Любовь и Ненависть.

      В этот раз Натанус вернул Криса за несколько минут, хотя они и показались Снейпу бесконечно долгими. Насмешливо-удивленный взгляд, которым наградил его Блэк, когда увидел что Ужас Подземелий едва ли не держит на руках гриффиндорца, безмерно злил Зельевара. Когда Горморн открыл глаза и понял, что служит ему подушкой, у него хватило ума тут же вскочить на ноги. Правда, он при этом так пошатнулся, что Снейп непроизвольно дернул рукой, чтобы придержать неокрепшего мальчишку. Натанус пробормотал себе под нос что-то вроде «инфантильный идиот» и подставил брату плечо.  — Прости, Крис, — стараясь не смотреть в глаза Лорду, произнес он. — Я упустил Петтигрю. Просто он нырнул в какую-то нору, а потом дементоры… Крис жестом прервал доклад. Он выглядел полностью разбитым и, похоже, плевал на все происходящие. Правда, уже в следующую секунду Снейп понял, что насчет последнего ему просто показалось.  — Сириус Блэк невиновен, Альбус, — хрипло произнес мальчик. — Настоящий преступник — Питер Петтигрю - являлся анимагом и все эти двенадцать лет был домашней крысой в семье Уизли. Директор вопросительно взглянул на Снейпа. Тот поднялся с колен и отряхнул мантию.  — Вынужден признать, Директор, мистер Горморн говорит правду. Я видел Питера Петтигрю своими глазами и готов предоставить Вам воспоминания.  — Не стоит, Северус, — устало покачал головой Дамблдор. — Я тебе верю. Однако к мистеру Горморну у меня будет еще один вопрос. Как давно Вы стали анимагом, Натанус?  — Летом позапрошлого года, — ответил за брата Крис. — Тем же летом анимагом стал Гарри, осенью — Рон, а я стал им в конце первого курса. Взрослые онемев смотрели на Лорда. Да-с, эти дети полны сюрпризов.  — И каковы ваши аниформы? — устало спросил Директор.  — Я — волк, Гарри — олень, — Блэк просиял и похлопал крестника по плечу. — Рон — собака. Поразительная параллель с Мародерами оглушила Снейпа. Тот же набор животных, только крысы не хватает. Однако Крис был совсем не похож на Люпина, а Уизли ни капли не походил на Блэка. Оставалось надеяться, что и Поттер будет не настолько безнадежен.  — Превосходно, — улыбнулся Дамблдор. — Я думаю, нам стоит вернуться в замок, мистеру Уизли нужна медицинская помощь.  — Профессор, — позвал Директора Поттер. — А Сириуса оправдают?  — Даже если не оправдают, он отправится жить в Ваэтрок, — бросил через плечо спускающийся с пригорка Волк. — И тебя я туда выдерну, Гарри, можешь не волноваться. Поттер бросил взгляд на Директора. Тот лишь с улыбкой пожал плечами и взмахом палочки наколдовал Рону носилки. Крис чеканил нетвердые шаги, опираясь на плечо брата. Они не смогли… Горький вкус провала разливался внутри. Да, их было больше, да, они были анимагами… Но, черт возьми! Крис, почему ты такой слабак?! Нат не виноват в том, что упустил Хвоста — он не мог не прийти на помощь брату. Снейп не виноват в том, что предатель ушел — он защищал детей. Блэк не виноват в этом — он останавливал оборотня. Но ты, Крис, ты должен был быть сильным! Если бы ты научился хотя бы не падать в обморок при появление этих тварей, то, возможно, все было бы иначе. Конечно, хорошо, что Фаджа нет в Хогвартсе, наверное, поэтому Крис не так переживал по поводу оправдания Блэка, чем немало удивлял друзей. Они-то не знали канона, поэтому не понимали, что все могло быть гораздо хуже, и пришлось бы вертеть хроноворот и похищать гиппогрифа. А так оглашение о поимке Блэка можно сделать в любое удобное время или вовсе об этом не говорить. Правда, в таком случае дементоры будут продолжать кружить вокруг школы. В любом случае, Дамблдор что-нибудь придумает. Крис просто не знал, в какую историю он вляпался. Он и не догадывался, как тяжело им будет доказать невиновность Сириуса, даже принимая во внимание влияние Дамблдора. Полчаса спустя вся честная компания, приняв в свои ряды недостающих Горморнов, сидела в кабинете Директора. Отсутствовал только Люпин, который в данный момент шатался по Запретному Лесу. Дамблдор разлил по чашкам горячий шоколад, а в Криса так и вовсе впихнули две плитки и еще одна лежала рядом с чашкой, слегка надкусанная. Дамблдор сцепил руки за спиной и принялся вышагивать перед собравшимися, что было для него не частым явлением.  — У вас есть предположения насчет того, как выдать все это Фаджу? — спросил он наконец.  — Профессор, у нас полный воз свидетелей, — нахмурился Волк.  — Оборотень, слизеринский декан и кучка несмышленых детей, один из которых, по слухам, сам обладает замашками маньяка. Крис открыл было рот и тут же захлопнул его. На лице мальчика отразилось выражение глубокой обиды. Одно дело, когда ты слышишь за спиной шепот толпы, и совсем другое, когда эти слухи берут за монету истины. Конечно, Альбус этому не верил. Но он был прав — Министр с удовольствием прислушается к этим сплетням, лишь бы отстоять позицию Министерства. Шоколадная плитка треснула в бледных пальцах, и мальчик ссыпал обломки на блюдце. Какие же все-таки гады управляют моей страной.  — Конечно, Крис, — словно прочитав его мысли, улыбнулся Дамблдор. — Однажды ты примешь корону и не позволишь случиться ничему подобному. Но на пути к престолу тебе придется преодолеть немало преград, и одна из сильнейших даже не Волан-Де-Морт, а именно Министерство с его лживой политикой и жаждой власти. Одно дело, когда враг является открытым врагом, и в том, что он враг, никто не сомневается, но гораздо труднее и опаснее, когда враг одевает маску друга и доброжелателя, и никто не может доказать, что он не тот, за кого себя выдает. И еще хуже, когда у этого врага в руках закон и власть, которые ты не имеешь права оспорить. Победитель Темного Лорда будет провозглашен героем, но тот, кто посмеет вызвать на поединок Министра, будет объявлен преступником. И пока что мы ничего не сможем с этим поделать.  — Хорошо, — решительно поднялся Крис. — Сперва мы предоставим все имеющиеся у нас факты. И если Фадж все же плюнет на них, я просто отправлю Сириуса в Ваэтрок.  — Тебя обвинят в пособничестве беглому убийце.  — Ну и пусть. Я уже для всех маньяк и убийца. Пусть хоть всех собак на меня вешают, мне все равно.  — Фадж может потребовать допуск в Ваэтрок.  — Черта с два! Он его никогда не получит.  — Тебя привлекут к суду Визенгамота за неповиновение Министру, что расценивается как восстание.  — Очень хочу посмотреть, как они меня в суд затащат, — холодно усмехнулся Лорд. — Я и сам способен их засудить, и у меня хватит силы, чтобы показать им, где их место. Глаза Горморна горели серебром, на губах играла зловещая улыбка, кулаки были сжаты. Похоже, он готов был пойти даже на убийство, но Блэка бы не выдал. Дамблдор, видимо, думал о том же.  — Ты не убийца, Крис, — тихо промолвил Директор.  — Ошибаетесь, господин Директор, — ледяной оскал. — Я уже убил однажды. Я перегрыз шею Квиреллу, когда в нем жил дух Волдеморта. Я смотрел в глаза Волдеморту, когда вгрызался в шею Квиринуса. И поверьте мне, Профессор, я ничуть не жалею об этом. Оглушительная тишина повисла в кабинете. Снейп невольно вспомнил монстра, в которого превращался боггарт Горморна. Неужели мальчик действительно станет им, если свое первое убийство он уже совершил? Выходит, сны Лорда были не просто кошмарами. Он действительно убивал Волдеморта, но не до конца. Неужели ему действительно не жаль? Неужели он и в самом деле настолько жесток?  — Он ведь был человеком, Крис, — тихо молвил Директор, печально глядя на мальчика.  — Нет, Альбус, — голос Волка был тверд и холоден. — Он был убийцей, который убивал из прихоти. Он хотел убить Гарри. Он убил Поттеров. Да и не только их. Он заслужил гораздо более жестокий конец за все то, что он совершил.  — Но мы не должны опускаться до его уровня, мой мальчик. Мы не должны быть палачами.  — Кто-то должен быть палачом, Профессор, — с горечью ответил Волк. — Возможно, когда-нибудь я и пожалею его, но только не сегодня. Натанус почему-то фыркнул, мама посмотрела на старшего сына с легкой насмешкой, а Траянус и вовсе воскликнул.  — Ого, Крис! Да ты прям как Арагорн говоришь. Лицо Лорда перекосила кислая гримаса и он молча зажевал шоколад, запивая его горячим шоколадом. Шикарный десерт — сплошной шоколад. Впрочем, после недавней встречи с дементорами Крис готов был дополнить его еще и шоколадным тортом.  — И все же, мой мальчик, — тихо заговорил Дамблдор. — Ты не должен быть столь безжалостным. Волк до боли стиснул зубы.  — А разве он хоть на миг пожалел тех, кого убивал? — прошипел Крис. — Разве он хоть раз задумывался о том, что не он один хочет жить? Нет. Ему было наплевать на это. Он жаждал лишь власти и бессмертия. Зачем? Чтобы без конца убивать всех, кто придется не по вкусу? А я не хочу терять свою семью, своих друзей, своих наставников, только потому, что какой-то безумный маньяк с манией величия презирает все живое. И мне плевать, что он мой дальний родственник.  — Что?!  — Ничего удивительного, Гарри. Волдеморт — потомок Слизерина. Гонты — древний род, в который когда-то вошла дочь Салазара, Волдеморт потомок этого рода. Впрочем, ничего общего с Горморнами у них никогда не было.  — Точно! Все удивленно оглянулись на Натануса.  — Что — точно? — переспросил Директор.  — Да так, ничего, — нахмурившись, отмахнулся Лев. — Просто идея одна.  — И какая-же?  — Бестолковая. Волк, однако, взглянул на брата так, словно подозревал его в преступлении.  — Значит так, — подвел итог Крис. — Оправдают Сириуса, или нет — он отправится в Ваэтрок. Ты, Гарри, тоже.  — Но…  — Нет, Директор. Вам мало надутой тетушки? Дурсли не способны дать Гарри ни нормальной защиты, ни даже нормального существования. В Ваэтроке он будет полностью защищен, и к тому же территория замка достаточно обширна, чтобы Гарри не заскучал там. Изучат вместе с Блэком и Люпином окрестности.  — Люпин будет жить в замке? — радостно спросил Гарри.  — Это даже не обсуждается.  — Похоже, мальчик решил воспользоваться своими правами хозяина, — с улыбкой шепнул Снейпу Альбус. — Ты не присмотришь за ним летом? Зельевар вонзил в начальника свирепый взгляд.  — Вы издеваетесь, Директор?  — Что ты, мой мальчик! Просто прошу… В последующие дни Гарри понял, что Снейп, оказывается, может быть даже более мерзким, чем обычно. Экзамен по Зельеварению прошел ужасно, даже Крис попал под раздачу. Похоже, Снейп не простил ему того «Экспеллиармуса» в Визжащей Хижине и защиты Сириуса. Если бы взглядом можно было убивать, то от Поттера и Горморна остались бы лишь кучки пепла. Гарри проклинал Снейпа, но мысль о том, что теперь он будет жить с крестным в огромном замке, грела душу. По окончании экзаменов Дамблдор решил сообщить Фаджу правду о Сириусе Блэке. Министр явился в Хогвартс в тот же день, и Директор не замедлил оповестить об этом всех свидетелей. В кабинете Дамблдора вновь собралась куча народу. Министр слушал рассказ Директора, скептически разглядывая Блэка, который сидел на стуле посреди кабинета, напряженно сжимая кулаки. Когда Дамблдор закончил, наступила долгая пауза. Крис невольно потирал костяшки пальцев, переводя мрачный взгляд с одного лица на другое, словно пытаясь угадать, о чем думает каждый из присутствующих. Наконец Фадж открыл рот.  — Вы сами в это верите, Альбус? — в голосе Министра было полнейшее презрение. Крис скрипнул зубами.  — У меня есть свидетели, Корнелиус, которым я полностью верю. Фадж прищурился.  — Вы говорите о мистере Снейпе, мистере Люпине, а также этих, — он показал на Золотое Трио, Волка и Льва. — Студентах?  — Именно о них, Корнелиус. Фадж елейно улыбнулся, и в его глазах блеснуло превосходство.  — Позвольте заметить, Альбус, что личность каждого из них весьма… неоднозначна. Нам обоим известно, кем был прежде Северус Снейп, — мускулы на лице Зельевара дрогнули, и стоящий рядом Крис крепко сжал запястье Мастера. — Римус Люпин — оборотень, и к тому же школьный друг Блэка. Оба этих человека связаны с преступником. Что касается детей… Я слышал, что Кристиан Горморн опасный психопат, который часто не контролирует свои действия, — Снейп больно сжал плечо Лорда. — К тому же пошел слух, что мистер Горморн якобы стал лордом, — Фадж многозначительно посмотрел на мальчика. — Я думаю, такие заявления весьма… опасны. Не так ли, мистер Горморн? Волк яростно взглянул в глаза Министру. Он правит моей страной! Он играет жизнями моих людей! Он смеет быть настолько наглым, что не желает разбираться во всех деталях и думает, что так и должно быть! Он смеет сомневаться в моем праве на трон! Пальцы Мастера впились в плечо с удвоенной силой.  — Вы посмотрите, Альбус! Он же на меня, как зверь смотрит! И Вы ему верите?  — Мистер Горморн не умеет лгать, — с холодной вежливостью ответил тот, бросив Крису предостерегающий взгляд. — Да, я ему верю.  — Как и оборотню, и Пожирателю Смерти, и беглому убийце, — жестко усмехнулся Фадж. — Боюсь, Ваша сторона не слишком убедительна, Дамблдор. Вы поставили не на тех людей. Крис дернулся было, но Снейп мертвой хваткой пригвоздил его к месту. Крис буквально слышал, как Мастер шепчет «Не смейте никого убивать, безмозглый мальчишка! Не вздумай ничего замораживать!». Однако на лице Фаджа было такое самодовольство, что кровь, словно лава, вскипала в жилах от бешенства.  — Что касается остальных детей, — с усмешкой продолжил Министр. — Не думаю, что это разумно — верить на слово детям, которые могут наивно довериться взрослому, особенно если он назовет себя близким другом их отца. Лицо Блэка перекосило от ярости. Он с хрустом сжал кулаки.  — Вы даже не провели детального следствия, — процедил он сквозь зубы.  — Не вам судить о действиях Министерства, — резко бросил Фадж. — Ваш приговор уже вынесен и будет исполнен немедленно!  — Никогда! Крис сбросил с плеча руку Снейпа и встал перед Фаджем. В глубине карих глаз пылал серебряный огонь и белая аура вокруг мальчика слабо потрескивала. Министр попятился, ощутив исходящий от Горморна холод.  — Вы не имеете права управлять страной, Фадж! — голос Волка был хриплым и надтреснутым. — Для Вас важна лишь репутация Министерства и мираж реальных действий, которых, по сути, нет вообще. Вместо того, чтобы исправлять ошибки, Вы делаете вид, что так и должно быть!  — Так и должно быть, глупый мальчишка! — на лице Министра отразилась смесь страха и ненависти. — И ты никто, чтобы оспаривать политику Министерства! И мой вам совет — не лезьте туда, куда не просят.  — Вы не тронете Сириуса Блэка, — тихо произнес мальчик, но в этом тихом хрипловатом голосе было больше угрозы, чем в крике. Министр побледнел и сжал палочку в кармане. Снейп автоматически сделал тоже самое, проклиная идиотизм Горморна.  — Вы что, идете против Министерства? — абсолютно ледяным тоном спросил Фадж.  — Я иду против несправедливости, — раздался твердый ответ.  — Вы выступаете против Министра, — с маниакальным блеском в глазах произнес Фадж.  — Я выступаю против жадного, трусливого, не способного обеспечить народу настоящей безопасности человека, который готов продать все, даже собственную душу, лишь бы только сохранить свою власть. Ненависть, проступившая на лице Корнелиуса, далеко переплюнула ненависть Снейпа к Поттеру. С минуту Министр молчал, а когда заговорил, голос его звенел.  — Это называется бунтом, мистер Горморн. Вы восстаете против действующего Министра, тем самым провоцируя беспорядки в обществе. Это преступление, мистер Горморн, и Вы ответите за это. Обязательно ответите. И спасти Блэка Вам не удастся! Магия холода больше не ощущалась, но ледяное выражение на лице Горморна говорила о том, что это Фадж поступил опрометчиво, бросив вызов королю Магической Британии. Резко обернувшись к Натанусу, Волк отрывисто кивнул. Тот ответил таким-же кивком, и в следующую секунду все зажмурились, так как кабинет озарила вспышка яркого белого света. Когда свет погас, ни Льва, ни Блэка в кабинете не было. Только сверкнул на стене изумрудный глаз маленькой змейки, за которой скрывался проход в Хранилище.  — Ч-что… Что это значит?! — Фадж, едва опомнившись, пришел в неописуемую ярость. — Где Блэк?!  — Далеко отсюда, — насмешливо отозвался Лорд. — Там, где вы со своими псами его не достанете.  — Вы укрываете преступника!  — Он — не преступник.  — Это не доказано! Этого никто не докажет! Блэк убийца, и будет предан поцелую дементора, а ты ответишь за то, что восстал против властей и укрыл преступника! Азкабан по тебе уже плачет, мальчишка! Громко хлопнув дверью, Фадж вылетел из кабинета. Напряженную тишину нарушило лишь появление Натануса.  — Пока что Сириус в Хранилище, — сообщил он. — Кроме тебя никто не имеет права допустить его в замок, Крис. Волк молча кивнул. В груди поднималась холодная волна нехорошего предчувствия. Только теперь он понял, какая же это грязная вещь — политика. Только теперь он начал понимать, как тяжело бороться за справедливость, когда власть имущим на эту самую справедливость глубоко плевать. Им важен лишь рейтинг. И конечно же, признать, что они двенадцать лет держали в тюрьме невиновного человека, а истинный преступник был буквально под самым носом — это на рейтинге скажется отрицательно, а значит, этого допускать нельзя. Пусть Блэк хоть сам ангел — если когда-то он был осужден, пусть и незаслуженно, а теперь сбежал, значит ничего страшного в его казни нет. Еще один Пожиратель уничтожен. Министерство работает. Все оʼкей. Ложь! Бессовестная ложь! И ради чего? Ради мягкого кресла, славы, денег, почета… Ради мишуры, которая на том свете ни черта не будет нужна. Как же низко пали люди.  — Профессор Люпин, — голос Волка был тверд, несмотря на лихорадочные мысли, мелькающие среди основного потока. — Вы отправитесь в Ваэтрок вместе с Блэком сегодня же. Нат, вы с мамой тоже. Гарри?  — Что?  — Когда ты хотел бы уехать?  — Но до конца учебного года еще несколько дней…  — Не мели чепухи! Фадж с аврорами придут до конца учебного года. Я хочу, чтобы вы все были за пределами его досягаемости. Профессор Снейп, это касается и Вас.  — Я в состояние сам позаботиться о своей безопасности, — брезгливо выплюнул Зельевар, но Горморн даже не взглянул на него. Какого черта этот мальчишка так наглеет?!  — Директор, — Крис обернулся к Дамблдору. — Гарри сможет сегодня же покинуть Хогвартс вместе с крестным? Старый волшебник внимательно посмотрел на юного короля поверх очков-половинок и кивнул. Заручившись согласием Рона и Гермионы тоже отправиться в замок на несколько дней, Горморны покинули кабинет. Аслан остановил Криса за первым поворотом.  — Зачем ты это сделал?  — Что я сделал?  — Поругался с Фаджем.  — Он же последний гад, Нат!  — Я знаю! Но дело не в этом. Ты знаешь канон, ты видишь Фаджа насквозь. И что ты думаешь? Что высказав ему в лицо, какой он придурок, ты его исправишь? Да плевал он на совесть и на все остальное!  — Так и я о том же…  — Ты сделал его своим врагом.  — Рано или поздно, он все равно бы им стал.  — Но сейчас… Сейчас, когда до возрождения Волдеморта остается всего год, ты именно сейчас вынужден будешь бросить все свои силы против этой твари! Разве это не бездумно, Крис?  — И что ты мне предлагаешь? — вкрадчиво спросил Волк. — Чтобы я ползал перед этим ублюдком на коленях и пытался льстить ему, уговаривать, подкупать? Нет. Я еще не настолько сошел с ума. Я не собираюсь становиться подхалимом и лицемером! Я — Наследник трона Магической Британии, потомок Основателей Хогвартса! Я не буду унижаться перед всякой мразью вроде Фаджа! И уж тем более не тогда, когда он собирается убивать моих друзей. Если он настолько безумен, что готов перейти все границы здравого смысла — пожалуйста! Но пусть не удивляется потом, когда я пущу ему Аваду в лоб.  — Мистер Горморн, ко мне в кабинет, — раздался за спиной Криса тихий ледяной голос Снейпа.  — Но, Профессор…  — Немедленно! — еще тише прошипел Зельевар. Довольно! Он достаточно натерпелся этой наглости. Пусть этот мальчишка будет хоть самим Мерлином, но у него нет права так дерзко вести себя по отношению к Северусу Снейпу. Сначала «Экспеллиармус», потом полное игнорирование Мастера, а сегодня эта непозволительная наглость! Какого черта мальчишка сорвался?! Какого черта он посмел решать, что нужно делать Снейпу?! Я не настолько беспомощен, чтобы прятаться в его чертовом замке, чего бы этот малолетний лорд не напридумывал. Однажды я пошел ему навстречу, а теперь… Снейп задержал дыхание. Нет. Он просто выяснит, о чем мальчишка думает, и все. Но пусть этот Волк не рассчитывает на прежнюю мягкость. Дверь за спиной Зельевара с грохотом захлопнулась. Кристиан вскинул бровь, словно спрашивая, почему Мастер такой злой. Снейп круто развернулся и вперил в мальчишку тяжелый взгляд. В карих глазах вновь возникло прежнее упрямое выражение. Вот только игры в гляделки вперемешку с молчанкой мне не хватало! Северус сжал край стола.  — Что все это значит, Горморн?  — О чем Вы?  — Ты прекрасно знаешь, о чем.  — Ваша неприязнь к Блэку вполне понятна, — холодно улыбнулся нахал. — Но это ничего не значит. Снейп полоснул Лорда ледяным взглядом.  — Что ты себе позволяешь, безмозглый гриффиндорец?! Волк изменился в лице. Легкая насмешка исчезла и появилось выражение непоколебимой твердости и сосредоточенности. Мальчик поддался вперед, склоняясь над столом, и накрыл руку Мастера ладонью. Глаза Зельевара опасно сузились, но мальчик не шевельнулся.  — Сейчас не то время, чтобы давать волю личной ненависти, Профессор, — тихо, но твердо произнес Крис, глядя прямо в глаза Мастеру. — Сейчас все, кто борется за правду, должны объединить свои силы. Я понимаю, что Вы терпеть не можете Блэка, Гарри и Люпина. Я не смею просить Вас изменить свое отношение — у меня нет на это прав. Но пожалуйста, не позволяйте ненависти взять вверх над рассудком.  — Где же сегодня был Ваш рассудок? — выпрямляясь и отбрасывая руку Горморна, спросил Снейп. Мальчик грустно улыбнулся.  — Так ведь слепому видно, что Фадж — последний кретин.  — Безумно рад, что ты это понимаешь, — бросил Снейп таким тоном, словно разговаривал с ничтожеством. — Но разве обязательно было доказывать это Министру? Горморн, ты сделал только хуже…  — Вы будете смеяться, но я это уже понял, — скривился Волк.  — Долго же Вы понимали, — фыркнул Зельевар.  — Подумаешь! Поссорился с безмозглым, самовлюбленным, напыщенным…  — Хватит! — рявкнул Профессор.  — Рано или поздно мы все равно сошлись бы на дуэли, — уверенно произнес Лорд. — И я, разумеется, размазал бы его по стенке. Снейп пристально посмотрел в глаза мальчику. Слишком уж кровожадным стал Горморн в последние дни.  — Вы бы этого не сделали, — холодно протянул Зельевар. Крис чуть прищурился в ответ.  — Хорошо, раз Вы так хотите. Я бы отдал его дементорам.  — Горморн!  — Нет! — гриффиндорец поддался вперед. — Он последний трус, жадный до власти и почета. Такие люди никогда не подарят мира и справедливости своей стране. И пожалуйста, Профессор, не обижайтесь, что я отправляю Вас в Ваэтрок. Это мой долг — защищать Вас.  — Я не…  — Профессор, — мальчик шагнул вперед, заглядывая в черные глаза. — Я знаю, что Вы гордый. Но так надо. Я не могу рисковать ни одной жизнью. Я разнесу Министерство на куски, если хоть один из тех, кто находится в Хогвартсе пострадает, пусть даже несильно. Но Вы и Профессор Люпин имеете большую вероятность попасть под удар. Поэтому я не собираюсь рисковать вами. И мне плевать, как вы друг к другу относитесь. Вы можете хоть желать Блэку и Люпину смерти — я не собираюсь в это вмешиваться. Но убивать их не стоит. И под заклятия бросаться тоже. Снейп замер. Горморн говорил как стратег, который не собирается рисковать даже одним солдатом, даже если на кону победа. В мерцающих серебром глазах была твердая решимость, и Зельевар понял, что в данный момент его мнение для ученика ничего не значит. Для него важна лишь жизнь Мастера, пусть Мастер и отплатит ему пожизненной ненавистью. Неважно, что ты сейчас ему скажешь. Он просто обезоружит тебя снова и силой отправит в закрытую крепость. Только сейчас Двойной Шпион понял, как далеко может зайти горморново упрямство. И лучше от этого не становилось. На Лорда сейчас не подействуют ни наказания, ни угрозы, ни приказы, ни призывы к здравому смыслу. На бледном лице была написана неукротимая решимость во что бы то ни стало добиться своей цели. Темные глаза смотрели твердо и бесстрашно. Но Снейп мог догадываться, как тревожно на душе у Волка, раз он дерзает переступить все границы ради спасения одного паршивого пса. Как же тебе повезло, Блэк. Теперь только посмей хоть раз проявить неуважение к своему королю, который ради тебя рискует угодить в Азкабан. Снейп подавил тяжелый вздох.  — Ступай, мальчишка, — махнул рукой Мастер.  — До свидания, Профессор, — тихо ответил тот, и дверь бесшумно закрылась.