Любовь и Ненависть.

      Известие о том, что впереди Святочный Бал, где каждый должен иметь пару, повергло Гарри и Рона в глубокое уныние. Крис об этом не беспокоился, прекрасно зная, что он ни за что на свете не будет танцевать, и никто не в силах заставить его сделать это. С самого начала заставив Рона пригласить на Бал Гермиону, Крис был доволен донельзя. Рон, поняв, что решение настолько простое, несказанно обрадовался. И Рону же пришла в голову мысль предложить Гарри пойти на Бал с Джинни. Слава Богу, Гарри успел пригласить Джинни раньше Невилла и теперь тоже не переживал так сильно по поводу Бала. Однако, друзья всерьез беспокоились насчет Криса, который даже не пытался найти себе пару.  — Крис, — зашипел Рон в который раз, теперь уже на семестровом зачете по Зельеварению. — Так кого ты пригласишь?  — Не знаю, — машинально отозвался тот, краем глаза заметив недовольный взгляд, брошенный в их сторону Снейпом. На лист пергамента, на котором писал Крис, упал другой листок. Бросив на него быстрый взгляд, Волк прочел: «Действуй! Или всех хорошеньких разберут.» Он едва сумел сдержать смех. Близнецы Уизли. Лишь бы пошутить.  — А ты с кем идешь, — чисто из любопытства спросил брата Рон. Джордж надменно усмехнулся и, подмигнув, бросил в Анджелину Джонсон скомканный пергамент.  — Что? — сердито обернулась та.  — Ты пойдешь на Бал со мной? — больше жестами нежели словами спросил близнец.  — А! Да, — тут же просияла гриффиндорка. Джордж с чувством превосходства взглянул на короля и вновь склонился над своей работой. Крис, не сдержав смешок, вывел очередную формулу.  — Ну вот, видишь, — вновь не сдержался рыжий. — Тебе надо действовать, а то… Разглагольствования Рона прервала тетрадка, которой Снейп прошелся по головам Золотой Четверки. Крис с беззвучным смехом сжал перо. Бросив весело блестящий взгляд на Мастера и убедившись, что он уже переключил свое внимание на Дина и Симуса, Лорд лучезарно улыбнулся и, вздохнув, поставил точку. Рон зло зыркнул на Профессора, но долго молчать не смог.  — Ты пойми, Крис, ты же лорд и король. Да любая девчонка будет рада пойти с тобой на Бал! Крис вонзил в друга яростный взгляд.  — Вот только этого мне не нужно! — прошипел он. — Я не собираюсь становиться здесь крылатым кавалером наподобие Златопуста! И вообще… Твердая рука Зельевара легла на затылок и с силой ткнула носом в пергамент. Крис поймал сердитый взгляд Рона, которого постигла та же участь, и плечи задрожали от смеха. Гермиона сурово взглянула на друзей и закатила глаза. Волк поднялся и вручил Мастеру законченную работу, словно укоряя за недавнюю взбучку. Снейп сжал губы в тонкую полоску и резким движением забрал тетрадь.  — И да, — уже склоняясь за портфелем, обернулся Горморн. — Формулы я не перепутал. В глазах Мастера сверкнула ярость, и король усмехнулся.  — И никого я на Бал приглашать не собираюсь, — зашипел он, склонившись к Рону, прежде чем выйти. ***  — Ваша зачетная просто ужасна, — бросая тетрадь на свой стол, выплюнул Северус Снейп.  — И что в ней такого ужасного? Я же все правильно написал! Крис только что явился в кабинет Мастера в своей аниформе, и сейчас, превратившись снова в человека, стряхивал с мантии невидимые пылинки.  — Ужасен в ней Ваш почерк, — презрительно скривился Зельевар. — Это какая буква? — он ткнул пальцем в пергаментную страницу.  — «К», — пожал плечами Лорд.  — А Вам не кажется, что она очень на «н» смахивает? — прищурился Профессор.  — Похожа чуток, — приглядевшись, бросил гриффиндорец. — Но отличить ведь можно, значит вовсе не смертельно. К тому же есть вопросы посерьезней моей зачетной.  — Уж не Святочный ли Бал? — протянул Зельевар, убирая тетрадь со стола.  — Хватит уже об этом недоразумении трындеть, — огрызнулся Волк. — Гарри вздумал следить за Грюмом. Видите ли, он не очень-то рад, что меня страхуете именно Вы. Снейп несколько секунд молча смотрел ученику в глаза пустым холодным взглядом. Тот глядел в глаза Мастера чуть насмешливо, но в то же время с уважением. Дернув плечом, Зельевар с презрением отвернулся.  — И что же не угодило нашему Золотому Мальчику? — только глухой не услышал бы в голосе Двойного Шпиона ненависти. Крис нахмурился.  — Он не очень-то верит Вам, Профессор. И если быть честным, имеет на это веские основания. Мастер Зелий пораженно взглянул на анимага со смесью гнева и неверия. Такого удара в спину он не ждал. Однако, взгляд короля был тверд.  — Подумайте сами, Вы бы на его месте доверяли злобному Профессору, который Вас ненавидит и который ненавидел Вашего отца? — карие глаза вновь смотрели в самую душу, словно сверля ее насквозь. Снейп поспешно отвел взгляд, однако ожидаемого смешка не услышал.  — Я не нуждаюсь в доверии этого мальчишки, — яростно выплюнул Северус, не глядя на Лорда.  — Мне от этого не легче, — холодно прозвучал суровый ответ. Снейп бросил сверкающий взгляд на гриффиндорца; тот стоял, оперевшись на стол и невидяще глядя куда-то сквозь стену. На бледном лице мальчика застыло выражение глубокой сосредоточенности. Белый камень на правой руке тихо мерцал в отсветах камина. На мгновение Снейпу показалось, что в чертах Горморна снова промелькнуло безнадежное отчаяние, как в Хэллоуин прошлого года на Астрономической Башне. Но уже в следующую секунду он понял, что это было наваждение. Лорд был по-прежнему горд, непоколебим и тверд. Снейп вдруг подумал, откуда мальчик берет эту силу? Ему ведь в самом деле не легко от того, что они с Поттером вечно грызутся. И Министерство только и ждет, наверное, когда он сдохнет, Скитер не забывает писать обширные статьи, где разбирает по косточкам, как Горморн мог оказаться титулованной особой, да и мог ли вообще. Вся школа старается не подходить к нему, окруженному ореолом опасного психопата. За спиной постоянный шепот и косые взгляды. Да еще и этот Турнир, и Грюм, на которого реагируют амулеты. И ведь умудрился зачетную написать на отлично, пусть даже кошмарным почерком. Черт! Он же еще ребенок… Как и Поттер. Нет, Поттер — это другое. Он многого не понимает и вообще ведет себя, как и его высокомерный папаша. Вечно лезет куда-то. Однако Зельевар с грустью понимал, что Горморн даже слушать этого не захочет. Тяжело вдохнув, Профессор сел за стол, придвигая к себе стопку непроверенных работ.  — Профессор, — в голосе мальчика звучали странные нотки, и Зельевар невольно поднял взгляд. Горморон все еще смотрел в стену с выражением глубокой сосредоточенности, но кулак правой руки, лежащий на темной поверхности стола, сжимался и разжимался. — Профессор, я понимаю, что Вы недолюбливаете Поттера. Поверьте, я тоже многим недоволен. Но мы должны доверять друг другу, тем более в такой ситуации. Взгляды карих и черных глаз, оба холодные и цепкие, скрестились.  — Даже мне Вы не доверяете полностью, Горморн, — внезапно ответил Снейп. В серебрящихся глазах Лорда вдруг вспыхнуло отчаяние, мускулы лица дернулись, мальчик прищурился, и его губы дрогнули в отчаянной усмешке. Он склонился над столом, упираясь в него обеими руками и пристально вглядываясь в угольные глаза Мастера.  — Да, — тяжело и безжалостно. — Я доверяю Вам не полностью. И Вы мне тоже. А самое смешное в том, что каждый из нас думает, что держит все под контролем. Вот сами скажите, как я могу Вам верить, если Вы мне говорите, что все в порядке, а сами лезете к черту на рога?  — Взаимно, — отводя взгляд, фыркнул Северус. Со стороны мальчишки послышался свистящий вздох, словно воздух с силой втягивали сквозь зубы. Стремительно обогнув стол, лорд встал прямо перед Мастером, пронизывающе глядя на него.  — Я так понимаю, Вы решили обсудить вопрос доверия, — в голосе гриффиндорца был лед. — И что Вы хотите услышать, Северус? Снейп вздрогнул; последний раз мальчишка называл его по имени на первом курсе и с тех пор не повторял этого, словно убедившись, что Мастер это не одобряет. Что же заставило его вновь нарушить негласное правило? Что ж, тогда и я нарушу свое.  — Я хочу услышать правду, Волк, — не менее холодно бросил в ответ Зельевар. — Я хочу знать, почему Вы все это делаете. Почему лезете в самое пекло, рискуя жизнью? Откуда у Вас такие прочные ментальные щиты?  — Простите? — Кристиан выглядел ошеломленным, но Снейп решил не сбавлять напора.  — У Вас очень сильные ментальные щиты, — невозмутимо ответил он. — Настолько сильные, что глядя Вам прямо в глаза невозможно уловить даже эхо Ваших самых поверхностных мыслей.  — Но я не занимался Окклюменцией, — нахмурившись, отозвался Волк. — Этого не может быть. У меня элементарно не было времени…  — Освоить Окклюменцию можно и без тренировок, — холодно отрезал Снейп, пронзая ученика пристальным взглядом. — Это происходит, когда Вы постоянно пытаетесь скрыть свои мысли, намерения и эмоции. Когда Вы интуитивно закрываетесь, чтобы кто-то не мог угадать ход Ваших мыслей. Некоторые вынуждены осваивать Окклюменцию искусственно, так как они слишком рассеяны и легкомысленны. Но Вы не такой. Вы постоянно держите мысли и чувства под контролем, при приближении человека — неважно, кто это, — Вы мгновенно поднимаете щиты, сами этого не осознавая. Вы Окклюмент, и Окклюмент сильный. А такой уровень владения Окклюменцией возможен лишь при одном условии — Вы постоянно боитесь, что кто-то из Вашего ближайшего окружения прочтет Ваши мысли. Если не при помощи заклинания, то хотя бы просто по Вашим глазам, по эмоциям, по малейшим неуловимым движениям. Что же Вы такого скрываете, Горморн? Теперь лицо Лорда не выражало абсолютно ничего. Эта была лишь холодная мраморная маска с мерцающими льдом глазами. Он смотрел на Мастера Зелий с каким-то странным выражением отстраненного любопытства, словно решая, куда ударить. Руки гриффиндорца были сцеплены за спиной, плечи напряжены, глаза чуть прищурены, челюсти сжаты. Снейп чувствовал, как ледяные щиты становятся все крепче, толще, непробиваемее… Зельевару почему-то казалось, что эти щиты прозрачны, как лед, но сверкают нестерпимым белым светом, так что на них невозможно смотреть. Однако, к своему удивлению, Снейп не видел в глазах ученика ни гнева, ни ненависти, только ироничную насмешку, больше над самим собой, чем над Профессором. Снейп не знал, как долго они молча смотрели друг другу в глаза. В какой-то момент Зельевару показалось, что он действительно видит в мерцающих льдистыми искрами карих глазах эти сверкающие ледяные щиты; словно высокие хрустальные стены, источающие ослепительный свет. Да, Горморн был Окклюментом, но Оклкюментом иного разряда, чем Двойной Шпион. Его щиты были ощутимы, в то время как Северус умело водил за нос Темного Лорда не давая тому даже мельчайшего повода заподозрить, что слуга что-то скрывает. Скрытность Горморна была налицо, что, в общем-то, соответствовало его характеру. Волк не умел лгать, и даже сейчас это было, как никогда, заметно. Вдруг Зельевар подумал, может ли мальчишка в той же степени владеть и Лигелименцией? Эта мысли поразила его как громом и заставила разорвать зрительный контакт. В этот раз Горморн усмехнулся, горько и разочарованно.  — Я не умею читать мысли, Профессор, — произнес он, лишь увеличив опасения Снейпа.  — Теперь я еще больше сомневаюсь в этом, — фыркнул он в ответ, заставив мальчика вновь усмехнуться. Опустившись на стул перед Профессором, Горморн сложил руки на груди и, запрокинув голову, уставился в потолок.  — Я не умею читать мысли, — вновь произнес он. — Я не владею Легилименцией такого уровня. Но я могу приблизительно угадывать ход мыслей и реакцию человека. Вы — слизеринец, Профессор. Каждый слизеринец действует продуманно и старается разобрать каждую деталь и учесть ее. Соответственно, чтобы обойти Вас мне нужно идти в прямо противоположном направлении и бросаться в пасть дракона, забыв о всех расчетах, планах и стратегиях. Это собьет Вас с толку, так как мои действия будут откровенно попахивать безумием и не будут иметь логического основания. Если нельзя проследить логически весь путь от начальной до конечной точки, то составить план контрдействий будет гораздо труднее, чем если бы я действовал согласно определенной тактике. С гриффиндорцами все иначе. Они бросаются напролом, очертя голову и, чтобы все предотвратить, нужно помнить о такой вещи, как закон подлости и отталкиваться от этого. Гриффиндорца можно опередить, используя эффект неожиданности или призвав его к благоразумию, заболтав более менее разумными доводами. Опыта работы с синим и желтым факультетами у меня еще не было, однако и здесь можно применить известные факты… Снейп сперва ошарашенно слушал Лорда, не понимая, зачем он говорит все это. Но потом вдруг Зельевара осенило.  — Вы переводите тему, Горморн, — резко перебил он. Мальчишка лишь усмехнулся.  — Как предсказуемо! — анимаг будто издевался. — Вы не слушали, а пытались угадать, зачем я все это говорю. Иногда именно это и нужно делать, но все же не стоит упускать из внимания и слова собеседника. Я практически досконально описал Вам все мои действия…  — Я не нуждаюсь в характеристике способов действия людей, принадлежащих к тому или иному факультету, — сурово оборвал Снейп.  — Разумеется, ведь Вы же все знаете куда лучше меня! Очередная ошибка слизеринцев и когтевранцев — они думают, что знают все лучше всех. Век живи — век учись. И это не просто метафора.  — От тебя мне точно уроков не нужно! — яростно рявкнул Снейп. Горморн бросил на него усталый насмешливый взгляд.  — И тем не менее, Вы задавали мне вопросы.  — По моему, эти вопросы носили несколько отстраненный от Ваших лекций характер.  — Вы хотели узнать, что я скрываю, — Горморн вновь заглянул Мастеру в глаза, и тот попытался незаметно пробиться сквозь ледяные щиты, но безуспешно. — Это моя тайна, Профессор. Я не требую от Вас, чтобы Вы поведали мне все свои тайны. Я не пытаюсь узнать больше, чем Вы позволяете, — в словах мальчишки прозвучал легкий упрек.  — Что же ты можешь хранить такого важного, чтобы беречь это настолько сильно, мальчишка? — не выдержал Зельевар. По лицу Горморна скользнула тень, и в глазах снова сверкнул лед.  — Вот как Вы относитесь к детям, — горько произнес он. — В Ваших глазах они всего лишь несмышленые идиоты, чьи тайны не имеют права храниться ото всех. Зато если кто-то посягнет на Ваши воспоминания, Вы не замедлите вызвать его на дуэль, мне ли не знать, Профессор. Да задай Вам лишний вопрос, и Вы уже выхватываете палочку. Даже свое заветное желание Вы не собираетесь рассказывать никому, что уж говорить об остальном. Почему же у меня не может быть тех же прав? Снейп вдруг замер. Он вспомнил ту сцену у Зеркала Еиналеж. Вспомнил, как он держал гриффиндорца-первокурсника под прицелом, а тот просил прощения… Потом тот случай с легилименцией на втором курсе. Тогда Горморн, казалось, простил его. Может только казалось? Может он до сих пор помнит, и именно поэтому так закрывается? Северус сжал зубы и едва не смял пергаментный листок с очередной работой. Как ты мог быть таким идиотом! Ведь именно из-за тебя возникли эти щиты. Холодная ладонь мальчика коснулась лежащей на столе руки, и Снейп встретился с виноватым взглядом.  — Простите, Профессор, — вот щенок! — Я не хотел Вас задеть. Просто… Я знаю, есть границы, которые не стоит переступать. Возможно, Вам и надоело, что я постоянно Вас охраняю и обращаюсь с Вами как с ребенком, но я как никак король, и Вы это признали.  — Если бы я знал, чем это для меня обернется…  — Вы бы поддержали Министерство, — угрюмо закончил Горморн.  — Не слишком ли рано Вы выросли, Горморн? — с трудом сдерживая злость, спросил Снейп.  — Как раз вовремя, — парировал тот. — Если хотите, можете работать в одиночку. Но мы все равно будем на подхвате.  — Вы — дерзкий паршивец, милорд, — ядовито выплюнул Зельевар.  — Учитель был хороший, — усмехнулся Волк. — Думаете я не знал, когда Вы за нами следили все эти годы и тоже были на подхвате.  — Вы чувствовали мой взгляд?  — Не всегда. У моей аниформы чуткий нюх. Снейп обреченно вздохнул.  — Если Темный Лорд возродится, я вынужден буду вновь стать Двойным Шпионом, — нехотя проговорил он. — Он непременно постарается воспользоваться Вашим ко мне доверием, чтобы подобраться к Поттеру. Ваша жизнь будет под угрозой.  — Моя жизнь и сейчас под угрозой, — тихо и спокойно ответил мальчик. — Если начнется война, под угрозой будет жизнь каждого. Помните, летом я клялся, что не позволю невинным людям погибнуть. Я свою клятву выполню.  — Я — не невинный, Горморн, — глухо проронил Снейп.  — Вы — мой Мастер, — твердо отрезал Лорд. — И если понадобится, я вытащу Вас даже из логова Волдеморта.  — Да опомнись же, мальчишка! — не выдержал Зельевар. — Не детям вести войну! Волк грустно посмотрел в глаза учителю и улыбнулся.  — Возможно. Но король должен быть впереди. И, пожалуйста, не относитесь к Гарри настолько предвзято.  — Это Вы к нему относитесь предвзято, — фыркнул Профессор. Волк вздохнул. Наверное пройдет не один год, прежде чем Снейп признает, что Гарри не Джеймс.  — Не нарывайтесь на Грюма, и постарайтесь не подпускать к нему Гарри, если уж меня рядом не окажется, — на прощание молвил Крис, и Зельевар бросил тяжелый взгляд на бесшумно закрывшуюся дверь. Горморн остался, как прежде, загадкой, и он ни на шаг не приблизился к разгадке. Скорее, даже отдалился от нее. И доверять этому гордому Волку стало как-то труднее, хотя он и был уверен в том, что мальчишка никогда его не предаст. Просто… Просто он был мальчишкой, невероятно сильным мальчишкой с огромной тяжестью на плечах и прочными замками в душе. У него и так слишком много проблем, чтобы еще и за взрослого мужчину, который прошел войну, переживать. Чем меньше он будет знать, тем ему будет спокойнее. Снейп вдруг понял, почему Дамблдор до сих пор не рассказал Поттеру о Пророчестве. Они еще дети. Пусть хоть последние годы, месяцы, дни перед началом войны проведут в блаженном неведении.       А Король Ночи невидимой тенью скользил по пустынным коридорам, отчаянно надеясь, что свою роль не знающего обо всех изворотах канона, но очень ответственного лорда, он играет убедительно. По сути ему было наплевать на свой титул, однако сейчас он был ему благодарен. Как легко прикрываться долгом владыки, когда речь заходит о защите сомнительных личностей. По крайней мере, так все выглядит со стороны Снейпа и Поттера. В их глазах ты просто Наследник престола с манией спасителя. Хотя, в какой-то степени, это ведь так и есть. И, конечно, Северус опять начнет предпринимать что-то самостоятельно. Зря он все же не слушал мою лекцию о том, как действуют представители разных факультетов. Теперь он по прежнему будет действовать как опытный шпион и, зная ход его мыслей, можно будет всегда оказываться на шаг впереди и быть на подхвате. Барти Крауч-младший, на свою беду, мыслит практически точно так же, пытаясь просчитать каждый ход противника и нанести упреждающий удар, думает, что противник будет хитрить, или наоборот - действовать напролом, или выжидать… А тебе сейчас главное просто не допустить, чтобы пострадал тот, кто за ним следит. И Крауч даже не догадывается, что если он хоть немного дернется, если появится хоть малейшей намек на угрозу жизни хоть кому-нибудь, Крис, не задумываясь, прикончит его без всяких хитростей простой Авадой.