Любовь и Ненависть.

      Ночью Крис так и не смог уснуть. Отчасти виной тому было почти пол литра кофе, которые он выпил.  — Ты себе так сердце посадишь, — ворчливо заметила Лили, стараясь отнять у сына кофейник. Однако Крис великолепно владел чарами призыва.  — Мама, что ты несешь? — возвращая кофейник на место, удивился Крис, причем так искренне, что орденцы едва не расхохотались. — Как сердце может сидеть? Это же орган. Лили смерила Лорда пронизывающим взглядом, но ответить было нечего. В итоге Крис теперь мерил кабинет широкими шагами, бросая на заваленным картами, пергаментом и книгами стол испепеляющие взгляды. За чуть приоткрытой дверью в королевской спальне спал Сева, и Крис старался производить как можно меньше шума, чтобы не разбудить брата. Холодный ночной ветер распахнул незапертое окно и едва не смел бумаги со стола. Крис, тихо выругавшись сквозь зубы, взмахом палочки закрыл окно, усилием воли заставив себя сдержаться и не хлопнуть ставнями. Как же все это сразу навалилось, и Министерство, и Темный, и Сева… А ты на что вообще рассчитывал, когда принимал кольцо Лорда? На райскую жизнь? Белый алмаз в светлой оправе тихо блеснул, преломив свет свечей. Нет, на спокойную жизнь рассчитывать точно было бы ошибкой. Да и тогда, еще в четырнадцать лет, ты понимал, что просто так ничего достигнуть не получится. Значит, знал на что идешь? Знал. Так к чему все эти претензии? К чему щенячий скулеж? Остановившись напротив небольшого зеркала, Крис заглянул себе в глаза. Он редко это делал. Он вообще не любил зеркал. Непонятно почему, но не любил. Было в них что-то такое, что его отталкивало. Может оттого, что во многих сказках зеркало — неотъемлемый атрибут злой ведьмы, с помощью которого можно следить за людьми, а иногда и околдовывать их? А меньше всего Крис сейчас хотел, чтобы его околдовала какая-нибудь ведьма. Стоило ему представить, что он, вместо того, чтобы помогать друзьям и сражаться за них тратит свое бесценное время на то, чтобы бегать за какой-то пустоголовой барышней, как к горлу подступала тошнота и омерзение. Еще бы! Он за собственным братом уследить не может, а тут еще за невестой таскаться. Да пошло оно все! Криво усмехнувшись, Крис отошел от зеркала. Похоже, паранойя у него действительно развилась, если он в каждом зеркале уже готов увидеть артефакт для слежки. Он едва удержался, чтобы не проверить это зеркало на предмет каких-либо чар. С силой сжав кулаки, Лорд вернулся к столу и принялся поднимать с пола сорванные ветром бумаги. В глаза бросилось письмо Скримеджера, и злость новой волной затопила сознание. Скрипнув зубами, король бросил бумаги на стол и вновь начал мерить кабинет стремительными шагами. На завтра был объявлен полномасштабный военный совет, с участием всех нынешних управляющих, которых назначил Натанус, в том числе и управление Хогсмида, и учительского состава Хогвартса. Иными словами, собирались все маги, которые так или иначе могли повлиять на ход войны. Крис, конечно, понимал, что главными командующими пока являются Нат и Дамблдор, но король-то он. А значит и ему нужно хоть что-то да решить, а не просто поддакивать другим, как китайский болванчик. Черт возьми! Да он вообще должен быть на передовой и сам решать все проблемы! А что он делает вместо этого? Приветливо улыбается и старается сохранить в рядах своих людей более менее бодрое настроение, ну или играет в психолога, который всех и каждого готов выслушать, обнадежить и поддержать. Правда, выходит не всегда хорошо. Да уж, Нату роль Вождя подходит как-то больше. В четыре часа уже начало потихоньку светать, и Крис спустился в сад, чтобы, как говорится, проветрить мозги. Весь замок еще спал, по крайней мере большинство его обитателей. Крис просто не знал, что Снейп, Натанус и Гарри тоже сейчас не спят, только в апартаментах Натануса и вовсю штудируют темномагический талмуд, пытаясь найти хоть какую-то зацепку для создания контрзаклятья. Крис не знал, что Дамблдор сейчас сидит в своей комнате и тоже изучает книги по темной магии, только уже тот раздел, где говорится о крестражах. И все же, большинство обитателей Ваэтрока сейчас видели сны, тревожные или добрые — это уже отдельный разговор. Запахнувшись в черный плащ, накинутый поверх темно-синей туники, Крис вышагивал по садовым дорожкам, крепко сжав рукоять меча, котрый он таки не снял с пояса еще с момента встречи с Министром. Свежий утренний воздух смешивался с ароматом цветущих яблонь и словно будил спящую внутри силу. Восток медленно заливался бледным золотом зари, и это было одно из любимых зрелищ короля. Вдруг явственное ощущение того, что на него снова кто-то смотрит, заставило Криса обернуться. В тени ореха снова стоял Темный, но на это раз он не исчез, а поманил юношу за собой. Крис намертво стиснул рукоять Рингила и сделал несколько осторожных шагов. Едва заметив, что он идет следом, Темный развернулся, широко взмахнув полами плаща, и широким летящим шагом направился к воротам замка. Крис поначалу опешил, а потом рванул за Темным. Таинственный проводник не ускорял темпа, но как юноша не старался, он не мог приблизиться к Темному ближе, чем на десяток шагов. В полном молчание Темный миновал ворота замка и свернул с извилистой дороги в лес. Крис на мгновение замер в тени каменной арки. Привратники-кентавры словно ничего не видели. Зато Темный понял, что гриффиндорец остановился. Он обернулся к юноше и вновь поманил его к себе. Крис едва не зарычал от злости. Ему эта игра в молчанку и кошки-мышки уже начинала надоедать. Однако выбирать в кои-то веки не приходилось, и Волк ринулся за Темным сквозь лес.       Снейп сидел за столом и выписывал из книги на лист пергамента все основное, что считал главным в описании свойств дементоров и самого ритуала. Инструкции по его проведению уже успел переписать Нат, своим фигурным и аккуратным почерком, так как со свитком работать было легче, чем с тяжелым талмудом. Гарри теперь внимательно просматривал эти самые инструкции. За то время, что они искали способ, чтобы вылечить руку Дамблдора, Поттер несколько поднаторел в ритуалистике, и теперь Снейп всучил ему пергамент, снабдив его напоминанием о том, что поттеровская удачливость иногда бывает очень полезна, и вдруг именно Гарри найдет нужный им ответ. Сам Нат теперь проверял список уничтоженных в лаборатории ингредиентов и нервно потирал виски; где взять все это в военное время было довольно занятным вопросом. Люциус про взрыв уже слышал, но перечня убытков еще не видел, хотя поглядывал теперь на Льва с тревожным ожиданием. Снейп и вовсе предпочитал об этом не думать, так как даже сварить Успокоительное сейчас было очень дорогое удовольствие. Впрочем, вчера за ужином Нил предложил свою помощь в добыче растительных ингредиентов. Все что требовалось мальчику — ростки нужных растений, и он - силой своей магии - мог за считанные минуты из одного единственного ростка развести целые заросли. Это, конечно, хорошо, но где взять этот один единственный росток? И потом, такие ингредиенты, как шкура дракона, и прочие животные составляющие, к сожалению, на клумбе не росли. Но вернемся к темной магии. Проверив перечень убытков, Натанус сделал там некоторые пометки, и принялся за книгу, которая, на первый взгляд, никакого отношения к дементорам не имела. А именно — к древнему талмуду по прорицаниям. Снейп и Поттер только закатили глаза, когда увидели подобную литературу на столе Наместника, но тот невозмутимо заявил, что это не бредни Трелони, а записи Кандиды и Салазара, с пометками и дописываниями их потомков, а значит — прорицания у них в роду наследственное, и этому можно верить. Гарри так и продолжил недовольно морщится, когда натыкался взглядом на «Лабиринты Судьбы», уже потому, что название казалось ему чересчур пафосным. Зато Снейп странно прищурился и больше на фолинат никак не реагировал. Зачем Нат увлекается такими туманными науками, если дар оракула явление ненаучное, никто из мужчин не понял, но и указывать почти всегда правому Льву никто не решился. Наверное это и отличало Натануса от Кристиана; если Крис предпочитал полагаться только на собственные силы и идти напролом, то Нат всегда сворачивал сперва в какие-то дебри, а оттуда выезжал на лихом коне и как раз тогда, когда все уже ожидали совершенно другого исхода. Иными словами, создавалось впечатление, будто Крис идет наугад, а Нат знает почти все наперед и просчитывает многие ходы довольно умело и с долей изобретательности. Это и прибавляло Наракано больше веса в глазах Ордена. Крис был мудрым, нечеловечески мудрым, но мудрость эта касалась совсем иных сфер, о которых люди не привыкли думать. Натанус же был более приземленным, и его мудрость могла приложиться почти ко всему, что происходило вокруг. Пусть и очевидность того, что она действительно приложилась, могла прийти не сразу. Однако оба брата были теми еще мечтателями, и что самое интересное — Крис при этом был до ужаса практичным, что как-то не вязалось с его поэтическим талантом и верой в чудо. А Нат, напротив, мог строить в планах целые Вавилоны, и при этом морщиться, когда ему доказывали превосходство лошади над гоночным автомобилем. Особенно над зачарованным гоночным автомобилем. «Лабиринты Судьбы» была весьма интересная книга, в частности потому, что там, вопреки предположениям Гарри, говорилось не только о том, как увидеть будущее, но о том, как заглянуть в прошлое. По крайней мере в прошлое отдельных личностей, или увидеть обрывки исторических событий. Конечно, для этого требовалось немало сил и навыков, особенно если речь заходила об огромных, в несколько столетий, временных отрезках. Но Натанус не унывал. Из всех Горморнов, он был самым сильным, и даже мысль о том, что какая-нибудь преграда будет ему не по зубам была недопустима для Феанора. Дорогу осилит идущий, и под лежачий камень вода не течет. Или если говорить прямо — если надо, то можно сделать все что угодно, тренировки-то на что? И вот теперь, Натанус хотел узнать как можно больше о истории своего рода, а так как почти никаких записей с тех времен не осталось, то он решил навести справки, так сказать, прямым путем. В одной из древних записей пра-прадеда последнего короля были упоминания о неких Серых Рыцарях Туманного Альбиона, вернее об их вожде, который отличился особой отвагой в бою. Судя по этой записи, Серые Рыцари Туманного Альбиона были чем-то вроде племени магов, которые составляли личную свиту короля. А если они действительно существовали, то не могли же они пропасть бесследно.       Дамблдор тем временем, вместе с Сириусом Блэком и Римусом Люпином, изучал все, что касалось крестражей. Пока что удалось найти лишь ритуал перемещения осколка души из одного сосуда в другой. Но! Это мог сделать только сам создатель крестража. Когда Блэк нарвался на этот текст, он не сдержал нервного хохота.  — Ой не могу! Нет, ну вы только представьте! Приходит Альбус прямиком к Волдеморту и говорит: — Том, мальчик мой, осколок твоей души, случайно так, живет в голове у нашего дорогого Гарри, будь добр, перенеси его в другой «сосуд». Люпин грустно усмехнулся, а Дамблдор только покачал головой и заел очередную неудачу лимонной долькой.  — А если модифицировать ритуал, — предложил Римус. — Как Крис модифицировал ритуал, чтобы вылечить руку Альбусу.  — Можно попробовать, — хмыкнул Сириус. — Вот только сваливать все на Криса снова как-то не очень хочется.  — А мы что, сами не сможем? Или мы дети малые? — обиделся Оборотень. — Альбус?  — Да-да, Римус, ты совершенно прав, — блеснув очками-половинками, кивнул Дамблдор. — Крис, может, и разбирается в этом уже побольше нас, но на нем и так слишком много забот в последнее время. Да и нам, старикам, нужно догонять молодежь. К тому же, время пока терпит. Если займемся серьезно, то можно управиться за пару месяцев. Крис вон управился же, а ведь до этого он вообще в ритуалистике ничего не смыслил. Чем мы хуже детей?  — Так начинаем прямо сейчас! — нетерпеливо воскликнул Бродяга.  — Не забывай, что часов в одиннадцать у нас военный совет, — усмехнулся Римус, однако было видно, что он только рад побыстрее взяться за работу. Дамблдор тоже сверкнул очками и с воодушевлением начал расчерчивать лист пергамента пентаграммами.       В одиннадцать в Каминном Зале начали собираться волшебники. Дамблдор вежливо дал понять жившим в Ваэтроке студентам, что в данный момент самая большая и красивая комната замка нужна для более важного дела, чем их разговоры ни о чем на удобных диванах. Погода начала портиться, и тепло потрескивающий камин придал Залу домашнего уюта. В половине двенадцатого в Зале собрался весь Орден и Отряд Дамблдора, с минуты на минуты должны были прийти Мадам Боунс и Амос Диггори, которые управляли Хогмидом. Ну и Крис, конечно, который почему-то решил не торопиться на совет. В Каминном Зале гудел тихий шепот. Маги не умолкая переговаривались, делясь последними новостями и соображениями по поводу дальнейших действий. Близнецы Уизли, впрочем, решили, что даже в такое время люди должны получить хороший заряд смеха и, как всегда «удачно» запустили один из своих фейерверков как раз в тот момент, когда в Зал вошли Амелия и Амос.  — Фред и Джордж Уизли! — яростно вскричала Молли, под громкий хохот младших Горморнов, половины ОД, и сдержанные смешки Сириуса, Кингсли и Грюма.  — Извини, пап, — пряча улыбку, помог отцу подняться Седрик.  — Пустяки! — отряхнувшись, улыбнулся Амос, однако все же сердито глянул на близнецов, которые уже выслушивали гневную тираду матери. Дамблдор и Боунс многозначительно переглянулись, и суровая женщина слабо улыбнулась.  — Все же надо признать, Альбус, — тихо произнесла Амелия. — Война почти отняла у наших детей счастливый смех. А ведь год-другой назад я бы ужасно разозлилась за такую выходку.  — Вы правы, Амелия, — грустно кивнул старый волшебник. — Я вот тут подумал, а не устроить ли нам бал, по случаю тройной свадьбы, которая состоится в начале мая?  — Вы, наконец, решили распроститься с холостяцкой жизнью? Поздравляю, Альбус! И Минерву тоже.  — Благодарю, Амелия, — благодушно улыбнулся Директор. — Натанус, друг мой, а где наш король? Перешептывания и разговоры разом стихли, и все обернулись к Натанусу и Директору. И правда, где Крис? Вчера он самолично уточнял время проведения совета и зная его ответственность, можно было быть уверенным, что он просто обязан был прийти даже раньше многих других. Даже если бы он и опоздал, то не на четверть часа уж точно. К тому же, Сева тоже здесь, так что прикрыться братом Крис точно не может. Может он просто не спал всю ночь и теперь дрыхнет где-то в укромном уголке замка? Сева еще в самом начале, когда все только начали собираться, сообщил, что утром Криса в кабинете не было, значит он оттуда ушел уже до шести утра. Так как о местоположении Лорда чаще всего обязательно знал хотя бы один человек, его отсутствию поначалу не придали значения, полагая, что кто-то да знает, где находится Волк. Теперь, однако, выяснилось, что это абсолютно никому неизвестно. Натанус обвел Зал нечитаемым взглядом и провел кончиками пальцев по подбородку. Тишина, наступившая в Зале только способствовала настрою Провидца, и он внимательно прислушался к едва слышным шорохам. Странное спокойствие появившееся внутри резко контрастировало с тем фактом, что в этот раз Акела ушел, совершенно никого об этом не предупредив. Здравый смысл кричал о том, что может случиться нечто страшное, но сердце твердило, что в порядке, и это глушило голос рассудка. Лев нахмурился. Ветер завыл за окном, и дождь застучал о стекло. И где Крис может шляться в такую погодку? Хотя, сказать по правде, он же любит погулять как раз в такую погоду, искатель приключений. И все же, должен же он помнить, что сегодня не просто семейный обед. Снейп мрачно взглянул в окно, за которым разыгралась непогода. Внезапная догадка осенила Зельевара, но он предпочел промолчать; вдруг все же ошибется? А потом не дай Мерлин все посмеются над тем, что он выдвигал неправильную версию. И все-таки странное убеждение, что в отсутствии Волка виноват загадочный Темный в Плаще не покидало Профессора Зельеварения. Только что-то из ряда вон выходящее могло заставить Лорда Горморна забыть обо всем остальном, а Темный как раз и был этим из ряда вон выходящим. А учитывая то, что в последнее время Темный проявлял себя особенно сильно, даже во снах Криса, то вполне возможно, что и сейчас именно он увел короля. И кто знает, быть может именно к тому загадочному кургану с изображением лилии?       В половине пятого вечера дождь прекратился, но набегающие с северо-запада тучи предвещали новый ливень. Крис так и не объявился, и маги уже всерьез начали волноваться, несмотря на твердящего о спокойствии Натануса. Было уже совершенно очевидно, что военный совет скоро перерастет в обсуждение того, как и где искать короля, и как его потом спасти. На посланные Патронусы он не отвечал, что уже настораживало, если не пугало. К шести всеобщее напряжение уже грозилось перерасти в настоящую панику, даже похуже той, что была, когда разоблачили Снейпа. В семь маги, уже плюнув на увещевания Наракано, принялись составлять план по обнаружению и спасению Криса. Траянус почему-то решил примкнуть к старшему брату, полностью доверяя его интуиции, и от участия в спасении отказался.  — Если бы Крис покинул территорию замка, мы бы узнали об этом, — угрюмо произнес Ирбис. — Следовательно, он просто где-то бродит. Это на некоторое время успокоило волшебников, пусть и не до конца. Однако в половине девятого Сириус снова начал ворчать. Собственно говоря, ворчал он все время, просто теперь начал не просто бормотать под нос. Но не успели орденцы и прочие маги толком расслышать, что там говорит Сириус, как двери Каминного Зала открылись, и вошел Крис. Мокрый, заляпанный грязью, в изодранном о ветви плаще, бледный и уставший до невозможности. Но больше всего всех поразило странное выражение в глазах Горморна. В эту минуту он казался тысячелетним старцем, совершенно чуждым этому миру.  — Я… — голос Лорда был хриплым и глухим. — Я прошу прощения… Вы, наверное, переволновались тут все… Альбус, есть что-либо, касающееся военного положения дел, что стоило бы обсудить немедленно?  — Думаю, что нет, мой мальчик, — с тревогой в голосе ответил Директор. — Будет гораздо лучше, если ты сперва отдохнешь.  — Это точно, — глубокомысленно подтвердил Нат, пристально изучая облик брата. Крис слабо улыбнулся и, скользнув взглядом по лицам собравшихся, встретился глазами с Мастером. «Я был прав?» — чуть прищурившись, мысленно спросил Снейп, почему-то уверенный, что Крис его поймет, или услышит. Усталая улыбка Лорда была явственнее любых слов. Снейп стиснул зубы. Крис повел плечами и, виновато улыбнувшись, чуть склонил голову в вежливом полупоклоне и удалился твердым неспешным шагом.