blue.

      Впервые я увидел Калума в клубе, который находился прямо напротив дома, в котором я жил. Из-за этого проклятого места у меня не раз болела голова, потому что шум, исходивший из клуба, буквально сотрясал мою квартиру каждые выходные. Я ненавидел это заведение всем сердцем, пока в одно хмурое субботнее утро не натолкнулся на объявление, в котором говорилось, что в «95 Slide» — так назывался тот самый клуб — выступает одна из моих любимых панк-рок групп — 5 Seconds Of Summer. Они не были всемирно известны, а потому и выступали только в таких маленьких клубах и барах типа 95 Slide. Калум был бассистом и вокалистом в группе, но также был известен, как самый проблематичный из троих. Информации о них в интернете, конечно, было не так много, но многие знали именно Худа из-за его знаменитых романов с более масштабными артистами. Слухов о нем было очень много, но никто не знал, правдивы ли они или значительно приукрашены, так как Калум никогда не отвечал на чьи-то вопросы. Он вообще мало разговаривал по сравнению с Эштоном и Люком, которые только и делали, что отвечали на вопросы фанаток в своих видео на YouTube.       Кажется, я немного отошел от темы. Мне удалось послушать в живую одну из своих самых любимых групп в самом нелюбимом клубе. В этот холодный пятничный вечер я все никак не мог усидеть на месте. Концерт начинался в 10, так что толпа начала подтягиваться к клубу только к 9. Я же уже в 7 был готов, но сидел до последнего в своей комнате возле окна в ожидании прибытия хоть кого-то из посетителей. Это были самые долгие 2 часа в моей жизни, но в конце концов это того стоило. После того, как возле клуба начали тереться первые фанатки, я взял свою джинсовую куртку и вылетел из квартиры, на ходу захлопывая дверь. У входа в клуб стояли два огромных парня, проверяющих билеты и паспорта, что действительно меня удивило. 95 Slide — больше похож на какой-то хлам нежели на престижный клуб, но я решил, что все это из-за выступления 5sos и их безумных и очень горячих фанаток, готовых на все ради своих любимчиков. Эти девушки толкались сильнее, чем парни, поэтому попасть внутрь стало для меня огромной пыткой. Я ненавидел все эти глупые столпотворения, в которых кто-то мог легко сдохнуть просто потому, что был неуклюжим и упал. Но спустя долгих 30 минут ожидания я все-таки попал в этот стремный клуб-бар, где музыка долбила в уши так, что мне хотелось уйти сразу же, как только я переступил порог. Но не зря же я потратил деньги на билет и прождал целую неделю, поэтому, вздохнув, я пошел к барной стойке и заказал себе какой-то коктейль, к которому так и не притронулся.       Группа вышла на сцену через минут 10. Они особо не церемонились и, кажется, никогда не задумывались над приветствием. Серьезно, они не сказали ни слова, а просто начали играть песни без предупреждения, но фанатам и этого хватило для того, чтобы взорвать маленький зал криками и аплодисментами. Я вдруг подумал, что, возможно, если бы я не любил эту группу и остался бы дома в этот вечер, то наверняка бы возненавидел 95 Slide еще больше, чем обычно. Серьезно, сегодня было очень громко. Все прыгали и подпевали парням на сцене, но я все это время почти не двигался, а только смотрел на бассиста. Он был нереально красивым. Теперь я понимал, почему столько знаменитостей связывались с таким проблематичным человеком: в свете всех этих прожекторов и с басс-гитарой в руках он выглядел, как только что спустившийся на Землю Иисус. Я не мог оторвать глаз от его татуированных рук, крепко державших гитару, и от его красивых губ, которые расплывались в улыбке каждый раз, когда толпа пела громче, чем это делал лид-солист — Люк. Его мокрая челка настойчиво прилипала к потному лбу, а большая футболка с логотипом Нирваны к концу концерта валялась где-то за кулисами. В здании было ужасно душно, потому что площадь танцпола была слишком маленькой для такого количества людей. Никто явно не ожидал такого наплыва, но люди в Нью-Йорке любят ходить на всякие концерты, дабы отдохнуть и забыть о всех проблемах.       Когда парни ушли со сцены, поблагодарив всех за хорошее настроение и пожелав отлично вечера, а все фанатки побежали пытаться достать пропуск за кулисы или хотя бы автограф, людей в зале стало намного меньше, поэтому и дышать стало легче. Я вздохнул, улыбаясь, потому что остался удовлетворенным концертом, который так долго ждал. Мне очень понравилось слышать этих парней в живую, хоть и я почти не слушал. Все мои мысли крутились вокруг смуглого бассиста, который просто выглядел как чертов молодой бог. Я уже чувствовал, как ненавидел его за это. — Тебе понравилось выступление, сладкий? — довольно знакомый голос заставил меня вернуться в реальность. Оглянувшись, я увидел перед собой того самого Калума Худа, на лице которого играла хитрая ухмылка. Он сел рядом со мной и подал какой-то знак бармену, на что тот лишь кивнул и начал суетиться. — Да, мне очень понравилось, — ответил я, мягко улыбнувшись. — В живую вы намного лучше. — Ты хотел сказать, что я в живую намного лучше, не так ли? — Калум все еще нагло ухмылялся. — Даже не вздумай отрицать то, что ты тупо прожигал меня взглядом весь это блядский концерт. Я заметил тебя. Я вдруг почувствовал недостаток воздуха в легких, потому что был очень смущен. «Черт, черт, черт, не надо было на него смотреть» — думал я. Мои щеки начали приобретать ярко-алый оттенок, а руки невольно стали трястись. Это не поддавалось никакому контролю. — Успокойся, парень, — засмеялся Худ, положив мне руку на плечо. — Смотреть на меня во время концерта — не преступление. Я бы даже сказал, что это то, ради чего я вообще выхожу на сцену, так что расслабься. Как тебя зовут? — М-Майкл, — громко проговорил я, но все еще заикаясь при этом. Так неловко мне еще никогда не было. — Отлично, Майкл, к тебе или в отель?

***

На следующее утро я проснулся очень рано, а чьи-то сильные руки обвивали мою талию. Чуть повернув голову назад, я узнал в человеке, спящего рядом со мной, единственного и неповторимого Калума Худа. Мои щеки снова налились румянцем, как только я начал вспоминать события прошлого вечера. Мы еле-еле добрались до моей квартиры, так как после пяти стопок водки это казалось невыполнимой задачей, а потом целовались в прихожей и, кажется, даже секс у нас был там же. На самом деле, я не из пьющих людей, поэтому сейчас я мало что помнил. Но пошлые картинки продолжали всплывать в моей голове, заставляя меня гореть от стыда все больше и больше. Я опустил голову вниз и попытался вдохнуть немного воздуха в легкие, как мои глаза резко столкнулись с синяками на руке Калума, которой он прижимал меня к себе. Я насчитал где-то 6 синяков в районе внутренней стороны локтя, в центре которых еле виднелись маленькие точки, будто от прокалывания кожи иголками. В моей голове резко всплыла фраза, которая вылетела изо рта Худа прошлой ночью: «Я сейчас под таким кайфом, сладкий, ты, блять, не представляешь». И я понял, что, возможно, он не имел в виду мой «божественный» минет.