Любовь и Ненависть.

      В день слушания погода была слишком хорошей, для чего-то мрачного. На прозрачно-голубом небе медленно плыли редкие облака, ветра почти не было, а полностью облетевшие деревья Запретного Леса стояли неподвижно, чернея голыми ветвями на фоне светлого неба. Накануне вечером Снейп прочел Крису длинную лекцию на тему того, как он должен себя вести. Каково же было разочарование Профессора, когда он понял, что Лорд заснул еще в самом начале. Впрочем, Зельевар даже порадовался этому и оповестил Поттера и остальных, что их друг этой ночью в гриффиндорскую спальню не придет. Гарри воспринял эту новость спокойно. Крис уже не первый раз ночевал за пределами башни Гриффиндора, и Поттер уже убедился в том, что ничего плохого Снейп ему не сделает. На днях Неввилл нашел Выручай-Комнату и вопрос с помещением для занятий по ЗОТИ был решен. Гермиона уже начала составлять расписание, и вообще, Золотое Трио тоже не бездельничало.       Криса разбудил Дамблдор, за спиной которого стоял мрачный Снейп с флаконами зелий в руках. Наспех позавтракав и распихав по внутренним карманам флаконы с зельями, Крис накинул свою любимую черную мантию с почти невидимой серебряной нашивкой по краям подола, ворота и рукавов, спрятал волшебную палочку в рукав, два ножа в голенищи сапог, прицепил к поясу кинжал и приготовился к отправке в Министерство. Крис решил лететь на Клювокрыле, посчитав каминную сеть слишком ненадежной. Все же в седле Волк держался гораздо лучше, в отличие от таких муторных перемещений, как аппарация и камины. Крис шел на слушание с единственной целью — отвадить Министра от Хогвартса. По правде говоря, он с большой неохотой обещал Снейпу никого не убивать. Авада сейчас казалась юноше самым быстрым и верным решением проблемы. Однако, это решение было признано далеко не самым разумным, и король решил все же прибегнуть к переговорам, тем более, что в суде Визенгамота будет присутствовать такой человек, как Амелия Боунс.       Сопровождать Кристиана вызвался Дамблдор. Правда, он отправился в Министерство по каминной сети и должен был поджидать гриффиндорца на месте. Даже седлая гиппогрифа Крис продолжал выслушивать последние наставления Снейпа.  — Не давайте воли эмоциям, — без тени шутки, даже несколько грозно вещал Зельевар, придирчиво оглядывая Клювокрыла. — Не вздумайте никому угрожать, это только послужит поводом для новых обвинений в ваш адрес. Постарайтесь держать себя в руках и говорить четко, излагая факты. Крис с трудом сдерживал улыбку, поджав губы, чтобы не рассмеяться. Иногда то, как Снейп о нем заботился, забавляло Лорда. Может, Снейп просто не понимает, что со стороны он выглядит, как обеспокоенный отец? Скажи ему об этом — убьет на месте. -…И не… -…И не стрелять непростительными, и вообще любыми заклятиями, не говоря уже о кинжалах и магии холода, — с ноткой раздражения в голосе перебил Крис. — Профессор, Вы мне уже третий раз одно и то же повторяете. Неввилла бы так Зельям учили.  — Не вякай, щенок, — мгновенно ожесточился Северус, и Крис подавил очередной приступ смеха. Снейп скривился и недовольно оглядел подростка. — Никаких глупостей, Горморн, — угрожающе процедил он. — Не на тренировочную дуэль идете. Крис едва сдержался, чтобы не фыркнуть и лихо вскочил на спину Клювокрылу. Гарри и остальные сейчас сидели на Чарах и Волку пришлось довольствоваться сердитым взглядом Снейпа, вместо крепких дружеских объятий Гарри и Рона и искренних пожеланий удачи. Впрочем, Лорд не слишком жаловал все эти церемонии и, легонько пришпорив гиппогрифа, сжал уздечку и пригнулся к серым перьям, когда огромные крылья, загудев, подняли полуконя в воздух.  — Удачи, мальчишка… — пробормотал Зельевар, с тревогой глядя вслед стремительно удаляющемуся гиппогрифу, который очень скоро превратился в крохотную и точку и исчез в огромном голубом куполе, где туманной дымкой зависли прозрачные облака. С трудом сдержав горькую усмешку, Снейп вернулся в замок еще более злым, чем минуту назад. Только никто из студентов не понял, что за злостью скрыта обычная человеческая тревога за своего непутевого подмастерья.       Дамблдор широким шагом прохаживался по холлу Министерства. Он прекрасно понимал, почему подлость и изворотливость Фаджа злит прямолинейного и не умеющего лгать Горморна. Несмотря на то, что старый маг просил короля вести себя осторожно и осмотрительно, сам он готов был сражаться за него насмерть. Сигнальные чары оповестили о приближении Лорда, и Директор поспешил на улицу, чтобы встретить гриффиндорца у телефонной будки. Серо-стальной гиппогриф, встряхиваясь, остановился у пункта назначения.  — Все в порядке, мой мальчик? — как всегда безмятежно осведомился Дамблдор.  — Просто отлично, — лучезарно улыбнулся мальчик, так, словно он прибыл не на слушание, а на вечеринку. — Мне придется сдать палочку на входе?  — Скорее всего они этого потребуют, — кивнул старик, пропуская гриффиндорца в будку. — Кстати, кинжал тоже наверняка попробуют отобрать. Твои ножи в сапогах никто не заметит? Крис издал сдавленный смешок.  — А кто мне сегодня говорил, чтобы я вел себя… нормально?  — Кажется, это был Профессор Снейп, — с улыбкой ответил Дамблдор, и Крис едва не заржал в голос. — Я не отменяю его слов, но в критическом случае придется защищаться. И я не стану отрицать, что Министр настроен очень серьезно и своего упускать не захочет.  — Придется опуститься до оправданий, — пробормотал Лорд, брезгливо отталкивая носком сапога серебряный значок с надписью «Кристиан Горморн. На слушание суда Визенгамота». Дамблдор вздохнул и, призвав значок невербальным «Акцио», прицепил его на черную мантию Криса.  — Не стоит начинать так круто, — тихо произнес Альбус. — Вам придется смириться с этими порядками на некоторое время.       Как Альбус и говорил, палочка и кинжал были изъяты при входе в Министерство. Дежурный волшебник с опаской смотрел на анимага, особенно после того, как тот с хищной улыбкой и ледяным блеском в глазах небрежно уронил кинжал на стол. Дамблдор сжал плечо мальчика, и он натянуто улыбнулся дежурному, чуть склоняя голову в извинительном поклоне.  — Он твой будущий подданный, — прошептал Директор, когда они миновали пост охраны. — Ты не должен поднимать народ против себя. Крис стиснул зубы и прикрыл глаза. На роль политика он определенно не подходит. Мрачная атмосфера зала суда не намного испортила Волку и без того плохое настроение. Чиновники в бардовых и фиолетовых мантиях грозным амфитеатром располагались напротив двери и с высоты взирали на вошедших. В центре зала стояло черное кресло с цепями. Крис остановился возле него, Дамблдор наколдовал себе лиловое кресло. Мертвая тишина продолжалась около двух минут. Около двух минут внимательный взгляд ледяных карих глаз скользил по таким разным, и в то же время однообразным лицам и мантиям, словно стараясь понять, чего нужно этим… Он не мог назвать их людьми, хотя и для тварей некоторые из них были слишком хороши. Около двух минут Крис казалось почти не дышал, боясь вместе с воздухом выпустить свою ярость и ненависть. Около двух минут Фадж, сузив глаза, пристально смотрел на юного короля, и на лице Министра играла слабая победная улыбка.  — Садитесь, мистер Горморн, — буднично произнес Фадж, легким кивком указывая на черное кресло.  — Спасибо, я постою, — с надменным полупоклоном, чуть изогнув бледные губы в снисходительной усмешке, с блеском превосходства в глазах ответил Крис.  — Вы должны выполнять приказы Министра, — с нотками торжества в голосе произнес Фадж. Горморн по-малфоевски вздернул подбородок, умудряясь даже снизу вверх смотреть на Министра свысока.  — Я так понимаю, Вы уже отдали приказ о том, чтобы привести сюда дементора и казнить меня, господин Министр, — елейно улыбнулся анимаг, и члены суда обменялись взглядами, непонимающими, встревоженными, удивленными, возмущенными.  — Вы ведь обещали еще почти два года назад, что со мной будет покончено, как с опасным психопатом и маньяком. Теперь все взгляды обратились к Горморну. Судя по тому, какая злость отразилась на лице Фаджа, Крис явно испортил ему настроение. Волк вновь почувствовал, как по жилам разливается адреналин, прибавляя силы, энергии, смелости и безрассудности. Он вновь обретал власть, власть над людьми, над их вниманием, мыслями, умами… Он мог запутать их в паутине слов, говоря при этом лишь правду, которой никто не ждал и не знал. Он мог сбить их с толку, бросая в лицо факты с легким сарказмом и насмешкой. Он мог заставить их опустить глаза, просто глядя прямо в душу и срывая маски, которые уже почти вросли в кожу. И для этого ему не нужна палочка или оружие. Ему хватит всего лишь правды и смелости, и немного юмора и иронии.  — О чем вы говорите, мистер Горморн? — холодно, с ноткой пренебрежения, спросила строгая женщина, сидящая недалеко от Фаджа, в которой Крис без особого труда узнал мадам Боунс. — Нам известно, что почти два года назад вы помогли беглому убийце Сириусу Блэку избежать правосудия. Это действительно ужасно с вашей стороны, но Министр не стал бы угрожать Поцелуем дементора ребенку. На лице Криса отразилось сочувствие, и ироничная усмешка тронула губы.  — Я почему-то не удивлен, мадам Боунс, что Вы так мало знаете о личных качествах господина Министра, — мягко растягивая слова и копируя манеру речи Снейпа, произнес Лорд. — Всего несколько месяцев назад этот человек использовал против меня заклятие «Демоникус Эреско», и это при том, что всего несколько минут назад я находился под действием заклятия «Вилленто Стоу Норт», которое наложил на меня студент с моей параллели, находясь под действием мощного Империуса. Между прочим, виновник еще не найден, а внимание на данном нападении и вовсе не акцентировалось и даже не дошло до прессы. В то же время, господин Министр отменяет практические занятия по Защите от Темных Сил, аргументируя это тем, что нас достаточно хорошо охраняет аврорат. Смею спросить, господин Министр, будут ли живы теперешние авроры через сто лет, и смогут ли они с тем же успехом нести свою службу? Или новое поколение авроров будет руководствоваться лишь теорией и бороться с преступниками силой воображения и без должной подготовки? Кстати, насчет преступников, — неспешно расхаживая перед амфитеатром, продолжал Крис. — Да, я помог Сириусу Блэку избежать казни и дал ему укрытие. Однако, он не является убийцей и предателем. Настоящий убийца и предатель — Питер Петтигрю, анимаг-крыса. Четырнадцать лет назад он инсценировал свою смерть и в облике крысы скрылся с места преступления. Блэка бросили в Азкабан без всякого следствия, его даже не допрашивали, не пытались ничего выяснить. Народ праздновал победу и главное было побросать в тюрьму как можно больше народу, назвав большую часть опасными убийцами. Блэка приговорили к казни, ничего не выяснив. Когда мы все узнали, мы рассказали все Министру. Мы предоставили ему свидетелей, которые своими глазами видели живого Петтигрю, который все эти годы был ручной крысой семейства Уизли. И сбежать ему удалось лишь потому, что на нас напали дементоры, и мы утратили бдительность. Однако, когда мы обо всем рассказали Министру, он лишь отмахнулся. Он не думал ничего выяснять. Он не собирался даже провести допрос с Висетарсиумом или просмотреть воспоминания. Он объявил, что Блэк будет казнен немедленно, как и любой, кто встанет на его защиту. Я лишь спас невиновного человека от смерти, и за это господин Министр возненавидел меня. Потому что господину Министру нужны не реальные действия, а как можно меньше действий, и как можно больше власти, почета, денег и прочего. Потому, что Министр просто ленивый и бессовестный человек, который лишь имитирует реальную работу, на деле делая все только хуже. Впрочем, ни его кошелек, ни фигура при этом не страдают, значит все нормально, значит можно продолжать в том же духе. Плевать на все и не считаться с чувствами и жизнями людей, лишь бы его мягкое удобное кресло не шаталось. Зачем нам лишние нервотрепки? Выпустим дементоров, прикажем убить этого Блэка, все будут аплодировать нашей оперативности, а делать при этом ничего не надо. Кайф! И плевать, что эти твари плохо влияют на психику детей, главное, что рейтинг не падает. Главное, что всем кажется, будто Министерство работает. Просто великолепно! Браво! Я в восторге! Крис замолчал и три раза, выдерживая по две секунды паузы, театрально ударил ладонью правой руки по ладони левой, с нескрываемым омерзением глядя на ставшую малиновой физиономию Фаджа. Никто не смел заговорить. Потрясенные взгляды были сведены на короле, который сейчас действительно был хозяином положения. И ведь он еще не дошел до возрождения Волдеморта. Крису на мгновение стало жалко этих наивных, до ужаса глупых людей, которые до этой минуты пребывали в сладкой уверенности в своей правоте и стабильности положения. Конечно, это большой удар, когда узнаешь, что твоя неприступная крепость на самом деле построена из песка и над ней уже нависла волна, готовая обратить крепость в ничто. И кто же ответственен за тот шок, который они сейчас испытали? Не они ли собственными руками создавали эти миражи, запутывались в тенетах собственного обмана, пьянели от лживой, но такой сладкой уверенности, что все всегда будет хорошо, и их самих беда никогда не тронет. Не они ли шли по головам других людей, думая, что их не постигнет та же участь? Конечно разуверять их в том, что мир прекрасен жестоко, но жизнь вообще жестока, к тому же, они должны рано или поздно убрать фальшивую мишуру и взглянуть в глаза реальности.       Дамблдор смотрел на мальчика, пряча гордую улыбку в усы. Крис сумел толкнуть речь так, что никто не смог его перебить. Похоже, властный и красноречивый юноша, который излучал силу, уверенность и смотрел прямо, не пытаясь ничего укрыть, резко отличался от первоначальных предубеждений членов суда. Наверняка они ожидали увидеть взбешенного психа, который с пеной у рта будет проклинать Министерство на чем свет стоит. И уж точно они не ожидали встретить в лице Лорда Горморна хладнокровного, рассудительного человека, который не боялся сказать правду в лицо, да еще и делал это без особого напряжения, явно насмехаясь над недальновидностью и ограниченностью членов суда. Он внушал уважение гораздо больше, чем трясущийся от гнева Фадж, который невольно сломал перо, сверля мальчишку яростным взглядом.  — Вы осуждаете порядки Министерства? — звенящим голосом проговорил Министр, с трудом сдерживая страх и гнев. На бледном лице Горморна мелькнула презрительная улыбка.  — Не только я, — холодно ответил он. — Ваш чиновник установил в Хогвартсе тиранские порядки.  — Но Вы не соблюдаете ни один из указов! — взвизгнул Фадж, склоняясь над столиком.  — И меня поддерживает большинство студентов, — невозмутимо парировал Лорд. — Или Вы считаете, что детям понравилась отмена квиддича и прочих развлекательных кружков? Сама сущность человека ненавидит рабство, Корнелиус, а Вы буквально лишили всех свободы передвижения. Долорес Амбридж ненавидят в школе больше Профессора Снейпа, и это при том, что Профессор Снейп очень жесток с учениками. А знаете почему так произошло? Потому что Профессор Снейп не скрывает ничего под елейной улыбкой и умиленным взглядом. Все точно знают, что он не лучший человек и чего от него можно ожидать. Лучше знать сразу, что человек стоящий перед тобой отнюдь не отличается мягкостью, чем видеть такое лицемерие. Но Вы ведь лицемерите постоянно, ни так ли, господин Министр? Для Вас такое поведение - норма. Еще бы, ведь в другом случае Вы лишитесь своего места. Но я скажу, что Вы и не должны были получать это место. Если Вы не в силах действительно заботиться о гражданах, Вам не место во власти. Если Вам деньги и статус дороже правды, Вы не имеете права даже думать о том, чтобы править людьми. Да, я осуждаю порядки Министерства, и буду осуждать до тех пор, пока такие гнилые люди, как Вы будут стоять у руля.       В зале повисла оглушительная тишина. Фадж прожигал Горморна злобным взглядом, неосознанно скомкав в кулаке пергамент с протоколом. Горморн смотрел на Фаджа, иронично вскинув бровь, с легкой усмешкой превосходства сложив руки на груди.  — Это все правда, Корнелиус? — холодный голос, полный негодования мадам Боунс, словно удар хлыста разорвал тишину.