Любовь и Ненависть.

      Крису все больше начинало казаться, что они уходят все дальше от правильного решения в поисках верного способа модифицировать ритуал перемещения магии. Основная сложность заключалась в том, что переместить нужно было не просто концентрацию магии, а силу темного проклятия, которое было почти необратимо. Груды свитков испещренных записями, рунами и схемами валялись не только на столах, но и на полу, и ни одно из решений не давало нужного результата. К тому же, Профессор Снейп все чаще был занят поручениями Темного Лорда, а у Гарри на носу был квиддичный сезон. Натанус и Трай по мере сил помогали брату, но у них и своих хлопот хватало. Траянус вернулся в слизериское общежитие, и теперь вел переговоры со слизеринцами, которые все чаще думали о том, чтобы сохранить нейтралитет в войне. Горморны обещали защиту всем, даже если они не собирались выступать на их стороне, и это все больше привлекало змеек, которые хотели остаться целыми и невредимыми и при этом ничего не потерять. Натанус решал вопросы с организацией специальных лагерей для мирного населения, которое тоже хотело, чтобы война обошла их стороной и прибывало в Хогвартс, услышав, что там будет одна из неприступных крепостей, в которую никогда не проникнут ни Волдеморт, ни Пожиратели. Теперь на берегах Черного Озера уже начали появляться палатки, так как в Хогсмиде все волшебники Магической Британии просто не умещались, а с каждым новым набегом оборотней и великанов к Хогвортсу приезжало все больше людей, которые разочаровывались в Министерстве и убеждались в надежности обещаний Горморнов. Уже то, что дементоры, которые расползлись по всей стране, далеко обходили Хогвартс и Хогсмид было огромным преимуществом для Криса, так как люди все больше верили в его силу. Скримеджеру оставалось только скрипеть зубами, глядя на то, как волшебники бегут под крыло Ордена и короля. Косая Аллея, половина магазинов, на которой были разнесены Пожирателями, опустела. Редко кто осмеливался прийти сюда, словно теперь все волшебные улицы стали продолжением Лютного Переулка. А на Хэллоуин Снейп принес весть о том, что Волдеморт заключил союз с вампирами. Ордену приходилось выкладываться на полную мощность, так как если они оказывались ближе к месту происшествия, Аврорат предпочитал бездействовать. Видимо, Министерство решило преподать Горморну урок, в случае провала орденцев, свалив всю вину на короля и заявив, что его силы не столь уж велики, как все думают. В отличие от авроров, орденцы не могли позволить себе молча наблюдать за боем между аврорами и Пожирателями, и непременно вступали в схватку, чтобы предотвратить возможные жертвы. Мысль пустить кентавров в бой все чаще посещала Криса, но его беспокоило одно — как магглы отреагируют на войско полуконей, которые будут сражаться с людьми в черных мантиях? Когда сражались орденцы, один из них сразу набрасывал на поле боя отвлекающие чары, и то, после битвы приходилось отлавливать пару-тройку магглов, которые все же сумели заметить что-то неладное и стирать им память. А отряд кентавров так просто не спрячешь, и он непременно привлечет толпу зевак. И все же, король все больше убеждался в том, что скоро магическая война перестанет быть незаметной для магглов, и скрываться будет уже бессмысленно. Дамблдор в это время занимался поисками крестражей, и Крис спокойно позволил ему вести эти поиски. Выдавать свою осведомленность касательно будущего, Крис не слишком хотел, и без того уже слишком многое перевернулось с ног на голову. Слишком многое стало неясным и запутанным. Лорд уже не знал, чего ждать от следующего дня, так канон, по которому он мог примерно ориентироваться раньше уже изменился настолько, что предугадать следующее событие становилось невозможным.       Свитки пергамента валялись между раскрытых талмудов и огрызков перьев. Крис старательно выводил очередную диаграмму, рассчитывая расстояние между знаками циркулем. Внеся в схему определенную комбинацию рун, юноша сверился с записью и остервенело швырнул пергамент к другим свиткам на пол. Что бы он не делал, все выходило не так. По одной из неудавшихся схем он вообще грозил вместо силы проклятия перенести в неживой предмет магическую силу Директора, что его совершенно не устраивало. А между тем до конца осени оставались считанные дни. А там и конец имеющегося у них в запасе года не за горами. И как назло весь Орден занят в основном стычками с Пожирателями, а в свободное от операций время подлатывает раны. Вздохнув поглубже, Лорд взял новый лист и обмакнул перо в чернильницу. Какая же это сложная наука, темномагические ритуалы, а ты, никудышный темный маг, который ни черта не темный, пытаешься тут изобрести еще один темный ритуал. И какой только идиот придумал вообще эту темную магию?! Так, хватит скулить, Волк. Зубы стиснул и вперед, черти новую диаграмму, пока не получится нужный результат. Конец пера, чуть дрогнув, коснулся желтоватого листа, и по пергаменту прочертилась чернильная дорожка.       И так изо дня в день, снова и снова рассчитывать, вычислять, ошибаться… К Хогвартсу Пожиратели не осмеливались подходить, но Крис догадывался, что они просто ждут смерти Директора, а тогда война и в самом деле начнется по настоящему. А как они будут сражаться без Дамблдора Крис не представлял. Конечно, в каноне наши все-таки победили, но сколько людей при этом погибло. Разумеется и при Альбусе люди погибали, но он все же являлся мощной сдерживающей силой, в отсутствии которой страна погрузилась в хаос. А сумеет ли он, король, избежать этих беспорядков в случае смерти старого мага Крис не знал. К тому же, гибель Директора сильно подорвала бы доверие людей к королю, так как если даже такие сильные маги, защищающие Горморнов погибают, то что уж говорить о простых людях.       Между тем Малфой, которого слизеринцы выбрали капитаном команды по квиддичу проводил последние тренировки перед первым матчем сезона Гриффиндор-Слизерин. В Отряде Дамблдора уже начинали смеяться, говоря, что в этом матче либо Малфой уступит Поттеру, либо Поттер Малфою. Хотя Крис и не понимал, зачем нужен квиддич и в чем именно заключается его прелесть (особенно после всех своих памятных падений с метлы), но запрещать студентам этого бессмысленного развлечения не стал. В конце концов, хоть какой-то положительный заряд эмоций они должны получить. Однако на матч он не пришел, за что друзья его, впрочем, не осуждали, прекрасно понимая, что ему сейчас не до этого.       Трибуны гудели, встречая две команды, капитаны которых уже были закадычными друзьями, а охотники и вовсе родными братьями.  — Удачи, Поттер!  — Удачи, Малфой! Впервые капитаны вражеских команд не пытались раздавить друг другу ладони. По свистку мадам Хуч обе команды взмыли в воздух и игроки заняли свои позиции. Трай и Нат молниями ринулись к квоффлу, и Лев чудом перехватил мяч прямо из-под руки Ирбиса. Яростно зарычав, Когтевран бросился следом за братом, в то время как Гарри и Драко усиленно искали снитч. На пятой минуте матча даже игроки обоих команд начинали смеяться, так как создавалось впечатление, что квоффл предназначен только для Горморнов. Оба всеми силами пытались забросить его во вражеские кольца, и оба успевали перехватывать его с головокружительной скоростью. В отличие от Криса младшие Горморны не боялись высоты, и выделывали такие трюки, что их деканы сожалели о том, что не взяли с собой успокоительное. В конце концов, два акробата решили, что нужно сменить тактику, и в следующий раз Натанус бросил квоффл не во вражеские кольца, а в руки Джинни, а сам бросился наперерез брату. Несмотря на, казалось бы, ярое желание победить, веселые улыбки на лицах братьев говорили только о том, что они просто отрываются после долгих недель напряженной работы. Это была игра, где даже проигравший ничего не терял, а не соревнование, которое озлобляет людей.  — Здорово мальчишки играют! — весело усмехнулся Дамблдор, за что тут-же получил свирепые взгляды от Снейпа и МакГонагалл.  — Крис уже доигрался, теперь близко к полю не подходит, — ворчливо произнесла Минерва.  — Ты ошибаешься, Минерва, — с улыбкой покачал головой Дамблдор. — Крис сражался, а они играют. Между этими двумя понятиями огромная разница.  — Счет — 30-40 в пользу Гриффиндора! — объявил Дин Томас. — То ли Рон суперский вратарь, то ли последний бросок Натануса был слишком коварным. В любом случае, это доказывает превосходство Гриффиндора. Ого! Траянус решил взять реванш и забивает гол обойдя защиту Рональда! 40-40! Мне сейчас очень хотелось бы узнать, над чем смеются капитаны команд, в то время как их игроки дерутся на поле? Поттер и Малфой тут же перестали обсуждать что будет, если сперва одна из команд обойдет другую с перевесом в 150 очков, а потом ловец проигрывающей поймает снитч, и принялись искать золотой мячик, тщательно пряча улыбки. Крис, который в этот день сидел в библиотеке Хогвартса, где искал дополнительную информацию о рунах, которая могла появиться позже Основателей, слышал, пусть и не слишком громко, отзвуки всего, что происходило на поле. В отличие от зрения, слух у юноши был отменный, что ему иногда даже мешало, так как слыша каждый шорох он иногда принимал его за что угодно, кроме того, что было на самом деле. Не сдержав смешок после последнего комментария Дина, он на минуту отложил книги, рассеянно взглянув в окно. Да, война все ближе и надежды почти не остается, но есть еще свет, и этот свет нельзя одолеть. Есть еще сила дружбы, которая нерушима, и даже делясь в игре на два лагеря, друзья всегда останутся друзьями. И кто бы сейчас не победил, Крис знал, что кубок победы давно утратил свою былую ценность, и никто не будет на друзей в обиде за то, что они выиграли. Глубоко вздохнув, Лорд взял книги подмышку и направился в Хранилище, куда не проникали никакие звуки, и где в сыром полумраке его ожидала неоконченная работа.  — Крис! Крис, ты здесь?!  — Чего ты орешь, Гарри?  — Ой, прости. Как у тебя? Крис закатил глаза.  — Хреново. Что там ты хотел рассказать?  — Мы выиграли!  — Я так и знал.  — Откуда?  — У тебя — «Молния», у Драко — «Нимбус 2001». Вот и все. Твоя метла просто оказалась быстрее.  — Гермиона мне так и сказала, — ухмыльнулся Гарри. — Зато играли мы чуть ли не час!  — Отлично, а теперь можно потише пожалуйста. Гарри нехотя замолк. Эйфория от яркой игры все еще кружила ему голову. Вышибалы больше пытались сбить друг друга, чем остальных, Охотники выкладывались по полной, не скупясь на шутки и искрясь юмором, вратари чаще всего пропускали голы, потому что хохотали над шутками игроков и комментатора, а капитаны вообще едва держались на метлах от смеха. Честно признаться, это был самый прекрасный матч за последние шесть лет. Гарри даже жалел, что Криса там не было, но друг никогда не был ценителем квиддича, и сам однажды признался, что вступил в команду только потому, что хотел побороть свой страх высоты. Что ж, прыгнуть в нужный момент в пропасть Крис больше не боялся, но даже обретя дар левитации, он предпочитал не рисковать лишний раз. Понаблюдав некоторое время за едва сдерживающим улыбку Крисом, Гарри все же попрощался, и отправился к остальным гриффиндорцам праздновать победу в Большом Зале вместе с другими факультетами. Крис проводил его смеющимся взглядом, а потом не выдержал и откинулся на спинку кресла, широко улыбаясь. Все же есть вещи, незначительные, на первый взгляд даже бесполезные, как тот же квиддич, но которые способны поднять настроение людям. Гарри поднялся в Большой Зал, попутно впустив Снейпа в Хранилище. Зельевар не собирался сидеть на дурацком, по его мнению, празднестве, и очень зря, по мнению Гарри. С некоторых пор гриффиндорец начал думать, что если бы Снейп не сторонился вот так людей, то наверное он не был бы таким злым и друзей бы у него было больше. Крис тоже был необщительным, но с тех пор, как Горморны перестали жить под одной крышей с отцом, Волк стал более терпим к людям, и уже не так остервенело плевался ядом налево и направо. Скорее наоборот, он был лучшим собеседником, как ни странно именно потому, что умел молчать. Но он не тупо молчал, словно какая-нибудь статуя. Мимика короля четче любых слов говорила о том, что он внимательно слушает и понимает человека. Гарри, конечно, подозревал, что Крис очень часто с трудом заставляет себя не сорваться, но все же сохранить если не благожелательное, то хотя бы внимательное выражение лица, Горморну удавалось. Впрочем, если он был в самом деле серьезно занят, он мягко, но предельно ясно давал человеку понять, что сейчас не время для разговора. В остальных случаях он готов был отложить не слишком важные дела, чтобы выслушать пришедшего к нему человека. Лорд почти не говорил во время таких бесед. Он не был душой компании, он был тем, кому можно было излить душу и получить в ответ почти искренне понимание и участие. Почему почти? Да потому, что порой большинство проблем казались Крису до невозможности детскими, или он был уставшим. Но все же Волк находил в себе силы как можно лучше понять, чего хочет собеседник и дать ему это. Разумеется, он не давал ни титулов, ни золота, ни прочего. Впрочем все и так знали, что приходить за подобным к королю не самая разумная идея. Нет, Крис давал надежду и веру в лучшее, даже если сам надежды почти не видел. Даже если отчаянный вой готов был вырваться из горла, он вкладывал всю его силу в создание надежды, которой сейчас многим не хватало. Вот только где взять надежду для самого короля? Впрочем и с этим Крис умудрился справиться, всегда таская с собой «Властелин Колец». Достаточно было открыть его на любой странице, прочитать первый попавшийся на глаза абзац, как властное ощущение силы поднималось в груди, и тоска, и отчаяние сами становились надеждой. Певучий язык книги поднимал настроение не хуже, чем некоторым квиддич, хотя подъем настроения у короля и выражался более спокойно и горделиво. Даже в улыбке уже проскальзывала светлая печаль и величие, непонятным образом смешанные с ясной радостью, чистой и спокойной, и в то же время мощной и яркой.       В Большом Зале Гарри встретили веселыми криками. Рон и Драко тут же подкатили к другу и утащили его в толпу веселящихся студентов.  — Давай быстрее, дружище, — хлопнул его по плечу Рон, а то весь торт слопают.  — Какой торт? — удивился тот.  — Дамблдор домовикам заказал, пока ты к Крису бегал, — пояснил Драко. — Огромный торт, в форме кубка по квиддичу. Вряд ли гриффиндорцы одни с ним справятся, вот и пришлось всем налегать.  — Если честно, мне так даже больше нравится, — улыбнулся рыжий.  — Кто бы сомневался, Рональд? — усмехнулся блондин. Гарри, однако, уже не слушал их. Он подсел на скамейку к Джинни и взял стакан апельсинового сока. Как все-таки здорово, что они с Джинни теперь вместе. Крис с Роном обещали как-нибудь поговорить с мистером и миссис Уизли на эту тему, и как бы Гарри не пытался им объяснить, что жениться им еще рано, друзья уперлись, как два горных козла, и только ободряюще похлопывали Мальчика-Который-Выжил по плечу. Как Артур и Молли отнесутся к свадьбе Рона и Гермионы Гарри примерно представлял, и мог только порадоваться за друга. Однако, когда речь заходила о нем, все мысли путались. Интересно, Крис действительно никого не любит, или просто тоже боится всех этих формальностей и не хочет выставить себя влюбленным дураком? Между прочим, вполне себе реальный вариант. Снейп ведь тоже никому не говорит, что любит мою маму, а у Криса гордости не меньше чем у Летучей Мыши.  — Джин, — негромко окликнул девушку Гарри. — Как думаешь, Крис врет, что никого не любит?  — Не знаю, — пожала плечами Джинни. — Но кажется нет. У него плохо получается врать, а уж про такое он и вовсе бы не смог говорить, не выдав себя.  — О чем это вы? — сел рядом с Гарри Нат, с полной тарелкой ореховых пирожных.  — Нат, вот скажи, ты ведь Криса хорошо знаешь? — спросил его Поттер.  — Если так можно выразиться.  — Он точно никого не любит?  — Ах, вы про это! Точно.  — Уверен?  — На все сто. Хотя… Да нет, ерунда!  — Да нет, ты скажи, — схватил его за руку Гарри. — Ну пожалуйста, Нат, тебе что, жалко что ли? Лев тяжело вздохнул и отправил в рот пирожное.  — Понимаешь, Гарри, это было так давно, что думать об этом уже совершенно не имеет смысла.  — Как давно?  — Если быть точным, Крису было около шести лет.  — Ни-че-го себе, — присвистнул Рогалис. — Действительно давно… И все же, кто она была?  — Ты ее не знаешь, — усмехнулся Натанус.  — Так скажи и узнаю, — нахмурился Гарри. — Она хоть жива еще?  — Наверное, не знаю, — Гриффиндор поморщился. — Вы только не смейтесь сейчас, и дайте клятву, что ни одна живая душа не узнает о том, что я вам сейчас скажу.  — Хорошо, — в один голос полушепотом ответили Гарри и Джинни. Натанус набросил на скамейку заглушку и взял еще одно пирожное. Жевал он долго, словно оттягивая неловкий момент.  — Ну? — в нетерпении поторопил его Гарри. Лев бросил на друга хмурый взгляд и не сдержал мрачной ухмылки.  — Ну ладно, — он глубоко вздохнул. — В шесть лет Крис впервые прочитал «Властелин Колец»…