Экзорцист

Запах мальчишки немного изменился — добавилось больше страха, которого никогда не было в Ногицунэ, и море отчаяния. Питеру казалось, что в нем можно захлебнуться. Стайлзу настолько было больно, что он даже не мог закричать. По его щеке скатилась слеза, но волк не мог снова купиться на этот трюк, демон — хороший актер и надевает на себя много масок. Сейчас это маска невинного мальчика, которому нужна помощь, но это всего лишь очередная роль. — Это поможет? — прошептал Стайлз, закрывая глаза. Волк внутри Питера метался. Ему хотелось прижать мальчишку к себе, успокоить, и в то же время он скалился, чувствуя подвох, не доверяя демону. В прошлый раз жалость к невинному мальчику дорого обошлась Питеру. — Я могу тебе помочь, — Питер не собирался лгать мальчику, понимая, что демон внутри него все равно все расскажет. — Чтобы уничтожить демона внутри тебя, ты должен измениться. Если я укушу тебя, Ногицунэ покинет твое тело, но он не позволит мне этого сделать. Единственный способ приблизиться к тебе, усыпить его бдительность, это… «Интимная близость», — шептал демон на ухо Стайлзу. Он ни на минуту не собирался оставлять его одного. По телу Стайлза пробежала мелкая дрожь. Секс. Ногицунэ хочет растоптать его не только физически, но и духовно. Что может быть лучше — потерять девственность в шестнадцать с оборотнем-священником на глазах у тысячелетнего демона. Обычный день из жизни Стайлза Стилински. — В этот момент сложно уследить за всем сразу, — продолжил Питер, стирая дорожку слез с щеки мальчишки. — Но ты должен быть согласен, иначе я и тебя погублю. Стайлз глубоко вздохнул. Питер спрашивает так, будто у него на самом деле есть выбор. Нет, этой пьесой руководит Ногицунэ. — Если это поможет, я согласен, — на выдохе произнес мальчишка, отворачиваясь от мужчины. Там стоял демон и победно улыбался, а потом еле заметно кивнул. Мальчик все делает правильно. Стайлз старался абстрагироваться, когда Питер лег на него, поставив руки по обе стороны от его головы. Он тоже боялся смотреть в глаза священника, боясь увидеть там ту же неуверенность, что испытывал сам. С чего они взяли, что это сработает? С чего они взяли, что демона вообще можно изгнать? Ведь все, как один, сходились в одном — демоны не просто так выбирают своих жертв, их сосуды сами согласились отдать свое тело. — Это больно? — голос Стайлза дрогнул, стоило Питеру сомкнуть свои губы на его кадыке. «Адски, — заботливо подсказывал Ногицунэ, стоя рядом с кроватью. — Он порвет тебя». Стайлз нервно сглотнул. Что за глупый вопрос, конечно же будет больно, они же не в шахматы собрались играть. — Я заберу боль, — пообещал Питер, вылизывая подставленную шею, даже не пытаясь отрицать, что это действительно будет адски больно. «Он врет тебе. Тебе будет больно и никто не поможет, тем более эгоистичный волк». Слова Ногицунэ невозможно было выкинуть из головы, его как будто вшили ему в мозг как радио, которое нельзя выключить или переключить станцию. Мальчишку затрясло, не так он представлял свой первый раз. Не в церкви, не со Святым отцом, не ЕГО! Но, как оказалось, многим мечтам теперь не суждено сбыться. — А можно руки отвязать? — жалобно проскулил мальчишка, впиваясь в Питера умоляющим взглядом. — Прости, но нет, я не могу так рисковать. Стайлз всхлипнул. Неужели одному ребенку подвластно пережить такое? — Хотя бы одну. Я не буду дергаться. Ну, разве можно было отказать этим карамельным глазам, когда они смотрели с такой мольбой? И снова слова Ногицунэ всплыли у Питера в голове. «Ему так больно. Он так устал бороться в одиночку». Мужчина сжалился. Оставив засос на бледной шее, он отвязал одну руку и бережно растер запястье, заставляя кровь снова циркулировать по венам. А внутри волк недоверчиво приглядывался к мальчишке. Он не бежит. Почему? Демон снова играет или это и есть настоящий Стайлз? Питер снова склонился над мальчишкой, оглаживая его бока и оставляя мокрые поцелуи на плоском животе. Стайлз засмеялся и попытался оттолкнуть священника, уронив: — Щекотно. Скользнув языком в ложбинку пупка, Питер стал осторожно, чтобы не спугнуть мальчишку, расстегивать его ремень на джинсах. Стайлз зарылся пятерней в волосы мужчины, массируя кожу головы и прикрывая глаза. Хорошо. Впервые за многие месяцы ему по-настоящему хорошо. Забавно, учитывая, что хорошо ему оттого, что его облизывает священник. — Все будет хорошо, Стайлз, — промурлыкал Питер в живот мальчишки, вызывая легкую вибрацию по всему телу. — Ты сделал правильный выбор. Эти же слова ему сказал Ногицунэ двадцать лет назад в облике такого же юного мальчика, осторожно насаживаясь на его член. Демон крепко прижимался к мощной груди, поглаживая зверя по напряженной спине, и повторял, что Питер правильно поступает, что это единственный выход и что не надо стыдиться своих желаний. Питер был уверен, ему удалось обмануть демона. Еще чуть-чуть и он отключится, и волк сможет его укусить. В тот день они оба получили то, что хотели — секс. Утешение для Питера и безоговорочная победа Ногицунэ. Стоило Питеру кончить в расслабленное тело юноши, он провалился в небытие, а когда очнулся, демона уже и след простыл. Питер отчаянно себя убеждал, что в этот раз все будет иначе, в этот раз ему удастся спасти мальчика. Вера на грани фанатизма. Спасти любой ценой. Мужчина поднялся поцелуями выше, снова мучая шею мальчишки. Тот сладко постанывал, одной рукой стараясь притянуться к себе волка ближе. — Знаю, это похоже на сделку с Дьяволом, — жарко прошептал Питер на ухо Стайлзу, лизнув ушную раковину, —, но это выгодная сделка. Стайлз нежно провел рукой по загривку зверя, поражаясь такой доверчивостью и глупостью волка, притянул его голову к себе и так же тихо ответил: — Прости, но я уже заключил выгодную сделку. Удара демона не достаточно, чтобы переломить оборотню хребет, но достаточно, чтобы вырубить его. Питер даже удивиться не успел, как его оглушил Стайлз. Мальчишка отвязал вторую руку и встал над оборотнем, склонив голову на бок. Странно было чувствовать такую власть, когда в тебе всего-то шестьдесят килограмм живого мяса. — Хороший мальчик, — похвалил демон, вставая за спиной Стайлза. — А теперь идем веселиться. Питер так и остался лежать на полу в церкви, в то время, как Ногицунэ продолжал совращать Стайлза. — Почему мы не убили его? — удивился Стайлз, идя вдоль улицы. Для всех прохожих он обыкновенный мальчик из местной школы, а не сосуд для тысячелетнего демона, для окружающих он говорит сам с собой, а не слушает советы Ногицунэ. — Он опасен для нас. Стайлз и сам не знал, когда стал говорить «мы» вместо «я», когда они с демоном стали одним целым. — Не порть все веселье, Стайлз. С Питером весело, а где мы еще найдем такого, как он? К тому же ты еще не знаешь, но он великолепный любовник. Поверь, я знаю, о чем говорю. За тысячу лет я много чего перепробовал, и этот волк лучший наркотик из всех. — И все же надо было его убить. Безопасность важнее игры. — Убить его мы всегда успеем. К тому же нам нужны зрители. — И где мы их будем искать? — Там, где Питер сможет нас найти, конечно.

***

Одним из преимуществ оборотней было в том, что они не пьянеют, следовательно, у них так же не бывает и похмелья. Жаль только, что похмелье от демона грозит всем, даже оборотням. Придя в себя, Питер схватился за голову. Он был уверен, даже у школьников после выпускного голова не болела так сильно, как у него. Пазл потихоньку сложился у волка в голове и он разочарованно покачал головой. Ногицунэ уже успел обработать Стайлза. Мальчишка сдался и делает все, чтобы демон ему не приказал, а значит, выбора не осталось — надо избавиться от них обоих. А пару пуль от рассерженного отца мальчишки Питер переживет. Питер догадывался, что Ногицунэ не начнет новую игру, не покончив со старой, поэтому не был удивлен, застав мальчишку на коленях в окружении трупов тех самых охотников, что его схватили. Удивило его только то, что это сделал не демон, а сам Стайлз. Его руки было по локоть в крови, а на губах играла легкая улыбка. Полный псих. Питер опоздал. Бойня произошла не так давно, кровь еще была теплой. Не будь Питер урожденным оборотнем или не контролируй он себя, то набросился бы на еле дышащего мужчину с перерезанным горлом. Стайлз или Ногицунэ — Питер уже не видел разницу между этими двумя, — подошел к убийству со знанием дела. Он не убил охотников сразу, а лишь нанес смертельные раны, оставив их мучиться. Но вверх наглости было остаться дожидаться здесь Питера и наблюдать, как жизнь медленно покидает эти тела. Мальчишка вздернул голову и с улыбкой смотрел на мужчину, ожидая похвалы. Будто он сделал что-то хорошее, что-то, что просил сам Питер. Но оборотень хмурился и зло смотрел на Стайлза, заставив его опустить голову. — Ногицунэ сказал, тебе понравится, — пробубнил мальчишка, ковыряясь во внутренностях трупа. — Он сказал, раньше вы вместе так играли. — Мы не играли, — возразил Питер, оскалив клыки, но на мальчишку это не произвело ровно никакого эффекта. — Он запудрил мне мозги, так же как и тебе. Подойдя к мальчишке, волк поднял его лицо за подбородок, осматривая кровавые пятна на щеках. Стайлз цел, не стоило и переживать, демон все залечил. — Ну и что ты натворил, щенок? — Питер сложил руки на груди, как строгий отец, и недовольно смотрел на Стайлза. Тот поддержал игру и опустил голову, как послушный сын, который признает свою вину. — Я нечаянно, — прошептал мальчишка, а демон внутри него уже катался со смеху. — Я больше так не буду. — Стайлз! — волк схватил мальчишку, грозно рыкнув на него и встряхнув за плечи. От него пахло молоком и имбирным печеньем, хоть запах и ощущался слишком слабо, будто бы настоящая сущность Стайлза потихоньку пропадала, уступая ее демону. Ногицунэ на мгновение насторожился, он не помнил волка таким злым и боялся, что тот сделает что-нибудь с сосудом. «Он не верит нам, Стайлз, — шептал демон на ухо мальчишке. — Заставь его поверить». Мальчишка непонимающе уставился на мужчину, будто бы это не он весь перемазан чужой кровью. Он обхватил лицо Питер руками, пачкая его в крови, и неловко прикоснулся своими губами к его. Поцелуй вышел холодным, с привкусом крови и слишком наигранным, чтобы можно было поверить в него. — Можешь объяснить мне почему? Питер погладил Стайлза по щеке, стирая кровь, и провел большим пальцем по нижней губе, оттягивая ее и царапая когтем. — Почему ты пошел с ним на сделку? — Он предложил мне то, от чего я не смог отказаться. То, чего никто больше дать мне не мог, — искренно признался мальчишка, несмотря на запрет Ногицунэ. — И что же это? — Он обещал мне, что боль прекратится. Питер не мог винить его в этом. Он чувствовал, видел и даже слышал, как мальчишке больно, как он ломается под гнетом всего того дерьма, что свалилось на него в неполные семнадцать лет. Питер крепко обнял Стайлза, поглаживая его по голове. Мальчишка не пытался убежать, наслаждаясь теплом и любовью, что исходили от волка. Зажмурившись, он глубоко вдыхал запах кофе и корицы, и возможно немного домашних вафель. От мысли, что мужчина умеет готовить вафли, Стайлз улыбнулся и сильнее прижался к нему. — Если ты все еще готов сражаться, малыш, — прошептал Питер на ухо мальчишке, — не сопротивляйся. Стайлз и пискнуть не успел, как его шею что-то обожгло и он почувствовал запах каких-то лекарств. Крепкие руки подхватили его и куда-то понесли. И снова Стайлз не контролирует свою жизнь. Пора с этим заканчивать. Проснулся он абсолютно голый, но к счастью не связанный. Он лежал на теплом пледе, потягиваясь, разминая мышцы. В двух метрах от него на кровать приземлился тюбик. «Смазка, — подсказал демон мальчишке, скалясь и уже предвкушая игру. — Какой заботливый волк. В прошлый раз он брал меня насухую». Питер стоял в двух шагах от него и с жадной улыбкой оглядывал юное тело. — Ну что, попробуем еще раз? — усмехнулся волк, опускаясь на кровать к мальчишке.