Blue Ocean Floor

      Ву Ифань смотрел в пространство, явно не понимая, что он делает в этом убогом, богом забытом медучреждении.       - Господин Ву, вы же понимаете, что я обязан сообщить об этом в полицию?       Альфа пустыми глазами смотрел на разозленного незнакомого врача, который наблюдал за лежащим на кровати в палате из окна прооперированным избитым и изнасилованным молодым мужем сына известного бизнесмена Шанхая. На его лице явно выражено чувство полнейшего безразличия ко всему, что тут происходит и о чем говорят проходящие по коридору незнакомые люди. Он все еще был под действием наркотиков и не соображал, бессвязные мысли то и дело летали в непонятном бушующем движении в голове, сердце стучало как сумасшедшее, готовое выпрыгнуть из тела, Ифань даже не слышал врача, который семь часов боролся за его жизнь. Следом на лице расплылась глупая счастливая улыбка, ему вдруг представилось, как он прыгает по пушистым ватным облакам, как щурится от весеннего теплого солнышка, а держит за руку любимого Дуна-Дуна.       На лице талантливого хирурга Лу Ханя отражалось ни с чем не сравнимое дикое презрение и отвращение. Его руки заметно подрагивали, хотелось закурить, успокоить расшатавшиеся нервы, но еще больше он старался держать себя в руках и не наброситься на эту тварь и убить. Хирург никогда не испытывал такой ненависти к людям, как сейчас. Даже в страшном мне не может присниться, чтобы так надругались над совсем еще юным омегой. Если бы он мог сейчас, то, несомненно, набросился бы. Он не скрывал своего отношения к наркоману, но тот все равно не замечал этого, ему было попросту не до этого: одни иллюзии заменялись другими. Но его интересовал другой вопрос: как он будет себя вести, когда станет более адекватным, ведь ломать его начнет уже совсем скоро.       - Господин Ифань, вы слышали, что я вам говорил пятнадцать минут назад?       - Да. Он еще жив?       Хирург в очередной раз убеждал себя, что нельзя просто так наброситься на незнакомого человека и ударить, но это равнодушие в глазах к своему мужу, ни капли интереса в его словах говорили ему о многом: Ву Ифань желал смерти несчастному омеге. Больше не в силах сдерживаться он ударил альфу прямо в лицо. И плевать, если его уволят. Ву младший этого достоин. Будь его воля, он бы сам убил этого ублюдка.       - Да, жив, ты, сволочь. На зло тебе! Ты понимаешь, что сотворил со своим мужем?! Ты человек?! Он в коме! Твой муж может не выжить!       - Ясно, — это все, что сказал Ву, стирая с разбитой губы кровь, и продолжал смотреть в окно палаты, где лежал омега, подключенный к аппарату жизнеобеспечения.       Руки хирурга дрожали. Он впервые не сдержался. Даже сейчас этот подонок вел себя как ни в чем не бывало. Команда врачей семь часов боролась за жизнь этого мальчика, который, скорее всего, на всю жизнь останется травмированным морально, если его не спасет смерть. Если бы не его дружба с отцом Ифаня и не помощь в создании этой высококлассной клиники, Хань непременно сообщил бы в полицию.       - Исин!!! Что с моим братом, Хань?! Он жив, скажи мне! Что случилось с ним?! — раздался крик. Ифань повернул в голову и увидел его, Сюэ Дуна. Он плакал, бледное лицо было все залито слезами. Ифань ждал хоть какого-то внимания к себе, но так и не удосужился ничего. Он всегда был никем для омеги и так и им останется, что бы ни сделал. Альфа бредил им еще со студенческих лет, когда их пары экономики стал вести молодой, красивый и талантливый преподаватель. Он с первого раза покорил его холодное сердце. Пусть между ними была разница в пять лет, это ничуть не смущало Ифаня. Попытки ухаживать, пригласить на свидание, подарки, цветы, — ничто не помогало. Поэтому когда он узнал, что его отец встретил именно того омегу, которого так хотел его сын, и решил жениться, как с цепи сорвался: разгульная жизнь, дешевые клубы и алкоголь, легкие наркотики, разовые связи в многочисленных мотелях и в прямо в машине, доступные проститутки… Ифань был воплощением всего разврата, что можно только придумать. Он, пьяный, даже как-то хотел соблазнить уже мужа своего отца, но получил лишь унизительную оплеуху и презрительный взгляд. А еще его противный младший братец, который смотрит на него влюбленными глазами. «Все омеги — лживые суки, которые только и пытаются лечь под богатый мешок с деньгами», — думал альфа тогда, видя, как Исин пытался привлечь его внимание. И чтобы досадить Сюэ Дуну, Ифань быстро переключился на него, еще школьника Исина: показные свидания, ухаживания, соблазнение и последующая принудительная свадьба. Но все это довольно быстро надоело Ифаню, он как ненавидел братьев, так и сейчас не выносил их присутствия и хотел, чтобы они страдали. Альфа не прогадал с Исином. Ох, как Сюэ Дун сейчас прыгал вокруг двери палаты лежащего под капельницей любимого младшего братика и пытался ворваться к нему! Это не могло не радовать. Пусть смотрит и плачет.       - Он жив, Дун, — пытался успокоить его Хань, гладя того по плечам. — Но очень в тяжелом состоянии. Исин в коме, я даже не могу вам гарантировать, сможет ли он выжить или нет. Мы еле спасли его…       - Что?! — Сюэ Дунь зажал руками рот, чтобы сдержать крик, и наконец-то перевел взгляд на Ифаня, смотревшего на него выжидающим взглядом. — Это ты! Это ты!!! Что ты сделал, тварь?! — и набросился на него кулаками, но врач его сдерживал. — Ты убил его!!! — Ифань наслаждался его реакцией.       - Что происходит? — раздался властный голос.       - Ой, а вот и папа! — рассмеялся Ифань, видя своего отца.       - Мин, он убил его… — плачет, повиснув на Хане, Сюэ Дун.       - Лучше нам пройти в мой кабинет. Посторонние уши нам не к чему, - сказал он Ву старшему.       - Да, пройдемте.       Через пять минут они уже оказались в кабинете Лу. Сюэ Дун не мог остановиться, утешаемый мужем.       - Исин в коме, — всхлипывал омега в объятиях Сяо Мина.       - Все будет хорошо, милый. Успокойся, Исин обязательно поправится, — убеждал мужа бизнесмен да и себя, наверно, тоже. Альфа был сильно встревожен состоянием малыша Исина, он был ему как сын. Невозможно представить, что будет с Дуном, если умрет его брат. Да и он сам. Ву старший не знал, как жить без этого милого и доброго мальчика, всегда с теплотой относившегося к нему, но сдерживал свои эмоции, хоть кто-то должен быть рассудительным в их семье.       Хирург дал обоим стакан воды с валерьянкой.       - Хань, что случилось? Только правду.       Доктор Лу не знал, как убитый горем омега отреагирует. Ему и самому было тяжело, когда увидел знакомого юношу.       - Мы сделали все, что могли. Лучшие врачи сражались за его жизнь. Он был очень близок к смерти. Исин еле дышал и … Он пережил клиническую смерть. Когда его привезли к нам, он уже потерял слишком много крови. А сейчас твой зять подключен к аппарату жизнеобеспечения. Сяо Мин, я обязан сообщить в полицию, но только из уважения к тебе и твоему мужу не стал этого делать. Исин может не выдержать. Даже если и случится чудо, я не ручаюсь за его психику.       - Спасибо, Хань. Если что-то нужно, ты только скажи.       - Что случилось с моим братом?!       - Сюэ Дун, дорогой, пожалуйста, не кричи.       - Как ты можешь быть таким спокойным?! Исин умирает! Это все он! — указывает пальцем в Ифаня. — Он убил его!       - Прекрати! Он еще не умер! Он жив! — накричал на мужа Сяо Мин.       - Дун, тебе больно, знаю. Но и мне сейчас говорить об этом тяжело. Поверь мне.       - Прошу, Хань, расскажи мне.       - Я… хорошо. Твоего брата привез ваш водитель, Ифань был с ним. Когда он принес его, я даже не с первого раза понял, кто это. И только потом… Дун, Мин… Исин был весь в крови, завернут в одеяло. Судя по всему, его жестоко избили и изнасиловали… многократно…       - Боже… Братик… — Сюэ Дун уже не сдерживал себя и в голос горько ревел.       - Это еще не все…       - Разве что-то может быть ужаснее, Хань… Зачем ты это сделал, Ифань… — сжал кулаки Сяо Мин, не желающий верить в то, что его сын — бездушный монстр. — Он ведь так любил… — осекся на секунду, но тут же исправился, — любит тебя.       Они уже все говорили об Исине в прошедшем времени. Даже странно.       - Мин, это было групповое изнасилование, поражающее своей жестокостью. Все внутренние органы Исина повреждены и очень серьезны: разрыв связок, сломаны кости и многое другое, о чем даже я не хочу говорить и думать. Такое трудно услышать. Если и он выживет, то ему понадобится долгая психологическая помощь, не год или два, а многие годы, понимаешь? Честно говоря, я не очень уверен, будет ли психически здоров. И…       - Почему?.. За что так с Исином… Мин, он выживет? Обещай, что Исин выживет! Или я сам убью твоего сына и отправлюсь в тюрьму! Мне плевать! — Ифань только молчал, выслушивая все эти крики. Медленно в его голове начала проясняться ситуация. Перед глазами так и всплывали моменты, как он издевался над своим мужем.       - У него сломаны запястья. Полагаю, его приковали наручниками к кровати или куда-то еще. Не знаю. Я… Они — звери, даже хуже, никто не смог бы так поступить с мальчиком. Его жестоко избивали, Мин, долго, пичкали алкоголем. У него лицо было все в крови. Шея вся в синяках. Они душили Исина и вконец вкололи какие-то наркотики!!!       - Ты не достоин жизни, мерзавец!!! — закричал Сюэ Дун и, вырвавшись, набросился на Ифаня. Ничего уже непонимающий, весь во власти ярости и ненависти омега бил кулаками в лицо Ву младшего, пинал ногами и пытался задушить. Ифань даже не сопротивлялся. Он все вспомнил. Все так, он заслужил все это. — Я убью тебя! Я сделаю так, чтобы ты сдох! — очнувшийся Сяо Мин принялся оттаскивать разъяренного мужа, но у него мало что получалось. Только Лу Хань, вколовший ударную дозу успокоительного омеге, смог ему помочь.       - Он сейчас уснет.       - Спаси Исина, Мин, пожалуйста. Я не смогу жить, зная, что моего братика больше нет. Прошу тебя… — сонно пробормотал омега, захлебываясь в слезах в объятиях мужа. — Иначе я, правда, убью твоего сына. Он за все должен ответить, Мин…       - Обещаю, любовь моя. Все будет хорошо, спи, — прошептал Сяо Мин, уложив Сюэ Дуна на диванчик.       - Мин, я должен еще кое-что сообщить, — произнес Лу Хань, убеждаясь в том, что омега спит.       - Есть еще что-то… — начал ошеломленный произошедшим бизнесмен.       - Исин был на седьмой неделе беременности. Твой внук умер. Прости… Он пришел к нам в прошлом месяце и просил ничего не говорить. Он так хотел этого ребенка… Он хотел сделать всем сюрприз, но… Он больше никогда не сможет иметь детей. Мне жаль.       - Что? — вскричал доселе молчавший Ифань. В его глазах — неверие, шок, ужас.       - Доволен?!!       - Доволен чем, отец? — начал Ифань. Шок прошел, сменившись равнодушием. Он ничего не чувствовал, кроме пустоты. – Да, я приковал его к кровати. Что ты еще хочешь знать? Как мы это сделали? Знаешь, сначала довольно было интересно, если бы он не приперся. Я сразу же уехал после вашего ненавистного банкета, пригласил друзей. Ну, мы выпили, кое-что приняли, вот и все. Кто ж знал, что он приедет! Я его не приглашал! Нас было десять, ну и что! Я не могу отдохнуть со своими друзьями?! И да, это именно я предложил им это, а сам просто смотрел. Потом отключился на время, а когда пришел в себя, то понял, что мои друзья немного переборщили с ним и позвонил водителю, чтобы избавился от трупа… Не думал, что твой водитель такой совестливый, надо же! — сомнительно воскликнул альфа. Ифань рассказывал об этом так же спокойно, будто воздухом дышал. Ему, и правда, все равно. — Хочешь знать, как я избивал его? Ты же этого хотел?! Позвони моим друзьям, они могут все в подробностях тебе рассказать. Уверен, тебе будет очень интересно! Нет, а давай позвоним в полицию. Почему бы и нет? Пусть все знают, какую мразь вырастил доблестный Ву Сяо Мин, всеобщий пример для подражания! Давай позвоним в полицию, отец!       Сяо Мин отшатнулся от него.       - Ты меня ненавидишь… Пойми, Сюэ Дун никогда не был твоим и не смог бы ответить на твои чувства! Но… Но зачем ты так с Исином, Ифань? Он ведь ни в чем не виноват. Ты убил мальчика, который всем сердцем любил тебя и только тебя, был беременен твоим сыном! Зачем все это? Зачем…       Ифань усмехнулся.       - Просто так. Твоя и реакция твоего мужа бесценна. Ты даже обо мне так не заботился. Плевать мне на твою шлюху. Я хотел отомстить. А его брат как раз был под рукой. Такой дурак, поверил в несбыточные сказки.       - Он любил тебя! И вы были истинными!       - Неужели?.. — поднял в усмешке губы альфа. Что ж, он сделал все, чтобы его возненавидели. Он хотел мести, но не такой ценой. Она ему не принесла радости. Ифань винил себя. Если бы не наркотики, он не потерял бы голову. Не случилось бы ничего, и Исин был бы жив. Все это кажется дурным сном, и хочется проснуться, но понимал, что все, что случилось, — правда, и виноват в этом лишь он один.       Сяо Мин же смотрел на сына и не понимал, как его Ифань превратился в такое чудовище.       - Хм, — кашлянул Лу Хань, привлекая к себе внимание. — Я пойду к Исину. Вы сможете завтра к нему прийти. Оставлю вас с сыном.       - Незачем, — ответил ему Сяо Мин, смотря на Ифаня. — У меня больше нет сына.       Дверь закрылась, оставляя Ифаня одного в кабинете.       Перед глазами альфы вдруг возникло воспоминание. Истекающий кровью Исин на кровати смотрел на него, улыбался и еле слышно прошептал:       - Я умираю, Фань…