Скажи мне что-нибудь...

      Слоняясь по коридорам некогда обожаемой им школе, Джордж, понурив голову, продолжал корить себя за оплошность. Всё валилось из рук. В один день он не только навредил младшей сестре, но и стал сам себе противен. Он провалился с тем, что когда-то для них с Фредом было смыслом. Как можно жить за двоих, если Джордж не может создать чего-то нового? Всю оставшуюся жизнь пользоваться записями брата? Всю оставшуюся жизнь быть им?..       Уставший, Джордж уселся на подоконник. Настроение было прескверное и, что уже неудивительно, погода отвечала ему тем же. Он в сотый раз замечал, что за окном отражалось то, что было на душе: промозгло, зябко, отвратительно. Это не могло не радовать. Совместные настроения настраивали на соответствующую обстановку: дождь, гроза, буря, снегопад — хорошее оправдание перед людьми остаться дома и не показывать своего настоящего состояния. Вот и сегодня за окошком шёл снег стеной, в такую погоду на улицу и носа не покажешь, иначе мороз схватит своими цепкими пальцами. Излюбленная погода Грейнджер, к слову. И откуда он это знает?       Уизли тяжело вздохнул и облокотился на стекло, закрыв глаза. Чуточку подремать, дождаться, когда снег утихомирится, и потом можно будет трансгрессировать. Чем теперь заняться, что теперь делать Джордж не знал. Всё что у него было — их магазин. Всё что у него было — созданные вместе экземпляры. Всё что у него было — Фред. Теперь нет. Фреда нет. Сколько бы Джордж ни пытался стать похожим на близнеца — не выходило. И почему окружающие считают, что те — копия друг друга? Они не похожи, они безумно разные! Как можно было путать их друг с другом, считать, что после смерти Фреда ничего не изменится? Кажется, теперь все стали замечать различия между братьями. Фред — вечная заводила, от его хохота, казалось, в доме никогда не было тишины, он прекрасно справлялся с трудностями, он был душой компании и девчонки так и липли к нему. Джордж — скромняга ещё тот, но под стать брату, старался тому не уступать: наигранно смеялся, шутил, делал то, что нравилось Фреду. Не потому, чтобы угодить, а потому, что не знал себя. За все годы он старался быть точной копией брата, тем самым не слушая самого себя: что нравится, чем бы хотел заняться, с какими девушками встречаться. Он до безумия любил своего близнеца, после смерти того стало не по себе. Что делать дальше? Как теперь жить? — Привет, — звякнуло над ухом, заставляя Джорджа чуть вздрогнуть. Завидев Гермиону, парнишка лениво потянулся, все видом показывая, что размышлял над очередной проделкой, а никак не занимался самокопанием. — И тебе не хворать, — кивнул Джордж. — Можно присесть? — Гермиона указала на свободное место рядом с пареньком. — Рискни, — усмехнулся Джордж. В этот момент он точно самого себя по голове не погладил за свой резкий выпад. Рядом с другими Джордж продолжает быть Фредом Уизли, лишь наедине позволяя быть самим собой. — Ты как? В порядке? — услужливо проговорила Грейнджер, забираясь на подоконник. Джорджа уже обыскались, подняв на уши студентов, а он вот тут, оказывается, в самой дальней башне, чуть дремал, как ей показалось. — А как ты думаешь, Гермиона? Конечно, в порядке, — не говорить же ей, что завтра же, нет, сегодня закроет магазин и попытается заняться более важными делами. Чуть помолчав Джордж продолжил: — Как Джинни? — Её выписали, она даже была на ужине. По её аппетиту и не скажешь, что что-то с ней было не так, — Гермиона улыбнулась, попутно замечая, что глаза Джорджа просветлились. — Фух, — выдохнул близнец и взъерошил волосы, — какой же я… — Хороший, красивый, умный, прекрасный, талантливый, — перебила качества Грейнджер, — ты ведь это намеревался сказать? — Грейнджер, ты, как всегда, проницательна, — сделал комплимент собеседнице Джордж. — МакГонагалл выделила тебе кровать, в гостиной Гриффиндора ещё осталась парочка пустующих. — Я думал, что гриффиндорцы все вернулись. — Я тоже так думала, — задумчиво кивнула девушка, — как видишь, нет. Уже поздно, погода сегодня не радует… — Неужели и тебя? — подмигнул ей рыжеволосый парнишка. — Представь себе, — в тон ответила Грейнджер. Всё же Рон ни капельки не похож на Джорджа. И как она могла попытаться их сравнить? — Ты иди, я ещё задержусь немного. — Как скажешь, — Гермиона понимающе улыбнулась, слезла с подоконника и, поправив школьную форму, продолжила, — Забыла сказать… — Ого, Грейнджер и забыла? Что-то странное нынче творится, — съязвил Джордж, но под испепеляющим взглядом, приложил к губам палец и, пробормотав «молчу-молчу», жестом предложил Гермионе продолжить. — Тебя вызывает к себе МакГонагалл. Не смей явиться к ней сейчас. Она ждёт тебя утром. Не перепутай, — взмахнув мантией, Гермиона пожелала парнишке спокойной ночи и засеменила в сторону гостиной. Ей казалось, что они стали чуточку ближе друг другу. Как видимо, ей только показалось. — Добрых снов, — прошептал уже в тишину Джордж. Что с ним происходит? Так не вовремя в нём «включается» Фред. Меньше всего Джордж хотел обижать юную волшебницу. Именно рядом с ней становилось чуточку легче и спокойней. Знала бы это Анджелина, давно бы уже собрала свои вещи.       Точно, Анджелина. Он не предупредил, что пришлось сорваться в Хогвартс. Та наверняка не находила себе места и пыталась отыскать парня. Джорджу было не до записок, он торопился к сестре. Может сейчас отправить сову? Не стоит, погода ужасная сегодня, да и вообще…

***

      Свернув за угол, Гермиона прижалась к холодной стене. Она пыталась выровнять дыхание и неугомонное сердце, которое вот-вот норовило выпрыгнуть ещё там, когда она сидела на подоконнике рядом с Джорджем. Что между ними происходило, девушка не могла понять. Буквально летом они ещё могли обнять друг друга, а сейчас, спустя полгода, им не о чем поговорить. Гермиона заметила в близнеце колкость Фреда. Фред всегда воспринимал Гермиону только как подругу Поттера и его младшего братца. Видел в ней заучку, мешающую им вытворять в Хогвартсе то, что не соответствовало школьному уставу. Гермиона давно смирилась с этим, да и сама не тянулась за общением к близнецам, но после смерти Фреда она заприметила в Джордже нечто другое. То самое, что отличало от Фреда и, при жизни того, было незаметным. Джордж ни капельки не похож на Фреда. Джордж другой, и именно то самое другое привлекало Грейнджер. — Нашла его? — сильные руки схватили её, заставляя, тем самым, покинуть свои раздумья, и пообещать вернуться к ним чуть позже. — Да, он скоро придёт в гостиную. — Где он? — Рон не унимался. — Он скоро вернётся, — процедила сквозь зубы девушка, — дай ему ещё немного побыть одному. — Ладно, — буркнул Рональд и полез целоваться к девушке. — Рон! — Гермиона сузила глаза. Меньше всего ей хотелось сейчас целовать Уизли-младшего, когда все мысли занимал Уизли-старший, — не самое лучшее время для поцелуев. — Эм, а когда будет это твоё «лучшее время»? — Посмотрим, — Гермиона цокнула язычком, пытаясь убедить юношу, что просто хочет найти идеальное место и время не только для поцелуев, но и для кое-чего большего. Это «кое-что» Грейнджер откладывала на потом вот уже несколько месяцев. От одной мысли, что первым станет Рональд, губы сами по себе кривились. Ей было хорошо с ним рядом, но, наверное, Гермиона просто не готова стать женщиной. Страх не покидал девушку. Гермиона боялась самой себе признаться, что не готова. Не готова к тому, чтобы именно Рон стал её первым мужчиной.       Зайдя в гостиную, Гермиона принялась успокаивать Джинни с Гарри, что с Джорджем всё в порядке и тот скоро вернётся. Джинни выглядела здоровой, Гермиона так и не удосужилась поинтересоваться, что случилось с подругой. Жива и хорошо. Из головы не уходила мысль, что в том что произошло был виноват Джордж. Почему-то о нём она волновалась больше, чем о своей подруге. Резко встряхнув головой, Гермиона укорила себя в своей бессердечности и принялась расспрашивать Джинни о случившемся. И после этого Грейнджер смеет называть себя подругой? — Спокойно, только без ругани. Я живой, всё в порядке, — Джордж вскинул руки, тем самым останавливая ребят, которые норовили накинуться на близнеца с расспросами. — Мы волновались! — вскрикнула младшая Уизли. — Я знаю, но, поверь, я волновался больше вашего, — заверил друзей Джордж. Окинув взглядом Джинни, тот убедился, что с ней всё в порядке и облегченно выдохнул. Не то чтобы он не поверил Грейнджер, просто самому было необходимо удостовериться, что с сестрёнкой всё хорошо, — Джинни, извини меня, оболтуса. — Перестань, я уже всё забыла, — махнула Джинни и наградила Поттера укоризненным взглядом. И что, что пузырёк брата не подействовал, зато Гарри испугался за неё, признался в любви и попросил прощения. Не этого ли добивалась девушка? — Тебя МакГонагалл к себе вызывает, — Гарри решил, что Джордж точно влетит от директора. Ему не хотелось подвергать опасности не только близких, но и других. В тайне ото всех, он надеялся, что Джордж прикроет свой магазин. Поттер понимал, что усилий Джорджа маловато. Нужен Фред. Но того нет, а значит, не должно быть и магазина. Он относился к Джорджу как к брату, но жизни людей дороже отношений. Для наглядности, Поттер пожал руку Джорджу, показывая тому, что поддержит близнеца всегда и во всём. Только не сейчас. — Уже знаю, — хмуро улыбнулся Джордж. Разговаривать с друзьями не хотелось. Уизли было стыдно за себя. Не хотелось показывать свою слабость, — где я могу провести сегодняшнюю ночь? Неужели в комнате девчонок? — Джордж подмигнул Грейнджер, щёки той сразу стали пунцовыми. — Соседняя комната свободна, — Рон похлопал брата по спине и чуть подтолкнул того к лестнице, — пойдем, покажу.       Как только ребята скрылись из виду, Гермиона накинулась на друга: — Мог бы быть и повежливее с ним, — шикнула на друга Гермиона. — Но… — Ему сейчас несладко, ты же знаешь! Скажи спасибо, что он вообще пришёл в себя и вернулся в магазин! — не слушая друга, продолжала Грейнджер. — Гермиона права, Гарри, — Джинни чмокнула возлюбленного в щёку, — со мной ничего не случилось. Поверь, я так рада, что Джордж вернулся. Я не хочу снова видеть, как он страдает. — Убедила, — в знак согласия, Гарри кивнул. Да, у него не получилось создать что-то своё, значит нужно помочь Джорджу.       Распрощавшись с друзьями, Гермиона направилась в спальню. Оставив влюблённую парочку наедине, Грейнджер зашла в пустую комнату и, не раздевшись, рухнула на кровать. Её радовал тот факт, что Гарри с Джинни помирились. И ведь в этом заслуга Джорджа! Гермиона слегка улыбнулась. Наверное, сейчас Рон будет искать её. Обычно, вечера они проводили вместе: болтали, смеялись, целовались. Сейчас ей было не до этого. Почему-то не хотелось, чтобы Джордж увидел их с Роном вдвоём. Не хотелось, чтобы он воспринимал Рона с Гермионой как пару. Ведь те не пара. Просто им хорошо вместе. Было.       Грейнджер перевернулась на бок и закрыла глаза. Из головы не выходил близнец. Хотелось запустить ладонь в его поседевшую шевелюру, прижать к себе, как маленького ребёнка, и успокаивать. Что-то шептать невнятно, невпопад. Пускай. Главное, не отпускать, пока тому не станет легче. Никто так и не решился помочь Джорджу. Поговорить с ним на запретную тему, позволить тому побыть слабым. Никто не решился выслушать Джорджа. Сесть рядом, не спрашивая ничего, просто молча находиться с ним. Гермиона была уверена, что через несколько минут Джордж заговорил бы сам. Она видела, что тому не хватает этого. Но никто не хотел перешагнуть границу дозволенного. С этими мыслями, Грейнджер провалилась в сон.       За окном всё также шёл снег. Видимо почувствовав, что заставил парня своим напором остаться в Хогвартсе, снег утихомирился и стал убаюкивать близнеца, который в ту ночь так и не смог заснуть. Глядя в окно, Джордж Уизли пытался разобраться в себе и, наконец-таки, обрести себя настоящего.