Ничьи

Звонок в дверь заставил Глеба вздрогнуть. Он выключил магнитофон и на цыпочках прокрался в прихожую. - Кто? – спросил младший Самойлов, прильнув к дверному глазку. В тусклом свете подъезда он узнал силуэт девчонки, с которой Вадик познакомился зимой на катке. Глеб почему-то думал, что брат не встречается с ней, так как он никогда о ней не упоминал. И поэтому в данный момент был неприятно удивлен. - Это Лиля, - отозвался девчачий силуэт. - Я к Вадиму пришла. Глеб слегка растерялся: - А Вадика нет. - Но он, наверное, скоро вернется? – уточнила девушка. Мальчик пожал плечами, будто девчонка по имени Лиля могла видеть его, и облизал сухие губы. - Наверное, - и вдруг неожиданно добавил: – А может и нет. У него репетиция в институте. Вообще-то, старший Самойлов пошёл в булочную и продуктовый за молоком и должен был вернуться в ближайшие десять-пятнадцать минут, но Глебу не захотелось сообщать об этом девчонке. - А я могу подождать его? – не отставала Лиля. - Нет, - скрипнул зубами мальчик. – У меня нет ключей. И, собственно говоря, Вадим не разрешал ему открывать чужим дверь. А для Глеба эта пресловутая Лиля была чужой. И он очень хотел, чтобы она чужой и оставалась. Он рассмотрел девчонку до мельчайших подробностей. Нет. Не нравилась она ему. - Ладно, - снова подала из-за двери голос Лиля. – Ты же брат Вадима, да? Глеб? - Ну, да, - хмыкнул Самойлов-младший. - Ты не помнишь меня? – спросила девушка, переступая с ноги на ногу. - Мы на катке познакомились. - Помню, - неохотно признался Глеб. - Передай пожалуйста, Вадиму, что я заходила, хорошо? - Передам, - буркнул он. Девчонка ушла, а Глеб, подойдя к окну, задумчиво уставился на улицу. Лиля свернула за угол дома в тот момент, когда с другой стороны появилась стремительная фигура Вадима. - Быстро я? – спросил Вадик, протянув младшему сумку с продуктами. - Ага, - кивнул Глеб и проскользнул на кухню. Сложив продукты в холодильник, он заглянул в ванную, где старший мыл руки. - Вадь, а помнишь девчонку с катка? - Лилю? – Вадим взглянул на брата в зеркальное отражение. - Да, - постарался как можно спокойнее произнести младший, хотя ему не понравилось, что Вадик так быстро вспомнил ее имя. - Ты встречаешься с ней? - Встречался раза два или три, - Самойлов-старший вытер руки и с любопытством посмотрел на Глеба. - А что? - Ничего, - передернул плечами младший. – Просто так. - Кстати, она не звонила? – спросил Вадим. - Не… нет… - неприятная дрожь пробежала по телу Глеба от того, что он соврал брату. - Она на весенние каникулы уезжала с родителями в Москву и обещала, что позвонит, как только вернется, - пояснил Вадик. - А она еще в школе что ли учится? – удивился младший. - Да, в десятом классе, - подтвердил Вадим кивком головы и пристально посмотрел на брата. – Точно никто не звонил? - Точно, - занервничал Глеб и отвел глаза от старшего. – Идем, ты обещал меня научить печь блины. – Переменил он тему. *** Через две недели, когда Глеб и думать забыл о Лиле, полагая, что девчонка больше не объявлялась, Вадим спросил его: - Почему ты соврал мне, Глеб? Сердце младшего болезненно сжалось. Он сразу понял о чем именно спрашивал Вадик. Прикусив нижнюю губу, младший Самойлов опустил голову и уткнулся взглядом в пол. - Малыш, я не ругаю тебя, - ласково проговорил Вадим. - Я просто хочу понять, почему ты так сделал? - Я не хочу, чтобы ты встречался с ней, - тихо, но твердо ответил Глеб. - Почему? – насторожился Вадик. - Она сказала тебе что-то обидное? Глаза братьев встретились. - Нет, - помотал головой младший. – Я просто не хочу, чтобы ты вообще с кем-то встречался. Вадим нахмурился: - Глебушка, мы же с тобой уже говорили об этом, - вздохнул он. – И я обещал тебе, что ни на ком не женюсь. - Знаю. Но я не хочу, чтобы ты… - Глеб запнулся, пытаясь скрыть волнение в голосе. - Чтобы ты спал с ними. – Подавленно договорил он. Вадик приподнял бровь и уставился на брата своими темными, как ночь, глазами, и неожиданное предположение осенило его. - Глеб, но ты же… не ревнуешь меня? Мысли и чувства младшего перемешались. Он не знал, что сказать. От его взгляда веяло тихой затаенной болью. - Неважно, - прошептал он и, всхлипнув, вытер нос рукавом, а затем бросился в свою комнату, громко хлопнув за собой дверью. «Час от часу не легче», - вздохнул про себя старший и решил на днях посоветоваться с Наташкой, как никак она в педагогическом учится. А пока он отправился на кухню заваривать чай. Глеб слушал, как брат на кухне звенит чашками и пытался срочно придумать, что ему ответить, если старший снова спросит почему он против его встреч с девушками. Но придумать он так ничего и не смог. А Вадим больше не возвращался к этому разговору. Ночью младшему приснилось, что волк пришел под окна детского дома и он, как был в пижаме, выбежал к нему на улицу. А когда он в следующий раз открыл глаза, то ощутил себя лежащим на мягкой земле в лесу, а по его лицу осторожно скользил волчий язык, заставляя его сердце биться быстрее, а тело – дрожать от возбуждения. - Вадик… - позвал Глеб в темноте, и окончательно проснулся, все ещё чувствуя на губах вкус поцелуя то ли волка, то ли брата. Желание скрутило низ живота и до предела натянуло тонкие пижамные штаны в области паха. Младший осмотрелся и понял, что это был всего лишь сон. Что он лежит в своей кровати и в комнате кроме него никого нет. Он зажмурился, пытаясь вернуться в сон, но это ему не удалось. Глеб вздохнул и, встав, босиком отправился в туалет, заглянув по пути в комнату брата. Старший спал перед включенным телевизором, который тонко пищал, а его экран мигал настроечной таблицей. Глеб выключил телевизор и уже собирался выйти из комнаты, как Вадим сонно окликнул его: - Глебка, ты чего? - Ничего, спи, - прошептал младший. – Просто у тебя телек работал. - Ааа… - протянул Вадик и перевернулся на другой бок. – Иди сюда, ложись. – Подвинулся он, не открывая глаз. - Сейчас. Глеб, не раздумывая, стрелой слетал в туалет и, вернувшись в комнату к старшему, улегся рядом с ним. Вадим инстинктивно накрыл его своим одеялом и Глеб только тогда понял, что не захватил с собой ни одеяло, ни подушку. Помешкав несколько секунд, он бесшумно вздохнул, вплотную придвинулся к брату и закрыл глаза. От Вадика пахло сигаретами и чем-то ещё волнующе-недозволенным. Утром старший Самойлов проснулся от ощущения чего-то твердого, упирающегося в его бедро. Глеб спал рядом, тесно прижавшись к нему. И сомнений у Вадима не оставалось, что именно упирается в него. Он тихо встал, стараясь не разбудить брата и, поправляя на нем одеяло, успел заметить красноречивую выпуклость между его ног. Вадик не придал этому особого значения, прекрасно понимая, что ничего ненормального в этом нет. Просто Глеб взрослел. Возможно и его вчерашнее поведение можно было объяснить переходным возрастом. Вечером, проводив младшего в детский дом, он зашел к Наташке и пересказал ей вчерашний разговор с Глебом. - Конечно, он ревнует тебя, потому что боится потерять, - сказала Платонова, выслушав Вадима. - Ты – его семья, и никого ближе тебя у него нет. - Но я не собираюсь жениться, и он знает об этом, но все равно против того, чтобы я с кем-то встречался, - со вздохом произнес Вадик, глядя на подругу. - Он воспринимает всех этих девушек, как соперниц за твое внимание, за твое время, - продолжала рассуждать Наташка. - И потом, он не успевает привыкнуть к одной, как у тебя появляется другая, и все начинается заново. Самойлов задумался. - Хочешь сказать, что было бы лучше если бы у меня была одна постоянная девчонка? - Да, - мягко улыбнулась Платонова, заставляя себя не думать хотя бы сейчас о своих чувствах к Вадиму. - Или он вообще не должен знать о них. По крайней мере, пока сам не начнет с кем-то встречаться. – Добавила она, рисуя пальцем по поверхности стола невидимые бесформенные узоры. - Возможно тогда все будет намного проще. - Тогда мы с ним сможем устраивать двойные свидания, - усмехнулся Вадик. - Сделаешь из него такого же ловеласа, как и ты сам? – шутливо поинтересовалась девушка. Вадим неопределенно хмыкнул. - Проводи с ним больше времени вдвоем, чаще говори, что любишь его, - снова посерьезнела Наташка. - Он должен быть уверен на двести процентов, что только он у тебя на первом месте. Вадик последовал Наташкиным советам, и в последующие два месяца между братьями царило полное взаимопонимание. Глеб много времени проводил у старшего на репетициях, куда все чаще стал захаживать Саша Козлов. В другие дни они с Вадимом ходили в кафе-мороженое или просто гуляли по городу. С Лилей Самойлов-старший встречался от случая к случаю, иногда приводил ее к себе домой, так как у нее дома даже днем в будние дни были бабушка и младшая сестра, но младший об этих свиданиях Вадима не знал. В конце мая Вадик плотно засел за учебники, поскольку на горизонте уже во всю маячила летняя сессия. Но тем не менее Глеба он на выходные как обычно из детдома забирал, и младший тихонько сидел иногда в своей комнате, а иногда рядом с братом и читал или сочинял стихи. В один из июньских дней, когда на улице стояла чудесная летняя погода, а старший Самойлов готовился к последнему экзамену, Глеб сидел на подоконнике и молча смотрел в окно. - Может сходишь погулять, Глеб? – предложил Вадим, поднимая голову от тетради. - Один не хочу, - протянул младший. - Разве что… - Он несколько озадаченно посмотрел на старшего. - Я сбегаю в «Союзпечать» за блокнотом и в книжный зайду, ладно? - Конечно, иди, - согласился Вадик, одобряя решение брата. Он дал младшему денег и, попросив осторожнее переходить дорогу, уставился в учебник. В магазинчике «Союзпечати» Глеб быстро выбрал нужный ему блокнот и направился в книжный, в котором к его огорчению, был учет. Немного потоптавшись около закрытого магазина, мальчик не спеша побрел в сторону дома. Минут через десять после ухода младшего, Вадим устроил себе перекур, а затем решил принять душ, чтобы хоть немного освежиться. После второго звонка Глеб открыл дверь своим ключом и, услышав шум льющейся воды, понял, что брат в ванной. Он прошел в комнату, заглянул в раскрытые конспекты Вадика, дождался, когда он выключит воду, и спрятался в шкаф, чтобы напугать его. Но планам младшего Самойлова сбыться было не суждено, ибо именно в этот момент раздался звонок в дверь. Вадим, думая, что это Глеб и, удивившись про себя, что тот так быстро вернулся из книжного, в котором тот обычно зависал не меньше часа, обернул бедра полотенцем и пошел открывать. На пороге стояла Лиля. В короткой юбочке и легкой блузке. - Лиля? – удивился Вадик, слегка нахмурившись. - Да, привет! – девчонка перешагнула порог и, приподнявшись на цыпочки, звонко чмокнула Самойлова в губы. – Поздравь меня, вчера я сдала последний экзамен. – Весело произнесла она. - Поздравляю, - ответил Вадим, машинально отступая и пропуская девушку в квартиру. - Я зашла потому что завтра уезжаю на три недели в деревню, буду там готовиться к вступительным в университет, - бодро проговорила Лиля. - Надеюсь на филфак поступить. - Уверен, у тебя получится. Девчонка прищурилась, лукаво оглядела Вадика с ног до головы и улыбнулась: - А ты один? - Не совсем, - покачал головой Самойлов. - Глеб должен скоро вернуться, он в книжный пошел. - Но может быть, мы успеем быстренько попрощаться? – предложила девушка и накинула на входную дверь цепочку. – Это на случай, чтобы он сразу не вошел если вдруг вернется раньше. – Пояснила она и коснулась бедер молодого человека. Какое-то внутреннее чутье подсказывало Вадиму, что не следует сейчас заниматься сексом, но тело уже по своему отреагировало на девчоночье предложение. Они расположились на диване аккурат напротив шкафа и в маленькую щелочку Глеб видел, как Вадик жадно целовал девчонку, а его руки, приподняв юбку, оглаживали ее бедра. Глеб забыл, как дышать. Вадим же, задрав на девушке кофточку, стал облизывать ее соски. А она в свою очередь сдернула полотенце с его бедер. Младший Самойлов сглотнул, рассматривая обнаженное тело брата. Он мечтал хотя бы раз в жизни поцеловать Вадима по-взрослому, по-настоящему. Поцеловать и умереть. Вадик тем временем, стянул с девчонки трусики и, помогая себе рукой, толкнулся внутрь ее тела. С губ Лили сорвался стон. Младший замер. Волчьи повадки в старшем угадывались очень отчётливо. Крупный, сильный и какой-то ненормально-красивый. Глеб не мог отвести глаз, хотя стыд окрашивал щеки алым, будто влепляя пощечины за недозволенное. Вадим выждал несколько секунд и начал ритмично двигаться. Девушка подмахивала бедрами в такт его движениям и крепче обнимала парня за плечи. Их дыхания стали чаще. Вздохи, перешедшие в стоны – громче. А затем все стихло. Затылок Глеба неприятно покалывали миллион острых иголочек. Ледяными волнами на него накатывала неконтролируемая дрожь. Он закрыл глаза и впился ногтями в свои ладони, приказывая себе не расплакаться. Когда он очнулся, девчонки в квартире уже не было, а Вадик, одевшись, сидел за столом, снова уткнувшись в учебник. Младший понял, что незаметно исчезнуть из шкафа не сможет и испугался реакции брата, когда тот узнает, чему он стал свидетелем, когда поймет, что Глеб подсматривал, как он занимался сексом. Но выхода у Глеба не было и он, скрипнув дверцей шкафа, вышел из него. Вадим ошарашенно посмотрел на брата. Младший опустился на пол и, не выдержав, все же расплакался. Сердце Вадика болезненно екнуло. Он молча сгреб Глеба в охапку. - Вадь… - судорожно сглотнул младший, но больше не смог выговорить ни слова.