S H O T / Выстрел

- Что тебе опять, Дерек? Скотт был раздражен и очень устал. Он ровно за три минуты пересек весь лес и сейчас стоял перед раскрытой дверью хижины альфы. Он знал, что Хейл его прекрасно слышит, поэтому и не старался говорить громко. Он тут же заметил сияющие красным глаза напротив. Дерек выглянул из-за угла одной из грязных комнат. Он был зол, Скотт чувствовал исходящий от него запах ярости. - Какого черта вы творили этой ночью? - Голос его отдавался грубым басом в ушах. Прошла пара секунд, а мужчина уже пересек длинный коридор и теперь стоял вплотную к Скотту. - Держи своего щенка на привязи или в следующий раз, клянусь, я не оставлю от него и мокрого места, - так же злобно и угрожающе ответил Скотт, он тут же услышал тяжелые шаги в глубине дома и рычание. Силуэт Лейхи показался в конце того же коридора. Его взгляд не предвещал ничего хорошего, в любую секунду он мог наброситься на Маккола и их бойня повторилась бы вновь. - Кого ты назвал щенком? - Полу рычанием спросил Лейхи и их со Скоттом взгляды пересеклись. Маккол был готов разразиться кучей ругательств, что давно были уготованы для Айзека в его голове, но вдруг, как гром, раздался голос альфы, не давая Скотту шанса ответить: - Айзек, захлопнись, - бросил Хейл через плечо, а затем посмотрел на Маккола, что все еще стоял вплотную к нему. - И ты тоже. У меня новости. Дерек жестом пригласил гостя войти, тот немного помедлил, прежде чем размашисто зашагал на кухню. Проходя мимо Айзека, парень остановился, но не успел он ничего сказать, как альфа схватил его за шкирку и потащил дальше. Лейхи последовал за ними. Втроем они оказались в тесной кухне. Свет сюда почти не проникал из-за чрезмерной загрязненности окон и веток деревьев, что полностью перекрывали путь солнечным лучам. Дерек и Айзек одновременно присели за прямоугольный стол, а Маккол так и остался стоять. Здешняя обстановка всегда вызывала в нем чувство отвращения, и всякий раз, когда находился тут, он старался не прикасаться ни к чему. Дерек скрепил руки в замок, прикрыл ими губы, молчал. А еще он пристально и с интересом разглядывал Скотта. - Что опять? - Маккол же никогда не отличался терпеливостью, присущей его альфе и поэтому нарушил молчание первый. Сейчас он стоял и думал только об одном: победа в матче, завязавшиеся отношения с Эллисон, неожиданные известия о ее семье, драка с Айзеком... Как столько событий смогли уместиться лишь в одном вечере? - Дело в том, - теперь же голос подал Лейхи. - Что этой ночью на мамулю твоей жалкой шлюшки напал оборотень. В жилах Скотта закипела злость. Он зарычал и вперился взглядом в Лейхи, а тот лишь с усмешкой смотрел в ответ. - Не смей. Называть ее. Так! - Скотт еле дышал и еле сдерживал себя от того, чтобы не разорвать жалкое лицо Айзека, вместе с его ненавистной усмешкой. - Но это еще не все, - он самодовольно улыбнулся. Доставлять Скотту боль и причинять душевные увечья нравилось оборотню не меньше, чем трахать девчонок в душных кабинках клубных туалетов. - Мы не можем быть уверенны, что покалечили Арджент не вы с Айзеком, - заключил Дерек. - Ты не подумай, я не сожалею о том, что охотницу загнали в угол и теперь она отлеживается в клинике. Поверь, я бы с удовольствием посмотрел, как тело ее закапывают под толстым слоем земли. Но... - Дерек на секунду смолк. - Если это все же сделали вы и Ардженты коим-то образом пронюхают об этом, будь уверен, Скотт, они обратят все свои силы и оружие против нас. Возможно даже, что направят вооруженную до зубов девчонку прямо в лес. Мысль эта в полную силу ударила Скотта под дых. Нет. Он не может допустить, чтобы Эллисон обратили против него. Только не сейчас. Парень, теперь уже не брезгуя, облокотился на кухонную тумбу и устало потер глаза пальцами свободной руки. Дерек же внимательно изучал его реакцию и с горечью подумал о том, что любовные драмы могут окончательно разрушить и без того шаткие отношения в их стае. - Что мы можем сделать? - Поднял взгляд Маккол. - Как нам понять, кто напал на мать Эллисон? Я ничего не помню с этой ночи, и этот... - Скотт скривил лицо, будто по ошибке съел протухшее яйцо. - Скорее всего тоже. Смерив Маккола таким же уничтожающим взглядом, Айзек вновь заговорил: - Я думаю, нам следует обратиться к Дитону. Он уже профессионал по "копанию в ваших мозгах". И скорее всего придумает, что можно поделать в этой ситуации.

***

Время клонилось к полуночи. Эллисон свернулась калачиком на своей кровати и пыталась побороть обуявшую ее дрожь. Несколько часов назад мама проснулась от глубокого сна. Выглядела она неважно, и как только смогла говорить внятно, отец и дедушка облепили ее своими вопросами, на каждый из которых Виктория отвечала, что ничего не помнит. "Так бывает, - только и пожала плечами лечащий врач. - Будем надеяться, что это временно, и скоро память полностью восстановится". Отец и дедушка лишь отмахнулись и стали что-то увлеченно обсуждать. Воспользовавшись минутой спокойствия, Эллисон поцеловала маму в щеку и получила слабую улыбку в ответ. Слова тут были ни к чему. Все итак было понятно. Чуть позже отец отправил ее домой. Сделать уроки, подготовиться к школе. Но, только сев за письменный стол, девушка поняла, что на данный момент не сможет написать ни строчки сочинения, заданного им на выходные. Она решила, что сегодня ей можно не париться по поводу оценок. Да и сил на переживания уже не оставалось. За окном послышался шум капель, ударяющихся о холодную землю, а с кухни доносился еле уловимый запах свежеиспеченных круассанов дедушки. "Мой любимый рецепт" - так он сказал, когда на подносе принес пару штук внучке. Но булочки так и стояли не тронутые и одинокие на полке у кровати. Есть совсем не хотелось. Все место в голове Эллисон заняла лишь мать. Что с ней могло случиться? Кто на нее напал? Откуда взялись дикие звери в этом городе? Когда мать поправится? А поправится ли она вообще? Нет. Так больше не могло продолжаться. Эллисон встала со своего "мягкого убежища" и потрясла головой, как это бывает всякий раз, когда ты начинаешь думать о назойливых и страшных вещах. Девушка стала ходить взад-вперед по комнате в поисках отвлекающих занятий и уже всерьез подумывала взяться за сочинение. Но тут ее взгляд притянул к себе торчащий из школьной сумки корешок старой книги. Девушка потихоньку, словно боясь, что книга вот-вот выпрыгнет и укусит ее, подошла к месту ее расположения. Окунула белесую кисть под кожу сумки и потянула. "Противостояние" вновь оказалось в ее руках, но теперь они дрожали. Банально конечно, но Эллисон словно чувствовала - книга сможет открыть ей кое-какие тайны, что эта книга - не просто выдуманная история. Она не имела больше сил стоять на ногах и даже не могла сделать пару шагов до кровати. Эллисон упала прямо на пол, где только что стояла. Книга тут же податливо раскрылась на ее согнутых "лягушкой" ногах. Пролистав несколько страниц и не зная все-таки, с какой начать, Эллисон раскрыла форзац. И тут же увидела знак. Он повторялся, казалось тысячи раз, практически не оставляя чистого места на древней бумаге. Посередине - изогнутая по краям фигура, напоминающая треугольник, из каждого угла ее исходила ровная, загибающаяся вовнутрь спираль. Тогда этот знак отчетливо впечатался в сознание девушки, и позже она могла безошибочно различить его среди прочих странных символов. На первой странице книги огромными буквами были напечатаны три слова:

АЛЬФА БЕТА ОМЕГА

А ниже, уже более мелким и изящным шрифтом была выведена фраза:

Там, где кончается братство, безошибочно будет война.

Эллисон нетерпеливо перевернула страницу. Это обуславливалось тем, что ей надоело топтаться на одном месте. Хотелось действовать. Хотелось сдвинуться с мертвой точки. Первая глава начиналась так:

Истоки сверхъестественного.

Еще в средневековье люди начали верить в существование сверхъестественных сил. Они всеми силами старались бороться с их даже самыми незначительными проявлениями. Да, иногда человеческая раса заходила слишком далеко, но, как говорится, мы не в силах переписать историю. Но я хочу поведать вам только одну. Возможно, когда-нибудь вам пригодятся сведения, что будет содержать моя рукопись. Возможно, вы воспримете ее слишком серьезно, увидите в ней скрытый смысл или после прочтения поверите в существование "нереального". А возможно, что в итоге вы воспримете меня за душевнобольного человека (наверное, именно поэтому на обложке не будет значиться мое имя) и выкинете эту книгу, чтобы она не занимала драгоценное место в вашей библиотеке. Я не хочу никому докучать. Вы - мыслящие существа и только вам дано решать, как поступить. Тем не менее, переверните страницу и продолжите чтение.

Последующие несколько часов девушка только и делала, что вчитывалась в каждое предложение книги. Наверное, больше она все-таки относилась ко второму типу читающих, а именно те, кто считал, что книга коим-то образом сможет помочь им, расставить мысли по полочкам. Но это не исключало того, что она считала автора немного сумасшедшим и уж тем более не исключало, что прочитанное когда-то сможет ей пригодиться. Не один раз. Главная мысль произведения заключалась в том, чтобы описать ликантов. Они же дети луны. Они же оборотни. А так же, чтобы описать все их слабые места, физиологические особенности, их "быт" и жизнь. Сам же автор представляется, как Друид, наблюдатель, помощник, спаситель невинных душ. Во время чтения у Эллисон то и дело бежали мурашки по спине, становилось не по себе от подробного описания всех, даже самых незначительных, нюансов. Взглянув на часы, она поняла, что уже очень поздно и, скорее всего, завтра ей будет трудновато встать в школу. Поэтому девушка тут же закрыла книгу, потерла уставшие глаза и завалилась на кровать, почти сразу провалившись в глубокий сон. Ей снились огромные волкоподобные существа с красными и желтыми глазами. Они притаились за кронами деревьев и готовились к атаке. Эллисон стояла посередине опушки леса, рядом лежала бездыханная и изувеченная мама, а когда один из ликантов злобно зарычал, откуда ни возьмись появился папа. В руках у него был огромный кинжал и он уже приготовился к схватке с "животными". Обстановка резко переменилась и теперь, вместо деревьев, отливающих синевой ночи, вокруг нее оказалась знакомая обстановка комнаты, но рядом с ней, у изножья кровати, действительно стоял отец. Только вместо устрашающего на вид кинжала, в руках его была газета; а вид был не воинственный и самоуверенный, а уставший и помятый. - Эллисон, вставай, ты опаздываешь в школу, - вот что вторил Кристофер. Девушка метнула беглый взгляд на часы. Действительно, до начала первого урока оставалось десять минут.

***

На улице тепло и солнечно этим утром. Звук двигателя байка, запах бензина и кофе - идеально. Скотт посмотрел на часы - Эллисон опаздывает уже на двадцать минут. Подождав еще немного и уже собравшись встать и постучать в дверь, парень заметил, как она отворилась, и углубленная в свои мысли девушка двинулась быстрым шагом в сторону старшей школы Бэйкон Хиллз. Скотт тут же завел кроссовик, которому только что дал двухминутный отдых, слегка взъерошил каштановые волосы и поехал вдогонку за Эллисон Арджент. Она не заметила его возле дома и не замечала сейчас, хоть он подъехал почти вплотную к ней. Оттого, что мысли ее были спутаны, она не слышала и не видела ничего, что выходило за пределы ее кожаных ботинок. И лишь когда тяжелая ладонь парня упала ей на плечо, Эллисон остановилась. - Скотт? - Рассеяно спросила она. - Что ты тут... - Вот, решил заехать за тобой, - Маккол достал из-под своих ног два стаканчика кофе и протянул один из них девушке. - Не знал, что ты большая любительница опаздывать, так бы приехал позже. Он весело улыбнулся, хотя это было трудновато, учитывая те сведения, что он узнал прошлым вечером. Сразу после разговора в доме Хейла, он и еще двое оборотней отправились в ветеринарную клинику, чтобы посоветоваться с друидом своей стаи Аланом Дитаном. Тот предложил пока не делать ничего, а просто ждать, так как был уверен, что той ночью Виктория Арджент выслеживала Питера и, скорее всего, нашла его. Зная дядюшку Дерека, все пришли к выводу, что старший Хейл оставил охотницу в живых, как предупреждение Арджентам и стае своего племянника. - Да я просто проспала, - смущенно улыбнулась девушка. - Боюсь, что я уже не успею к окончанию первого урока. - Со мной успеешь. К окончанию, - Скотт усмехнулся и указал на заднюю часть своего "железного коня". - Но у меня есть предложение получше, чем томиться на скучных уроках. И парень заговорщически улыбнулся. - Нет, нет, ты чего? - Эллисон быстро замотала головой по сторонам. - Я не прогуливаю уроки... Если отец узнает... Скотт обхватил ее подбородок двумя пальцами и направил лицо к себе. - Все бывает в первый раз, ясно? Ты бы знала, сколько за свою жизнь мы вместе со Стайлзом прогуляли школьных дней. Не переживай, никто не хватится тебя, если ты всего один раз не придешь в школу. Скотт поцеловал девушку в нос, это было слишком мило, чтобы не дать повод Эллисон улыбнуться. - Ты со мной? - Скотт тут же схватил два шлема с заднего сиденья, один подал своей девушке, а другой зажал под мышкой. Секундное колебание, и Эллисон приняла переливающийся в утренних лучах предмет из рук Маккола, он тут же лучезарно улыбнулся и помог Арджент устроиться поудобнее на заднем сидении. Ветер бил по участкам кожи, что была обделена покровом одежды, но каждое резкое дуновение придавало им обоим чувство свободы. Эллисон держалась за крепкую грудь парня, она грела ладони и девушка отдала бы все, чтобы их поездка не прекращалась. Но оба и не представляли, что когда Маккол завел двигатель, звук эхом разнесся по всему району и привлек внимание не одного соседа. Кристофер Арджент на тот момент уютно примостился в своем кабинете и читал утреннюю газету, запивая слова горячим кофе. Услышав непривычный для их города звук двигателя (мотоциклистов в Бейкон Хиллз можно было пересчитать по пальцам), он тут же подошел к окну, чтобы рассмотреть нарушителя всеобщего покоя. Когда он узнал в нем нового приятеля своей дочери, кофе тут же стало холоднее, а воздух вокруг наоборот - раскалился до предела.