У Вселенной свои планы

Всю ночь напролет я сидел у кровати и смотрел на бледное, с синяками под глазами, лицо мамы. Как же так? Всё было так чудесно. Я, Себ, мама. Каждый день я просыпался без тоскливых мыслей в голове. Я просыпался, и не надеялся, чтобы мои мозги размазали по стене. Неужели это правда, и люди действительно не могут быть всегда счастливы? Скользнув взглядом по часам, я заметил маленькую стрелку, приближающуюся к цифре пять. «Неплохо бы вздремнуть, уже почти пять утра.» — подумал я и закрыл глаза, почти сразу провалившись в беспокойный непродолжительный сон. Услышав сквозь дремоту слабый скрип двери, я вздрогнул и устало открыл глаза. Осторожно переступая с ноги на ногу в палату зашел Себастьян, держа в руках два стаканчика ароматного кофе. — Доброе утро, Джим, ты спал? — обеспокоено спросил Моран, слегка склонив голову. На часах половина восьмого утра. Было видно, что Бастиан проснулся и сразу поехал сюда. Лицо было заспанное, волосы взлохмачены, одежда помята. Но, видимо, я выглядел ничуть не лучше. Не дожидаясь ответа, он передвинул стул из угла комнаты и поставил рядом с моим. Себ передал мне стаканчик кофе и я наконец ощутил тепло, разливающееся по телу. Удивительно, насколько я замерз. Он легонько накрыл мою руку своей и я впервые за это время почувствовал себя в безопасности. Я слабо улыбнулся и мы просидели в молчании еще минут десять до прихода врача. Как только мистер Флаттер зашел в палату, мама открыла глаза. Повернув голову, она с нежностью посмотрела на меня. — Здравствуй, Джимми. — мягко улыбнулась мама. — Уже пора на процедуры? — перевела она взгляд на врача. — Да, миссис Мориарти, через пять минут жду Вас в процедурной. — пробормотал он, глядя в пол, и вышел. — Как себя чувствуешь, мам? — не очень уверено начал разговор я. — Все хорошо, дорогой.- было видно, как она старается не показывать болезни. Но лицо было нездорового цвета, а руки слегка дрожали. — Джимми, ты почти не спал, иди отдохни. Я все равно вернусь не раньше чем через полтора часа. Себастьян, проводишь Джима домой? Сначала я сопротивлялся, мол, подожду здесь, но усталость взяла верх и я позволил Себу чуть ли не на руках донести себя до машины. Кажется, этот момент на всю жизнь врезался мне в память. Странно, какие мелочи порой запоминают люди и забывают грандиозные события. Впрочем, подсознание каждого запоминает лишь то, что действительно важно. Дорогу домой я почти не помню. Помню только, что на улице было безоблачное небо и ярко светило солнце, но это не помешало мне заснуть, как только я сел в машину. Проснулся я уже дома на своей кровати. Она была расправлена, а я оказался в пижаме. — Сееб! Сколько времени? — я быстро спрыгнул с кровати и выглянув в окно. Были сумерки. Сумерки! Черт! Мама! Нам надо в больницу! — Себ, нам надо в больницу. Мне надо. Послышались легкие шаги босых ступней. — Знаю, как раз собирался тебя будить. Я приготовил пасту. И даже не сопротивляйся. Тебе надо поесть. И что значит МНЕ надо, я еду с тобой. — Бастиан вошел в комнату с подносом, на котором были тарелка с пастой, ломтик хлеба и крепкий зеленый чай, видимо, с мелиссой. Посмотрев на его не терпящее возражений лицо и поняв, что сопротивляться бесполезно, я минут за пять пообедал (или это был ужин?).После этого я очень быстро оделся и заправил постель. Бастиан уже вышел на улицу и завел Форд. Через двадцать минут мы уже заходили к маме в палату. — Привет, мы привезли тебе фруктов. — пока я спал, Себ сходил в магазин за фруктами и другими продуктами по-мелочи. Я положил пакеты на тумбочку и улыбнулся. Вот только взглянуть маме в глаза я так и не отважился. Из-за двери выглянул этот противный мистер Флаттер. -Джим Мориарти? — врач выразительно посмотрел на меня. — Нам стоит кое-что обсудить. Я вышел за дверь вместе с доктором. — Да? — я поднял на него взгляд не ожидая ничего хорошего. И не зря. — Пришли анализы вашей матери. — я затаил дыхание, продолжая надеяться на какое-нибудь глупое чудо. — Результаты неутешительные. Мне очень жаль, но болезнь прогрессирует. И с ужасной скоростью. Я уже говорил об этом с Вашей тетей. Нужен интенсивный курс химиотерапии. Но, хочу Вас сразу предупредить: это не дешево. — меня пробирала злость. Я готов был сейчас же вцепиться в его горло и разорвать на части. Почему? Почему все упирается в деньги?! И жизнь человека тоже. Как же так? Нет, только не слезы. Совсем не время. Конечно, урод. Давай, продолжай. — Ваша мама должна подписать документы на согласие. Рекомендую еще раз обсудить все с тетей, а потом идти к миссис Мориарти. Мы не знаем, на сколько поможет этот курс. Болезнь слишком быстро распространяется по организму. — Обсудить? Он серьезно? Да он вообще понимает, что говорит? Если это позволит спасти маму или хотя бы оттянуть время, я из кожи вылезу, но достану деньги. Нет, всё-таки жизнь этой мрази совсем ни к чему. Я его убью. Тетя Кейси пришла через час. Она принесла блинчиков и зеленый чай в термосе. Бодро улыбнувшись, она поставила еду на тумбочку. Но было видно, что спала она едва ли больше меня. Круги под глазами залегли темными тенями, а засаленные, слегка спутанные волосы старили её на десяток лет, если не больше. Позже, мы втроем: я, тетя и мама обсудили новость о химиотерапии, и мама даже была согласна, до того, как тетя Кейси озвучила сумму. И это был весьма глупый, нет, тупой поступок с её стороны. — Вы должны понять, у нас нет таких денег. — возражала мама. — К тому же, вы прекрасно знаете, что она не поможет, максимум протянет время на месяц-два. — уже безнадежно одними губами сказала мама. Я готов был рычать от негодования. — Мам, послушай, я найду деньги. Мы не должны упустить время. Все получится, ты скоро будешь здорова.- последнюю фразу я выдавил с трудом, глотая слезы. В конце концов мы все же уговорили маму, хотя та по-прежнему была недовольна. Я не понимаю, она думает, она — обуза. Но это не так! Это же моя мать! МАМА! Как она может вообще такое подумать?! Эта, черт возьми, самая умная и сильная женщина из всех, что я знаю! Я вышел в коридор, где меня ждал Моран. Тот, не задавая никаких вопросов последовал за мной по коридору. — Себ, поехали, я знаю, где достать деньги. — хмуро бросил я на ходу. — Что? — непонимающе спросил Себастьян. — Этому старому ублюдку нужны деньги. А мне живая мама. Наши интересы совпали и сейчас я еду за деньгами. — мой голос резко похолодел. Это было столь непривычно, что по спине прошли мурашки от страха за самого себя. Я, не спрашивая, сел на место водителя и рывком завел мотор. Моран сел рядом и покорно взглянул мне в глаза. Это подействовало несколько успокаивающе и я стал мягче. Мы доехали до дома и я выскочил из машины, знаком показав Себу, чтобы он остался в машине. Я уже примерно полтора года откладывал деньги. Не знаю, с какой целью. Я просто хотел, чтобы когда-нибудь у нас с Бастианом был свой дом, библиотека или машина. Деньги я не считал раньше, а сейчас, кажется, придется. Так же папа оставил свою кредитку. Нам было не до возни с банком, а потом я как-то и забыл. Найти собственный тайник с деньгами было более чем просто, а вот отыскать банковскую карточку — гораздо труднее. В итоге, спустился я через полчаса. Снова сев за руль, я передал коробку, где хранились мои сбережения, и кредитку Себу, попросив посчитать наличку, пока мы едем до банка. Папа очень нам помог, вместе с моими сбережениями получилось 1250 евро. Но даже это не составляло половину суммы. Один курс стоит больше двух с половиной тысяч евро. Нужно срочно найти деньги. Вот бы ещё придумать - как. — Джим… — задумчиво позвал Себастьян. — А помнишь тот бар, который открылся недавно в центре? — Бар? А, ну да. К чему это ты? — я убрал деньги во внутренний карман ветровки. — Туда требовались бармен и официанты. Посменная оплата. Как думаешь, есть ещё места? — Себ! Ты гений! — я радостно сжал руль до побеления костяшек. Не будь я за рулем, я бы его так обнял, что у него ребра рассыпались. Бастиан только улыбнулся и перевел взгляд в окно. — Если поспешим, то ещё успеем узнать насчёт работы… — сказал он после небольшой паузы. Я молча надавил на педаль газа, увеличив нашу скорость на десять миль в час. Через несколько минут машина была припаркована у элитного клуба. Ни я, ни Себ не были здесь раньше, но теперь убедились, что слухи — правда и это действительно самый крутой клуб во всей Ирландии. — Интересно, он такой же шикарный внутри? — спросил Себ, нервно облизывая губы. Честно признаться, я тоже занервничал, ведь и ежу понятно, что обычные люди сюда не заявятся. В основном какие-нибудь мажоры или криминальные персоны. Впрочем, это только на руку — раз клиенты не бедняки, то и чаевые будут довольно приличные. Наконец мы вошли и вновь замерли, едва переступив порог. Обстановка и правда была невероятная. Здесь был и фонтан, и сцена обитая бархатом, и барная стойка метров в десять. Пожалуй, настолько дорогих мест я не видел даже в кино. Когда мы немного пришли в себя от увиденного, то заметили молодого мужчину в идеально выглаженной белой рубашке и темно-синей бабочке под цвет его форменного костюма. Его белоснежная улыбка привлекала внимание всех, находящихся в зале. На его бейдже крупными буквами было написано: «Сэм Коллинз. Администратор.» Не сговариваясь, я и Себ направились в его сторону. Было страшновато даже представить, что мы будем здесь работать. Такие уважаемые клиенты, такая ответственность. А вдруг им что-то не понравится… Но отступать было уже поздно, да и некуда. Деньги очень нужны, и это, как неприятно было бы это признать, самый оптимальный вариант, пусть и не совсем рациональный. Стараясь на занимать голову подобными мыслями, я в упор подошел к администратору, Бастиан же, стоял чуть позади меня, теребив край своей футболки. — Добрый день, мистер Коллинз, мы по поводу работы. — я стоял настолько близко, что уловил еле слышный аромат его приятного парфюма. Решив, что это не этично, я сделал пару небольших шагов назад и протянул руку. Тот слегка поморщил нос, но все же пожал руку и тепло улыбнулся. Черт! Ну конечно! Какой же я болван! Мы же пришли, возможно, в самый роскошный клуб Дублина в джинсах и футболках второго сорта! Теперь понятно, почему все пялились на нас у входа. Мне стало несколько неуютно. Кинув короткий взгляд на Себа, стало понятно, что он тоже чувствовал себя не в своей тарелке. Он даже как-то приосанился, стараясь не выдавать своей неловкости. — Здравствуйте. Зовите меня просто Сэм. У нас не такая уж и большая разница в возрасте. — он был гораздо дружелюбнее, чем казался сначала. — Ну что ж, ребята, пойдемте в дирекцию, думаю, мы ещё застанем мистера Уинстона.- и он не оборачиваясь чинно зашагал вверх по витиеватой лестнице. Мы обменялись взглядами полными неуверенности и последовали за ним. Это был просторный кабинет, совсем не в стиле клуба. Большие окна занавешивали легкие прозрачные шторы, комната была поразительно светлой и свежей. За большим деревянным полупустым столом, где стоял только компьютер, пара стопок бумаг и карандашница, уверенно сидел седоватый мужчина лет пятидесяти, явно уже прошедший не один кризис и вытаскивающий из передряг свой бизнес, зубами вгрызаясь во всё дерьмо финансовой политики. — Добрый вечер, присаживайтесь. — он рукой указал на два черных больших стула, напротив него. — Я Боб Уинстон, директор этого клуба. Надеюсь, вы принесли все документы: медицинскую книжку, трудовую и характеристику. А, вы же еще несовершеннолетние, да? Вы хотите на неполный рабочий день? Тогда и трудовую книжку не обязательно оформлять. — мужчина провел рукой по коротким волосам и задумчиво посмотрел на нас. — Я — Себасьян Моран. — Себ легонько кивнул в знак приветствия. — Да, на неполный рабочий день. Желательно после четырех. А это — указал он на меня. — Джим Мориарти. В глазах директора промелькнули озорные искорки и его губы озарила улыбка, будто мы были давно знакомы, а узнал он нас только сейчас. — Я тоже в вашем возрасте пошел работать. Не хотел зависеть от родителей, покупать себе всё сам. Давайте так: я вас возьму на испытательный срок. Пять процентов от заказов и плюс чаевые. Если будете хорошо работать- процент подниму. А теперь начинается ваш первый рабочий день, точнее, ночь. Добро пожаловать в Пентагон. Ваша форма внизу. Сэм проводит вас.