Американская история Клейна.

      Громкий, непрекращающийся стук в дверь заставил Курта вскочить с кровати, быстро накинуть халат и пойти открывать дверь. На часах всего 6 утра, а к нему в номер уже кто-то настойчиво стучит. Хаммел успел довольно сильно испугаться, ведь раньше такого никогда не случалось, и это не могло предвещать что-то хорошее. Задержавшись на секунду у зеркала, чтобы немного привести волосы в порядок после сна, он наконец открывает дверь: — Блейн? Что произошло? — на него огромными испуганными глазами смотрел взъерошенный брюнет, который тут же переступил порог и быстро зашел в номер. — Курт... Курт, это произошло! Это случилось, Курт! — Андерсон был невероятно взволнован и не мог нормально сформулировать причину его беспокойства. — Что? Блейн, успокойся, погоди, что случилось? — теперь уже и Курт с трудом сохранял спокойствие, видя, что у его друга явно что-то стряслось. Он взял его за плечи и провел к дивану. — Садись и расскажи, в чем дело.       Блейн сделал глубокий вдох, выдохнул, посмотрел в глаза шатена и, наконец, смог все объяснить: — Бетани — девушка с которой я приехал... Она... Я не знал где она была все это время, чем занималась. Оказалось, что она какое-то время была заперта в одном из потайных коридоров, из которых нет выхода, ну, ты мне о них рассказывал. После того, как кто-то выпустил ее оттуда, она стала озлобленной, нервной, она... сошла там с ума. Курт, я не могу в это поверить, но... — глаза брюнета стали немного влажными, — она кого-то убила. Какого-то нового постояльца, который заселился сюда на одну ночь. Я не понимаю, как это произошло, — руки Блейна дрожали, а голос срывался, — Курт, — он посмотрел в глаза шатена, которые теперь тоже были испуганные и начинали блестеть от подступающих слез, — мне страшно. Я боюсь, что это произойдет и со мной. Я не хочу быть убийцей, — он зажмурился, пытаясь сдержать слезы. — Блейн, ты не станешь таким, — Курт пытался сделать свой голос как можно спокойнее и ласковее, пытаясь успокоить друга. Он подвинулся ближе к брюнету и не смог сдержаться, чтобы крепко не обнять его. Блейн тоже ответил крепкими объятиями, положив свою голову на плечо Хаммела. — Я не позволю тебе стать таким, я сделаю все, что угодно, чтобы с тобой не произошло чего-то подобного. — Почему ты так добр со мной? — голос брюнета дрожал и было слышно, что он вот-вот заплачет. Шатен не знал, что ответить. Он и сам толком не понимал, почему он готов потратить столько сил и времени на этого кудрявого паренька, которого знает считанные дни. Да, он ему явно понравился, но Курт еще током не осознавал, насколько это серьезно.       Что ему сказать? Что он мне нравится? Нет, это может отпугнуть его, усложнить, и так непростую, ситуацию. Нужно что-то простое, без каких-либо намеков. Думай, Хаммел! — Просто я помню, как мне было сложно, сколько я видел людей, сходящих с ума. Не хочу, чтобы с тобой случилось то же самое. — Спасибо, Курт... — от этих слов у шатена пошли мурашки по коже. Голос Блейна был таким мягким, уже более спокойным. Теперь Курт чувствовал ответственность перед этим человеком, он обязан был его защитить, оградить от всего негатива, что находится в этих стенах, сделать его хоть немного счастливее.       Они просто держали друг друга в объятиях, не замечая, сколько уже прошло времени. Так они чувствовали поддержку, понимали, что не одиноки. Теперь им не нужно бороться с окружающими ужасами в одиночку, теперь они есть друг у друга.       Какой же он добрый и прекрасный. Как можно быть таким с почти незнакомым человеком? И его объятия такие теплые и крепкие, сейчас все так правильно. Он заставляет меня чувствовать себя в безопасности, забывать о том, что происходит вокруг. Где ты был раньше, Курт Хаммел? Почему я не встретил тебя при жизни? Возможно, ты смог бы направить меня на верный путь, сделал бы меня другим человеком, заботящимся о других не меньше, чем о себе. Но я встретил тебя здесь. Можно ли считать мою смерть началом новой жизни? Это звучит странно, но так и есть. Вокруг другие люди, другие правила, другое представление о жизни и смерти, другой я. Теперь передо мной вечность и я рад, что проведу ее в такой замечательной компании этого голубоглазого парня, — это все, о чем думал Блейн, наслаждаясь уютом объятий.       Я правда сделаю все, чтобы ты был счастлив, проводя здесь эту вечность. Буду отвлекать тебя, развлекать, придумывать нам занятия. Кто сказал, что для того, чтобы быть счастливым, обязательно куда-то выходить, общаться с кучей людей? Можно просто быть в компании одного человека, который заменит тебе весь мир. И я стану таким для тебя, Блейн. Ты уже стал таким для меня, за что я очень тебе благодарен. Ты принес смысл в мое существование. И "спасибо" должен говорить я.       Раньше мой отец был смыслом жизни, он был единственным, кто понимал меня, принимал меня, одобрял мои идеи, помогал с их реализацией. Когда нужно, он направлял меня на правильный путь. А теперь... У меня нет никакой возможности связаться с ним. Я даже не могу узнать, что он думает о том, что я не вернулся домой. Уверен, что он невероятно переживает, не зная, что произошло. Я просто ушел из его жизни и у него даже нет возможности, чтобы узнать, почему. Думаю, он все еще верит, что я жив. Боже, как он там? У него же слабое сердце, а моя потеря неизвестно, что могла сделать с ним, — думая об этом, Курт не смог сдержать слез. Блейн тут же это заметил, немного отстранился от него и с волнением в глазах начал нежно вытирать слезы с покрасневших щек друга. — Курт, ты чего? Это что, из-за меня? Не плачь, пожалуйста, а то и я начну. — Нет-нет, ты здесь не при чем, — Хаммел закрыл лицо руками и оперся локтями о колени. — Просто снова вспомнил об отце. Как он там? Как его здоровье? Насколько ему сложно смириться с моим отсутствием? Я чувствую свою вину. И ничего не могу сделать, чтобы ему стало легче, — шатен обнял его за плечи и уперся лбом в его висок. — Курт, я понимаю, как тебе тяжело. Да, у меня не такая ситуация, меня не многое держало на том свете, но я могу представить, как тебе тяжело, — голос брюнета звучал прямо возле уха расстроенного парня, и это было прямо как бальзам на душу. Спокойный, тихий тембр немного заглушал боль в душе. — Тебе нужно меньше об этом думать, ты ведь все равно не сможешь уже ничего изменить. Нужно смириться. — Да, я знаю, просто иногда накатывает, — Курт уже немного успокоился и быстро вытирал с лица слезы рукавом халата. — Спасибо за поддержку, Блейн. Правда, это очень много значит для меня. — Первый раз слышу такие слова в сою сторону, — брюнет впервые за утро улыбнулся, — и это приятно. — Нужно чаще говорить тебе это, мне нравится эта скромная улыбка, — шатен уже тоже заулыбался, хотя его щеки и нос были еще немного красноватыми от слез. Эта фраза еще больше заставила смущаться брюнета, отчего его щеки залились румянцем. — Все, хватит смущать меня. Кстати, извини, что разбудил тебя так рано. Просто после того, как Лиз рассказала мне о произошедшем, я не мог держать это в себе. Мне нужно было с кем-то поделиться. — Да ничего страшного, я все понимаю. Я поступил бы точно так же. — Сейчас время завтрака, и я хотел спросить... Призраки не питаются, да? Я совершенно не чувствую голода. — Да, теперь можно совсем не есть, уже не умрем от этого. Но мы все равно можем пойти съесть что-то вкусненькое, просто для своего удовольствия. — Оу, а это неплохое дополнение к смерти, — Блейн немного посмеялся, — хоть какие-то плюсы. — О да, а еще можно не беспокоиться о фигуре, мы навсегда останемся такими, какими умерли, — лицо Курта тоже украсила широкая улыбка. — Хорошо, что я был в неплохой форме, а то не хотел бы навсегда остаться каким-то пухлым пареньком с пивным животом, — да, Курт давно заметил, что Андерсон в очень неплохой форме, если не сказать большего. Сейчас, когда брюнет был в футболке с короткими рукавами, которая открывала его крепкие руки с выпирающими венами, Хаммел не мог налюбоваться этим прекрасным видом.       Парни немного посмеялись и решили, что пора бы разойтись по номерам и привести себя в порядок. Они договорились встретиться через час в холле, чтобы пойти позавтракать. Сейчас, находясь в своих комнатах, они были спокойны и их уже не так мучили дурные мысли. Компания друг друга отлично на них влияла, они делали друг с другом что-то волшебное, прекрасное, заставляли мысли очищаться.

***

      — Вот и я! — прозвучал за спиной Блейна высокий голос. На Курте снова был новый наряд, как обычно элегантный и тщательно собранный. Но шейного платка в этот раз не было, а пару верхних пуговиц рубашки были расстегнуты, открывая тонкую белоснежную шею. — Ты снова выглядишь так, будто идешь не завтракать, а на красную дорожку, — улыбнулся брюнет. — Ну, я же должен куда-то наряжаться, не зря набрал с собой горы одежды. А здесь поводов не особо много. Тем более, я люблю выглядеть аккуратно и стильно. Ты, я смотрю, тоже приоделся. Бабочка? Блейн, ты серьезно? И ты говоришь, что это я наряжаюсь? — действительно, Блейн выглядел сегодня как никогда ярко. На нем были красные укороченные брюки с белым ремнем, черная рубашка поло, черные лаковые туфли на шнурках и самый главный элемент — бабочка в полоску под цвет его наряда. — Так, мне просто нравятся бабочки. Да, раньше мне нельзя было так одеваться, я должен был казаться более брутальным. Но я всегда возил с собой пару галстуков-бабочек и одежду, которая мне нравится. Я иногда находил повод надеть их. А сейчас у меня новая жизнь, так что я буду одеваться так, как захочу. — Мне нравится, — Курт довольно кивнул и улыбнулся. — Постой. Что-то не так, — он уставился на шевелюру друга, — у тебя что, гель на волосах? — Хаммел прищурился и сделал удивленный вид. Волосы брюнета сейчас лежали более аккуратно, привычный хаос из кудрей на его голове исчез. — Да, я решил сделать свой вид более аккуратным, — немного смутился Блейн и опустил взгляд в пол, — под бабочку не очень подходили мои кудри. Что, все так плохо? Мне не идет? — Нет, все отлично, просто немного непривычно, — успокоил его шатен, положив ладонь ему на плечо.       С чего ему так переживать за свой внешний вид? Нарядился, как на свидание. Эх, хотел бы я, чтобы это так и было... Ладно, не время мечтать! Мне нравится, как он выглядит, ему это очень идет. Эти брюки просто прекрасно сидят на нем, а бабочка... Не многие могут позволить себе такой яркий элемент, а ему очень идет. А у тебя замечательный вкус, Блейн Андерсон, — Курт мысленно оценивал брюнета. — Ну что, идем перекусим чего-нибудь? — Блейн выдернул шатена из размышлений. — Да, конечно, — по пути Курт добавил, — почему бабочки? И сколько их у тебя вообще? Ты сказал, что возишь с собой пару штук. — Да, вожу с собой только несколько, — брюнет остановился и низким шепотом, прямо на ухо Курту продолжил, — но дома у меня осталась целая коллекция. Думаю, я зависим от них, — теплое дыхание Блейна расшевелило что-то в шатене, по коже пошли мурашки, а мысли стали путаться. Сам же Андерсон только немного посмеялся и продолжил идти в нужном направлении. Через несколько секунд, придя в себя, Хаммел двинулся за ним.

***

      За завтраком они мило беседовали на разные темы, наслаждаясь компанией друг друга. Им было весело, спокойно, они не думали о плохом и просто хорошо проводили время. Лиз, которая наблюдала за ними, улыбалась от их сияющего вида. Она была довольна тем, что хоть кто-то счастлив в этом проклятом месте.       После завтрака они снова пошли в номер к Курту. В этот раз Хаммел показывал Блейну свои рисунки, на которые тот смотрел, как зачарованный, постоянно восхищаясь его талантом. Андерсон хвалил вкус своего друга, ему нравилось то, как тот преобразил номер, сделал его более уютным. — У меня в номере все серо и мрачно, вообще никакого уюта, — жаловался брюнет. — Когда я возвращаюсь туда после того, как проведу день у тебя, сразу хочется вернуться обратно, — после этих слов Курт чуть не предложил ему переехать к себе, но вовремя опомнился. Это было бы не очень уместно. — Я могу помочь тебе сделать твой номер приятнее, можем как-нибудь поработать над этим. — Я был бы тебе очень благодарен, Курт, — широкая улыбка брюнета заставила Хаммела тоже улыбнуться.       Они не заметили, как пролетел день и Андерсону пора было возвращаться к себе. — Спасибо за гостеприимство, Курт, но мне пора идти. — Если хочешь, можешь задержаться подольше. — Не хочу тебе надоесть, тем более у нас впереди еще целая вечность. — Перестань, — Хаммел закатил глаза, — ты не можешь надоесть, — ему совсем не хотелось оставаться одному. — Кууурт, — протянул брюнет и подошел немного ближе, — я правда не хочу лишать тебя личного пространства. Это нужно всем нам. Я лучше пойду, а завтра встретимся снова. — Ну, хорошо, — шатен улыбнулся, — тогда до завтра. — Спокойной ночи, — Блейн подошел к Курту и они обнялись на прощание. Обоим хотелось, чтобы эти объятия не заканчивались. И только Андерсон пока не понял, почему это ему так нравится.       Придя к своим кроватям, они уставшие, но довольные упали на них прямо в одежде. Курт надоело засыпать в одиночку, хотел чувствовать другого человека рядом. И он желал, чтобы это был именно брюнет, помешанный на бабочках, из соседнего номера. А Блейн просто прокручивал в голове события сегодняшнего дня, вспоминая разные моменты: солнечная улыбка Курта, его предложение сделать комнату Андерсона более уютной, простые, но такие важные и теплые объятия. Они оба уснули с улыбками на их лицах, предвкушая завтрашнюю встречу.