В роли себя

      Я пребывал в глухой прострации, толком поспать так и не удалось. Марк ушёл несколько часов назад.       Я стоял на кухне и смотрел в окно на мрачное серое полуденное небо, которое, казалось, опускается все ниже и ниже. Вот-вот должен хлынуть ливень.       Сегодня четверг. Съемка состоится в субботу. Я снова увижу Либерта. Даже не знаю, хочу его видеть или нет? Если бы я знал, что он тоже что-то чувствует, тогда… ну и что тогда? Как поступить в такой ситуации?       — Привет Либерт, давай будем вместе?       Даже улыбнулся, представив удивленное лицо Либерта. Хватит маяться хуйней! Когда делать не хочется ничего, всё равно, что делать.       Пройдя в зал, я сел за стол. Открыв ноутбук и дождавшись, когда он загрузится, включил Word.       С чего бы начать? В голове пусто. Может так? Пальцы забегали по клавиатуре, печатая первое, что приходит в голову:       «Она, простая девочка из Техаса мечтающая о карьере фотомодели».       Бля. Нет.       «Всю свою жизнь она жила одной мечтой, встретить того парня, что однажды приснился ей. Она знала, что он существует».       Меня сейчас вырвет.       «Когда вода над её головой превратилась в сполохи голубого света, она поняла…»       Ну, пиздец. Да. Голубого.       «В его руках она таяла. Она знала, что этот миг больше никогда не повторится и именно поэтому отдавалась во власть его темно-карих глаз».       Я вздохнул.       «Когда его руки сжали нежную кожу, оставляя синяки, он не остановился. Он вбивался своим твердым хуем в его задницу и они оба стонали от удовольствия».       Так определенно честнее.       Я закрыл Word, не сохранив документ. Закрыв и глаза, откинулся на спинку стула, руки повисли. Все мои потуги бесполезны. Я ни на что не годен.       Резкий звонок мобильника вырвал меня из задумчивости. Вытащив телефон из заднего кармана джинс, некоторое время смотрел на дисплей. Дрим? А ему то, что надо? Он же занят сейчас на работе.       — Да?       — Привет красавчик, что делаешь? У тебя через час примерка. Я собственно, поэтому и звоню. Либерт так и не дозвонился до тебя? Короче собирайся, мы ждем тебя в студии.       — Постой, какая еще примерка? Либерт мне не звонил…       — О-о, так ты серьезно не в курсе? Собирайся и приезжай быстрее!       Недоуменно слушая гудки, не мог понять. Либерт звонил мне? Когда? На дисплее не было пропущенных вызовов. Но зачем Дриму врать? Мистика, не иначе. Решив все досконально проверить, захожу в «пропущенные» — девственно чисто. Что за хуйня. Вроде проснулся. Ладно «принятые» — Дрим 17:58, а дальше, о-о, мать моя, Либерт Гренд 11:34; Либерт Гренд 11:55.       Как? Что за долбанная хрень? Как такое могло случиться? Значит, я тут весь из себя в муках корчусь, а мой фотограф меня ищет. А я? Что, блядь, я? Я спал! Но почему вызовы на дисплее не отобразились? Ну, за что мне это?       Закурил, эйфория начала по не многу отпускать. Хули я тут потек весь то, а? Ну звонил он мне и что? Хотел сообщить о примерке, не признаться же в любви он мне, внезапно, решил.       И тут в голову стукнуло — час! У меня всего час! И что за примерка?!       Мгновенно срываюсь с места и быстро переодевшись, вылетаю из дома.       Уже в машине на меня напала такая хандра, что я еле доехал. Не хочу, я ничего не хочу. Не хочу опять притворяться, опять видеть тебя и чувствовать себя не нужным, не к месту.       Припарковавшись около студии я долго не мог выйти из машины.       Когда я вышел из квартиры меня переполняло счастье, что я увижу его. Сейчас же, когда осталось сделать несколько шагов меня сковал страх. Его тиски всё туже сжимали все чувства внутри меня. И в этот момент я вдруг перестал думать о себе.       Я подумал о Дриме, о своих извинениях перед ним. Тогда, как бы мучительно мне не было подбирать нужные слова, я всё же знал что должен сказать. Я знал, потому что мог поставить себя на его место. Я мог представить, что он чувствует. Но я даже отдаленно не могу ощутить чувства и эмоции Либерта. Я никогда не смогу понять его. Так же как не мог понять поведение Ника. Вероятно именно поэтому Ник с такой легкостью смог позвонить Либерту? Потому что они похожи?       Хотелось взять огромный половник и вычерпать все мысли из головы.       Лимит внутреннего напряжения был исчерпан.       Совершенно пустым я вышел из машины и направился ко входу в студию.       На двери висела табличка, вроде бы в прошлый раз ее не было. Какие еще правила я принимаю? Я в студию попал или бордель? И кому пришло такое в голову? Хотя, неплохо сделано — металлическая, с выгравированным текстом:       Каждый входящий соглашается со следующими правилами:       1. Не курить.       2. Не трахаться на территории студии.       Администрация.       Весьма оригинально и пошло. Я улыбнулся. Как будто в пасмурный день на мгновение выглянуло солнце и на душе стало чуть светлее.       — А, ты Сорен Ривьер? — Нельзя же вот так с порога пугать! И откуда он появился? — Я Тим, ассистент Либерта, приятно познакомиться. Знаешь, я читал несколько твоих книг и мне понравилось. Ты молодец! — Рад за тебя.       — Спасибо.       — Пойдем, я тебе объясню все.       Я пошел следом за этим Тимом.       — Тим! Ты шнуры принес?       Сначала я услышал его голос, а потом увидел и самого хозяина. Либерт вышел из кабинета на втором этаже. Я мельком посмотрел на него. Темные круги под глазами, бледное лицо и замученный вид. Почему? Действительно ли я хочу знать?       — Да, сейчас сделаю. — И тут же ретировался. Занятная муштра у этих ассистентов.       По-видимому, Либерт спускался по лестнице, но я старательно держался и не смотрел. Тут было на чем остановить свой взгляд. Ко мне подошел парень, ох, модель явно. Высокий, длинные рыжие волосы. У меня бы слюнки потекли, если бы не этот темноволосый демон за спиной.       — Николас, познакомь Сорена со всеми.       Я не сдержался и обернулся и встретился с ним взглядом. Черт! Как бы плохо он не выглядел, все равно остается красивым. И невозмутимым. А ведь действительно, кроме той истерики Либерт был чаще всего в нейтрально-пессимистичном настрое. Почему?       К нам подошел парень, тот который меня встретил сегодня.       — Тим, — обратился к нему Либерт, — введи Сорена в курс дела.       Сказал и тут же ушёл.       — Давай знакомиться. Я Николас.       Рыжик своей сияющей улыбкой, невольно заставил улыбнуться и меня. Интересное совпадение с именем «Ник». Может у Либерта фетиш?       — Сорен.       — Это Марсель и Лион. Ребята это Сорен. — Ник поочередно представил двух других моделей и, закончив обмен любезностями, мы прошли в гримерку.       Костюмы, которые нам нужно было надеть были фантастически странные. Какая-то смесь БДСМ и балета. Но я мужался. Я был не один. Всем четырем моделям придется напялить на себя это.       Тим рассказал мне, что сегодня будет происходить:       — Одеваете костюмы, — он показал на вешала, — они подписаны. Макияжа не будет, Либерт сказал, что он только обсудит это с визажистами. Эта обувь для первого переодевания.       Тим показал на раскрытые коробки с обувью. Меня чуть передернуло. Там были длинные латексные сапоги. Как хорошо, что не мне нужно было их надевать.       — В день настоящей съемки будет два комплекта одежды. — Тим указал на дальнее вешало, стоящее у стены. — Либерт сказал, что это сегодня не нужно. Там дизайнерские классические костюмы и обычные мужские туфли, которые стоят там же.       — Понятно.       — Хорошо, — Тим улыбнулся. — Тогда переодевайтесь и выходите.       На какое-то время я полностью погрузился в окружающую атмосферу. Парни-модели были веселыми. С ними было легко. Они шутили и дурачились, пока мы все облачались в черный латекс. Мы помогали друг другу застегивать бесчисленные ремешки и натягивать обувь.       Я и представить себе не мог, что вот этим обернется мое согласие на съемку. Но я точно знал, пусть я и был не в курсе, Рина точно знала обо всем и всё утвердила и согласовала. Я почувствовал нежную благодарность к ней и одновременно, неприязнь к себе. Мой страх ответственности удручал.       Я сидел на стуле, когда ко мне подошёл Николас.       — Мы с тобой в паре.       — В смысле?       — Ну Либерт, сказал, что мы снимаемся по парам и что я с тобой. — Он смущенно улыбнулся. — Я еще никогда со знаменитостями не фотографировался. Круто!       — Не стоит. Сейчас я просто модель. — Которая и позировать толком не умеет, добавил бы я, но не стал.       Ник сел на рядом стоящий стул.       — Еще Либерт сказал, что ты смущаешься перед камерой. Поэтому я должен помочь тебе.       — Серьезно!? — Вот говнюк фотограф.       — Я так и думал! — Воскликнул Николас. — Я тоже удивился и не поверил. У тебя, наверняка, съемок было ни чуть не меньше чем у любой модели. Как ты можешь стесняться камеры.       Он улыбался, а я впал в уныние. Матерь божья. И что мне теперь делать? Я вспомнил тот «плохой» снимок. Как мне не быть таким? Ведь я такой и есть. Если бы не Либерт, никогда бы не подумал, что передо мной встанет такая проблема. Я ведь и правда учувствовал во многих фотосессиях. И никогда проблем не возникало. Что сейчас не так?       В гримерку заглянул Тим.       — Вы готовы?       Модели ответили дружное: «да!».       — Тогда идем.       Мы вышли.       — Первыми снимаются Марсель и Лион.       Но парни не успели отойти, как к нам подошел Штерн.       — Ма-альчики! — Сладенько протянул он. — Какие вы прекрасные!       Модели натянуто улыбнулись, а мне захотелось смеяться. Штерн тот еще старый ловелас.       — Сорен Ривьер, — Штерн уставился на меня. — Все никак мне не удавалось поблагодарить тебя лично, за то что согласился учувствовать.       В этой вакханалии добавил я про себя, пожимая протянутую потную ладонь.       — Всем дорого вечера, — раздался сзади знакомый голос.       Обернулся и увидел Рину и Дрима. Все пожаловали на этот праздник жизни. Странная смесь ощущений на меня накатила. Подобного со мной еще не происходило. Я стоял одной ногой в своем привычном мире, другая же находилась над бездной. И я всё никак не мог понять куда мне шагать?       Вокруг меня говорили люди. Рина разговаривала с подошедшим Филипом. Дрим, Штерн и модели говорили об открытии клуба. Я слышал каждого из них.       Я находился в бесконечном потоке слов и образов. Абсолютно понятных слов и образов. Я мог начать любую беседу, с любого предложенного момента и быть на своем месте. Но я смотрел в другую сторону.       Либерт с двумя ассистентами работали с фотооборудованием. Он был сосредоточен, раздавал указания, кажется даже шутил, потому что ассистенты улыбались.       Не знаю чего я ждал. Я мог подойти к нему. Но что дальше? Что я ему скажу? Либерт выпрямился и обернулся в нашу сторону. Я поспешил отвести взгляд.       — Пора начинать.       Марсель и Лион первыми обернулись и пошли к нему.       — Пойдем поедим? — Предложил мне Николас.       — Спасибо, но я не хочу.       Мне хотелось посмотреть, на моделей. Понять, что хочет видеть Либерт.       Он начал снимать. Ничего сверхъестественного не произошло. Модели меняли позы. Либерт коротко что-то им говорил и продолжал снимать. Я стоял рядом с монитором, на который сразу выводились все снимки. Штерн охал и ахал. Еще бы, мальчики выглядели более чем аппетитно. Филип стоял рядом с ним и периодически поддакивал своему нанимателю. И тут ничего удивительного не происходило. Обычный бизнес.       — Сорен, — Рина тронула меня за руку и я отвлекся от съемки. — Всё хорошо? Ты тихий такой.       — Нормально.       — Не терпится, да?! — Дрим искрился от воодушевления.       — Ну так.       Они переглянулись и синхронно посмотрели на меня.       — Ты заболел что ли? — Рина потрогала мой лоб. — Температуры вроде нет.       — Наверное он волнуется, — сказал Дрим. — Да, Сорен?       — Ага. — сказал я и отвернулся.       Я так и не понял, что мне нужно будет делать, когда я буду стоять там, в круге света и его внимания.       — Закончили. — Сказал Либерт. — Молодцы. Идите переодевайтесь. На сегодня всё.       Филип отошёл от нас и пошёл к фотографу.       — Отлично! — Хлопнул меня по спине Ник. — Теперь мы. Идем!       И не дожидаясь меня, пошёл вперед. Вот тут-то на меня и накатило. Живот скрутило от волнения. Я не мог сделать и шага. Стоял и смотрел на разговаривающих Либерта и Филипа. Говорили они тихо. Слов было не разобрать. И я не мог про себя не отметить, как близко они стояли друг к другу. Не мог я отделаться от ревности, даже в паническом состоянии.       — Сорен мы будем любоваться тобой отсюда! — Тараторил за спиной Дрим.       Я собрал всё свое мужество и пошёл вперед. «Не на расстрел же» — уговаривал сам себя.       Филип склонился к Либерту, я подходил ближе, но все еще не слышал их разговора. И тут Либерт слушая Филипа посмотрел на меня. Филип договорил и тоже посмотрел на меня. Страх смыло. Я понял, что очкастый говорил обо мне. И это точно были не комплименты. Я начал раздражаться.       — … но конечно решать тебе. — Закончил не услышанное мною предложение, Филип.       — Но категорически настаиваю, да? — Сказал Либерт.       Они обменялись взглядами. Филип обернулся ко мне. Положив руку ко мне на плечо, сказал:       — Удачи.       Казалось, он хотел добавить что-то еще, но его перебил Николас.       — Всё? Начинаем?!       — Пойду развлекать публику, — сказал Филип и ушёл в сторону Штерна и остальных.       И конечно я не мог не заметить, что Либерт проводил его взглядом. Значение которого я не смог понять.       Либерт посмотрев на Ника, сказал:       — Пять минут перерыв, — обернувшись ко мне, — пошли покурим.       Николас явно собрался пойти за нами, но Либерт пресек его попытку.       — Николас, пять минут.       — Понял, — Рыжик развернулся и пошёл в другую сторону.