Любовь и Ненависть.

      Снейп стремительным шагом мерил Каминный Зал. Люциус и Боунс выдворяли всех посторонних студентов из Королевской Долины, причем весьма быстро и успешно, и большая часть замка уже пустовала. Хоран и еще несколько предводителей вели свои отряды кентавров к Лондону, но что-то подсказывало Северусу, что они туда не скоро доберутся. А между тем тревожное предчувствие не покидало его. Поттер уже добрые двадцать минут мрачно наблюдал за Мастером Зелий, молча вертя в руках волшебную палочку. Наконец, гриффиндорец не выдержал.  — Может все же отправиться к ним на помощь? — задал он вопрос, который хотел задать сам Снейп, чтобы получить утвердительный ответ. Зельевар метнул в него свирепый взгляд, который Поттер встретил с молчаливой суровостью. Злость моментально испарилась, и осталось лишь бессильное отчаяние. Горморн сказал, в случае чего Дамблдор сообщит. Вот только дожидаться вызова от Директора с каждой минутой хотелось все меньше и меньше. Вошедшая в Зал в сопровождении Рона и Джинни Гермиона быстро оценила ситуацию.  — Послушайте, вы оба, — твердо начала она. — Просто сидя на месте или крейсируя по Залу мы ничего не добьемся. Раз уж в бой нас пока не вызвали, значит нужно здесь заняться тем, что поможет им даже на расстоянии. Мы должны найти контрзаклятие, чтобы расколдовать дементоров. Ведь они сейчас тоже там, и сражаются против Ордена.  — Думаешь, у нас получится найти контрзаклятие так быстро? — хмуро спросил Гарри.  — Ты предлагаешь и дальше терять драгоценное время? — вскинула бровь гриффиндорка. — Раньше начнем — раньше найдем.  — Ясно, мисс Грейнджер, — почти рявкнул Снейп, безумно злясь на то, что он сам до этого не додумался. — Так чего же мы ждем, черт возьми? Четверо гриффиндорцев и слизеринский декан не теряя больше времени, отправились в библиотеку. И десять минут спустя они уже кропели над талмудами и пергаментом. Вскоре к ним присоединились и оставшиеся в замке орденцы и члены АД. За всеми навалившимися проблемами и ворохами пожелтевших страниц никто не обратил внимание на то, что в замке отсутствует Хагрид.       Крис шагал по зеленой с серебристым отливом траве в сияющем тумане, в котором вырисовывались очертания цветущих деревьев и звенели птичьи голоса. Откуда-то издали струилась тихая, едва различимая, но властно зовущая музыка, к которой звучали переливы струн и пенье флейт. Холодная рукоять Рингила под ладонью не обжигала льдом, как это порой бывало во снах, но дарила силы и уверенность. Казалось, здесь нет места мраку и злу, и в душе медленно, но верно росла радостная сила, и хотелось петь, но для музыки не было подходящих слов, а для слов не было подходящей музыки. Шаги давались с удивительной легкостью, он будто летел, едва касаясь травы подошвами высоких сапог. Длинная, чуть ниже колен, и свободная белая туника была надета под сверкающую серебряную кольчугу, а за плечами струился черный с серебром плащ, скрепленный у горла белой фибулой в форме снежинки. Свежий порыв ветра колыхнул серебристый туман, и Волк невольно замер, не веря своим глазам. Перед ним раскинулась прекрасная долина Ривинделла. Дом Владыки Элронда стоял в садах, и водопады с гулом искрились прямо у основания беседок. Светлая улыбка озарила лицо юноши.  — Хелег! Волк обернулся на зов. Высокий седовласый старик с мерцающими голубыми льдинками глазами подошел к нему, опираясь на белый посох с голубовато-серебристым кристаллом на верхушке.  — Ты хотел бы остаться здесь, не так ли? — ласково спросил старый кудесник. Крис бросил еще один взгляд на Последний Светлый Приют Средиземия, а потом посмотрел на волшебника. Тот только усмехнулся с тихой грустью в голубых глазах.  — Люди сами должны творить чудеса, запомни это, — тихо проговорил маг. — И ты — прежде всех. Все хорошее дается не просто так. Вопрос лишь в том, что мы готовы сделать, чтобы получить это. Но истинно мудрый живет лишь для того, чтобы нести счастье другим.  — Это только сон? — вместо ответа спросил король.  — Не совсем, — уклончиво ответил волшебник.  — И я еще жив, — скорее утверждая, сказал Крис.  — Ты будешь жив и тогда, когда твое физическое тело истлеет в земле, мой мальчик, — улыбнулся маг. — Смерти нет. Есть лишь продолжение пути. Но каков будет твой путь — решать тебе. Волк улыбнулся и прикрыл глаза. Журчащая, словно говор родника, музыка звучала все чище и яснее, и в ее мягких переливах он начал различать знакомые слова, пока еще тихие, но полные силы и света. А Эльберет Гилтониэль! Лорд глубоко вздохнул, вбирая в легкие чистый воздух, какой обычно бывает ранним утром, когда дневной зной еще не раскалил его, а ночной холод уже разжал свои тиски. Где-то слева, меж ребер, больно кольнуло, и молодой воин чуть нахмурился. Пальцы крепко сжали рукоять меча, и холод металла показался таким родным и привычным. Могучая и неодолимая сила разливалась по жилам, проникая в каждую клетку тела, заглушая голос рассудка, возрождая бессмертную веру в победу Света.  — Ты сам все знаешь, Хелег, — словно издалека звучал голос Хэлкара. — Ты сам все знаешь. Ты просто должен понять это. Отбросить завесу тумана, подняться над ним на крыльях надежды. Истина рядом, всегда рядом. Просто иногда чтобы понять ее нужно пройти долгий путь по кругу, чтобы в конце увидеть, что она все время была за твоим плечом. И, может статься, в этом пути ты найдешь многое, что поможет тебе лучше понять эту истину. Не нужно бояться долгих дорог и неудач. Только пройдя долгий и трудный путь можно понять, кто ты на самом деле. Доброго пути, Аракано!* Крис открыл глаза, и тут же зажмурился от резкой боли, которая резала горло. Вздох отдался в грудную клетку острой болью, и из горла вырвался булькающий хрип.  — Тише, тише, сынок, — раздался над ухом глубокий голос Бруствера, и к губам прижалась склянка с ужасно пахнущим зельем. — Пей, это противоядие. Крис с трудом проглотил жуткое пойло. Боль ушла не сразу, но дышать стало легче. Открыть глаза он все еще не решался. Грохот битвы доносился будто бы издалека.  — Кингсли… — голос звучал неестественно хрипло и глухо.  — Все пока еще живы, — перебил его Бруствер. — И Блэк тоже. Мы спустились уровнем ниже. Оставлять тебя и Артура в холле становилось слишком опасно. Волк осторожно вздохнул и чуть пошевелил плечами. Правое ужасно ныло, особенно у самой шеи, куда на втором курсе его ужалил Акромантул. Правая рука и вовсе будто занемела, и боль, даже немного уменьшившись, не отпускала. Недовольное ворчание Кингсли, пусть и неразборчивое, тоже оптимизма не прибавляло.  — Как он? — раздался откуда-то справа голос мистера Уизли. Бруствер, похоже, со свистом втянул воздух сквозь зубы. Последовала продолжительная пауза.  — Кровь останавливается слишком медленно, — наконец, раздраженно ответил Кингсли. — Мне оно помогло практически сразу. По крайней мере, кровь остановилась в течение нескольких секунд.  — Может срок хранения вышел?  — Снейп сказал, что оно еще пригодно, — недовольно бросил Бруствер. — Тут дело скорее всего не в зелье.  — Думаешь, так действует Магия Жертвы? — встревоженно спросил Артур. Бруствер только хмыкнул.  — Нет, скорее всего нет. Тут замешано что-то другое. Но что именно — это вопрос к Зельевару. Крис скрипнул зубами. Только этого ему не хватало. Собрав волю в кулак, он чуть приподнялся на локтях, и тут же едва не задохнулся боли. Одежда на груди, спине и плечах насквозь пропиталась чем-то липким и вязким, и при движении ткань чмокнула, отставая от тела.  — Крис, не шевелись! — осторожно, но настойчиво коснулся плеча Бруствер. Но Волк только мотнул головой и через секунду на его месте уже стоял огромный черный волк. Боль отступила на грани сознания, хотя и не исчезла полностью. Но она уже не лишала возможности двигаться. Волк поднял большую черную голову и повел ушами. Чуткий слух Звездного Волка различал каждый звук, доносящийся с верхнего уровня, а в ноздри отчетливо бил едкий запах крови.  — Дамблдор еще там, в Отделе Тайн? — рокочущим баритоном спросил Король Ночи.  — Еще там, — кивнул Кингсли. — А тебе лучше сидеть здесь. Артур уже немного оправился, он присмотрит за тобой. А я…  — Я иду в бой, Кингсли, — мягко пророкотал Волк, оскалив белые клыки. — Какая-то змея, пусть она и крестраж Темного Лорда, не в силах отправить меня на больничную койку вот так сразу. Пока они еще всерьез угрожают нам, мы должны держаться вместе. Мистер Уизли, как Вы себя чувствуете?  — Неплохо, Крис, — нахмурившись, ответил тот.  — Отлично. Тогда отправляйтесь к Дамблдору. Кингсли и я идем обратно наверх. Не дожидаясь ответа, Волк огромным скачком приблизился к лифту, и темные деревянные створки раздвинулись. Кигсли бросил извиняющий взгляд Артуру и вслед за Волком вошел в лифт. Наверху их встретил грохот и вспышки заклятий, одна из которых просвистела прямо перед носом Волка. Инферналы, повинуясь приказу Волдеморта напирали с удвоенной силой, и Натанус с трудом удерживал их. С трудом скорее потому, что на него постоянно норовили напасть то Пожиратели, то оборотни, то вампиры, то великаны. Орденцы сгруппировались у самого лифта так, чтобы со спины к ним никто не мог подойти, однако количество врагов это мало уменьшало. Если бы они не должны были прикрывать путь для тех, кто спустился в Отдел Тайн, то они бы уже наверняка провали оцепление, но это, увы, было невозможно. Волк, едва выбравшись из лифта, высоко поднял голову и громко взвыл, отчего воины противника замерли, зажимая уши руками. Леденящий душу отчаянный вой Волка-Одиночки был во сто крат хуже, чем вой оборотня. От этого воя в сердцах стало вдруг до жути тоскливо и пусто. Будь Крис в человеческом облике он никогда бы не решился на такое, но в волчьем обличье этот протяжный тоскливый вой был его боевым кличем, в который он вкладывал всю свою дикую силу. И орденцы не боялись этого воя. Это выл Вожак, призывающий своих бойцов в новый бой, и бойцы откликнулись, со свистом рассекая воздух сверкающими клинками. Волан-Де-Морт смотрел на огромного гордого зверя с застывшим лицом, и в алых зрачках полыхала ненависть. Ибо он видел перед собой воплощение гордой воли, которую невозможно сломить ничем; он видел могучую силу, которая способна сокрушить любые преграды на своем пути. И эта сила сейчас росла тем больше, чем громче звучал летящий к небу сквозь разбитую вдребезги крышу вой. Когда-то давно, когда он еще жил вместе с сиротами-магглами в приюте, воспитательница читал им «Книгу Джунглей». Там Вожак Акела, после боя с рыжими собаками, пел Песню Смерти. И сейчас Волк-Одиночка, казалось, тоже пел ее, только не умирая сам, а призывая смерть на головы врагов. И недавние слова Траянуса вновь зазвучали в ушах, словно громовой набат — «Если бы ты знал, с кем ты связался, ты бы уже сам повесился». Какой силой дышали слова тринадцатилетнего мальчишки. И теперь не меньшая сила звучала в отчаянном вое огромного хищника.  — Чего вы встали, идиоты! — ударив подвернувшегося под руку Долохова Круциатусом, прошипел он. — Убейте их! А королями я займусь сам!  — Убить их! — вскидывая палочку, взвизгнула Беллатриса, и Пожиратели ринулись на замолчавшего Волка, за спиной которого встали орденцы. Однако в следующую секунду воздух стал ледяным настолько, что обжег легкие, а еще через мгновение посреди разрушенного холла возник растущий на глазах смерч. Натанус моментально убрал огненную стену и сделал шаг назад, в то время как Ирбис направил воздушную воронку на врагов. Волк медленно осел на задние лапы и Натанус встревоженно коснулся теплой ладонью лба хищника. Крис почувствовал, как от ладони брата пошел слабый магический импульс, который, пусть не полностью, но убрал боль и усталость, которые усилились после магического всплеска. Черная шерсть на груди пропиталась темной и вязкой кровью, что совершенно не нравилось Волку.  — Сколько мы здесь уже стоим? — глухо спросил он.  — Почти четыре часа, — усмехнулся Нат, зажимая раны на шее брата рукой и нашептывая заклинания.  — Еще немного, и будет полдня, — оттирая топор от крови, хладнокровно добавил Нил. — Кто-нибудь в курсе, когда на войне обеденные перерывы устраивают? Грюм сухо хмыкнул, отстукивая своей палкой замысловатый ритм. Создать такой мощный смерч самостоятельно Трай еще не мог; на это ушло бы слишком много сил. Но контролировать его он вполне был способен. Это давало остальным время на передышку, но и слишком долго играть с растущим ураганом было не самым легким делом. Так что орденцы не собирались долго рассиживаться за спиной Ирбиса. Приведя в порядок оружие и доспехи, и подлатав мелкие царапины, они снова приготовились к бою.

***

 — Все готово? Точно?  — Ради Мерлина! Я сто раз все проверил.  — И все-таки… А вдруг по дороге с ними что-то случится?  — Ты сам себя слышишь? Это же!..  — Да знаю-знаю, но все равно волнуюсь.  — Как и всегда, когда это особо не требуется.  — Что ты там бурчишь?  — Ничего… Ничего. Забирайся-ка лучше в седло.  — А у него спина не сломается?  — Мм?  — Ладно-ладно…  — Ну наконец-то. Отправляемся!

***

      Артур спустился в Отдел Тайн как раз в тот момент, когда Дамблдор с остальными орденцами запечатывали последние двери.  — Что-то случилось? — тут-же бросился к нему навстречу Люпин.  — Да, пожалуй, — одобрительно глядя на вспыхивающие в воздухе руны, кивнул мистер Уизли. — Нагайна хотела укусить Сириуса. Крис защитил его Магией Жертвы, и, в результате, взял удар на себя. Но это только полбеды. Кингсли дал ему противоядие, но оно почти не действует. Дамблдор едва не сбился, читая длинное заклинание, и руны угрожающе вспыхнули багровым всполохом. Старый волшебник усилием воли заставил себя сосредоточиться на запечатывании, и продолжил чтение дальше. Минуты шли ужасно медленно и, казалось, прежде чем волшебники почувствовали, как с потолка на них сыпется песок.  — Кажется, стены дрожат, — озвучил общую мысль Элфиас Дож.  — Кажется, наши лорды решили поиграть со стихиями, — хмыкнул Билл.  — Значит, дела плохи, — заключил Римус. Руны в воздухе вспыхнули и погасли, и Дамблдор опустил палочку, оборачиваясь к остальным.  — Пойдем скорее, — направляясь к лифту, бросил он. — Что там с Крисом, Артур?  — Кровь останавливается очень медленно, — ответил тот. — Бруствер говорит, это вопрос к Зельевару. И это при том, что он уверен, что зелье было не испорчено.  — Возможно, Кингсли прав, — пробормотал Дамблдор, пропуская орденцев в лифт.  — А Магия Жертвы? Может она иметь здесь место?  — Магия Жертвы призвана защитить другого человека, приняв на себя полагающийся тому удар, — покачал головой Альбус. — Но чтобы усилить действие проклятия или еще чего бы то ни было, это вряд ли. Возможно все же Кингсли прав. Крис должен как можно скорее отправиться в Ватэрок. Кстати, где он сейчас?  — Превратился в волка и пошел в бой, — убитым тоном ответил Уизли.  — А его раны?  — Все еще не зажили полностью.  — Мерлин Всемогущий! С этого и надо было начинать!