Tu M'as Laisse / Ты оставил меня

Как предсказуемо. У Маринетт на утро просто раскалывалась голова. Тикки была уже рядом с таблетками в маленьких ручках. Маринетт выпила их, поблагодарив свою квами и проклиная яркий солнечный свет, проникавший в комнату. Она попыталась заставить себя открыть глаза. Было довольно прохладно, оно и понятно, ведь за окном лежало не меньше шести футов снега. — Тикки, — пробубнила она, еще больше укутываясь в одеяла и удивляясь, почему на ней нижнее белье, а не пижама. Внезапно события прошлого вечера вернулись к ней, и снова захотелось провалиться сквозь землю. Но среди небольшой горстки плюсов было то, что им не пришлось раскрывать свои личности друг другу напрямую. Хотя с другой стороны, Кота Нуара больше нет, Адриан по-прежнему оставался холоден, а Маринетт так бесстыдно стояла перед ним в одном нижнем белье и... ой-ой-ой-ой-ой!.. Ей нужно срочно что-нибудь выпить. После легкого душа она на цыпочках спустилась вниз по лестнице, совсем не ожидая, что кто-нибудь тоже поднимется в такую рань (было только девять утра). Но, разумеется, Адриан уже сидел за кухонным столом. Кто тот человек, что сказал, будто божьи коровки приносят удачу? Он оторвался от своего телефона и поднял взгляд, только тогда Маринетт увидела темные круги у него под глазами. Не произнеся ни слова, она рискнула переступить порог и сделать себе кофе, а пока наливала в кружку кипяток, заметила, что за окном шел сильный снегопад. Однако, даже отвлеченность ее мыслей не помогла избавиться от повисшей в воздухе напряженности. Слава Богу, в кухню влетела Алья, тем самым очень удивив Маринетт, расплескавшую немного кофе на пол. — Какого черта ты здесь делаешь? Разве у вас не начался медовый месяц? Алья грустно покачала головой. — Дороги закрыты. Мы собирались уехать сегодня утром, но все вылеты отменили, поэтому медовый месяц откладывается на некоторое время. Все, кто уехал еще вчера вечером, благополучно добрались до дома, хотя бы это радует. Маринетт потрясла головой. — А что поезда? И когда ситуация улучшится? У меня занятие в понедельник утром! — Поезда тоже отменили, а штормовое предупреждение будет еще, как минимум, пару дней, — ответил Адриан, и Маринетт одарила его испепеляющим взглядом: частично от того, что он вообще что-то сказал, но по большей части от того, что ей придется оставаться запертой в одном доме с ним еще два дня. Ей определенно нужно что-нибудь выпить. Завтрак проходил в тишине, поскольку у всех был потрепанный и уставший вид. Маринетт даже удалось украдкой подливать в свой кофе виски. Но, конечно же, Адриан это заметил. Она бы уже даже отважилась сказать ему что-нибудь, но он вовремя вернулся к своему тосту. Его волосы вновь были аккуратно уложены, что заставило Маринетт почувствовать себя троллем, находясь за одним столом вместе с ним. Между тем, Натаниэль придвинул к ней свой кофе, невинно отводя взгляд, и она ухмыльнулась, плеснув немного виски в его кружку. — Так, ладно, — провозгласила Алья, привлекая к себе внимание, — я и мой муж решили провести в гостиной марафон Гарри Поттера. Желающие могут присоединиться к нам, а остальные — делать все, что захотят. У меня все — развлекайтесь! Алья встала и ушла в гостиную, Нино побрел за ней следом с тарелкой хлопьев. Маринетт посмотрела на оставшихся. Адриан поднялся с места и предположительно ушел в свою комнату. Мелоди взяла тарелку с тостами и бутылку вина и проследовала в гостиную, оставив Маринетт и Натаниэля смотреть друг на друга. Без лишних слов они взяли самое большое покрывало, какое только смогли найти, остаток виски, и вышли на крытую террасу, где удобно расположились в садовых качелях.

***

Адриан лег вниз лицом на кровать, позволяя покрывалам слегка удушить его, тем самым пытаясь привести свои мысли в порядок. Фактически, всю прошлую ночь он провел в попытках во всем окончательно разобраться. Но с первыми лучами солнца пришло осознание того, что он не в силах осмыслить все то, что произошло, и уж тем более было просто невозможно выбросить из головы образ Маринетт в одном только нижнем белье. Ее тело было таким... истерзанным. Его пальцы сжимали простыню при одной только мысли о тех ранах, старых и новых, и он не мог избавиться от этих видений, потому что они появлялись каждый раз, как только он закрывал глаза. Каждый шрам на ее теле был его виной. Он оставил ее, бросил одну, даже не попросив прощения, потому что ужасно струсил. Как он теперь посмотрит ей в глаза, зная, что натворил? Что они натворили? После ее вчерашней исповеди он не мог больше отрицать, что она и есть Ледибаг. В старшей школе он начал замечать определенную схожесть между ними обеими, что стало притягивать его к ней. Адриан даже хотел пригласить Маринетт на свидание — и его не волновало, что она могла и не быть Ледибаг — когда состоялся последний бой с Хищной Молью и когда он должен был уезжать. Он услышал разговоры снаружи и подошел к окну, чтобы посмотреть. Адриан замер, когда увидел Маринетт и Натаниэля, замотанных в плед и прижимающихся ближе друг к другу. Они раскачивались в качелях и весело смеялись под его окном. Его челюсти сжались, и он резко отпрянул от окна, тут же вспомнив о своей больной ноге, которую подвернул вчера во время танца. Даже с его неудачей, он никогда не был таким неуклюжим. Нет, подумал он, рассеяно играя с серебряным кольцом на своем пальце, это у Кота Нуара было невезение. Кота Нуара и Плагга. А он не видел своего квами уже четыре года.

***

Натаниэль и Маринетт стряхнули со своей обуви налипший снег и присоединились к остальным в гостиной. Шел уже третий фильм, а это значит, что они пробыли снаружи дольше, чем ожидали. Они тихо захихикали между собой и споткнулись о диван. Лица у обоих были покрасневшие от мороза и алкоголя. Разумеется, свободные места оказались на диванчике, где одиноко сидел Адриан, который сразу же отодвинулся в сторону, чтобы пьяный дуэт смог устроиться на подушках. Они были уже на середине Узника Азкабана, когда Адриан заметил, что Маринетт смотрит на него непрерывно последние двадцать минут. — Что? — прошептал он, ему стало очень неуютно под ее непоколебимым пристальным взглядом. — С каких пор ты носишь очки? — невнятно произнесла она. Его щеки покрыл легкий румянец, когда к нему повернулись все остальные. — Я их надеваю, когда устаю, ясно? — ответил он, отводя взгляд. — Но ты никогда не надевал их, когда был Кото... м-м-м... — Адриан прижал свою ладонь к ее губам, осторожно осмотрелся вокруг, чтобы убедиться, что никто ее не услышал. К счастью, все были затянуты фильмом. Внезапно он почувствовал что-то теплое и влажное под ладонью и немедленно отдернул руку, смотря на девушку с недоумением. Та сидела с высунутым языком. Она действительно лизнула его! Маринетт зевнула, закутываясь в плед и устраиваясь под боком у Адриана. Он замер, не зная, куда ему деть свои руки, когда услышал ее тихое бормотание. Он придвинулся к ней ближе, не в силах сдержать улыбку, которая мелькнула на его губах. — Где ты была сегодня, киска? У королевы у английской...* Когда закончился фильм, Алья нашла их обоих спящими — его подбородок лежал на ее макушке. Она незамедлительно разбудила Адриана, а воспоминания об этом потом еще долго будут вызывать у нее на лице улыбку. Алья никогда не видела его таким смущенным, чаще мрачным, а следовательно нельзя позволить ему забыть об этом.