Любовь и Ненависть.

      Гарри был рад наконец встретиться с Крестным, а уж Сириус и подавно. Факт отсутствия Криса и Снейпа не особо огорчил Бродягу. Золотое Трио восхищенно ахнуло, когда увидело аниформу Траянуса. Серебристый снежный барс с ярко-голубыми глазами был не менее красив чем золотой лев и черный волк и по размерам лишь немного уступал льву. Голос барса был не рокочущим, как у Волка, не раскатистым басом, как у Льва, а мягким и бархатным, словно мурлыканье большого кота. Однако, в отличие от величавости и горделивости аниформ Криса и Ната, в ирбисе было нечто явно говорящее о его гибкости и изворотливости. Бесшумная поступь хищника казалась более устрашающей чем столь же бесшумная поступь братьев. Даже Серебряный Мрак не наводил на мысль о том, что он может ударить со спины, хотя Крис неоднократно говорил, что способен на такое. Зато неслышные крадущиеся шаги ирбиса почему-то сразу напоминали хищника, вышедшего на охоту. Лев был благородным царем зверей, Волк — мудрым и гордым зверем, но Барс воплощал гибкость и коварство кошки. На белом снегу ирбис был почти незаметен, что только усиливало эффект неожиданности. Гарри уже не терпелось узнать, в кого превратятся остальные братья, которых осталось всего три.       А пока Гарри с друзьями наряжал рождественскую елку в Большом Зале Ваэтрока, Крис Горморн стоял на вершине Астрономической Башни, глядя на заснеженные верхушки Запретного Леса. Ледяные порывы ветра трепали темные волосы, развевали черную мантию, проникали под рубаху, заставляя сжимать зубы от холода. Ветер с силой бил в лицо, холодя лоб и прогоняя привычную головную боль. Всего день назад мальчику стукнуло пятнадцать, а ему казалось, что он прожил не меньше двадцати лет. Тяжелые белые облака быстро приближались с севера, обещая в ближайшие дни сильный снегопад. Снейп все же решил остаться в школе, и Волк остался, как и обещал. С каждым днем дикое желание убить Крауча-младшего становилось все сильнее, и Крису стоило большого труда оставить кинжал в ножнах, когда лже-Грюм проходил мимо или даже просто появлялся в поле зрения. Однако, Крис каждый раз усилием воли заставлял себя ограничиться лишь злобным взглядом в сторону экс-аврора.       Передернув плечами, король Хелег спустился с Башни. В груди тоскливо звенела туго натянутая струна, зовущая куда-то далеко-далеко. Мрачный и угрюмый, Волк бесцельно зашагал по коридорам, твердо припечатывая каждый шаг.  — А чего ты в школе остался, Горморн? Крис свел брови и сжал рукоять кинжала. Малфой. Интересно, с чего он такой смелый?  — Я слушаю, Драко, — холодно бросил Лорд, сурово глядя на слизеринца.  — Я просто спросил, — сбавил тон блондин, вызвав на лице анимага ироничную усмешку.  — Изначально, ты хотел узнать не только об этом, не так ли? — насмешливо проронил Хелег. Малфой оценивающе взглянул на гриффиндорца, явно соображая, как получить из этого разговора наибольшую выгоду.  — У тебя классный костюм был на Балу, — попытался сменить тему аристократ.  — Это братья «сюрприз» сделали. Мантия, которую выбрала мама, показалась им скучной, — голос Горморна звучал сухо и безжизненно. Драко повел плечами и сунул руки в карманы.  — Так ты и впрямь лорд?  — Мне казалось, я ответил на этот вопрос еще в прошлом году. Похоже, Горморн не слишком был настроен на разговор, хотя и не пытался прекратить его. Малфой сглотнул, тщательно подбирая слова.  — Отец сказал, что ты объявил себя Наследником трона Магической Британии, — Драко замялся. Горморн был слишком уж равнодушным и в его глазах не читалось ни одной эмоции. Он даже не шевелился. — Это тоже правда?  — Правда. Малфою захотелось оказаться подальше отсюда; слишком уж недружелюбным был Лорд. С другой стороны, слизеринец сам начал разговор, и к тому же, не стоит забывать о тех стычках, что были между ними на первых курсах.  — Слушай, Горморн… Ну… Это…  — Драко, не мямли, выражайся яснее, — в голосе Горморна появилась мягкость, и это подбодрило слизеринца.  — Я ведь тоже однажды стану лордом, — взглянув в карие глаза анимага, выпалил Малфой. — Я думал, ну, что мы можем стать… Как бы это сказать?  — Союзниками, — тихо, но твердо произнес Горморн, скорее утверждая чем спрашивая. Драко поспешно кивнул, и Волк горько усмехнулся. Некоторое время оба молчали. Крис тоскливо смотрел в окно на стремительно приближающиеся белые тучи, которые уже накрыли башню Когтеврана. Почему-то слова Драко вызывали у Лорда только непонятную жалость, словно тот был малолетним ребенком, который может быть подопечным, но никак не союзником.  — Скажи, Драко, — Крис почему-то не как не мог заставить себя назвать слизеринца по фамилии, словно тот был слишком мал для этого. — Если вернется Волдеморт, — Драко вздрогнул. — Ты присоединишься к нему или ко мне? Малфой удивленно посмотрел на анимага. Он никогда не думал об этом.  — Почему ты спрашиваешь? — осторожно задал вопрос аристократ.  — Просто, — равнодушно пожал плечами Крис, не глядя на блондина. Драко нахмурился. Отец всегда говорил о значимости чистой крови и идеалах чистокровного волшебника и благородного лорда. И Драко принимал это за монету истины, не смея не верить. Отец не любил рассказывать о тех временах, когда он служил Темному Лорду, а мать лишь судорожно вздыхала, когда сын спрашивал об этом. Драко даже не представлял, как может выглядеть величайший темный маг столетия и за что его так проклинают. Он слышал, что Темный Лорд тоже был приверженцем чистой крови и боролся за то, чтобы лишь чистокровные маги были на вершине мира. И Драко не видел в этом ничего предосудительного, ведь он сам был чистокровным. Крис сейчас мог сам пересказать юному наследнику Малфоев все это и смеялся на самим собой, ведь он столько лет просто отрывался на слизеринце, не пытаясь и не желая разобраться во всем, а это оказалось таким простым делом. Лорд уже простил слизеринцу все насмешки и оскорбления, хотя он и не обращал на них особого внимания. Но сейчас вся абсурдность их прежней вражды проявилась с потрясающей ясностью. По сути и вражды-то никакой не было. Просто грызня двух мальчишек, один из которых пытался выглядеть аристократом, как отец, а второй искал объект, на котором можно было выместить свою злобу и ненависть.  — А ты значит, будешь против Темного Лорда? — словно ступая по тонкому льду, тихо, спросил Драко. Мерцающие льдистыми искрами, карие глаза встретились с серыми.  — Да, я буду против. Он посягнул на высший сан в Магической Британии, но это место по праву мое. И не только это. Он лишил жизни многих родных и близких моих друзей. Я никогда не прощу ему этого. Крис говорил правду. Он не собирался скрывать очевидного. Он жаждал отомстить Тому Реддлу за многие смерти, и в первую очередь за Лили Поттер. Перед глазами вновь встало искаженное болью лицо Снейпа, и глаза анимага яростно сверкнули. Малфой, похоже, не очень понимал гриффиндорца.  — Значит ты не против гряз… магглорожденных?  — Я против убийц и преступников, кем бы они не были, — холодно отрезал король. — Статус крови ничего не доказывает. И чтобы ты знал — Волдеморт сам полукровка. Его отец был магглом, и наш малютка Томми очень его за это не любил. Поэтому, как только появилась возможность, он изменил свое имя с Том Марволо Реддл, на Лорд Волан-Де-Морт. А потом объявил войну всем нечистокровным, как бы в отместку за то, что его отец оказался простаком. Ничем, кроме идиотизма, это не назовешь. Драко, онемев, смотрел на Горморна. Постепенно до него начало что-то доходить.  — Ты его…  — Я его ненавижу, — яростно выплюнул Кристиан, заставив Малфоя нервно сглотнуть.  — Ты его даже не видел, — попытался возразить Драко, но сверкающий взгляд карих глаз пригвоздил его к стене.  — Я его видел, — ледяным тоном произнес Крис. — Вернее то, что от него осталось. Бесплотный дух, скопище черной злобы и ненависти к людям. Он жаждет лишь собственного бессмертия и величия. И запомни, Драко; Темный Лорд не делится властью. Никогда и ни с кем. И если ты переходишь границу разделяющую слугу и союзника, ты будешь сурово наказан. Для Волдеморта люди либо рабы, либо твари, недостойные жить. Крис ушел, оставив ошарашенного Малфоя обдумывать слова короля. Тоска уступила место слепой ярости и руки сами рвались к оружию. Из-за поворота, клацая искусственной ногой, вышел Крауч. Горморн лишь ускорил шаг и пронесся мимо Пожирателя свирепым вихрем, едва не сбив с ног. Снежная метель завыла за окном, засыпая землю белыми холодными хлопьями.

***

      В конце марта прошло второе испытание, после которого Льву и Волку показалось, что все полетело кувырком. Гарри пришло в голову прогуляться по замку с Картой Мародеров, и он, совершенно случайно заметил Крауча, который почему-то не присутствовал больше на Турнире, оставив это Перси Уизли, мечущегося по кабинету Зельеварения. Внезапное приближение Снейпа и Грюма застало Поттера врасплох и он выронил карту, а в следующую секунду, чьи-то мощные лапы сгребли его в охапку и кто-то подобрал Карту. За поворотом этот кто-то оказался огромным черным волком.  — Крис!  — Тихо! — на грани слышимости прошипел Волк.  — Барти Крауч только что был в кабинете Снейпа! — понизив голос до шепота воскликнул Гарри. По морде волка трудно было угадать какие-то эмоции, но блеск глаз явно говорил о том, что друг принял слова Рогалиса к сведению.       Вечером следующего дня, Крис и Натанус привели к Снейпу Золотое Трио. Зельевар с неприязнью оглядывал гриффиндорцев, из которых только Грейнджер не питала к нему ненависти. Поттер и Уизли смотрели на Профессора исподлобья и были явно не в восторге от идеи лордов. На правой руке Горморна-младшего теперь лучилось красноватым светом золотое кольцо с рубином. В Ваэтроке на рождественских каникулах Лев принял титул лорда Гриффиндора, и Снейп был этому даже рад. Теперь можно было обращаться к мальчику по фамилии, не утруждая себя именами. Однако, в данный момент все думали не об этом.  — Сегодня мы решили весь день следить за Грюмом и по Карте и, так сказать, в реальной жизни, — расхаживая вокруг кресел в которых расположилось Золотое Трио, говорил Натанус. — Вот что интересно; Грюм постоянно находился у себя в кабинете, а точка, которая была обозначена как «Барти Крауч» в реальной жизни выглядела, как Грюм. Из Вашего кабинета пропадают ингредиенты необходимые для приготовления Оборотного Зелья. К тому-же, вчера Гарри видел, как Крауч рыскал по Вашему кабинету. Возникает вопрос. Зачем Барти Краучу изображать экс-аврора и назначать вместо себя Перси, ведь он все равно остается в школе? Зачем этот спектакль? Вся компания, на время забыв о извечной неприязни, сосредоточилась на новом вопросе. Крис стоял лицом к камину, повернувшись к собравшимся в профиль, и, сложив ладони домиком, постукивал кончиками пальцев друг о друга и что-то бормотал себе под нос. Снейп мрачным взглядом следил за собравшимся народом, одновременно анализируя свалившуюся на него информацию. Поттер тоже выглядел сосредоточенным, как и его два друга. Натанус вышагивал взад-вперед за спинами Золотого Трио, сцепив руки за спиной и бросая на остальных пристальные взгляды. Зачем все же Краучу понадобилось все это вытворять. Он никогда не походил на человека, у которого есть чувство юмора, да и вряд ли эти трюки с перевоплощением носят шуточный характер. Зачем министерскому работнику понадобилось превращаться в Грюма и говорить общественности, что он не может присутствовать в школе, в то время как он постоянно в ней находится. Вот только почему-то под чужой личиной… Что здесь вообще происходит?! Снейп бросил на Лорда Горморна цепкий взгляд. Мысли мальчика и в самом деле невозможно было угадать. Сейчас Крис неуловимо напоминал Альбуса, однако, в отличие от чуть сгорбленного Директора, осанка анимага была идеально ровной.  — Загадки в темноте… — Лорд коснулся сложенными домиком ладонями лба, чуть склонив голову. — Загадки в темноте… Правда, загадки Горморна несколько отличались от загадок, над которыми ломали голову остальные. Он думал, чем все эти расследования могут закончиться.  — Горморн, — несколько резко окликнул Снейп. — Что Вы думаете? Волк дернулся и обернулся к Профессору. В карих глазах не было ни сосредоточенности, ни особого хода мысли, скорее рассеянность. Это насторожило Зельевара. Обычно в таких случаях гриффиндорец всегда был собран.  — Горморн?  — А? Да… — мальчик свел брови и повел плечами. — Вам не кажется, что Министерство - весьма ненадежная структура? Вот оно что. Мальчишке уже надоело, что Министерство постоянно сыплет шишки на голову. Что ж, это понятно.  — Мне Крауч сразу не понравился, — угрюмо произнес Поттер. — Слишком упорно он хотел спихнуть мое участие в Турнире на выходку Криса. Снейпу почему-то захотелось ударить Поттера, словно тот посягнул на его территорию. Перехватив вопросительно-насмешливый взгляд Горморна, Снейп понял, что этот порыв отразился на его лице и поспешил натянуть маску холодного беспристрастия. Однако, упрямая мысль о том, что только он, Северус Снейп, имеет право страховать и защищать своего подмастерья никак не хотела уходить, как бы Зельевар не пытался доказать себе ее абсурдность. Горморн, похоже, и вправду владел легилименцией, так как насмешливая улыбка не сходила с его лица. Паршивый мальчишка! Ничего, я ему еще покажу. Натанус громко хлопнул в ладоши, заставив всех вздрогнуть.  — Каков будет план действий, господа присяжные заседатели? — с наигранной важностью спросил лорд Гриффиндор. Никто не ответил. Этот вопрос крутился в голове каждого, но плана действий не было.  — Если мы примем радикальные меры, — тихо заговорила Грейнджер. — Министерство поспешит навесить на Криса еще больше обвинений и дело может дойти до Азкабана. Снейп нехотя признал, что Всезнайка права. Отношения Горморна и Министерства были очень напряженными. Один неверный шаг — и сорвешься в пропасть. Хотя король на эти слова только фыркнул бы, и спросил с какой точки зрения шаг неверный. Бесконечный горморновский идиотизм, разбавленный легкомыслием и безрассудством. Иногда из тактика и стратега Горморн превращался в безшабашенного мальчишку, который плевал на благоразумие и рвался к черту на рога. А потом обвинял Мастера в том же. Зельевар сдержал тяжелый вздох и потер подбородок. Тупая пульсирующая боль начинала мерно стучать в висках. Подумать только! В кабинете слизеринского декана, Грозы Гриффиндора, Северуса Снейпа, который всеми фибрами души ненавидит Поттера и весь львиный факультет, собрались гриффиндорцы и решают, что им делать с сумасшедшими экс-аврором и министерским служащим. Джеймс бы в жизни не поверил, если бы услышал об этом. Крис, угрюмо оглядев всех собравшихся, вновь развернулся к камину. Еще несколько осторожных шагов, и Крауча могут разоблачить. А дальше? И может ли Крауч обойти их? Учитывая взрывной характер их импровизированной команды и взаимную неприязнь большинства ее членов — может. И даже если им удастся вывести Пожирателя на чистую воду, что предпримет Волдеморт, когда узнает о провале своего слуги? Не перейдет ли к более радикальным мерам? Повинуясь мгновенному порыву, Лорд достал из кармана одно из многочисленных колец, которые хранились в Хранилище и Ваэтроке, и мальчик прихватил с собой пару штук, на всякий пожарный. Достав палочку, Крис прошептал «Портус» настраивая портал на Ваэтрок и запароливая его. Решительно подойдя к Поттеру, он надел золотое кольцо с небольшим изумрудом ему на руку.  — Это — портал, который доставит тебя в Ваэтрок, как только ты произнесешь пароль, — твердо произнес Акела. — Пароль — «Хелег», такое слово никто не произнесет на каждом шагу, тем более в мире магов. В случае опасности, ты должен произнести его не раздумывая. Понял?  — Но зачем… — опешив, взглянул на кольцо Олень.  — Я спрашиваю — ты понял? — тон Горморна не терпел возражений.  — Да, но…  — Вот и отлично, — облегченно вздохнул Лорд, распрямляясь. — Я надеюсь, что это не выветрится у тебя из головы.  — Это излишне… — вновь начал Гарри.  — Отнюдь, — сурово отрезал Волк. — Я почти уверен, что этот Турнир тоже входит в планы Волдеморта. Если ты помнишь, летом кто-то запустил Смертный Знак. Это неспроста… Метки на руках Пожирателей оживают.  — Откуда ты знаешь? — вскинулся Рон. Горморн выдержал паузу, внимательно глядя на Золотую Троицу.  — Профессор Снейп был шпионом Дамблдора в рядах Волдеморта в первую войну, — невозмутимо произнес он, заставив Северуса вздрогнуть. — На его руке тоже выжжен Смертный Знак. Гриффиндорцы со смесью страха, презрения и ненависти посмотрели на Снейпа, чье лицо не выражало ни одной эмоции. Зельевар не понимал, зачем Крис сказал это.  — И после этого ты ему веришь?! — яростно выплюнул Гарри.  — Тихо! — резко осадил друга Хелег. — Я сказал, что Профессор был шпионом Дамблдора.  — А может наоборот? — скептически глядя на Мастера Зелий, спросил Рон.  — Запомните, вы все! — похоже Волка сумели разозлить. — И я, и Дамблдор — мы оба всецело доверяем Профессору Снейпу. И если вы в чем-то еще сомневаетесь, то спешу вас заверить, что ваша паранойя здесь неуместна. Именно Профессор Снейп сообщил Директору, что Метка проснулась, а это значит, что Волдеморт набирает силу.  — Точно! — Крис вонзил в друга пронзительный взгляд, Снейп опасно прищурился, Рон и Гермиона непонимающе переглянулись, Натанус только присвистнул.  — Что точно, мистер Поттер? — бархатисто спросил Зельевар. Поттер опасливо взглянул на Профессора, но все же продолжил.  — У меня начал болеть шрам. Ну, то есть он и раньше болел, когда Волдеморт был рядом. Но сейчас он болит очень часто. А еще, летом, в ночь на свой день рождения, я видел странный сон, — Гарри запнулся, но Крис ободряюще кивнул, и он продолжил. — Там был Петтигрю и Волдеморт, и еще какой-то мужчина. Он показывал Волдеморту Метку. А еще… Они убили человека… Старика…  — Как выглядел этот мужчина? — резко перешел к основному Снейп, сверля гриффиндорца пронзительным взглядом.  — Я не помню…  — О чем они говорили?  — О Турнире, о Хогвартсе, о Чемпионате… Снейп сорвался с места и навис над Поттером черной тучей.  — Почему Вы молчали, Поттер? — голос Профессора сочился ядом, и Поттер нервно сглотнул.  — Я забыл… На лице Зельевара отразилось полнейшее презрение, и он отпрянул от гриффиндорца, попутно послав свирепый взгляд Волку.  — Думаете, Крауч действует по наводке Волдеморта? — похоже, Крис не боялся обратить гнев Мастера на себя.  — Уверен, — поморщившись, выплюнул Двойной Шпион. — Если бы Ваш драгоценный Поттер соизволил раньше оповестить нас о своих снах, то, возможно, сейчас все было бы куда проще. Гарри стиснул зубы и до боли сжал ручки кресла. Да что эта летучая мышь себе думает?! Теплая рука Натаннуса мягко, но настойчиво легла на плечо, удерживая на месте.  — Для нас сейчас важнее всего не потерять единства, — с горечью произнес Крис, грустным взглядом окинув всех. — Ничто так не доказывает силу Врага, как раздоры среди его противников. Поэтому я настоятельно прошу всех вас; пожалуйста, хотя бы на время, спрячьте свою ненависть и обратите все силы на борьбу с нашим общим врагом. Своей грызней вы только добавите проблем и отдалите победу над Волдемортом. Я не жду от вас крепкой дружбы, но хотя бы сотрудничать мы обязаны.