- Ты кто? - Я твоя совесть.

      Ауч! Башка трещит, как… ммм, не будем вдаваться в подробности. Так, а где это я? Что за… Дамблдор?! — Ты уже очнулся, Том? Замечательно. Как ты себя чувствуешь? — Альбус сел в кресло напротив дивана, на котором, собственно, лежал я. — Да вроде неплохо. Профессор, а как я здесь оказался? — надо было играть паиньку и скрывать мысли. Вряд ли старику понравиться то, о чём я спрашивал Слизнорта, и то, что я создал первый свой крестраж, который надо будет отдать кому-нибудь из Внутреннего круга. Не думаю, что кто-то догадается, что обычная тетрадка является вместилищем части моей души. — Я еле вытащил тебя из-за Грани. Ну и доставил же ты проблем, Том. Хотя и твоя старшая версия не лимонная долька, — устало потёр виски Альбус, откинувшись на спинку кресла и хитро смотря на меня. Это мне не нравится. Очень не нравится. — О чём вы, профессор? — неужели что-то случилось, когда я шёл на очередное собрание? Блин, только бы директор не пронюхал про них. А вдруг пронюхал? Или хуже того, узнал про крестраж! — Мне очень жаль, Том, — покачал головой Дамблдор, а у меня руки затряслись от страха. — Ты, мой мальчик, — часть души своей старшей версии. Ты — крестраж, точнее то, что от него осталось. — Фух… Что?! Что значит — я крестраж?! — Том, — в глазах директора плескалась жалость, — сейчас 1996 год. Ты — первый крестраж Волан-де-Морта. После тебя Том-старший разделил свою душу ещё шесть раз: медальон Слизерина, диадема Кандиды Когтевран, кольцо Мраксов, змея Нагайна, чаша Пенелопы Пуффендуй, ты и Гарри Поттер, который развоплотил его на четырнадцать лет. Сейчас Волдеморт воскрес и обезумел. Он напал на Министерство Магии, убивает магглов и магов… — Чтооо?! — информация усваивалась быстро и гладко, поэтому успокоился я сразу. Ну, стал крестражем, подумаешь. Раз я здесь, значит есть шанс перехватить власть у обезумевшей старшей копии. — Но есть проблема — у тебя нет тела. Если быть точнее, то ты — бесплотный дух, часть искалеченной души. И обратно в дневник я не могу тебя вернуть, потому что он уже уничтожен ядом василиска, впрочем, как и сама змея. — Вы убили Васю?! — вскочил я. Да он был мне как брат! Единственная близкая душа, успокаивающая, дающая дельные советы и стебающаяся надо мной, когда я совсем уж раскисал. Я хотел сделать его своим фамильяром, но, видимо, лишившись части души, я-старший то ли забыл об этом, то ли не захотел. А теперь мне тут впаривают то, что он убит! Ну, сволочи же! — Гады. — Он чуть не убил учеников и Избранного. — Избранного? — а вот это уже интересно. Давай, старик, рассказывай мне, я же всего лишь часть души шестнадцатилетнего мальчишки. — Гарри Поттера. Было предсказание. Оно хранилось в Министерстве, но после сражения Ордена Феникса и Пожирателей Смерти оно разбилось, Гарри чуть не погиб, а Волдеморт затаился. Бедный Северус приходит с собраний очень уставшим и пьёт зелья галлонами, — Альбус всегда искал в людях лучшие их стороны и, видимо, решил, что я на его стороне, раз я первый из крестражей, не тронутый безумием. Безумием я не тронут, но всё же я — часть души себя старшего, и всё так же мечтаю о господстве и управлении Министерством, о новых указах и законах. Надо лишь вправить мозги своей старшей версии и обрести тело, а там я уже разгуляюсь. — Так Северус всё же вошёл в ряды Пожирателей? — Да. Во Внутренний круг приближённых. Он докладывает мне всё, что там обсуждается. Он, кстати, сейчас там, — Альбус заварил чай и теперь прихлёбывал его. Что?! В моих рядах шпион? Предатель? Надо будет подумать на этот счёт. Внешне я остался совершенно спокоен и спросил, где моя обезумевшая версия, после чего отправился туда. Это было странно: не чувствовать земли под ногами, напряжения мышц, проходить сквозь стены. А на меня не обращали внимания — мало ли, куда забрело привидение. И тут я случайно пролетел сквозь кого-то. — Прошу прощения, я… — на меня уставились ошарашенные зелёные глаза. — Т-том Реддл? — рядом с чёрноволосым парнем испуганно икнул рыжеволосый, а я скривился — предатель крови, никогда не выносил их. — А ты… — вопреки всему, я не помню, как моё вместилище уничтожали, и что было перед этим. Последнее, что я помню, это усталость тела, перемазанного в крови при ритуале создания первого своего сокровища — крестража. — Гарри Поттер. Я уничтожил дневник, как ты… — Избранный? Это ты убил моего Васю? — нахмурил я брови. Мерлин, ну почему именно сейчас у меня нет тела? Так хочется врезать этому пареньку посильнее, за своего почти фамильяра. — Кого? — Гарри силой сдерживал куда-то бегущего рыжика. — Рон, успокойся. — Что значит успокойся? Это же Тот-Кого-Нельзя-Называть! — Что, серьёзно? — скептически выгнул бровь и посмотрел на Избранного. — А ты тоже носишь какой-нибудь дурацкий титул? — Мальчик-Который-Выжил, — фыркнул Поттер и приложил Рона Силенцио и Петрификусом. — Так кто ты? — Я — первый крестраж тупицы старшего, Том Реддл. Но я не опасен и вообще тела у меня нет, как ты заметил. — Ага. Ясно. Ладно, мы пойдём, — Поттер быстренько Обливейтил друга и потащил того в сторону Хогвартса. — Передай директору спасибо, Избранный, — крикнул я, уже просчитывая, чем может мне помочь дружба с этим парнем. — Окей. Зови меня Гарри.

***

      Что? Это? За? Болото?! И это мозги Тёмного Лорда? Блин, придурок, он что, не видит отвращения на лице этого мужчины? Не удивительно, с такими-то мозгами. — Что, серьёзно? — не вытерпел я. Волдик как-то весь вздрогнул… и тут такие мысли у него стали появляться! Не мозги — мусорка. Ага, как же, сам Дамблдор будет лезть к тебе в мозги. Да даже такой как директор побрезгует в ЭТОМ копаться. Ясно, почему он меня вернул. О, ещё лучше. Поттер, конечно, может изучить окклюменцию, но вряд ли (если он её ещё поймёт) он смог бы выучиться ей на таком уровне за четыре года. Минимум за семь. Он что, не смотрел «Звёздные войны»? Да он отсталый чувак совсем. Ооо, святые яйца Морганы. В смысле, Дамблдора… то есть… ну, в общем, понятно всё. Итак, приступим к операции «Совесть для душевнобольных». Три, два, один, пуск.