Под тенью Фобоса

      Какого цвета автомобиль у Джерри? Какого цвета автомобиль у Джерри? Какого цвета…? Этот вопрос крутился у меня в голове всю дорогу, пока я окольными путями возвращался к месту своего последнего убежища. Я был уверен, этот вопрос будет первым, что я произнесу, войдя в квартиру Роберта Харви. Я ошибся.       Во дворе между тремя четырёхэтажными домами, выстроенными буквой «П» стояли полицейские машины. Почему-то у меня сразу возникло дурное предчувствие. Хотя в таком райончике, как этот, копы наверняка были привычным делом, мне отчего-то казалось, что они пришли именно за мной. Вполне вероятно, что кто-то из соседей заметил меня и, как и Дарлин, узнал. Я не хотел рисковать, поэтому оставил машину в переулке неподалёку.       Необходимо было попасть в квартиру Харви, хотя бы по тому, что там остался дневник Агнес. Кто знал, как им решит распорядиться этот журналюга? В мои планы не входило ставить Роберту палки в колёса и мешать его расследованию, но чёрта с два я позволю ему прославиться ценой жизни Агнес. У этого пройдохи и так было достаточно информации для громкой статьи, а то и для целой книги, если он хорошо постарается. Оставалось лишь найти способ проникнуть внутрь здания. Через парадную дверь мне было точно не войти.       Осторожно пройдя вдоль одной из стен, я нашёл открытое окно, которое вело в общий коридор. То, что дом находился в неблагополучном районе, шло мне сейчас на пользу: свет горел только в дальнем конце. Тихо, как мышь, я зашагал к лестнице. Слева у входных дверей раздался кашель. Я испугался и прижался к стене. Снаружи послышались голоса. Очень тихие, но это было двое мужчин. Скорее всего, копы. Я обогнул угол и, словно тень, взметнулся на третий этаж, где находилась квартира Харви.       Никого не было видно, но не стоило терять бдительности. Я стал бесшумно красться вперёд и не зря: у окна спиной ко мне курил ещё один полицейский. Он выглядел достаточно погружённым в свои мысли, чтобы я решился пройти за его спиной. Когда переступил порог дома Роберта и аккуратно прикрыл за собой дверь, я огляделся и понял, что все мои труды были напрасны. Лучше бы я сразу развернул машину и убрался прочь, когда увидел во дворе копов.       Роберт Харви лежал в кресле, раскрыв рот и безвольно свесив руки по бокам. Взгляд его неморгающих глаз был устремлён в потолок. Харви убили. Нет, не просто убили — растерзали. Как раз в духе такого шизофреника, каким меня выставляли все газеты нашего города. На секунду моё сердце наполнила жалость. Каким бы ни был Роберт – хитрым, эгоистичным, лживым – он был ещё слишком молод. У этого человека была впереди ещё вся жизнь, но его грудную клетку щедро начинили свинцом (намокшую от крови рубашку можно было хоть выжимать). Ради чего?       Я сделал шаг вперёд и под ногой что-то хрустнуло. Это были очки Харви. Опасливо оглянувшись в сторону двери, я прислушался. Было тихо, но копы могли войти в квартиру в любую секунду. Я как можно бесшумней кинулся к столу. Дневник пропал из коробки с моими вещами. Возможно, Харви его куда-то спрятал, узнав, что я позаимствовал его машину. На поиски времени не было: даже в такой каморке, как квартира Роберта, это могло занять несколько часов. К тому же, теперь дневник точно не пригодится журналисту, также как и его документы, относящиеся к расследованию. А вот мне они ещё были нужны, но груда бумаг тоже куда-то исчезла.       Я осмотрел стол, книжные полки и заглянул под кровать. Даже желтой папки с фотографиями предполагаемых жертв нигде не было видно. Похоже, Харви ничего не прятал. Кто-то забрал все материалы по делу о маньяке с Лонг Роуд. Сложно было сказать, кто именно это сделал: их мог взять убийца Харви или полицейские. Теперь было уже не важно — мне их всё равно не получить.       Выпивка заканчивалась. Нужно было пополнить запасы. Наверняка в аптечке Харви имелись требующиеся мне препараты. Я прошёл в ванную и открыл висевшую на стене аптечку. На второй полке стояла коробка с небольшими пакетиками обезболивающего в порошковой форме, как будто припасённых специально для меня. Возможно, так оно и было. Должен же был Харви меня чем-то ставить на ноги после аварии! Я посмотрел через плечо на тело в кресле. Лучше бы Роберт проехал мимо меня.       Закинув охапку пакетиков в карман, я прошёл к двери. Рядом с ней стоял холодильник. Перед тем, как отправиться на Лонг Роуд и встретиться с Дарлин, я немного пошарил по нему в поисках чего-нибудь съестного. Помнится, я увидел на боковой дверце начатую бутылку виски. Пообещав мёртвому Харви, что выпью за упокой его души, как только окажусь в безопасности, я не очень аккуратно перелил алкоголь в фляжку и вышел в коридор. Теперь нужно было сматываться и как можно скорее. Добравшись до лестницы, я услышал этажом ниже голоса. Кто-то шёл мне навстречу. Справа был небольшой чулан, где хранились метёлки и вёдра для уборки. Я спрятался в него.       — Машину нашли разбитой у дороги, но тело найдено не было. Следы шин вблизи места аварии вывели нас на некоего Роберта Харви, но соседи говорят, что самого Энди с ним не видели. Слышал, капитан Ривоуд заставил секретаря обзвонить все больницы. Надеется, что он жив.       — Если бы мы могли его найти! — ответил знакомый голос. Готов поспорить, он принадлежал Джерри МакФлинну. — На счёт проституток я, может, и ошибся, но этот журналюга точно его рук дело.       — Жаль мистера Ривоуда — он хороший человек, а с братом так не повезло.       — Везение здесь ни при чём, — гордо сообщил Джерри. — Он его воспитывал и, видимо, плохо.       Я услышал, как полицейские вошли в квартиру Харви.       — Лужа какая-то, — протянул один из офицеров. — Холодильник что ли течёт?       — Очки! Он был здесь! — воскликнул МакФлинн. — Чёрт, небось, дневник искал.       Не став дожидаться его последующих выводов, я выбежал из чулана и бросился вниз по лестнице.       — Не дать ему уйти! — раздавался за моей спиной крик лейтенанта.       Спуститься на первый этаж я теперь не мог — полицейские, находившиеся до этого на улице, уже перекрывали мне путь. Пришлось свернуть с лестницы. Дом был старым, коридоры — узкими, а соседи — недружелюбными (вряд ли бы кто-то стал меня укрывать от преследователей в форме), но кое-какие недостатки этого ветхого строения вновь играли мне на руку: без труда я выломал первую попавшуюся дверь слева. Из кухни выглянула темноволосая девочка лет шести в длинной ночнушке, перепачканной красками. По возвращению домой её родителей ждало как минимум два неприятных сюрприза.       Я бросился к двери на балкон. Это был второй этаж, и я надеялся, что, уцепившись за нижнюю часть ограждения балкона, повисну над землей на достаточной высоте, чтобы не переломать себе ноги, когда сигану вниз. В детстве мы с одноклассниками ходили на заброшенную стройку, и я на спор прыгал через дыру в полу на другой этаж. Когда Кевин узнал об этом, то провёл со мной двухчасовую беседу о возможных последствиях таких забав. Собственно, с тех пор я и не повторял подобных трюков, но хотелось верить, что мои кости до сих пор достаточно крепкие.       Перегнувшись через перила, я понял, что допустил ошибку в расчётах; в некоторых старых зданиях, таких как это, потолки были выше, чем в современных постройках. От пола балкона, на котором я стоял, до земли было не двенадцать футов, а чуть больше пятнадцати. Я замялся, но звук выстрела и последовавший за ним звон падающего стекла помогли мне принять решение. Перекинув одну за другой ноги через поручни, я уцепился за решётку и повис на руках. Я уже не видел балконной двери, но услышал, как она распахнулась. Не дожидаясь, пока со мной «поздороваются», я прыгнул.       Ступни и икры заболели. Пошатнувшись, я прильнул к стене дома, чтобы в меня не могли попасть, стреляя с балкона. Наверху слышались крики и возня. Они собирались спуститься по лестнице. Я не сомневался, что никто не захочет повторять мой идиотский прыжок. У меня было меньше минуты, чтобы скрыться. Быстро оглядываясь по сторонам, я заметил слева багажник автомобиля Харви. Его машину наверняка будут искать, но я не умел угонять тачки, а к этой у меня имелись ключи.       Осторожно выглянув из-за угла, я заметил рядом с «Фордом» офицера полиции. Необходимо было отвлечь его хоть ненадолго. Присев за мусорный бак, я вытянул из него пивную бутылку и бросил её в противоположном от офицера направлении. Тишину тёмной улицы разрезал звук разбившегося стекла. Полицейский обернулся и, достав пистолет, медленно двинулся вдоль тротуара. Я надеялся, что коп будет идти быстрее, а так он гораздо раньше поймёт, что его пытаются обвести.       Пришлось идти на суровые меры. Я резко вынырнул из своего укрытия и набросился на офицера сзади. Обхватив горло копа рукой, согнутой в локте, я стал тащить его в переулок, где до этого прятался. Мужчина задыхался. Когда он перестал трепыхаться, я осторожно опустил его на землю и нащупал на его шее пульс. Живой. Вскоре отдышится, но за нападение на полицейского меня по головке никто не погладит.       «Додж» серого цвета. Был ли он среди машин, окружавших дом? Наверняка был, и наверняка в нём (может быть на заднем сидении или в багажнике) лежала коробка с собранными Харви материалами и кое-какими моими вещами. Джерри сразу догадался, зачем я пришёл, значит, дневник был у него. Теперь я не сомневался, что Агнес в день исчезновения села в его машину.       МакФлинн ненавидел меня из-за того, что было между мной и Николь Марш, но старался не думать об этом, ведь прошло почти два года с тех пор, как мы разорвали наши отношения. Вечеринка в «Голден Гейт» убедила его в том, что между нами ещё не всё кончено. Я был уверен, что он видел, как мы с Ники целовались, а потом вместе ушли из паба. Джерри не законченный идиот, и прекрасно понимал, чем мы будем заниматься дальше. Ему очень хотелось бы оказаться на моём месте в ту ночь. Под действием ревности и алкоголя, он решил отомстить мне доступным ему способом.       Что связывало лейтенанта Джерри МакФлинна с главой научно-исследовательского центра «Сенга Фармаси» Стивеном Майлсом? У меня пока не было ответа, но я знал, что Джерри отвёз Агнес к нему. Доверчивая, словно ребёнок, она, наверное, даже не подумала о том, что добропорядочный полицейский не должен был садиться за руль в пьяном состоянии. Боже мой! На её месте могли быть Лиза или Софи, или даже Энни. Они всё ещё могут оказаться на её месте, если не остановить ответственных за смерти на Лонг Роуд.       Я кинулся к машине Роберта Харви и завёл её ещё до того, как закрыл за собой дверь. Из-за угла дома показались мужчины в форме. Со стороны внутреннего двора раздался вой сирены. Я нажал на педаль газа и поехал прямо на офицеров. Они не стали надеяться на мою адекватность и отскочили в сторону. Шумно свернув на соседнюю улицу, я разогнался до четвёртой скорости и направил машину к окраине города.       Автомобиль Харви ездил лучше, чем выглядел. Сейчас и то, и другое помогало мне: грязный тёмно-синий «Форд» девяносто седьмого года выпуска не привлекал внимания прохожих, даже мчась на скорости пятьдесят пять миль в час. Кое-как, но мне удалось уйти от полицейских. Правда, увидь Харви, что стало с его машиной после погони — пристрелил бы меня без малейшего сожаления. Вспомнив о данном ему обещании, я засыпал в фляжку пару порошков обезболивающего и, ставшим уже привычным жестом, взболтал ёмкость.       — Покойся с миром, Роберт Харви, — я сделал несколько глотков, виски обожгло горло. — И спасибо, что не переехал меня на этой самой тачке.       Я спрятал фляжку обратно в карман куртки и отрешённо посмотрел на звёздное небо, сквозь ветви деревьев. У меня не было ни малейшего представления о том, где можно спрятаться и куда дальше двигаться. Неожиданно заработало радио:       — Пора… — шипение. — Э-э-энди, — женский голос, — вернуться туда, — снова баритон ведущего, — где всё начиналось, — закончила Агнес.       В магнитоле что-то щёлкнуло, и она задымилась.