Любовь и Ненависть.

      Лорд Малфой неподвижно сидел в кресле в роскошной гостиной Малфой-менора и уже с полчаса молча наблюдал за пляской огня в камине. Леди Малфой украдкой поглядывала на мужа, в двадцать седьмой раз перечитывая письмо сына. Заголовки «Пророка» также не выходили из головы. «Студент Хогвартса способствует вторичному побегу убийце Сириусу Блэку.» «Кристиан Горморн — лорд или самозванец?» «Восстание против Министерства. Привлекут ли несовершеннолетнего к суду Визенгамота?» «Является ли Кристиан Горморн новым Темным Лордом?» Драко описывал все не так, как репортеры и Министр. По его словам, этот Горморн был вполне-таки неплохим парнем, просто немного тронутым. Он заявлял, что Крис определенно лорд — об этом явственно говорит кольцо на его руке. Кроме того, Горморн чтит Снейпа и ни разу не оскорбил Слизерин. Мелкие стычки со слизеринцами носили личный характер, и на первом курсе он даже отдал Слизерину кубок школы. Судя по словам Драко, Кристиан Горморн мог быть как преданнейшим другом, так и злейшем врагом, и наследник Малфоев прозрачно намекал, что лучше быть за Горморна, чем против. В ярости Горморн способен убить, а привести в ярость его может лишь угроза жизни его друзей. Леди Малфой втайне желала, чтобы Драко подружился с этим странным Лордом, однако вслух об этом говорить не смела. Вряд ли это понравилось бы Люциусу. Люциус вспоминал того дерзкого и сильного мальчишку, с которым он встретился год назад в кабинете Директора Хогвартса. Тогда он ощутимо почувствовал силу Горморна и прекрасно понимал, с чем столкнулся Фадж. Горморн умел укрощать и играть с противником. Судя по словам Министра, мальчик не играл, а лишь поставил того перед фактом, дерзко обвинив Министерство в несправедливости. Мальчишка яро защищал Блэка и вместе с младшим братом помог ему исчезнуть прямо из-под носа Корнелиуса. Министр заявлял, что Гормон - маньяк, опасный для общества, и, объявив себя лордом, он идет по стопам Того-Кого-Нельзя-Называть. Несмотря на сильное желание отомстить наглому гриффиндорцу за прошлогоднее унижение, Люциус невольно ловил себя на мысли, что Драко прав. Лучше быть другом Горморну, и тогда он порвет любого, кто посмеет угрожать твоей жизни, чем стать ему врагом, рискуя в любой момент быть убитым. Может, Горморн и сумасшедший, но сумасшедший, обладающий огромной силой, с которой лучше не спорить. К тому же похоже, к Драко он относится дружелюбно. По крайней мере, в этом году. Может, стоит навестить Северуса? В конце концов, он видится с мальчишкой каждый день и должен был неплохо изучить его.  — Черт возьми! Рем, что происходит?  — Крис тебя спасает, — в голосе Оборотня была усталость.  — Я это понял. С каких пор он Наследник трона Магической Британии?  — С тех самых, как побывал в твоем будущем убежище.  — И что это за убежище?  — Замок Ваэтрок. Тебе понравится, он огромный, и вокруг довольно живописные окрестности. К тому же, Гарри тоже будет там жить. И я тоже.  — Наверняка заброшенная громадина, — усмехнулся Блэк.  — Разумеется, там же восемьсот лет хозяина не было. Сириус присвистнул и окинул стеллажи с книгами и артефактами рассеянным взглядом.  — Так Горморны — змееусты?  — Они потомки Основателей. Всех четырех сразу.  — И Слизерина?!  — Не шуми. Салазар, оказывается, был совсем не таким, каким нам его представляли. Наступила долгая пауза. Многое не укладывалось в голове Бродяги.  — Горморн заодно со Снейпом? — задал он наконец долго мучивший его вопрос. Люпин тяжело вздохнул.  — Сириус, — Римус говорил серьезно. — Крис очень уважает Снейпа. Я не знаю почему, но это так.  — Тогда почему он меня защищал?  — Не будь дураком, Сириус! Крис, как истинный гриффиндорец, отстаивает справедливость. Он друг Гарри…  — И Снейпа.  — И поверь мне, Поттер ему не разу не сказал, чтобы он бросил Северуса, — хмуро осадил анимага Вервольф. — По крайней мере, на моей памяти этого не случалось. А когда в начале этого учебного года между Крисом и Северусом была холодная война, Гарри вместе с друзьями только и хотел, чтобы они побыстрее помирились.  — Почему?!  — Не знаю. Спросишь у Гарри. В стене образовался проход, из которого стремительно вышли Кристиан и Снейп. За ними с трудом поспевали остальные Горморны, Золотое Трио и Директор.  — Я только провожу вас, — произнес Дамблдор. — Если Министр вновь заявится, лучше пусть я его встречу, а не Минерва.  — Превосходно, — с явным раздражением отрезал Волк. — А теперь — все за мной. Спустя два дня вновь открылся проход в полу заброшенной беседке. Крис поднялся из подземного хода и беглым взглядом окинул окрестности. Сейчас здесь не было ни опавших золотых листьев шуршащих под ногами, ни сверкающего белого снега. Все пестрело зеленью и сквозь трещины в камнях пробивались травы и цветы. Плющ, увивающий беседку, зазеленел и разросся еще сильнее.  — Добро пожаловать, мистер Блэк, — сварливо произнес Крис.  — Твою мать… — еле слышно выдохнул Сириус. Замок действительно был огромным. Шпили башен сверкали на солнце, а вокруг на склонах горы раскидывался лес.  — Мам, Нат, вы тут разберитесь со всем, а мне пора в Хогвартс.  — Это еще зачем? — круто повернулась к сыну Лили. Крис свел брови. Недобрый взгляд Мастера не укрылся от глаз Лорда, и он совершенно не собирался выкладывать все, тем более тем, кто мог за него переживать.  — Так надо, — мрачно бросил он. — Так надо, и все.  — Крис…  — Нет, мам. Я должен быть в Хогвартсе и переброситься еще парочкой слов с Министром. Не волнуйся, все будет в порядке.  — Крис! — вдруг встрепенулся Поттер. — Я сейчас вспомнил… Нам Хагрид говорил, что тебя Бэйн искал. На лице Горморна-старшего отразилось живое любопытство, смешанное с тревогой.  — Когда это было? — нетерпеливо спросил он.  — В ту ночь, как мы Сириуса нашли, — замявшись ответил Поттер, и Лорд втянул воздух сквозь зубы. — Он еще сказал, что кентавр говорил, что случится что-то нехорошее. Кристиан бросил на Ната убитый взгляд и сжал пальцами виски. Снейп невольно подумал, что это «что-то нехорошее» уже случилось, и Горморну от этого не легче.  — Бэйн хотел меня видеть? — голос Лорда был глухим.  — Угу, — кивнул Поттер. Кристиан глубоко вздохнул, тряхнув головой, отчего прядь темных волос упала на лицо.  — Хорошо, — резко бросил он. — Устраивайтесь. Я постараюсь вернуться как только смогу. Волк прыгнул в ход, на лету превращаясь в огромного, черного с серебряным отливом зверя. Снейп никогда прежде не видел такого волка, даже оборотень не шел ни в какое сравнение с этим гигантом, который мелькнул в тоннеле так быстро, что Зельевар не успел как следует разглядеть его.  — Вы ведь не левитацией пользовались, да, Натанус? — раздался командный голос Грейнджер.  — Разумеется, — буркнул Лев. — А идею с помощью предков нам сами Основатели подбросили. Вы бы видели, как Гриффиндор и Слизерин ржали, когда узнали, что у нас с собой ни крошки нет.  — Ржали?  — Да, Рон, хохотали, как сумасшедшие.  — И Гриффиндор?  — А что, не должен был?  — Так он же…  — Он с Салазаром одного поля ягоды, — сурово ответил Натанус. Гриффиндорцы поникли. Неужели основатель их факультета действительно так поступил? Как-то это… не по-гриффиндорски.  — Вы не кисните так, — усмехнулся Аслан. — Просто вы наших физиономий тогда не видели. Мы сами бы смеялись, если бы голодные не были. Снейп невольно скривился. Одно дело, когда врут мальчишки, и совсем другое, когда их толкают на это величайшие маги в истории, после Мерлина, разумеется. Подумать только! Основатель твоего собственного факультета оказался просто обычным человеком с оригинальным чувством юмора. Крис быстро добрался до Хогвартса. Несколько часов в тоннеле промчались, словно мгновение. Он во что бы то не стало хотел увидеть этого чертового кентавра. Кто знает, вдруг он опять наговорит загадок? Но лучше уж разгадывать загадки, чем вообще ничего не знать. Оказавшись в Хранилище, Крис решил выйти через Астрономическую Башню. Уже оттуда он заметил недюжинный отряд волшебников в красных мантиях сотрудников Аврората. Скрипнув зубами, Волк стремительно полетел по лестнице. Белый камень на правой руке ярко сверкал в лучах полуденного солнца. Вот он спустился с Башни и, не сбавляя ходу, направился к кабинету Директора, как вдруг заметил впереди две очень знакомые фигуры. Посреди коридора стояли Люциус и Драко.  — О, Горморн! — тут же заметил гриффиндорца Малфой-младший. — А куда ты нашего декана подевал? Люциус очень удивился, когда Северуса не оказалось в его хогвартских апартаментах. Камин Зельевара был заблокирован, что случалось впервые. Малфой отправил старинному знакомому сначала одну сову, потом еще две, но когда решил наконец-то заявиться в Хогвартс и выяснить, в чем дело, то оказалось, что Северуса в замке нет вот уже восемь часов. Драко сообщил, что последний раз видел, как декан шел к Директору. Потом туда же пришли Горморны, и больше оттуда никто не вышел. Люциус решил не покидать школу, пока не выяснит, куда пропал Снейп, и что вообще происходит. Вскоре Хогвартс наводнили авроры и представители прессы, и на их фоне присутствие лорда Малфоя в замке стало не так заметно.  — Не твое дело, Малфой, — мрачно бросил Волк.  — Вообще-то, он мой декан, — насупился Драко. Крис остановился перед блондином и внимательно посмотрел в серые глаза. Злость и усталость боролись где-то глубоко внутри.  — Это. Не твое. Дело. — тихо отчеканил он. — И вообще… — Крис поборол рваный вздох. — Катитесь-ка отсюда! Люциус поспешил отойти в сторону. Он помнил, что означает этот серебряный блеск темных глаз. Горморн пронесся мимо, но аристократ успел заметить яркую белую вспышку на правой руке мальчика. Значит, Драко не врал. Кольцо действительно существует, и Горморн в самом деле может оказаться лордом. Вот только ни разу за всю историю не было рода Горморн. В кабинете Дамбдора Крис нос к носу столкнулся с Фаджем.  — А! Господин Министр! — с елейной улыбкой пропел Волк. — Как самочувствие?  — Где Сириус Блэк? — кипя от негодования, рыкнул Фадж.  — Я за него, — с невинным выражением лица ответил гриффиндорец.  — Вот как, — прищурившись, прошипел Министр. — Взять мальчишку! Авроры дернулись в сторону Горморна, но Дамблдор перегородил им дорогу.  — Может, сперва выслушаете, Корнелиус?  — Я не собираюсь снова слушать этот бред! — завопил Фадж, заставив Криса возвести глаза к потолку. — И Блэк, и Горморн - преступники! И они будут наказаны по закону.  — Это еще вопрос, кто будет наказан по закону, — раздался насмешливый голос Горморна, и он выступил из-за спины Дамблдора. — Не слишком ли сильно Вы дрожите над властью, которая будет отнята у Вас смертью? Фадж пошатнулся, и ближайший аврор поспешил подхватить его под локоть. В глазах Министра был ужас.  — Вы угрожаете мне смертью? — в голосе Министра была дрожь. — Вы угрожаете смертью действующему Министру!  — Которого назначал не я! — внезапно выкрикнул Волк с неясной яростью. Люциус замер в дверях кабинета. О чем говорит этот мальчишка? Неужто он в самом деле хочет быть главенствующим лордом Магической Британии? Неужто он собирается повторить путь Темного Лорда? Малфой похолодел при мысли об этом. Министр тоже был ошарашен. Авроры вообще не понимали, что происходит. В отличие от Дамблдора. Неужели этот старик что-то знает?  — Вы все же смеете называть себя лордом? — звенящим от гнева голосом проговорил Фадж.  — Не только лордом, но и Наследником трона Магической Британии, господин Министр. Звенящая тишина повисла в помещении. Все, кроме Директора, были в шоке. Лица присутствующих стали белы, как мел. Горморн словно изменился. Будто стал выше и мрачнее, чем казался мгновение назад. На привычно-бледном лице была суровая решимость и непоколебимая твердость. В карих глазах мерцали серебристые звезды, подбородок чуть поднят, плечи расправлены, спина ровная. И ни капли страха в лице. Только невидимая прежде властность.  — Ч-что?  — Вы не ослышались, Корнелиус, — мягко улыбнулся Горморн, но от этого ужас ледяной волной разлился по жилам. — Я — законный король этой страны. И я не намерен подчиняться кому бы то ни было без собственного желания. Малфою показалось, будто кто-то наложил на него «Силенцио». Слова застревали в горле, дыхание перехватило. Где-то глубоко внутри зрело ощущение, что Горморн может стать гораздо сильнее и могущественней Темного Лорда. Почему же Директор молчит? Почему не смотрит с осуждением?  — Какое ты имеешь право… — дрожащим голосом начал Министр, но Горморн тут же перебил его.  — Это Вы не имеете прав идти против меня, — резко бросил он. — Я — потомок Великой Четверки Основателей Хогвартса! Горморн поднял правую руку, и алмаз в оправе из белого золота ярко сверкнул. По яркому металлу вились мелкие руны, которые Люциус видел впервые. Казалось, мир перевернулся с ног на голову. Крис прекрасно понимал, чего ему будет стоить это заявление. Он знал, что в прессе будет громкий скандал, что по стране поползут слухи, что за спиной будут шептаться вдесятеро больше обычного, что Министр захочет отомстить, что его объявят сумасшедшим и призовут к суду Визенгамота, что на него повесят всех дохлых собак… Но дороги назад он сейчас не видел. Пусть будет, что будет! Довольно прятаться и гадать, что будет дальше. Да, путь будет трудным, порой невыносимо трудным, но дойти до конца ты обязан. Да, Министерство превратит тебя в изгоя, смутьяна, бунтовщика. Выскочку, претендующего на место Волан-Де-Морта. А скоро и сам Волдеморт возродится. Что ж, однажды все равно придется дать бой, какая разница, когда он произойдет? Сейчас главное убрать из Хогвартса Фаджа и дементоров, а потом навестить Бэйна. Этот полуконь явно должен что-то знать. К тому же, пора начинать возвращать свои законные права. По крайней мере, даже если это ничего не даст, кроме слухов и сплетен, ты хотя бы будешь знать, что первый шаг ты сделал. Тут-же пришла мысль, что этот первый шаг, по сути, ведет в никуда. Хорошо, пусть так, сейчас ты просто перешел в сплошное наступление. Сейчас главное — выиграть время. Для чего? Это решится потом. Лишь бы этот полосатый котелок со своими красными мантиями вылетел отсюда. И как можно быстрее. Сейчас Крис не чувствовал страха. Внутри была лишь ледяная решимость, которая разливалась по жилам, наполняя тело невиданной мощью. Видя, что Фадж все никак не опомнится, Крис стремительно шагнул к нему, схватил за шиворот и потащил к дверям. Министр весь обмяк в железной хватке мальчика. Волны слабого холода плыли в воздухе, и при малейшем резком движение авроров мгновенно сжимали горло жгучим морозом. Бесцеремонно протащив Фаджа по коридорам, Крис спустил его с парадного крыльца и быстро захлопнул дверь, пока оккупировавшие его журналисты не прошмыгнули обратно в замок. Резко обернувшись, Волк едва не врезался в Дамблдора.  — Ох! Директор, извините…  — Ничего страшного, — отмахнулся Дамблдор. — Тебе не кажется, что это заявление было несколько…  — Преждевременным? Да, я уже сам это понял. Но это было единственное, что пришло мне в голову. Мне срочно нужно увидеть Бэйна.  — Кентавра?  — Его самого.  — Тебе лучше выйти как-нибудь незаметно, — глядя на толпу за дверьми, усмехнулся Альбус. — И лучше не сейчас, а ближе к вечеру.  — Или вообще ночью, — проворчал Крис.  — Или ночью, — кивнул Директор. — А пока пойдем, нужно многое обсудить.       — Сириус, можешь брать Люпина и Гарри и начинать прогулку по саду. Когда обед будет готов, я пришлю вам Патронуса. Рон, Гермиона, если хотите, можете идти с ними. Остальные — за мной.  — А ты чего раскомандовался?  — Криса нет, значит, я за старшего. Ясно, Нил?  — А почему ты, а не Снейп?  — Эээ… Ты чего вообще возникаешь?! Сегодня останешься без сладкого.  — Мальчики, успокойтесь, — тихо перебила обоих Лили. Горморны со Снейпом пошли в замок, в то время как Золотое Трио и два Мародера прогулочным шагом двинулись вдоль высоких замшелых стен. Столбы увивал хмель, перекидываясь с колонн на стены, а оттуда и на крыши замка. Гарри мог бы назвать этот момент самым счастливым в своей жизни, если бы не мысли о том, что сейчас с Крисом.  — Гарри, — раздался голос Крестного. — Расскажи-ка мне о старшем Горморне. Что это за парень?  — Ну… — Гарри глубоко вздохнул, и воздух, напитанный запахами леса, наполнил грудь. — Он мой первый друг. Его отец работал у моего дяди, и они были нашими соседями. Он первый поверил в то, что мы волшебники. Потом мы попали на Гриффиндор, и Крису пришла идея заняться анимагией.  — А почему он так… тепло относится к Снейпу? Гарри, Рон и Гермиона переглянулись. Они сами не раз задавались этим вопросом, но четкого ответа не было.  — Видишь ли, — протянул Гарри. — На первом уроке Трансфигурации МакГонагалл сказала Крису, что он очень похож на Снейпа. На первом уроке Зельеварения Крис со Снейпом очень сильно из-за меня поругался. Но при этом, когда мы подозревали Снейпа в том, что он хочет меня убить и охотится за Философским камнем, Крис его защищал. И оказался прав. У Криса неплохой талант к Зельеварению, может, поэтому он и уважает эту летучую мышь. Снейп — его Мастер.  — Что?!  — А в чем дело? — удивился Гарри. — Снейп просто учит Криса Зельям. Сириус внимательно посмотрел на крестника.  — Видишь ли, Гарри, — задумчиво протянул он. — Быть для кого-то Мастером, это значит отвечать за ученика как за сына. Для этого ученик должен сам признать человека своим Мастером, доверять ему всецело и безгранично. Мастер и ученик связаны почти также, как крестный и крестник, но несколько по другому. Если между мной и тобой отношения родственные, то между Крисом и Снейпом это отношения солдата и командира.  — Но Крис часто перечит Снейпу.  — Вероятно, ваш друг имеет очень волевой характер, раз идет на такое.  — Выходит, именно Снейп обучал Криса Патронусу, только потому, что Крис признал его Мастером? — уточнила Гермиона.  — Возможно, — кивнул Сириус. — Лучше всего обучить ученика чему-либо может тот, кому ученик больше всего доверяет. Вероятно, именно это послужило причиной тому, что именно Снейп занимался обучением Криса.  — Вот только Крис не очень-то продвинулся, — буркнул Гарри. — Выходит, Снейп его ничему не научил. Блэк молча взглянул в небо. Перистые облака мелкой рябью поддернули голубую бесконечность огромного воздушного купола. Когда он увидел Нюньчика с бессознательным Горморном на руках в ту проклятую ночь, он сперва чуть не расхохотался, но сейчас сложный пазл начал медленно складываться в голове. Снейп оказался Мастером этого гриффиндорца. И Блэк мог поклясться, что Снейп искренне не желал своему подмастерью зла. А значит он точно подошел бы к занятиям по вызову Патронуса с особой серьезностью. Получается, то, что Горморн был бессилен против дементоров, не по вине Нюньчика. Значит дело в самом Горморне. И все же…?  — И Крис ни разу не сказал, почему он так доверяет слизеринскому ублюдку?  — Сириус! — не слишком уж строго возмутился Люпин.  — Крис никогда много не говорил, — ответил Рон. — Но если говорил, то в большинстве случаев оказывался прав.  — А со Снейпом у них и вправду много общего, — подхватила Гермиона. — Оба хмурые и саркастичные. К тому же, Снейп как-то спас его семью от их пьяного отца. Должно быть, Крис ему благодарен.  — Крис и до этого ему доверял, — мрачно возразил Поттер. — Меня защищал от Снейпа, Снейпа от меня. Мечется вечно между двух огней, все никак не решит, что ему нужно. За кого он по-настоящему. Снейп, конечно, иногда бывает смирный, но только когда рядом Крис или Директор. А так — настоящий ублюдок. Люпин и Блэк переглянулись. Римус вздохнул и достал что-то из кармана.  — Возьми, Гарри, — улыбнулся он. — Она твоя по праву. Тем более, твой отец приложил руку к ее созданию. Гарри с трепетом взял Карту Мародеров. Вот так-то, Профессор Снейп! Этот пергамент, полный темной магии, все равно вернулся ко мне! Лили разместила детей в просторной комнате и, оставив их под присмотром Снейпа, занялась приготовлением обеда. Траянус вызвался помогать маме, и Натанус с Профессором остались наедине с тремя шумными малышами. Зельевар сел у окна, мрачно наблюдая за гуляющими по двору гриффиндорцами. Самые разнообразные мысли одолевали его. Вся эта путаница, которую, кстати, устроил Горморн, и из-за которой, кстати, ты теперь сидишь здесь, как в клетке, это все давило на нервы, хуже дамблдоровых чаепитий.  — Вы на Криса злитесь, да, Профессор? — умеют, однако, Горморны подкрадываться бесшумно. Снейп скользнул по гриффиндорцу резким взглядом и вновь уставился в окно. Лев хмыкнул и встал рядом, прислонившись лбом к стеклу. Он не говорил больше, просто стоял, невидящим взглядом смотря куда-то вдаль. Где-то за спиной странно тихо возились дети. Сквозь открытую дверь проникал аппетитный запах с кухни. Однако вместо обычного покоя в воздухе витала тревога. Зельевар наконец не выдержал и в упор взглянул на Натануса. Тот никак не отреагировал на это. Снейп сжал губы в тонкую полоску.  — Что происходит, мистер Горморн? — ледяным тоном спросил он.  — О чем Вы, Профессор?  — Не прикидывайтесь дурачком. Вам ведь известны планы вашего брата.  — Ах, Вы об этом, — с улыбкой взглянул в глаза Снейпа Аслан. — Спешу Вас разочаровать — у брата никогда нет плана. Скажем так, у него так часто ничего не выходило по плану, что он предпочитает импровизировать. Конечно, иногда это приводит к новым проблемам, и приходится снова импровизировать, чтобы разрулить ситуацию. Такой уж Крис. У него дар — влипать в неприятности. И Вы здесь потому, что он не хочет, чтобы и Вам от его «дара» перепало.  — То есть вам неизвестно, что сейчас может сделать ваш брат? — вкрадчиво поинтересовался Снейп.  — Все что угодно, — прозвучало в ответ. — Помните, я говорил Вам, что Крис может вести себя непредсказуемо. И особенно, если дело касается близких ему людей. Убить Министра ему Дамблдор не даст, — Снейп вздрогнул. — Но из школы он его выдворит. Между прочим, здесь тоже должна быть библиотека. Если Вы не против, можем ее поискать. Зельевар стиснул зубы. Почему Горморны так легко относятся к жизни? Почему не воспринимают все эти проблемы всерьез? А, ну конечно! Всегда выручит импровизация! Мне бы вашу легкомысленность, лорд. В серых с зеленоватой дымкой сумерках Король Ночи неслышной тенью вошел под тень Запретного Леса.