Entree/Main Course

If you play, you pay.

Уилл в который раз постучал в дверь, прислушиваясь, не звучат ли приближающиеся шаги. Хотя хозяйка дома вполне могла оставить его визит без ответа, приняв за очередную попытку допроса со стороны ФБР. Грэм был готов, что Беделия не пожелает говорить с ним, потому вздрогнул от неожиданности, когда входная дверь распахнулась. Женщина стояла на пороге, с видимым усилием удерживая равновесие, опираясь на трость. - Что же ты так долго? - смерив его взглядом, спросила Беделия. Уилл не нашелся, что ответить, молча входя в дом. Блондинка медленно направилась в гостиную и тяжело опустилась в кресло. - Как... ты? - кашлянув, спросил Грэм, скользнув взглядом по изящному брючному костюму женщины. - Привыкаю, - она многозначительно постучала тростью по левой штанине — послышался глухой звук от удара о протез. - Не первый раз я подверглась нападению со стороны бывшего пациента, - Беделия кивнула в сторону кресла напротив. - Но мне не пристало жаловаться, ведь я выжила, - её голос чуть дрогнул, а Уилл вспомнил фотографии, которые принес Джек. Шикарная сервировка и вычурно украшенное блюдо во главе стола. - Почему? - Грэм медленно сел в кресло, наклоняясь вперед. - Зачем он оставил тебя в живых? Беделия холодно улыбнулась. - Ты правда не понимаешь? - она сморгнула подступившие слезы и с трудом поднялась на ноги. - Он оставил меня в живых для тебя, - женщина медленно подошла к сейфу, скрытому за узкой дверцей книжного шкафа. - Это тебе, - она бросила конверт на свободное теперь кресло. - А теперь убирайся из моего дома. Грэм перевел шокированный взгляд с письма на Беделию, которая дрожала всем телом. То ли от усилий, прилагаемых, чтобы стоять прямо при отсутствующей ниже бедра ноге, то ли от страха. Уилл взял конверт и подошел к женщине. - Ты боишься меня? - с удивлением спросил он. - Я не собираюсь причинить тебе вред. Я не такой, как он. Беделия вскинула голову, встречая взгляд Грэма блестящими глазами. - Нет, ты другой. В отличие от Ганнибала, ты слишком долго отрицал свою истинную натуру. - Откуда ты знаешь, что я не воспользуюсь этим, - Уилл поднял конверт, который сжимал в левой руке, на уровень глаз женщины. - Чтобы найти и убить его? Дю Морье склонила голову набок и усмехнулась. - Где твоё обручальное кольцо, Уильям? Грэм резко развернулся и едва ли не бегом покинул дом бывшего психоаналитика. Его руки так сильно дрожали, что он решил отъехать только на пару кварталов от дома Беделии и сразу же вскрыть конверт. «Дорогой Уилл», - письмо начиналось так же, как и то самое, что прислал Лектер во время своего пребывания в BSHCI. Эта фраза невольно заставила Грэма перенестись в момент, когда он впервые увидел Ганнибала спустя 3 года после ночи на ферме Верджеров. На самом деле это было не так давно, но казалось, будто несколько жизней назад. «Надеюсь, твои шрамы уже зажили. Хотя бы внешние. Я всегда действовал в твоих интересах, несмотря на твои собственные усилия. И, как друг, продолжаю желать только лучшего. Невзирая на фразу, которую я процитировал перед появлением Фрэнсиса, меньше всего я хотел, чтобы всё случилось, как в этой книге: в ответ он сказал говорившему: погибли они до срока, унесло наводнение их. Я искренне надеюсь, что победа над Драконом не прибавила тебе внутренних терзаний. Бог не чувствует за собой вины после убийств, не должен и ты. Ненависть быстрее любви поражает своих заблудших жертв. А ты нашел свой путь, Уилл? Ганнибал Лектер.» Это было всё, что находилось в конверте. Никаких указаний, где он мог бы найти Ганнибала. Ни единого слова о том, что Лектер хотел, чтобы Грэм нашел его. Уилл отбросил письмо на сидение и спрятал лицо в ладонях. Плечи мужчины дрожали от напряжения и разочарования. Боль поднималась из груди, обжигая горло, сдавливая спазмами и мешая дышать. Об этой боли говорила Беделия тогда, когда высказала предположение, что Ганнибал любит его? Хотя для самой женщины это не звучало, как догадка, скорее, как давно известный ей факт. Уилл вспомнил о словах Беделии, когда стоял на краю обрыва, держась за плечи Лектера. Потому что тот смотрел на него так, как никогда раньше. И жажда убийства, удовлетворенная лежащим позади них Фрэнсисом, не могла объяснить подобный взгляд. А фраза Беделии наоборот, подходила как нельзя точнее. Грэм потер виски пальцами. Это было настолько невероятно, неуместно и просто... просто не подходило самому Лектеру. Как и та фраза про любовь, которую он сказал прямо перед приходом Долархайда. Как же она звучала? Такая странная формулировка, будто цитата из какой-то старой книги. Грэм резко выпрямился и схватил письмо, снова пробегая его глазами. - Нет любви сильнее, чем отдать жизнь за друга, - прошептал Уилл. - Нет, не так... Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих. Откуда же это? Мужчина снова уставился в лист бумаги, вдруг его взгляд будто споткнулся о слово «Бог». - Это цитата из Библии! - воскликнул Грэм, снова перечитывая письмо уже внимательнее. - Он специально написал, о чем говорил, чтобы я вспомнил цитату и понял откуда она, - прошептал Уилл, поспешно доставая смартфон из кармана. - А дальше написано «как в этой книге». Грэм ввел в поиск фразу «в ответ он сказал говорившему: погибли они до срока, унесло наводнение их». Так и есть — google выдал Евангелие от Матфея и Книгу Иова. Эти 2 фразы были взяты оттуда. Уилл озадачено откинулся на спинку кресла, задумчиво глядя на страницу браузера, где были указаны главы «От Матфея 12:48» и «Иов 22:16». «Почему он выбрал именно эти фразы?» - думал Грэм, как вдруг его взгляд наткнулся на переднюю панель автомобиля, где был встроен навигатор. - 4 цифры! - воскликнул он, наклоняясь к небольшому экрану. - Конечно же! Широта и долгота! Это координаты! Уилл дрожащими пальцами ввел: широта 12° 48' и долгота 22° 16' Спустя некоторое время карта отобразила неопределенную местность где-то вблизи Судана. Грэм помотал головой, не желая верить, что ошибся. Удалив данные, мужчина попробовал ввести их наоборот: 48° 12' и 16° 22'. На этот раз навигатор отобразил результат поиска значительно быстрее, ведь координаты соответствовали столице Австрии — Вене: 48° 12' северной широты и 16° 22' восточной долготы. Уилл облизал вмиг пересохшие губы и задумался где же искать Ганнибала в целом городе. Он снова принялся перечитывать письмо, исследуя каждое слово. Ещё одна фраза показалась ему довольно странной, хотя Лектер часто изъяснялся так, будто цитировал классические произведения или исторические трактаты. Введя в поиск предложение «Ненависть быстрее любви поражает своих заблудших жертв» Грэм даже не удивился, когда google выдал оперу Джузеппе Верди «Бал-маскарад», откуда и была взята цитата. - Теперь осталось понять как это всё сопоставимо, - прошептал он, добавляя к названию «Вена, Австрия». Поисковик тут же показал расписание Венской государственной оперы, в котором произведение Верди значилось в репертуаре каждую пятницу в ближайшие месяцы. Уилл сжал смартфон в дрожащей руке, наконец, понимая, где и когда назначил встречу Ганнибал.

- Господин мой! Вас глубоко все так уважают. - Для славы – много, для сердца – ничего. А в сердце лютая тоска. - С которых пор? - Давно! - О чём же? Расскажите!

Чио тяжело вздохнула и отвела взгляд от сцены. - Я вижу, ты не наслаждаешься оперой, - послышался шепот сбоку. - Мы оба с большим удовольствием находились бы в других местах, - тихо ответила она. - Или с другими людьми, Ганнибал. Мужчина едва заметно сжал губы, наклоняясь к девушке. - У меня нет никого кроме тебя, - это звучало, как простая констатация факта, не неся в себе эмоционального подтекста. - Уже нет. Лектер снова перевел взгляд на сцену.

- В твоём жилище тебе не безопасно! - И что же? - Оковы злые зреют во тьме ночной. Смерть тебе грозит.

Ганнибал поймал себя на мысли, что не слышит, о чем поют герои “Бала-маскарада”. Хотя на данный момент он мог знать оперу наизусть, ведь приходил сюда каждую неделю.

- Но ты жизнью дорожи и защищай себя. Дружба верности всегда опоздать может на защиту. Ненависть быстрее любви поражает своих заблудших жертв!

- Боюсь, что сегодня мы не останемся до конца, - напряженным шепотом сказала Чио. - Мы не можем просто встать и уйти, это будет выглядеть подозрительно, - спокойно отозвался Ганнибал. - Ты тоже его заметил? - Чио сжала клатч, а Лектер мысленно улыбнулся, пытаясь угадать, есть ли в маленькой дамской сумочке нож или пистолет. А может и то и другое. - Да, 15 место, 5й ряд. Боковое, чтобы среагировать, если мы внезапно захотим покинуть зал. Чио вопросительным взглядом посмотрела на Ганнибала, а тот медленно кивнул. Не время быть высокомерным, его преданная охотница и так терпела бесконечные походы в оперу. Это убийство он мог уступить девушке. - Итак, ты узнала, кто его послал? - Ганнибал протянул Чио белоснежный платок. Хотя изысканное серебристое платье было безнадежно испорчено алыми каплями. Девушка отвела взгляд и поспешно ответила: - Он бы не сказал. Лектер разочарованно вздохнул и подошел ближе, чтобы стереть платком брызги крови со щеки девушки. - Мы больше не сможем приходить сюда, - она подняла взгляд, полный сочувствия. - Мне жаль. Ганнибал успокаивающе улыбнулся. - Я всё равно не уверен, что он приедет, - Лектер распахнул дверцу автомобиля перед девушкой. Чио сжала пальцами прохладный край двери и наклонилась к Ганнибалу. - Судя по тому, что он сделал с убийцей Миши, - она заметила непонимание в глазах Лектера и продолжила. - Не сможет не приехать. - Уилл сказал, что его убила ты, - Ганнибал удержал её за запястье, не позволив сесть в машину. Чио кивнула и сказала: - Но то, что он сделал с телом, - девушка легко коснулась щеки Лектера окровавленной ладонью. - Уилл сделал это для своего накама, - она помолчала и добавила, скрываясь в салоне авто. - Он приедет. Огонь поблескивал красно-желтыми искрами между поленьями в камине. Неспешно касался языками пламени, словно пробуя на вкус, прежде чем поглотить в обжигающем жаре. Ганнибал сидел напротив камина, вино сиротливо стыло в бокале, забытом на столике, рядом с диваном. - Помнишь, как тихими вечерами, когда воздух был влажным после дождя, мы играли, - Чио неслышно приблизилась, садясь рядом с мужчиной. - Ты бросал в огонь всевозможную древесную кору и ладан, а я определяла каждый аромат по отдельности*. Лектер прикрыл глаза и улыбнулся уголками губ. - Я не твоя сестра, но ты – моя семья, Ганнибал, - девушка бросила беглый взгляд на широкий пластырь на руке и добавила. - И я убью любого, чтобы защитить тебя. - Даже Уилла, - усмехнулся Лектер. Чио закатила глаза. - Если хочешь, я могу даже извиниться, когда он будет здесь. Ганнибал благодарно кивнул, оценив её желание приободрить его своими уверенными словами на счет приезда Грэма. - Иногда ты действительно напоминаешь мне Мишу, - едва слышно проговорил он. - И тогда я думаю, что не имею права удерживать тебя рядом. Ты помогла мне справиться с пулевым ранением, уехать из страны... - Я никуда не собираюсь, - перебила его Чио. - Когда приедет твой накама, кому-то нужно проследить, чтобы вы не поубивали друг друга. Бесхитростная искренность Чио всегда обезоруживала Ганнибала, в такие моменты она и правда становилась похожа на непосредственного ребёнка. И доверяла ему так же безоговорочно. Лектер наполнил вином второй бокал и протянул девушке. Он действительно был рад, что не приходится ждать Уилла в одиночестве. Находясь под постоянным присмотром в BSHCI, он мысленно переносился в свой Дворец Памяти, блуждая по комнатам, которые были заполнены воспоминаниями о Грэме. Но теперь, когда они оба на свободе, не было больше необходимости в разделении, которое так трудно давалось не только ему, судя по словам Уилла в музее Уфицци. Ждать Ганнибал умел. И надеялся, что в этот раз Грэму понадобится гораздо меньше трех лет, чтобы признать насколько он изменился после их победы над Драконом. Лектер откинулся на спинку дивана, расслабленно глотая вино и раздумывая о том, чтобы попросить Чио описать в подробностях, что именно Уилл сделал с пленником, виновным в смерти самого любимого для него человека. Единственного дорогого. До появления Уилла Грэма. *Об этой игре Чио рассказывала Уиллу в сериале