Долго и счастливо?

Учебный год начался, но, если честно, мне было не до занятий. Нет, я, конечно, исправно посещала их, но мои мысли витали далеко за пределами университетских стен. Эл, или как он еще себя называл, Рюга Хидеки, тоже присутствовал на всех занятиях. Более того, я всё чаще ощущала на себе его внимательный взгляд. Мы иногда пересекались между занятиями, но ограничивались лишь вежливыми приветствиями. В этот день у нас была физкультура. Вид занятия мы могли выбрать сами, и я остановилась на теннисе. Каково же было мое удивление, да и прочих тоже, когда к нашей группке присоединился Рюга-Эл. — Играешь? — не сдержав любопытства, спросила я. — Да. Составишь компанию? — неожиданно, но почему нет? — С удовольствием. Но должна предупредить: я неплохо играю. — Да и я в теннисе не новичок. Я был чемпионом среди юниоров в Британии. И что же ты там делал, загадочный ты человек? А главное, кто ты? Спросить или нет? Не покажется ли ему подозрительным мое любопытство? Хотя, это вполне ожидаемая реакция… — Ты жил в Англии? — я удивленно приподняла брови. — Да, пять лет. Но не волнуйся, невозможно вычислить личность Эл по этому факту. Начнем. А жаль, всё было бы куда проще… Оказалось, он действительно сильный игрок. Его движения быстрые и четкие, а удары просчитанные. Глядя на него никогда не скажешь, что он в такой прекрасной физической форме. Бледная кожа, темные, почти черные круги под глазами, сутулость — все буквально кричит о малоподвижном, затворническом образе жизни, и вдруг на все это накладывается такое вопиющее несоответствие. «Вы, уважаемый Эл, ввели меня в состояние полнейшего когнитивного диссонанса». В итоге, увлекшись своими размышлениями, я пропустила мяч. — Пять — четыре. — Я впечатлена! Благодарю за игру! Быть может, кофе? Я, как проигравшая сторона, приглашаю… — Я на самом деле была восхищена им. Это надо же быть таким непредсказуемо противоречивым. И как прикажете бороться с ним? Никак. От него нужно только бежать, потому что любое представление о нём или его поведении может быть ошибкой, а то и холодным расчётом. Но я ведь упертая идиотка, к тому же без меры любопытная. — С удовольствием, но приглашаю я, — он едва заметно улыбнулся уголками губ. Я привела его в свое любимое место. Почему? Не знаю. Я, вообще-то, предпочитала бывать тут в одиночестве, но в этот раз мне казалось правильным показать это место Эл. — Тут отличный кофе и достаточно тихо, а если сядем в углу, то нас никто не подслушает. К тому же, тут ты можешь сидеть как тебе удобно, никто не обратит внимания — Это уже привычка. Если я сяду нормально, то моя умственная деятельность снизится на сорок процентов. Я хотел бы кое-что сообщить тебе для начала. Это касается расследования и моих подозрений насчет личности Киры. Я внутренне сжалась, продолжая, однако, невозмутимо пить кофе. Он смотрел на меня своим сканирующим немигающим взглядом. — Я думаю, Кира — это ты. Ну, он ведь не всерьез об этом…? Я прямо тут его убью: этой самой чашкой проломлю ему череп, и тетрадь не понадобится! Наверняка, он о своих подозрениях уже сообщил отцу. Но почему он говорит это мне? Пытается перестраховаться. Хотя, я все равно ничего с ним сделать не могу, я не знаю его имени. — Угу. И не боишься? Вот так открываться своему подозреваемому? — Я лукаво улыбнулась ему, представляя, как вцепляюсь в его шею. — И насколько ты уверен в том, что Кира — это я? — главное — это хорошая игра. Веселье: я забавляюсь, глядя на него. И не важно, что внутри меня трясет. Он должен думать, что я шутливо дурачусь. — Вероятность того, что это ты — один процент. Из-за одного процента, он затеял всю эту игру? Или же ему просто больше некого подозревать? — Не густо… Но тем не менее, подозрение — есть подозрение. Но у меня возник вопрос, и не один. Первый: зачем ты мне рассказал о своих подозрениях, ведь если они верны, по логике, я должна буду тебя убить? Второй: ты говорил, что тебе не помешает моя помощь в расследовании. Но как я могу помогать в поимке Киры, если я под подозрением? Эл сидел напротив меня, в привычной для него позе, и вглядывался в мое лицо. — Я готов рискнуть. — Риск — дело благородное. Да, к тому же, это очень удобно. Если твои подозрения ошибочны, я помогу тебе в расследовании. Если же я Кира, ты получишь возможность наблюдать за мной и ждать, когда я оступлюсь. Подозреваемый помогает в расследовании, а детективы изучают его самого. Весьма практично. — Я лихорадочно пыталась придумать, что делать. Он поставил меня в безвыходное положение. — Здравое рассуждение. Так, как насчет того, чтобы я проверил твои дедуктивные способности? — я пожала плечами и кивнула. — Что ты думаешь по поводу того, что я открылся тебе? — Если поразмыслить над сообщениями прессы, то Кире для того, чтобы убить кого-то, нужно знать, как этот человек выглядит. Но, скорее всего, Кира так же должен знать и имя, иначе зачем бы ты прикрывался именем известного певца. — Правильно. Я ухмыльнулась. Замечательно, а теперь проверим твою реакцию, мой «друг». — К тому же, вероятность того, что ты Эл невелика. Он с удивлением посмотрел на меня. — Это почему? — На месте Эл я бы не стала так рисковать и отправила бы на встречу, кого-то из подчиненных. Эл всегда скрывается в тени, он не стал бы так подставляться. — Логично. Ты права: встреча с Кирой опасна. — Но все же, я думаю, что ты Эл. — Я внимательно смотрела на него, пытаясь уловить хоть какую-то подсказку. Но кроме сосредоточенной заинтересованности на его лице не отражалось ничего. — Почему? — Большинство считает, что Эл уже в годах. Для живца ты слишком молод. Хотя, это может быть расчетливой и удачной игрой… Но если продолжать в том же духе, недолго и запутаться окончательно. Так что, уверенность в том, что ты Эл, скорее интуитивная. Эл, судя по всему, довольно эксцентричный тип с нестандартным мышлением. А таким личностям свойственны «небольшие» странности в поведении. Высокий уровень интеллекта с лихвой должен скрадывать сложность адаптации к социальной среде, но некоторые особенности прослеживаются. В общем, ты с достаточно высокой долей вероятности можешь быть Эл. — Хорошо. Но все же я просил тебя о помощи. Не честно будет не сказать тебе ничего. Взгляни на это, — Эл протянул мне несколько фотографий, — информации об этом не было в газетах. Что думаешь по этому поводу? На фотографиях были предсмертные записки тех, над кем я проводила эксперименты. Но я этого знать не должна. Зачем он показывает их мне? Чего он ждёт? — Сообщения лишены смысла… Хотя подожди… — я развернула листы и внимательно стала в них всматриваться. Главное — не переигрывать. — Если читать только первые буквы строк, получится: «Эл, запомни: боги смерти любят яблоки». Я подняла на него глаза. — Это послание Киры? — Это предсмертные записки, найденные в камерах жертв Киры. Я подалась чуть вперед, «выдавая» свою восторженную заинтересованность. — Значит, Кира может управлять действиями своих жертв перед смертью? Он догадался, что ты узнаешь об этой его способности, и намеренно оставил тебе это сообщение, чтобы позлить. Потрясающе! — я подняла на него глаза. — Только, если верить нумерации на обратной стороне, фраза должна звучать так: «Боги смерти любят яблоки, запомни, Эл…» Странно, она одинаково неясна в любом варианте. Но если верить нумерации, то фраза неполная. В любом случае, богов смерти не существует. Возможно, Кира считает богом смерти себя? Мания величия? Или… — Стоп. — Эл прервал мои размышления. — Ты права, фраза неполная. Писем было четыре. Вот же! Я ткнула пальцем в небо и попала! Эл вытащил еще одно фото. Это подделка, но ведь я об этом «не знаю». — Теперь выходит: «Боги смерти любят яблоки, запомни, Эл, они краснорукие». Полный бред. Что это значит? — Я впечатлен. — Эл казался озадаченным. — И еще один вопрос, если позволишь. Если бы ты оказалась на месте Эл, что бы ты делала, чтобы доказать, что подозреваемый Кира? Я откинулась на спинку диванчика. Что же ты хочешь услышать или увидеть? — Я бы попыталась заставить сказать его то, что может знать только Кира… Что ты сейчас и делаешь. — Замечательно. Как-то раз я задал этот вопрос следователям, и они думали очень долго. А их ответы были настолько примитивными, вроде «Показать подозреваемому лицо и имя преступника, о котором никто не знает». Тебе же понадобилось всего несколько минут, чтобы их превзойти. Ты умна. — Зря я это сказала, теперь ты подозреваешь меня еще больше… — Я придала своему голосу намеренно-насмешливую интонацию. — Само собой. — Его прямолинейность выбивает из колеии. — Теперь вероятность составляет три процента. Впрочем, увидеть тебя в своей команде я тоже хочу куда сильнее. К тому же, ты верно заметила: работая с тобой мне будет проще доказать или опровергнуть тот вариант, что ты Кира. Если я смогу попасть в команду следователей, то у меня будет доступ к информации и время, чтобы продумать свой следующий шаг. Но это так же сопряжено с огромным риском разоблачения. Однако, Эл продолжил: — Я поговорю с твоим отцом и попрошу разрешения на твоё участие в расследовании. При условии, что ты согласна. — Он не сводил с меня глаз на протяжении практически всего разговора. От этого становилось неловко. Мне стало интересно, а что если попробовать его смутить, пофлиртовать с ним… — Ты как будто предложение руки и сердца мне делаешь! — я звонко расхохоталась. Непрошибаемый Эл вздрогнул! Ага, всё же есть что-то, что может выбить тебя из привычной сосредоточенности. — Хорошо, отвечу в том же духе: я согласна! — и я снова рассмеялась. — Нужно же мне как-то восстанавливать репутацию! Эл кивнул. Он расплатился по счету, и мы вышли из кафе. — Тебя подвезти? — рядом с нами остановилась машина представительского класса. Даже так? — Я не настолько тебе доверяю, чтобы садиться с тобой в машину. — Я улыбнулась ему и подмигнула. Играть, так играть. — Буду ждать папиного решения, Рюга. Возможно, до встречи… — я развернулась и отправилась к остановке. — Эта юная леди — ваша основная подозреваемая? — седой мужчина за рулем пристально смотрел в след удаляющейся фигурке. — Да, что весьма неприятно. — Это почему же? Она вам симпатична? — Ватари с удивлением посмотрел на своего воспитанника. — Нет… Не только. Не в этом дело. — Эл казался смущенным. — Она умна, проницательна. Быстро анализирует информацию, находя самое удобное решение. Хорошо владеет собой, чем активно пользуется. Она всё время ведет себя так, словно отыгрывает роль, показывая именно то, что от нее ожидают. Даже мои провокации не дали результата. Если она Кира — она опасна. Если же нет — она незаменима в поиске преступника. В любом случае, она нужна мне. — Может не стоит так рисковать? — Мужчине вдруг стало не по себе, от такой реакции Эл. Но юноша ничего не ответил, погрузившись в свои размышления.