно только с моей сестрой, потому что там часто выпадает… Ну… - и Рон изображает поцелуй. Все смеются. В других коробках были книги, странные магические штуки, сладости и прочее, прочее, прочее. Начинаются танцы, Джинни тянет меня прыгать на диван. Рон и Гермиона о чем-то ругаются, остальные вроде веселятся. Джордж уходит на кухню. - С Днем Рождения, Гарри! - С Днем Рождения! Наконец, силы кончаются. Все веселые и вполне довольные начинают потихоньку расходиться. Я вручаю Гермионе пьяную Джинни (которая совсем не хочет уходить). Обнимаю всех и возвращаюсь в гостиную. Тишина кажется напряженной, замечаю Малфоя, который все так же сидит за роялем. Стараясь не наступить на подарки, пробираюсь к дивану. Голова кружится. Я пьян. Малфой начинает играть. Что-то волшебное. Медленное. Не замечаю, как музыка прекращается. - Поздравляю, Поттер, - слышу его голос. Собираюсь с силами, сажусь. На глаза попадается эта игра от братьев Уизли. - Хорошее название. «Твоя очередь», - неожиданно даже для себя заявляю. - Неплохое, - спокойно выдает Малфой. Допиваю содержимое чьего-то бокала. Черт, коньяк. - Поиграем? - предлагаю я. А потом вспоминаю, что игра строится на поцелуях. Что за чушь я предложил. Малфой, должно быть, смотрит на меня с отвращением. Поднимаю на него взгляд. Я собирался сказать, что ляпнул это не подумав. Я собирался перевести все в шутку. Но Малфой серьезен. Он всматривается в мое лицо в поисках чего-то… Не знаю, что он ищет. - Хочешь? - как спокойно он это произносит. Встает, проходит по комнате и садится рядом. Смотрит на игру. - Давай прочитаем правила, - предлагаю я. Он берет в руки коробку и внимательно изучает. - Эта штука в случайном порядке будет давать каждому задание. Кто первый откажется исполнять - проигравший. Интересно? - Начинай, - с наигранным весельем воодушевляюсь я. Малфой распаковывает игру, перед нами в воздухе появляется небольшой цветной экран. - Эй, Малфой! Твоя очередь рассказать забавную историю из детства! - произносит экран низким мужским голосом. И я вздыхаю. Включаю палочкой веселую музыку на фон, притягиваю еще виски. - В детстве я думал, что снитч - это маленькая собачка. Не смейся. Мне было года три. И когда к маме пришла подруга - я украл у нее карманного пса. Спрятал его в шкаф. Все нервничали, искали несчастное животное. - Нашли? - Да. Когда пришел отец - я решил поделиться с ним своим достижением и открыл шкаф. - А он? - Он нанял мне учителя. Чтобы я больше не позорился. Я смеюсь, но история на самом деле кажется мне скорее грустной. - Эй, Поттер! Твоя очередь спеть! - серьезно сообщает экран. - Вот черт, - смеюсь. - У меня нет голоса. Ладно. Боооже! Храни нашу Коро-о-олеву! Я пою очень тихо, скорее просто говорю текст и смеюсь, потому что Малфою очень весело. - Эй, Малфой! Твоя очередь раскрыть тайну! Какое-то время Драко молчит. Я уже начинаю подозревать, что он собирается сдаться и закончить игру. Но вдруг… - Я знаю имя человека, который был на моем суде. Вот это сюрприз! - И кто это? - Его зовут Клавдий Гринграсс, он занимается обменом ценных вещей между магическими сообществами разных стран. - Отец Дафны? - пытаюсь поймать мысль. - Почти. Брат отца. Он появлялся у нас часто, давно. - Эй, Поттер! Твоя очередь целовать! - сообщает игрушка. Удары моего сердца сливаются в какой-то ритмичный шум. Малфой смотрит куда-то в пол, во рту пересыхает, я трезвею. Я готовлюсь. Встаю, на мгновение закрываю глаза, чувствую, что Малфой тоже встает. Секунды тянутся бесконечно. Набираюсь смелости, открываю глаза, собираюсь сделать шаг навстречу Драко. В гостиную из камина влетает Джинни. Смотрит на нас, подходит ко мне и обнимает. - Прости, я, кажется, много выпила. Но у меня было дома отрезвляющее, так что в эту ночь я не позволю тебя засыпать одному, - говорит она. Джинни непринужденно целует меня в губы, я смотрю в глаза Малфоя, он сворачивает игрушку и идет наверх в свою/мою комнату. Джинни раздевается, но у меня нет настроения. Я могу лежать на спине и думать лишь о том, что только что произошло. Точнее, чего не произошло. Почему-то мне стыдно, я ощущаю себя виноватым, я хочу отмотать время назад и все исправить. Только не знаю: как. - Нравится? - игриво спрашивает она. Синее кружевное белье, распущенные волосы. Почему Малфой был настолько серьезен? Может, он думает, что не имеет права отказывать мне ни в чем? Или что это за чертовщина. - Гарри! Неужели ты совсем по мне не скучал? - Джинни садится на меня сверху. Возбуждение не приходит. - Я просто очень устал, прости. Нервы, праздник… - Ну давай я тебе помогу, - и Джинни сползает ниже, наклоняется, снимает с меня белье и берет вялый член в рот. Какое-то время ничего не происходит, но я закрываю глаза и продолжаю ждать. В итоге, спасибо молодости, все случается. Пожалуй, это худший секс в моей жизни. А все потому, что я чертов псих. Утром Джинни в кровати уже нет, на тумбочке записка. Надеваю очки, читаю: «Милый, забегу вечером, в магазине много дел, люблю тебя, твоя Джинни». Ненавижу себя. Спускаюсь в кухню, в гордом одиночестве завтракаю, пытаясь избавиться от чувства вины. Слышу, как открывается дверь комнаты Малфоя. Нервничаю. Он отлично выглядит, только волосы спутались. Избегает смотреть на меня, наливает себе кофе. - Я хотел поговорить насчет вчера… - начинаю подготовленную речь, но меня прерывает стук в дверь. - Гарри Поттер, к вам в гости пришел мистер Джордж Уизли, - сообщает Кричер. Я вскакиваю со своего места и быстрым шагом иду в коридор. Джордж обнимает меня. - Проходи, мы тут как раз завтракаем. - Поздновато для завтрака, - замечает он. Мы втроем сидим за столом, Малфой пьет кофе, Джордж открывает бутылку пива, я наливаю себе сок. - Мешаю? - с вызовом кидает Малфой. - Вообще-то, нет. Я пришел поговорить с тобой, - спокойно отвечает Джордж. Интересно, о чем. - Дело в том, что Рон уезжает помогать Гермионе, а Джинни и без того слишком загружена, ей бы больше отдыхать. Так что, я предлагаю тебе работу, Малфой. Платить буду нормально, доход у нас приличный, и никто не будет на тебя нападать. Ни я, ни Джинни. - Ты мне доверяешь работу в своем магазине? - скептически выдает Малфой. - Ну, раз Гарри тебе доверяет, а он мой друг, то почему нет. Малфой озадачен. Да и я тоже не ожидал такого поворота. Жую бутерброд. Джордж продолжает: - И, думаю, ты можешь переехать в магазин. Комната, в которой проживал Рон, освободится. Буду вычитать из твоего дохода плату за жилье. - Договорились, - моментально соглашается Малфой. - Могу начать уже сегодня. Я кашляю. Какого черта? Понимаю, что не хочу, чтобы Малфой уезжал. - Ты можешь остаться и здесь, - как ни в чем не бывало сообщаю я Драко. Он на меня даже не смотрит. Протягивает руку Джорджу, Джордж отвечает рукопожатием. - Я еще не все выяснил, мне нужно получить от тебя массу сведений, может, ты переедешь хотя бы через пару дней? - бормочу себе под нос. Довольный Джордж встает из-за стола, прощается с нами, а все мои реакции и действия слегка заторможены. Джордж кажется мне крайне неприятным, он будто замышляет что-то нехорошее. Вспоминаю, как он вчера пялился на Малфоя. Замечаю, что он и сейчас очень заинтересованно на него смотрит. То есть, после войны Джордж стал очень замкнутым, его совершенно ничего не интересовало. А теперь… Такая активность… Уверен, он специально избавился от Рона. «Ну а тебе-то что?» - спрашивает мой внутренний голос. Я не знаю, это все очень сложно. Провожаю Джорджа, возвращаюсь в пустую кухню с будто пустым сердцем.