Под тенью Фобоса

      — Ванесса, принесите мне, пожалуйста, кофе, — передал я своему секретарю через переговорное устройство и отпустил кнопку «Голос».       Мой рабочий день, равно как и рабочий день Ванессы, подходил к концу. Я решил не упускать последнюю возможность за сегодня заставить кого-то принести мне кофе, так как до завтрашнего утра придётся заботиться о себе самому. Уходить я не торопился. На сегодняшний вечер у меня уже были планы. Весь день я тщательно обдумывал, во сколько мне необходимо приехать на Лонг Роуд, чтобы встретить вчерашнюю незнакомку. Мне нужно было явиться туда в такое время, чтобы она уже была на месте, но чтобы никто не успел добраться до неё раньше меня. Это было не так-то просто: я был уверен, что если приеду раньше — она увидит мою машину и уйдёт, если позже…       — Ваш кофе, мистер Ривоуд, — в кабинет, улыбаясь, вошла Ванесса.       — Спасибо, — я встал со стола (дурная привычка, от которой меня не смогли отучить) и взял чашку с подноса. — На сегодня вы свободны. Хорошего вечера!       — И вам, мистер Ривоуд, — она вышла, игриво крутя бёдрами.       Я мечтательно вздохнул. После того, как я с позором вылетел с первого рабочего места, у меня появился принцип: никаких интимных отношений с коллегами. Хотя порой это было не просто, но каким-то чудом мне удавалось его придерживаться. Снова сев на край стола, я закурил и посмотрел на время: его у меня было, пожалуй, даже слишком много до запланированной встречи. Зазвонил сотовый. Я выпустил изо рта дым и ответил на звонок:       — Алло!       — Домой не собираешься? — Кевин как всегда не счёл нужным поздороваться.       — Ещё нет. А почему ты спрашиваешь?       — Захотел увидеться, а то даже мои подчинённые лучше меня знают, как ты поживаешь, — иронично бросил он в ответ.       — А! Хотел мне нотации почитать, — я хитро улыбнулся. — Не получится. Сегодня я занят. Может, Софи меня подменит? Папе с дочкой-подростком всегда есть о чём поговорить.       — Да уж, рыцарем ты бы не стал. И чем занят? Снова «свидание»?       Я поперхнулся кофе. Уже и так было ясно, почему брат позвонил, но я не думал, что он спросит об этом так прямо. Откашлявшись, я рассмеялся. На самом деле настроение было у меня не столь радужное: мне было уже за тридцать, но я как маленький ребёнок инстинктивно опасался, что брат начнёт меня отчитывать.       — Всё-то ты знаешь! Хочешь, угадаю, кто меня сдал? — я глубоко затянулся, поставил чашку на стол и затушил в ней сигарету.       — Ну, попробуй.       — Ни-и-икки, Ни-и-икки, Ни-и-икки, — протянул я, закинув голову к потолку.       — В точку, — произнёс Кевин и замолчал. По-видимому, ждал, что я начну оправдываться.       — Грёбаная женская солидарность, — в моём голосе прозвучало притворное огорчение.       С Николь Марш меня связывал не только брат. Пару лет назад, когда она только переехала в наш город, мы встречались, но ровно до той поры, пока я не почувствовал, что она пытается затащить меня под венец, то есть очень не долго даже по общепринятым меркам. У Никки был ребёнок от первого брака, и поэтому исключительно приятное время препровождение её не интересовало, так же как меня не интересует семейная жизнь. В то же время, отношения с ней были для меня самыми длительными со времён колледжа.       — Сам виноват, — констатировал брат. — Надо было думать, прежде чем ложиться с ней в постель. Так что? Снова встречаешься с той девушкой? Никки сказала, что ей семнадцать. Ты об этом знаешь? — засыпал он меня вопросами, не дав увести разговор в другое русло.       — Я не проверял её паспорт — это по вашей части. Ни с кем я не встречаюсь, просто есть срочные дела на работе, — соврал я, особо не надеясь, что Кевин мне так легко поверит: уж слишком богатый у него был опыт в общении с преступниками и детьми.       — Ну а завтра? — настаивал брат на своём.       — Пока не могу сказать точно, — мне хотелось как можно скорее закончить этот разговор, который вот-вот мог перерасти в очередное вправление мозгов (слишком строгий был голос Кевина). — Слушай, у меня правда проблемы в фирме, и пока я их не решу, со всем другим придётся подождать.       Особых проблем пока не было, так как контракт с «Сенга Фармаси» ещё находился в стадии обсуждения. Я просто не хотел, чтобы Кевин помешал моим планам.       — Что ж, ясно, — равнодушно ответил брат.       — Погоди, а как Тиша, как дети?       — В порядке. Не буду больше отвлекать, — произнёс он и повесил трубку.       Я почувствовал лёгкий укол совести за то, что обманул Кевина, вскоре сменившийся возмущением. Привычка старшего брата держать всё под своим контролем иногда порядком раздражала. Может быть, эта тактика хорошо подходила для воспитания детей, но я считал себя уже достаточно самостоятельным, чтобы обходиться без его поучений. Выкурив ещё одну сигарету, я вместо того, чтобы, как обычно по вторникам, пойти в спортзал, стал готовиться к предстоящей встрече. Время шло, и без двадцати десять я отключил компьютер и отправился на парковку. Подъехав через час к тому месту, где вчера подобрал девушку, я увидел, что она уже не одна. Какой-то тип схватил её за руку, по-видимому, желая получить то же, что и любой другой мужчина, оказавшийся на Лонг Роуд в это время суток.       — Эй, отвали от неё, козёл! — я вышел из машины и направился к ним.       — Пошёл на хрен! Найди себе другую шлюху — эта моя, — он дёрнул девушку. Они качнулись и чуть ли не свалились на землю. Парень был пьян в стельку. Я даже удивился, как он смог сюда доехать в таком состоянии (скорее всего, стоявший у обочины с распахнутой дверью водителя «Рено» принадлежал ему). — Я уже договорился с ней.       — Да мне плевать на это, — я подошёл ближе.       — Поцелуй меня в задницу, ублюдок!       Физический контакт между нами произошёл, но иначе, чем он предложил: я не задумываясь одарил парня прямым ударом в лицо. Он стал падать, таща за собой девушку. Я вовремя успел подхватить её и отодвинуть в сторону. Не дав парню прийти в себя, я схватил его за ворот и отшвырнул к «Рено». Он ударился спиной о переднюю дверь со стороны пассажира.       — Проваливай! — рявкнул я ему в след.       — Ты за это ответишь, мразь. Вот увидишь! — пригрозил парень, заводя машину и вытирая свободной рукой кровавую юшку из-под носа.       — Садись, — обратился я к девушке, когда его автомобиль отъехал, но она даже не шелохнулась. — Чего ждёшь? — я обошёл свою машину спереди. — Через пятнадцать минут он вернётся сюда со своими дружками. Представляешь, что они с тобой сделают? — попытался напугать её я, устраиваясь на сиденье водителя. Девушка по-прежнему стояла на том же месте. Пожалуй, упёртости в ней хватило бы на десяток ослиц. — Последний раз предлагаю — садись в машину, — я требовательно посмотрел на неё.       Девушка была одета в то же светло-сиреневое платье, что и вчера. После слишком длительных, на мой взгляд, раздумий, она наконец-то засеменила к машине. Я почувствовал еле заметное облегчение. Когда она опустилась в сиденье рядом со мной и пристегнула ремень безопасности, я выжал педаль газа. Автомобиль тронулся с места. В тишине мы ехали недолго: я услышал, как девушка осторожно шмыгает носом.       — Только реветь не надо, — предупредил я её.       Как и многие мужчины, я терпеть не мог женских слез. Даже Лиза никогда не смела плакаться мне в жилетку, хотя мы были очень близки и могли разговаривать о чём угодно. Девушка сжалась и приложила ладонь правой руки к шее.       — Я Энди. Хотя, ты, наверное, вчера слышала, — она молчала. — Слушай, я не кусаюсь. По крайней мере, не больно, — я подмигнул ей и улыбнулся как можно обворожительнее. На девушку это не произвело никакого впечатления. — Я тебя здорово выручил сегодня. Могла бы хоть имя назвать в благодарность, — безнадежно выпалил я, переведя взгляд на дорогу.       — Агнес, — произнесла она, и я почувствовал, как чья-то невидимая рука коснулась струн моей души, наиграв давно позабытую грустную мелодию. В эту секунду я понял, кого мне напоминала новая знакомая. — Меня зовут Агнес. Это настоящее имя, — добавила она с лёгким возмущением, видя, что я никак не реагирую.       — Знаю. Мою маму звали Агнес.       Девушка открыла рот, чтобы по видимому задать вопрос, который задают всегда, когда ты кого-то упоминаешь в прошедшем времени, но промолчала, за что я был ей очень признателен.       — Так где твой дом? Мне нужно знать куда ехать.       Она не отвечала. Мне уже порядком надоело выуживать из неё каждое слово. Бак был почти полный, поэтому я мог кататься по городу хоть до самого рассвета, ожидая пока до неё дойдёт, что я не опасен. Негромко включив радио, я достал из пачки сигарету и закурил. Девушка стала кашлять.       — Что не нравится? — произнёс я, опуская стекло со своей стороны. — Хреновая из тебя проститутка, — она со злостью дёрнула несколько раз ремень безопасности. Похоже, он прижал ей волосы. Держа сигарету в зубах, я подхватил ремень снизу и повёл рукой вверх так, чтобы оттянуть его. — Не порть машину.       — Спасибо, — пролепетала она, когда поправила причёску. — Спасибо, что… выручил меня… там.       — Пожалуйста, — ответил я, вздохнув. — Твои родители знают, куда ты пропадаешь по вечерам?       — Тебя это не касается, — обиженно огрызнулась девушка и пододвинулась ближе к двери.       — Смотри не вывались из машины, — съязвил я в ответ.       — Сто двадцать восемь, Растик Лэйн, — произнесла она, бросив взгляд на старомодные часики на руке, и осторожно добавила:       — Если ты не врешь, что повезёшь меня домой.       — А что с тобой ещё делать? — я громко рассмеялся.       Она надула губки и отвернулась к окну. Я с серьёзным видом посмотрел на дорогу, думая как начать разговор, ради которого явился на Лонг Роуд.       — Так значит, у тебя феноменальная память? — как я и ожидал, она даже не пикнула. — Не делай вид, что проглотила язык. Я вчера всё видел. Как это работает? Что ты можешь запоминать?       — Всё, что вижу, — с неохотой призналась она.       — Абсолютно всё? А то, что слышишь?       — Нет, только то, что можно увидеть. Даже если не заострять на этом внимание.       — Фотографическая память. Так и думал, — после работы я перечитал столько информации о человеческой памяти, что теперь мог защитить небольшую диссертацию. — А за какой отрезок времени?       — Какая тебе разница? — раздражённо спросила она.       — Не веди себя как маленький ребёнок. Я серьёзно спрашиваю. Если ты что-то видела, предположим, два дня назад, ты сможешь это вспомнить в мельчайших деталях?       — Смогу, — уязвлённо произнесла Агнес. — И если две недели назад — смогу.       — Слушай, у меня есть для тебя деловое предложение. Так как твоим нерадивым родственничкам похоже плевать, чем ты занимаешься…       — Засунь своё предложение…! — вспылила она.       — Дослушай сначала! — оборвал я её на полуслове. — Или вариант раздвигать ноги перед любым, кто покажет бабки, тебе по душе?       Она неосознанно поёжилась, опустив голову. Я сделал несколько глубоких вдохов и заговорил спокойнее:       — Твой талант — большая редкость. Я предлагаю тебе следующее: будешь вечером проходить по Лонг Роуд и просто смотреть по сторонам. Будем встречаться в час на шестьсот ярдов дальше от того места, где ты стояла вчера и сегодня. Буду платить тебе сотню за вечер — та цена, которую ты назвала, но не придётся…       Звук позвякивающего металла привлёк моё внимание. Агнес снова нервно играла с цепочкой сумки, лежащей у неё на коленях. Я почти автоматически перевёл взгляд выше — к декольте девушки. Её грудь выглядела достаточно аппетитно, хотя и не была большой (она с лёгкостью могла уместиться в ладонь). Мои сто долларов могли быть потрачены с куда большей пользой. Я незаметно тряхнул головой, гоня прочь неприличные фантазии.       — В общем, ты поняла. Только наряд другой выбери, чтобы к тебе никто не цеплялся. Согласна? — я протянул ей свою руку.       — Согласна, — она прикоснулась своей маленькой ладошкой к моей, и я мягко пожал её.       — Вот и славно, — настроение у меня улучшилось. — Ты видела что-то подозрительное сегодня?       Агнес стала изливать на меня бесчисленное количество информации. Будь я полицейским, то с её помощью мне удалось бы за вечер поймать несколько драгдилеров, торговца оружием, двух домушников и охапку мелких хулиганов в придачу. Когда она начала рассказывать про проститутку, не поделившую добытое со своим сутенёром, я понял, что так больше не может продолжаться. Я расхохотался, и Агнес замолчала, понурив голову.       — Поразительно! — произнёс я с искренним восхищением. — Только всё не то. Это моя вина. Я имел в виду, видела ли ты кого-то, не похожего на преступника, но ведущего себя не как обычный посетитель Лонг Роуд.       — Кроме тебя? — серьёзно спросила она.       — Смешно! — я улыбнулся. — Да, кроме меня.       Следующие две минуты в салоне не было слышно других звуков, кроме шума мотора и мелодии песни одной весьма популярной в начале восьмидесятых американской рок-группы. Мне становилось скучно, но торопить Агнес я боялся. Кто знал, как работала её память? Возможно, если её отвлечь, то она всё забудет. Чтобы скрасить ожидание, я вновь закурил. Агнес осторожно засопела на своём сидении. Вздохнув, я сделал несколько коротких затяжек и затушил недокуренную сигарету в пепельнице.       — За последние два часа я трижды видела одну и ту же машину, — она посмотрела на часы. — Все три раза с этим мужчиной были разные женщины. Он подъезжал к какой-нибудь, она садилась в машину, потом они уезжали, а затем он возвращался один за новой. Одну из них я встретила по пути. Она шла со стороны того места, куда ты возил меня вчера, — на этих словах она бессознательно пододвинулась ближе к двери.       — Как выглядел мужчина?       — Высокий, плечистый, тёмно-каштановые волосы, подстриженные примерно как у тебя, только немного длиннее. Ему около тридцати. На нём были надеты серые брюки и синяя рубашка. Автомобиль чёрный, с большими фарами. Наверное, дорогой, потому что красивый и я такие почти не видела.       Это было любопытно: хорошо одетый, молодой ухоженный мужчина на крутой тачке снимает дешевых шлюх одну за другой. Было похоже на то, что он их перебирал, но с какой целью?       — У женщин, которые с ним были, есть сходства во внешности? — спросил я. Агнес вновь задумалась, а потом покачала головой. — Встретишь завтра одну из них, попробуй поговорить. Вдруг у них одинаковые привычки или общие знакомые. Сможешь?       — Я постараюсь, — ответила Агнес, прижимая сумочку к груди.       — Только если заметишь кого-то ещё, особенно того мужчину, немедленно уходи. Ясно?       Автомобиль уже двигался по Растик Лэйн, и по просьбе Агнес, мы остановились около маленького антикварного магазинчика. Я приподнялся на сидении и достал из кармана брюк бумажник. Отсчитав сто долларов, я протянул их ей. Она покраснела, но взяла деньги и вышла из машины.       — Агнес, — окликнул я её. — Ты ведь не на этой улице живёшь. Уверена, что доберёшься до дома сама?       — Здесь не далеко, — нехотя ответила она и зашагала вдоль липовой аллеи.