Любовь и Ненависть.

      Крис почти не придал значения тому, что Гермиона сохранила для него остатки Оборотного зелья. Нет, конечно он улыбнулся и горячо поблагодарил девочку. Но это был спектакль. Пустая игра, которая велась лишь для того, чтобы не расстраивать друзей. Однако от Гарри фальшь друга не укрылась. Он знал его немногим дольше других, но все же намного больше Рона и Гермионы. Именно поэтому, когда слишком погруженная в историю с Тайной Комнатой Гермиона не заметила пустоты в глазах Криса (или притворилась, что не заметила), Гарри уже вовсю волновался за психическое состояние друга. С утра пораньше Гарри перехватил Криса еще в спальне и, подождав пока комната опустеет, грозно уставился на друга. Изобразить грозность у него получилось плохо.  — Крис, что случилось? — зато голос был твердым. Кристиан вздохнул. Вчера Снейп, сегодня Поттер. Скольких еще людей так волнует, что у него случилось? Я здесь вообще никто, чего так волноваться?  — Крис? Не отстанет. Кристиан приложил всю свою силу воли, весь ничтожный актерский талант, что у него был, и светло улыбнулся другу.  — Все в порядке, Гарри, — стараясь вложить в голос как можно больше искренности, произнес он. — Я в поезде уснул, и мне сон приснился… Ерунда, короче. Решительно махнув рукой, Крис вышел из спальни. Гарри, прищурившись, смотрел ему вслед. Если Крис говорит правду, то сон ему приснился просто паршивый. Если нет… То выпытать у него правду почти невозможно. Волк-Одиночка едва ли не самый упертый в их гриффиндорской четверке. Даже Оленя переплюнул, наверное, Король Ночи. Что бы там ни было, но я не собираюсь смотреть, как мой друг загнется. Погоди, Крис, я все выясню, но не позволю тебе подыхать от отчаяния. Решительно сжав кулаки, Гарри покинул спальню. Он поклялся найти способ «оживить» друга, чего бы ему это ни стоило. Не только Гарри заметил безжизненность Криса. МакГонагалл тревожно поглядывала на мальчика, который механически отрабатывал заклинания. Да, у него получалось не хуже, чем у Грейнджер. Вот только еще лицо бы было не такое… похоронное. Вечером Крис широким шагом шел в Подземелья. Все стало каким-то далеким и чужим. Гулкое эхо шагов звучало словно издалека. Холод крался по пустым мрачным коридорам, добавляя свой штрих к серой картине. Тишина зимнего Хогвартса будила в мальчике забытую тоску, но на этот раз она отдавалась в груди резкой болью.  — Ну, как провел Рождество, «Наследник»? Опять Малфой. Крис окинул свиту Драко, значительно превышающую количеством Кребба и Гойла, пустым взглядом. Нотт, Забини, Паркинсон, Флинт. Ну и, конечно, два троллеподобных неизменных спутника. Хорошая армия, Малфой.  — Уйди с дороги, Драко, — глухо приказал Крис. Слизеринцы прыснули со смеху. Горморн пожал плечами и за десять секунд огрел каждого Петрификусом. Ничего не понявшие змеи беспомощно лежали на холодных камнях, испуганно таращась на гриффиндорца. Бледные губы чуть скривились в холодной снейповской усмешке.  — Экспеллиармус! Палочки слизеринцев со стуком упали к ногам Горморна. Медленно подобрав их, мальчик внимательно посмотрел на обездвиженных врагов. Да уж, дружбой не пахнет.  — Фините Инкантатем! — мальчик махнул палочкой. Слизеринцы поднялись, с опаской поглядывая на него. Крис ухмыльнулся и повертел палочками.  — Их вам вернет ваш декан, — ледяным тоном произнес он и спрятал палочки в карман мантии. Лица слизеринцев вытянулись и побледнели. Крис бесчувственно скривил губы в ледяной усмешке и полетел дальше, оставив змеек позади.  — Постой… э э э… Горморн! — раздался срывающийся голос Драко. Крис остановился и медленно обернулся.  — Да? — без тени эмоции. Малфой на мгновение замялся. Крис по-снейповски вскинул бровь в немом вопросе.  — Ну… Эээ… Извини, пожалуйста…  — Что? — ни в лице, ни в голосе Горморна не было и намека на волнение, глядя на него вообще казалось, что он не умеет ничего чувствовать. Малфоя передернуло.  — Ну… Я это… Извиниться хочу… Тишина, наступившая в сумрачном коридоре, будто звенела от напряжения. Крис пристально посмотрел на слизеринца. Он никуда не спешил, хотя знал, что отработка начнется с минуты на минуту.  — Ты не извиняешься, Малфой. Ты просто не хочешь, чтобы я отнес Профессору Снейпу ваши палочки и дал ему повод взглянуть на своих студентов с другой стороны. — слизеринцы стали бледными, как мел. — Однажды я вернул тебе палочку. Это была моя ошибка. Больше я такого не повторю. Я не верю никому из вас. Ни единому вашему слову. Мне плевать, что Профессор Снейп с вами сделает. Я не хочу больше получать заклятия в спину в ответ на свое благородство. Нет, Малфой. Я грязнокровка. И ты никогда бы передо мной не извинился, не будь у меня в кармане твоей палочки, и не неси я ее вашему декану. Я все сказал. Крис развернулся и пошел дальше, не тратя время на созерцание перекошенных от страха лиц слизеринцев. Малфой судорожно вздохнул.  — Это ты виноват, Драко, — прошипел Теодор Нотт.  — Это была твоя идея — напасть на грязнокровку, — подхватил Блейз Забини.  — Что, так захотелось отомстить за матч и дуэль? — ядовито выплюнул Маркус Флинт.  — И теперь всем влетит из-за тебя! — гневно бросила Пэнси Паркинсон. Только Кребб с Гойлом молчали. Драко стиснул зубы и закрыл глаза. Как же он теперь ненавидел Горморна. Ненавидел и боялся. А самое страшное то, что чертов гриффиндорец говорил правду. Крис тихо постучал в темную тяжелую дверь.  — Войдите. Крис тяжело вздохнул, и ему вдруг показалось, что нечто в груди заболело еще сильнее. Бесшумно закрыв за собой дверь, мальчик подошел к профессорскому столу и положил перед Снейпом семь отвоеванных палочек. Зельевар сперва удивленно перевел взгляд с палочек на Горморна и обратно, вдруг зашипев что-то невнятное сквозь зубы.  — Где вы умудрились достать палочку мистера Малфоя? — от ледяного тона Профессора все внутри сжалось в холодный комок. Мальчик сглотнул, но пересилил себя.  — Прямо у него из рук, так же как и палочки Креба, Гойла, Флинта, Нотта, Забини и Паркинсон, — глухо и холодно ответил он. Несколько секунд Снейп молча переводил взгляд с палочек на Горморна и обратно. Выражение бледного лица Профессора не сулило ничего хорошего. Крис невольно сжал свою палочку в кармане, хотя мозг тут же пронзило понимание, что он никогда не сможет поднять палочку на Снейпа. — Они на вас напали, мистер Горморн? — от ледяного вкрадчивого голоса мальчик вздрогнул. В горле встал неприятный густой и холодный комок.  — Они не успели. Я обезоружил их первым. Снейп сверлил гриффиндорца холодным взглядом. Он прекрасно понимал, почему мальчик обезоружил их первым: урок в Дуэльном клубе был еще свеж в его памяти. К тому же, превышающее количество противников явно не настраивало на мысли о честном поединке. Кровь бешено застучала в висках. Сначала гриффиндорцы травили Снейпа, теперь слизеринцы травят Горморна. Снейп сжал зубы. Сейчас не время вспоминать разбитую молодость. Сейчас перед тобой стоит человек, который наверняка прошел через то же, что и ты в свое время. К тому же…  — Могу я узнать, мистер Горморн, что все-таки у вас случилось? — холодно спросил Зельевар.  — Ничего.  — Не ври! Ваше похоронное лицо говорит об обратном. Мальчик поднял на Профессора пустой взгляд. В карих глазах не было больше надежды, только обреченность и холодная решимость. Сил сопротивляться не осталось. В груди вместо сердца, казалось, кусок льда, который обжигает холодом и болит. Ты самый большой идиот в мире, Кристиан Горморн! Слова как всегда застряли в горле, норовя разорвать его на части. В глазах начало предательски щипать. Крис резко развернулся всем телом, повернувшись спиной к Профессору. Горло сдавило, и он зажмурился, чтобы сдержать подступающие слезы. Костяшки крепко сжатых кулаков побелели, а ногти впились в ладони. Господи, что же я натворил?! Снейп был шокирован выходкой гриффиндорца. Что, черт возьми, творится с этим мальчишкой?! Всеми силами сдерживая поток ругательств, Снейп окликнул мальчика.  — Горморн…  — Я идиот, да, Профессор? — Снейп невольно закрыл рот. Глухие обреченные слова Горморна выбили его из колеи. А мальчик продолжал.  — Я все это время портил Вам нервы и тратил Ваше время. Я был безмозглым мальчишкой. Тупым гриффиндорцем, возомнившем о себе черт знает что. А Вы… Вы меня пожалели, Профессор, — у Снейпа перехватило дыхание. Он с тревогой посмотрел на гриффиндорца. — Вы не выгнали меня с этих «отработок». Навещали меня, когда я лежал в госпитале. Даже играли со мной в догонялки, — голос мальчика сорвался, а Снейп автоматически начал нащупывать в кармане пузырек с успокоительным. — А зачем? Зачем Вам было тратить на меня свое время? Я даже ни разу не подумал об этом. Не подумал, каково это Вам тратить время и нервы на безмозглого гриффиндорца, — голос задрожал. Снейп сумел сглотнуть вязкий комок в горле.  — Горморн… — Простите, Профессор! Я не знал… Не думал, что Вам это совсем не нужно…. — Горморн… — голос прозвучал странно глухо, но мальчик, казалось, вообще не слышит. — Простите, Профессор… — мальчик наконец обернулся, и Снейп с удивлением заметил, что хотя на лице не было ни одной слезинки, карие глаза блестели. — Простите, Профессор… Я не хотел… Я не хотел Вас беспокоить… Я не думал… Я вел себя, как последний дурак, глупый ребенок… Я не понимал, что весь мой идиотизм Вам совсем не нужен… И я тоже… Тоже всегда буду только лишним…  — Горморн! — получилось слишком уж глухо, но мальчик, слава Богу, услышал. Снейп поднялся из-за стола и, подойдя вплотную к мальчику, нагнулся, чтобы их лица были на одном уровне. Мысли путались в голове Профессора. Он совсем не знал, что нужно сделать, чтобы успокоить ребенка. Да еще такого ребенка, который оказывается похож на него не только внешне. Снейп медлил, не зная, что предпринять. Не хватает еще самому разреветься рядом с мальчишкой. Черт! Снейп, ты же двойной шпион! Вот только в том, как говорить с детьми, шпионские знания, очевидно, не такие уж и помощники. Думай, Северус, думай. Этот мальчишка тебя на Хэллоуин к жизни вытянул, можешь ты ему хоть чем-то отплатить!  — Горморн, — Снейп старался говорить как можно мягче и в то же время не сорваться. Как легко оказывается быть холодным и жестоким, и как трудно остаться холодным без обычной жестокости: — Горморн, успокойся. И перестань нести всякую ерунду. — голос едва не задрожал, но Снейп вовремя спохватился и выровнял дыхание: — Ты совсем не лишний, Горморн. — черт, все тот же пустой взгляд! Давай, двойной шпион, сделай что-нибудь! Широкая ладонь Мастера Зелий легла на плечо мальчика.  — Я ведь сам назначил тебе отработки в этом году, — словно маленькому малышу начал объяснять Зельевар. — Я сам так захотел, понимаешь? Карие и черные глаза встретились. Снейп вздохнул и заставил себя улыбнуться. В карих глазах что-то мелькнуло, бледные губы дрогнули в улыбке, и внутри Зельевара словно разжалась тугая пружина. Он выпрямился и глубоко вздохнул. Что же ты, маленький гриффиндорец, со мной сделал?  — Простите, Профессор… Спасибо… — хрипловато, но не глухо. Снейп взглянул на Горморна и не смог сдержать улыбку. Ему захотелось растрепать рукой темные волосы мальчишки и снова рвануть за ним по мокрой траве, сквозь холодный дождь. Чертов гриффиндорец, ты меня совсем испортил! Реальность напомнила о себе, когда, обернувшись к столу, Снейп наткнулся взглядом на палочки слизеринцев. Привычный холод и жесткость начали возвращаться. Черные брови грозно свелись к переносице. Он еще разберется с мистером Малфоем и его компанией. А пока…  — Мистер Горморн, я заметил, что вы делаете значительные успехи в Зельеварении.  — А? Да уж, мальчик еще не вполне отошел от своего стресса. Снейп призвал чистый котел и разжег под ним огонь.  — Научу вас готовить успокоительное зелье, — усмехнулся Зельевар. — Вам это еще пригодится. Мальчик засмеялся и направился к полкам с ингредиентами. Повезло же тебе, Крис, с отработкой!