Любовь и Ненависть.

      Едва Дамблдор поднялся в холл, Трай убрал разыгравшийся вихрь, который еще сильнее разворотил здание. Свежие силы как никогда нужны были Ордену, но прежде чем вступить в бой, Директор подошел к Волку. — Ты как, Крис? — негромко спросил старый маг. — Я остановил кровь, но, похоже, не полностью, — ответил за того Натанус. — Здесь что-то не так. Что-то мешает заживлению. И даже мне нужно будет время, чтобы разобраться в этом. — Ты отправляешься в Ваэтрок, Крис, — твердо произнес Дамблдор, распрямляясь. — Немедленно. — Нет! — хрипло прорычал Волк. Маги удивленно вскинули брови. — Вы хотите сказать, что я должен в таком виде заявиться домой. Чтобы мама упала в обморок? — На мой взгляд она получит гораздо большее потрясение, если мы принесем домой твой труп, — холодно возразил Аберфорт. — Его нельзя аппарировать, Альбус. Да и здание накрыто антиаппарационным куполом. — Надо уходить отсюда, — бросил Директор. — К артефактам Том не пройдет. Мы собрали все важные аппараты в Отделе Тайны и запечатали его. Больше нас здесь ничего не держит. Надо отходить. Кентавры прикроют отступление. Крис… — У меня хватит сил, чтобы прорваться, — оскалился король. — По крайней мере пока я в волчьей шкуре. Дамблдор кивнул и, обернувшись к врагу, вскинул палочку. Орденцы окружили короля и Директора и приготовились идти напролом. Натанус убрал меч в ножны и достал палочку. Нил перекинул топор из одной руки в другую, и откинул его параллельно ноге. Трай поднял меч до уровня глаз, направив острие на противника. — «Экспульсо!» — начал атаку Дамблдор, и орденцы ринулись сквозь строй врага, швыряя во все стороны боевые заклятия. Крис разбрасывал Пожирателей и оборотней мощными ударами огромных лап, не рискуя уже применять магию стихии. Особо прытким он в два счета рвал глотку острыми клыками. Запах крови резал ноздри и сводил с ума. Глаза хищника ярко горели серебряным льдом, и уже один его вид наводил ужас на того, кто попадался у него на пути. Однако прорваться сквозь ряды магов, оборотней, вампиров, великанов и инфери было только половиной дела. Теперь Ордену приходилось уходить пятясь, так как противник бросился вдогонку уходящей добыче. Полуразрушенные улицы Лондона совершенно не устраивали Криса, как поле боя, так как из-за любого угла могли выскочить новые враги. Не говоря уже о том, что повсюду летали дементоры. Вдруг на землю упала огромная тень, и полуобвалившиеся стены домов обдала струя пламени. — Юху! — отшвырнув очередного вампира, крикнул Нат. — А вот и мой запасной план! — Феанор, я тебя убью! — прорычал Крис, замерев на месте и со все нарастающим ужасом глядя в небо. — Привет, ребятки! — раздался восторженный голос Хагрида. — А вот и мы с Норбертом! — С Норбертой, Хагрид! — перекрывая шум ревущего пламени, крикнул Чарли, который сидел на спине Опаловоглазого дракона. Следом за Норбертой и Опаловоглазым летела целая стая самых различных драконов, среди которых Крис узнал и свою старую знакомую Хвосторогу. Они летели, с громовым ревом изрыгая струи пламени, которые разгоняли инфери и Пожирателей, но в то же время могли навредить и орденцам. И тут Натанус совершил наверное самый безрассудный, по крайней мере на взгляд Криса, поступок. он убрал палочку и гордо выпрямился, встав на высокую груду обломков. Подняв над головой правую руку ладонью вперед, он зычно крикнул что-то непонятное, и огромные крылатые ящеры ответили дружным ревом, а потом начали кругами снижаться. Хвосторога опустилась прямо между лордом Гриффиндором и врагами, выпустив из пасти струю огня. Остальные ящеры окружили орденцев, создав живой щит, который, ко всему прочему, еще и дышал огнем.  — Забирайтесь к ним на спины! — смеясь, крикнул Натанус. — Они вмиг домчат всех до Ваэтрока! Крис злобно посмотрел на младшего брата, но, очевидно, выбора ему не предоставляли.  — А если такого Авадой сшибут? — кряхтя спросил Грюм.  — Так позаботьтесь о том, чтобы не сшибли, — скривился Лев. Пока что драконы великолепно защищались, и единственное, о чем думали Пожиратели, это как не зажариться от их огненного дыхания. Великаны и вовсе пришли в полный ужас, увидев огромных ящеров, и устроили настоящую панику, так что задачей номер два становилось не попасть под ноги, или под руки обезумевшим гигантам. Крис, недовольно ворча, забрался на спину к Опаловоглазому, устроившись позади Чарли.  — Как вы их выдрессировали? — спросил он первое, что пришло в голову.  — Спрашивай об этом у своего братца, — усмехнулся драконолог. — Он прислал с Хагридом какое-то зелье, которое мы просто должны были подлить в воду драконам.  — И ты доверил своих зверушек тому, что побывало в руках Хагрида?  — Хагрид бы сам не доверил таких зверушек абы чему, — рассмеялся Чарли. — Угадай, как он к нам в Румынию прибыл? Ни за что не угадаешь! Тоже на спине дракона. Того самого, что сторожил гоблинское золото в Горинготтс. Крис молча посмотрел на сияющую золотистым огнем фигуру лорда Гриффиндора. Так вот чем его братишка увлекается на досуге. Драконами. Двоих свихнутых на этом нам не хватало, подавай третьего. Но все-же нужно быть полным дураком, чтобы не оценить гениальность Феанора. Что-что, а здесь он отличился с королевским размахом. Лучше иметь драконов в своих рядах, чем в рядах противника.       Снейп и не ожидал, что они так быстро найдут почти готовое контрзаклятие. Проклятие «оживляющее» инфери было почти идентично проклятию, обращающему человека в дементора. Вероятно это был один и тот же раздел Темной Магии, который делился на проклятия живых и мертвых. В этот раз найти сей Северный Полюс посчастливилось — Снейп поначалу едва не рассмеялся — Неввиллу Лонгботтому. Модифицировать уже готовое контрзаклятие было гораздо легче, чем создавать одно из смеси чего-то совершенно постороннего. И тут уже за дело взялись уже натасканные в таких вещах Северус Снейп и Гарри Поттер. Правда прежде, чем они добились нужного им результата не один свиток пергамента был выброшен весь испещренный рунами и записями. Однако полностью закончить им так и не дал Добби.  — Драконы! — едва появившись, вскричал он. — Леди Горморн мэм, к замку летят драконы! Маги подскочили от неожиданности.  — Тебе точно не померещилось? — недоверчиво спросил Драко, на что домовик обиженно надулся.  — Добби не померещилось, — пробурчал он. — Много разных драконов летят к замку. И кентавры возвращаются. Волшебники переглянулись, а потом Снейп возблагодарил судьбу за свою привычку оставаться на месте, когда остальные начинают куда-то бежать всем скопом. В дверях библиотеки образовался такой затор, что Нейрон, оказавшийся более находчивым и безбашенным, чем взрослые, просто махнул во двор через окно. Снейп никак не отреагировал на это только потому, что мальчишка летал без метлы не хуже старших братьев и самого Зельевара, так что падение из окна ему ничем не грозило.  — Хагрид! — зазвенел мальчишеский голос за окном. — Там летит Хагрид! И Крис! И Дамблдор! Ура!  — Сейчас эти мальчишки у меня получат, — поднялась, наконец, со своего места Лили Горморн, и Снейп с трудом сдержал улыбку. Вместе с Леди Горморн он вышел во двор, над которым кружили драконы, по очереди спускаясь к воротам крепости. Соскочивший со спины Хвостороги Натанус тут-же рванул к Снейпу, попутно подмигнув маме, которая только закатила глаза и прошла дальше, к Дамблдору. Едва Лили осталась за спиной Льва, как веселое выражение на его лице сменилось встревоженным. И Зельевар тут-же насторожился.  — Мистер…  — С Крисом что-то не так, — тихо перебил его тот. — Так вышло, что его укусила Нагайна. Кингсли дал ему Ваше противоядие, но оно плохо помогает. Кровь до сих пор не остановилась. Даже я ничего не могу сделать. Снейп похолодел. Если уже такой чудо-целитель как Феанор встревожен, то дело и вправду серьезное. Цепкий взгляд черных глаз мгновенно нашел огромного черного волка, который, быстро ткнувшись носом в мамину ладонь, огромными прыжками подбежал к Мастеру. Учитывая, что вся шерсть была забрызгана кровью, понять чья она было очень трудно. Молчаливым взглядом указав на двери замка, Волк неспешно затрусил к крыльцу.  — Он…  — Видите-ли, — шагая в ногу с Зельеваромь пояснил Нат. — В аниформе Крис меньше подвержен боли и многим другим неприятным факторам. Но могу поспорить, что он свалится в обморок как только вернется в человеческий облик. Снейп поравнялся с Волком и бросил на него пронизывающий взгляд. Крис не спешил встретиться взглядом с Мастером, что уже навело Северуса на некоторые подозрения.  — И куда мы теперь, собственно говоря? — возвращая себе маску спокойного хладнокровия, спросил Профессор.  — В лабораторию, — ответил Лев. — Кингсли думает, что это что-то связанное с ядами. Так что — в лабораторию.  — И желательно до того, как маме сообщат о моем ранении, — в голосе Волка слышалось откровенное раздражение, и Снейп удивленно вскинул бровь. Что это так не нравится королю, что обычное спокойствие дало трещину? Впрочем, это наверное к лучшему. В лаборатории Крису пришлось таки вернуться в человеческий облик, и, в кои то веки предсказание Ната не сбылось; в обморок он не упал. Хотя был недалеко от этого. Снейп прошептал очищающее заклинание и не сдержал шипения, когда увидел раны на шее Лорда.  — Сонная артерия, слава Мерлину, не задета, хоть это хорошо, — проворчал он. Две дыры от клыков змеи, из которых не переставая сочилась кровь, располагались ближе к плечу, прямо под стоячим воротником туники, который был порван. Снейп и Натанус осторожно сняли с Лорда доспехи и тунику, и взгляд Северуса потемнел. На том месте, где Горморна еще несколько лет назад укусил Акромантул тоже открылась рана.  — Горморн, скажи, только честно, у тебя сильно болит рука? — с трудом сдерживая бессильную ярость, спросил Снейп. Кривая усмешка была ему ответом. — А раньше она болела? Упрямство, возникшее в обычно спокойном взгляде Криса было более чем явственным ответом. Глухо зарычав, Снейп запрокинул голову, запуская в волосы бледные пальцы.  — Ты меня в могилу сведешь, мальчишка, — прошептал он, направляясь к ближайшему столу за пробиркой. — Натанус, дайте своему брату Кроветворного. Нат послушно выполнил распоряжение Зельевара. Сам Снейп тем временем собрал кровь Криса в пробирку и ушел вглубь лаборатории, предварительно сказав Льву, чтобы он забинтовал раны короля. Когда Зельевар ушел, два брата переглянулись и разом тяжело вздохнули.  — Ну и влип ты, я тебе скажу, — пробормотал Нат.  — Пустяки, дело житейское, — обреченно улыбнулся Крис.       Через двадцать минут, когда в лаборатории уже собралось все население Ваэтрока, а Леди Горморн метала громы и молнии, Крис уже так не думал. Снейп только устало потирал виски, тяжелым взглядом сверля колбу с королевской кровью.  — Скажи честно, Крис, ты хоть иногда думаешь? — прищурившись, спросила Лили после окончания своей тирады.  — А это так обязательно? — не сдержался юный Лорд, и тут-же втянул голову в плечи. Плечи Северуса затряслись от беззвучного горького смеха. Лили выдержала паузу.  — Нет, не обязательно. Теперь у тебя есть старший брат, который всегда за тебя подумает. Только не забывай ему говорить вовремя, что у тебя опять с головой проблемы. Чего там, Северус? Снейп набрал в легкие побольше воздуха.  — Яд Акромантула, как сейчас выяснилось, не был до конца обезврежен и выведен из организма, — своим бархатистым рокочущим голосом заговорил он. — Оставаясь в крови Криса, он постепенно отравлял его. Магия Криса достаточно сильна, поэтому яд действует в разы медленнее, чем если бы на месте Криса был, скажем, Поттер. Но даже при таких обстоятельствах его разрушительные свойства нельзя не принимать во внимание. Кровь Криса сейчас слишком густая и темная, что для его возраста ненормально. Кроме того, у него уже нарушена регенерация тканей организма, и даже лекарственные зелья действуют гораздо медленнее, чем нужно. Кроме того, у яда Акромантула есть одно неприятное свойство: если он присутствует в крови человека, то все прочие яды, особенно натуральные, а не приготовленные в лаборатории, соединяясь с ним, получают еще большую силу. Пройди с того момента, как паук ужалил Криса лет десять-пятнадцать, и мы бы уже не смогли спасти его. Два яда бы убили его в первые несколько минут, если не секунд.  — Вот видишь, сынок, старший брат всегда за тебя обо всем подумает, — Лили тяжело вздохнула. — Ну почему ты раньше не сказал?..  — Так, хватит! — Крис рывком поднялся со стула, превозмогая вспыхнувшую в плече и шее боль. — Наверное было бы в сто раз лучше, если бы я вообще не возвращался живым с этой битвы. Лучше молчать о том, что у тебя что-то болит, чем выслушивать каждый раз такой разнос. Да я воин, в конце концов. И сейчас идет война. И на ней неизбежны раны. Да вообще, где это видано, чтобы мужчина не искал себе приключений на голову?! Уж поверьте мне, падать с коня и терпеть боль от ран гораздо легче и проще, чем слушать все эти возмущения. Да, я идиот, болван и все такое прочее. Только можно перестать устраивать эти выговоры. Я от них не исправлюсь. Несколько минут мать и сын сверлили друг друга одинаково упрямыми и сердитыми взглядами. Орденцы настороженно следили за ними, боясь нарушить воцарившееся молчание. Воздух, казалось, натянулся тонкой дрожащей струной, по которой пробегали электрические разряды, и эта струна каждую секунду грозилась лопнуть с оглушительным треском. Тишина звенела в ушах все нарастающим звоном, и гулкий перестук сердец казался невообразимо громким. Наконец, Лили разорвала зрительный контакт и покинула лабораторию так быстро, что никто не успел опомниться. Струна лопнула, но вместо громкого треска последовала тишина еще оглушительнее прежней.  — Ну и придурок ты, Крис, — ничуть не скрывая своей злости, выплюнул Натанус. Волк метнул в него странно пустой взгляд, а потом стремительно вышел, увернувшись от порывающегося остановить его Льва.  — Тебе же еще раны нужно повторно обработать, олух, — сквозь зубы проговорил Нат вслед умчавшемуся королю. — Ну вот, а потом опять нам достанется… Орденцы и отрядцы обменялись беглыми взглядами. На душе у всех было тревожно и туманно.  — Ты ведь разберешься с усовершенствованием противоядия? — негромко спросил у Снейпа Бруствер. Тот только молча кивнул, все еще сверля тяжелым взглядом колбу с темной кровью Криса. Кровь гулко стучала в висках и уже успела пропитать бинты на шее и плече. Боль пульсировала где-то в горле, вибрирующими волнами, расходясь к голове и плечу. Каждый вздох давался с трудом, словно еще минуту назад его пытались задушить. Но Крис уже давно плевал на свое здоровье, о чем сейчас уже начинал сожалеть. И вовсе не потому, что мог стать калекой. Широким чеканным шагом он летел по коридорам и лестницам, и каждый раз прибавляя скорость сам себя тормозил, отчего-то боясь обогнать, заглянуть в глаза и понять, что все слова застряли где-то на задворках сознания, а невыносимо горькое чувство вины все еще выжигает все внутри. Наконец, он остановился у высокого стрельчатого окна, чувствуя, что дыхание вот-вот сорвется в хрип, а во рту уже появился противный солоновато-горький привкус. Сплюнув, Лорд с кривой усмешкой посмотрел на темно-красные капли на полу, и крепко зажмурился, чтобы хоть как-то унять выстреливающую в виски боль. Ты придурок, Крис. Ты самый настоящий придурок. Уж в этом-то Нат точно не ошибся.